Часть 3
13 июля 2014 г., 12:52
Чем ближе приближался вечер, тем больше нервничал Никлаус и тем чаще посматривал на часы. "Прямо как мальчишка", — он усмехнулся собственному отражению в окне. А переживать было о чём. Стрелка часов неумолимо двигалась к четырём, а Хэйл ещё не появлялся и даже не отзванивался ему. Клаусу буквально за три часа надо было успеть заехать домой и принять душ, заехать на новую квартиру, если, конечно, она есть, а самое главное, это надо было придумать весомую отговорку для Хэйли, ведь обычно в пятничный вечер он приходил домой пораньше. Клаус уже было начал набирать номер Адама, как тот сам без стука ворвался в кабинет и, поняв свою оплошность, виновато опустил голову.
— Прости, Маргарет нет на месте.
— Неважно, — Клаус махнул рукой, — к делу.
— Поздравляю, — Адам прибавил официальности в голосе. — Вы стали счастливым обладателем Форда Мондео, а также трёхкомнатной квартире в Челси, — он театрально выложил ключи на стол босса и галантно поклонился. — К вашим услугам, сэр, — Никлаус с минуту раздумывал, переводя взгляд с ключей на друга, и обратно.
— А ты пройдоха. Как ты догадался?
— Не забывай, где я работал, Ник, — Адам устало сел на кожаный диван. — Несложно догадаться, что ты задумал. Сегодня мне сообщили, что ты запрашивал дела по персоналу, подобранному за последний месяц. Я просмотрел папки и не обнаружил в досье одной очень юной особы её фотографии, хотя ты знаешь, я лично составляю дела и не мог пропустить такой детали. Оставалось узнать, где она живёт, и найти квартиру поближе к объекту. Можешь не благодарить.
Никлаус взял ключи со стола, в очередной раз удивляясь прозорливости друга.
— Ну, раз ты такой умный, то позвони Деймону и предупреди, что если хоть кто-нибудь из его персонала проговорится, что я Никлаус Майколосон, я лично сожгу его забегаловку.
— Ты что не сказал ей правды?
— Нет, и не собираюсь. Я женат, Адам. Если она узнает, кто я, то никогда не согласится встретиться со мной.
— Да брось. Ты ведь знаешь, что любая ляжет под тебя, несмотря ни на что, — казалось, Адам действительно не понимал к чему весь этот маскарад.
— Она не любая, друг. Я думал, ты это заметил на собеседовании.
— Ты прав. Провинциальная девочка ещё не испорчена этим городом. Ладно, мне пора, Клаус. Удачи, — он встал с дивана и с чувством выполненного долга вышел из кабинета, оставив Клауса в полной растерянности. Может действительно стоит рассказать правду, а там будь что будет? Сложно обманывать одну женщину, но ещё сложнее водить за нос обеих. Впрочем, на то он и Никлаус Майколсон, чтобы справляться с нерешимыми задачами.
Через час он уже был дома и спешно начал собираться, ибо на дорогу от Грамерси, где он живёт, до Челси, где жила Кэролайн, было примерно час езды, но учитывая вечные манхеттенские пробки... Он уже выходил из душа, когда Хейли зашла в спальню и, увидев приготовленную одежду, лежащую на кровати, удивлённо посмотрела на него.
— Ты куда-то собираешься? Сегодня пятница, Ник.
— Знаю, дорогая, — Клаус нежно обнял жену и поцеловал её в губы. — Но сегодня партнёры по бизнесу пригласили меня в клуб. Ты ведь знаешь, как там скучно, мужские разговоры про бизнес, политику, — предупредительно уточнил он, когда заметил, как Хейли хотела высказаться по поводу того, что он не берёт её с собой. На миг его посетило раскаяние оттого, что он так открыто врал жене, но желание увидеть Кэролайн было сильнее чувства вины, и он, наплевав на совесть, начал одеваться.
— Буду поздно, и в качестве извинений можешь взять мою кредитку. — Хейли с благодарностью посмотрела на Клауса, думая лишь об одном сейчас — куда потратить деньги мужа, и даже не подозревая, что любимый человек задумал предать её.
