Если ты покинешь меня

Мисс Кэтрин

      Мисс Кэтрин терпела перепалки и словесную войну между Джеймсом и Меллони уже около недели. Все было до безумия предсказуемо, учитываю общую черту характера этих двоих — упрямство. Мистер Остин, в привычной злобе своей, то выгонял девушку, то проклинал и называл такими словами, которые старушка предпочла бы никогда не слышать. Он отказывался делать что-либо по велению Меллони, однако стоило девушке расслабиться, как мужчина вновь звал ее к себе. Да по всяким пустякам, чем злил девушку, вынуждая ту на ответные выпады.       Пусть юная Мэл (как она сама попросила себя называть) и ругала мужчину в ответ, но выполняла все свои обязанности и требуемую работу. Она и не собиралась принимать оскорбления мужчины как должное. Порой и так оскорбит его в ответ, да так парировала его слова, что лицо Джеймса не раз вытягивалось в изумлении, но лишь на мгновение. Он брал себя в руки быстро, и отвечал рыжей бестии (как он любил ее называть), с подобающей неприязнью, которой они отгородились друг от друга.       Мэллони в первый же свой трудовой день показала из какого теста она слеплена. Еще было раннее утро, когда солнце только тронуло вершины высоких холмов, и лучи окрасили гектары кофейных деревьев, покрытых утренней росой, в искристо-серебряный цвет. Часы показывали без десяти минут восьмого. Сама Кэтрин привыкла вставать в девятом часу, а мистер Остин спит и того дольше — просыпаясь только к полудню.       Мэл вплыла в дом быстро, но плавно, как маленькая птичка, когда заспанная старушка отворила парадную дверь. Мисс Кэтрин словно в тумане наблюдала как девушка резво влетела в комнату Джеймса и тут же начала его будить. Но встретила грубый и твердый отпор из сдобренного, грязного лексикона мужчины. Все было ясно как утро, и Кэтрин вышла, улыбаясь про себя попыткам разбудить Джеймса. Она то знала, что мужчина не встанет раньше двенадцати, как ты его не буди.       Покуда старушка начала заниматься домашними делами, она слышала, как худенькие ножки в джинсовых шортах спустились на первый этаж и выбежали из дома. Кэтрин тогда еще подумала, мог ли мистер Остин сделать что-то девушке, раз она убежала так спешно. Но все думы ее были напрасными, минут через двадцать, или около того, девушка вернулась. Она снова поднялась в спальню мистера Остина, а через минуту оттуда послышалась музыка, да так неожиданно и до того громкая, что мисс Райт, находясь в противоположной стороне дома, чуть не уронила тарелки от испугу. Женщина быстро направилась в спальню хозяина дома.       Когда она вошла, ей открылся престранный вид — Мэллони, маленькая и хрупкая, пыталась всеми силами растормошить Джеймса. Что она только не делала. И хоть он хмурился, и ругал ее, все же отказывался вставать. Его голубые глаза спалили бы девушку дотла, если бы только зрение было осязаемым, так гневно он смотрел на нее. А налетчица все не отступала, нападая словно хищник на жертву, только вот как долго она будет в этой роли. Ругая мужчину в ответ, она сдернула с него одеяло, совсем не смутившись его наготы. И так эта маленькая победа была за Меллони, хотя мужчина принял все с присущей ему гордостью и упертостью, плотно сжатые губы явственно говорили за их владельца, как ненавистна ему эта рыжая особа. Мэллони начала помогать Джеймсу одеваться, умываться и делать прочие утренние дела, Кэтрин вернулась на кухню. И хотя в обязанности сиделки входило приготовление еды для хозяина, мисс Райт была рада похлопотать на кухне. Ведь всю жизнь женщина отдала домохозяйству, и кухня была ее любимым местом. Ей нравилось готовить для Джеймса и его младшего брата — Говарда, который нынче остался во главе фирмы семьи Остин.       Братья внешне очень схожи — оба высокие, атлетично сложенные, голубоглазые, а волос цвета темного кофе, да такой мягкий и густой, что многие барышни могли бы позавидовать. Прежде обо брата отстригали волосы совсем коротко, но сейчас Джеймс не подпускает к себе никого, и шевелюра его отросла настолько, что заслоняет его глаза. А на щеках и подбородке залегла глубокая тень бороды. Как сейчас выглядит Говард мисс Кэтрин могла только догадываться, ибо не видела его уже несколько лет. Он только звонит иногда поинтересоваться самочувствием брата, да поздравить с праздниками. Не раз он хотел приехать, но старший брат прерывает все общение на корню.       Когда завтрак был готов, мисс Райт не дождалась закадычную парочку и решила сама их позвать. В доме было подозрительно тихо, только мягкая классическая музыка медленно лилась со второго этажа. Уже около получаса в доме не было слышно ругани и грубых тирад. Пока старушка подходила к спальне Джеймса, она смогла уловить голос мужчины, по обычаю недовольный, а также строгий, но мелодичный голос девушки. — У вас хорошо получается, — снисходительный голос Мэллони был чем-то новым для ушей мисс Кэтрин. Раньше она и слова без презрения не могла сказать в сторону мистера Остина. — Издеваешься? — Гневно прорычал в ответ мужчина. Голос его был натянутым и запыхавшимся, словно он был изнурен.       Он явно хотел сказать что-то еще, когда вошла старушка. Мисс Райт потеряла дар речи, увидев стоящего возле стены Джеймса и поддерживающую его Мэл. Мужчина, пыхтя и ругаясь, делал упражнения по указаниям девушки. Он проклинал ее, и грозился уволить, однако Мэллони не слушала его брань, только довольно ухмылялась. Закончив физические упражнения, она помогла Джеймсу принять душ и спуститься к завтраку.       Мисс Кэтрин долго пыталась отойти от увиденного утром. Никому не удавалось заставить Джеймса делать физические упражнения прописанные его врачом много лет назад. Сколько сиделок побывало в этом доме, образованных и просто подрабатывающих, добрых и сердитых, никому не удавалось заставить мужчину делать то, чего он не желал делать. Потому Кэтрин уверила себя, что мистер Остин сам решил сделать зарядку, уступив Мэллони. И к завтраку мужчину спустился уже более оживленным, полностью освежившимся, и казалось совсем не хотел спать, словно он встал по обычаю после полудня. Он нападал на Мэл ехидными словами, дергал ее по любому пустяку и казалось вел себя как обычно. А девушка в свою очередь ловко парировала его нападки, и отвечала еще более грубо и резко.       И радовалась мисс Райт, и злилась на себя, за то что взяла эту девушку на работу. Мэлони порой так груба, что женщина поражается, как в одном человеке может быть две совершенно разные личности. Вот она добрый и славный ребенок, а через секунду — стерва, какую еще поискать. Тем не менее, старушка давно не видела что бы Джеймс так оживленно пытался кого-то разозлить. Он делал все, что бы довести девушку до белого коления, а когда добивался своего, наслаждался ядом, который девушка выливала на него в ответ. Со стороны это выглядело странно, можно было подумать, будто он хочет привлечь ее внимание, как мальчишка, дергающий девочку за косичку.       Но так или иначе, мисс Кэтрин была женщиной старой закалки — ее учили, что старших (какими бы ужасными они не были) надо уважать, а отношение Мэл к Джеймсу можно было назвать даже хамским, и это как микроб, раздражало душу старой сиделки