Клаус с трудом нашёл нужный дом и издалека уже заметил фигурку Кэролайн, ждущую его у входа в здание. Сердце предательски застучало, и он улыбнулся "Клаус, чёрт побери, тебе тридцать пять, а ты нервничаешь, как девчонка на первом свидании". Машина притормозила напротив девушки, и он сразу вышел навстречу, оглядывая Кэролайн с ног до головы и лишний раз убеждаясь, как прекрасна его избранница. Чёрное платье, чуть выше колена выгодно подчёркивало идеальную фигуру, а туфли на высоком каблуке удлиняли её стройные ножки. Распущенные волосы каскадом ниспадали на обнажённые плечи и, в дополнение, лёгкий макияж, подчёркивающий её естественную красоту. Клаус глубоко вздохнул, когда оказался совсем близко и почувствовал её аромат, ни с чем не сравнимый, обволакивающий, лишающий его рассудка. Ему вдруг отчаянно захотелось обладать этой девушкой, и даже мысли о том, что сейчас, как никогда, он предавал свою жену, потому как эта заинтересованность была куда больше, чем обычная похоть, не сдерживали сжигающего желания впустить Кэролайн в свою жизнь не на один день.
— Привет, — она неловко переступала с ноги на ногу, и Клаус, заметив её сомнения, испугался, что сейчас она передумает и никуда не поедет.
— Что-то не так, Кэролайн?
— Знаешь, я снимаю квартиру с подругами и... — она выдержала паузу. — Просто... Чёрт, Ник. Они хотят увидеть тебя. Просто они переживают за меня. Я здесь недавно и....
— Эй-эй, я всё понял, — Клаус выставил вперёд руки и засмеялся. Знала бы Кэролайн, что лишь за два дня знакомства научила смеяться того, кто, казалось, давно забыл как это делают. Мир, в котором вертелся Никлаус, полный лжи и лицемерия, не приемлющий жалости, не признающий искренних эмоций, заставляющий каждый раз убивать в себе человечность, подавлять светлые чувства, ведь лишь таким способом можно было добиться недосягаемых высот в бизнесе. Этим миром правила жестокость, и не к чему смех, когда рушишь чьи-то судьбы.
— Они хотят убедиться, что я не маньяк?
— Типа того. Ты не против?
— Нет, Кэролайн, я буду рад познакомиться с твоими друзьями.
Томительные пять минут в лифте, в замкнутом пространстве, наедине с Кэролайн, казались для Никлауса вечностью, и он изо всех сил сдерживал себя, чтобы не протянуть руки и не заключить её в объятия, не впиться в её губы поцелуем, не скользнуть ладонью по бедру, не почувствовать трепет её тела под своими умелыми прикосновениями. Лишь страх спугнуть едва зарождающееся доверие Кэролайн останавливало его от необдуманных поступков. Несомненно, Клаус знал, что стоит только захотеть, и она не сможет отказать ему, сдастся его безоговорочному опыту, но почему-то именно с ней Клаус не хотел торопиться. За своими мыслями он не заметил, как лифт остановился, и Кэролайн тут же вышла из него, давая ему секунды, для того, чтобы прийти в себя.
— Ник, это Елена, а это Бонни, мои лучшие подруги. Мы приехали в Нью-Йорк вместе, и вместе будем поступать в Колумбийский, — Кэролайн выпалила это на одном дыхании, со стыдом замечая, как подруги бесцеремонно разглядывали стоящего перед ними мужчину, обладающего природным обаянием и харизмой. Для вечера он выбрал костюм темно-синего цвета, с рубашкой на тон светлее, без галстука, расстёгнутую на три верхних пуговицы, что сглаживало официальность наряда от Чарльза Клэйтона.
— Приятно познакомиться Елена. Бонни, — Клаус, как истинный джентельмен, поцеловал им руки и довольно улыбнулся, когда с губ Бонни слетело "о, мой Бог". Лишь позавчера он и подумать не мог, что будет знакомиться с только недавно выпущенными школьницами, что вообще окажется в новом для себя обществе, состоящем не только из высокопоставленных лиц и богатых снобов, к коим он причислял и себя. Он не мог не заметить, что это новое знакомство кардинально меняло его мир. Сначала хот-дог с колой, затем Форд Мондео, а скоро он вообще на голову встанет. Видели бы его друзья, подчинённые, партнёры по бизнесу, то наверняка не узнали бы в этом доброжелательном мужчине жёсткого и сурового Никлауса Майколсона. Да, определённо, это была другая жизнь, другая реальность, где и он сам был другим — живым, Кэролайн делала его живым.
Ресторан в районе Нижнего Ист-Сайда принадлежал его другу, сокурснику по Гарварду и просто хорошему человеку — Деймону Сальваторе. Помнится, как удивлялись все вокруг, когда Деймон, отлично закончивший юридический факультет, защитивший докторскую диссертацию, любимчик преподавателей, пророчивших ему большое будущее в сфере права, вдруг, наперекор всем, занялся ресторанным бизнесом. Впрочем, исполнив свою давнюю мечту, он нисколько не жалел об этом, и уверенно шёл ко второй мишленовской звезде, гордясь тем, что на него работал лучший шеф-повар в Манхэттэне.
— Прошу, — Клаус открыл дверцу перед дамой и подал ей руку и, чувствуя холод её ладони, уже не выпустил до тех пор, пока они не зашли в ресторан. Их встретил сам хозяин заведения, узнав от Хэйла, что сегодня будет Майколсон, да ещё не один, Деймон решил лично проследить, чтобы всё прошло, как по маслу. Дерзкая красота мужчины позволяла ему менять женщин как перчатки, абсолютно наплевав на их чувства, используя их для своего удовольствия, умело играя влюбленными сердцами, он никогда не задумывался о женитьбе, считая себя холостяком до мозга костей. Тем удивительнее, что его друг, который в своё время не отставал от него ни на шаг, в свои двадцать пять вдруг надумал жениться на своей практикантке Хэйли Маршалл, после женитьбы остепенившись и превратившись в примерного семьянина.
— Ник, какая встреча! — Деймон заключил друга в объятия и прошептал на ухо:" Что за игру ты затеял?" — Познакомишь? — уже вслух сказал он, разворачиваясь к Кэролайн и по привычке кидая на неё оценивающий взгляд.
— Деймон, это Кэролайн, мы работаем в одной компании, — Клаус, замечая откровенный взгляд друга, скользящий по её фигуре, приобнял девушку за талию
и лишь крепче прижал к себе, давая понять, кому она принадлежала. Кэролайн, заметив напряжение между ними, протянула Деймону руку и, кокетливо наклонив голову набок, улыбнулась, краем глаза замечая, как Ник недовольно поджал губы.
— Приятно познакомиться, Деймон.
— О, ты бы знала, как мне приятно. Ну, ладно не будем злить Кла... Ммм, Ника. Прошу за мной, — Деймон прошёл вперёд, увлекая гостей в отдельный зал для вип-персон.
— Так вот, где отдыхают денежные мешки, — Кэролайн без задней мысли высказала своё мнение, вызвав усмешку на красивом лице Никлауса. Он в очередной раз удивился её прямоте, её непосредственности, её неиспорченности светскими манерами. Ненавязчивая тихая музыка, льющиеся из динамиков, полумрак зала, сказочно разбавленный зажжёнными свечами, придавал этому месту интимности и загадочности, пропитывая всех магической атмосферой, и Кэролайн завороженно смотрела на красивого мужчину, сидящего напротив, сосредоточенно изучающего винную карту. Она с ужасом для себя понимала, что этот едва знакомый человек, становится для неё чем—то большим, чем просто друг, что симпатия к нему растёт с каждой минутой, проведённой вместе. Разве такое бывает? Разве может человек лишь за две мимолётных встречи стать настолько близок? Настолько необходим? Внезапно, будто читая её мысли, Ник накрыл своей широкой ладонью её руку, лежащую на столе.
— Ты чувствуешь это, Кэролайн? — Да, она чувствовала. Чувствовала, как даже одно его невинное прикосновение рождало в ней непривычное томление; чувствовала, как от одного его взгляда в ней просыпалось неконтролируемое желание попробовать вкус его губ; чувствовала, что Ник теперь занял прочные позиции в её сердце. Нет, не любовь, слишком рано. Тогда что?
— Чувствуешь, — со счастливой улыбкой констатировал Никлаус и повернулся к подошедшему принять заказ официанту.
За увлечённым разговором они даже не заметили, как время подошло к полуночи, и внезапно зазвонивший телефон Никлауса напомнил ему о том, что пора возвращаться домой. Он с сожалением посмотрел на экран, где высветилось имя Хэйли, и перевёл расстроенный взгляд на Кэролайн, не желая заканчивать вечер и отпускать её.
— Что-то не так? — она, заметив посерьёзневшее лицо Ника, отставила бокал с вином и застыла, ожидая ответа.
— Боюсь, нам пора. Вызывают на работу, наверное, очередной сбой в программе, — он грустно улыбнулся и помог Кэролайн встать с места.
Всю дорогу до дома Никлаус молчал, и Кэролайн, замечая его подавленность и плохое настроение, ни о чём не расспрашивала и не пыталась завести разговор. Она рассматривала в окне огни ночного мегаполиса, залитого неоновым светом, и лишь когда машина остановилась, повернула голову в его сторону Клаус не торопился прервать тишину, нервно барабаня по рулю пальцами и в сомнении кусая губы. Сейчас, как никогда, он разрывался между желанием остаться с Кэролайн и чувством долга перед своей женой, ждущей его дома.
Наконец, не выдержав напряжения, Кэролайн схватилась за ручку двери и тут же была остановлена.
— Кэролайн, — Клаус до боли сжал её ладошку, мучимый желанием послать всё к чертям. — Спасибо за вечер. Это очень важно для меня, — он стремительно придвинулся к ней и, запустив пальцы в её волосы, наклонился для поцелуя. Медленно и осторожно, боясь спугнуть момент, боясь наткнуться на её холодность, Никлаус прикоснулся к желанным губам и на секунду застыл, чувствуя, как бесконтрольное желание взять её прямо в машине рождается где-то в глубине его сознания. Нет. Он не должен торопиться. Только не с ней. И Клаус нежно провёл языком по нижней губе девушки, чувствуя терпкий вкус Шато Латур, чувствуя, как она не смело приоткрыла рот, желая, чтобы он углубил поцелуй, желая почувствовать и его вкус тоже. Он не заставил себя ждать и жадно впился в её губы, проникая языком глубже, скользнув по зубам, нёбу, вступив в борьбу с её языком. Дыхание сбилось, и рука Клауса непроизвольно опустилась на бедро девушки, поднимаясь выше и по пути задирая подол вечернего платья. Затуманенным от нахлынувшего желания разумом он почувствовал, как она напряглась, когда его ладонь дошла до ягодицы и слегка сжала упругую плоть. Сейчас он был готов взорвать весь мир, уничтожить всех, кто посмеет перейти ему дорогу, кто посмеет забрать у него эту девушку. Ладошки, упирающиеся в его грудь, возвратили его в реальность, и он нехотя оторвался от желанного тела.
— Ник, боюсь, мне пора, — её дыхание частое и взволнованное, и она коснулась пальцами припухших губ, одёргивая подол платья и справляясь с бушующими эмоциями.
— Да, конечно, — Клаус тут же вышел из машины и сделал большой глоток воздуха, неуверенной походкой обходя машину и открывая перед Кэролайн дверцу. — Мы ведь ещё увидимся?
Она прочитала мольбу в его глазах и с улыбкой кивнула. Никлаус проводил её взглядом ровно до тех пор, пока она не скрылась в подъезде, и облокотился руками о капот машины, пытаясь совладать со своим телом, требующим разрядки.
Уже глубокая ночь, а Клаус не торопился подниматься в спальню и, развалившись на белоснежном диване в библиотеке, попивал свой любимый Гленфиддик. Как только он закрывал глаза, в памяти всплывали податливые губы, дрожащее тело, нежные прикосновения той, что никак не выходила у него из головы, той, которая наверняка уже давно спала и видела седьмой сон, даже не подозревая, какую бурю вызвала в его сердце. Он недовольно поморщился, когда сонная Хейли своим появлением прервала его размышления, и принял сидячее положение.
— Почему ты не спишь? Время уже три, — она потёрла глаза и внимательно посмотрела на мужа, замечая его излишнюю холодность.
— Я просто хотел побыть один, — Никлаус резко встал с дивана и, не обращая внимания на недоумевающую жену, прошёл мимо, слегка задев её плечом. — Спокойной ночи, Хэйли.
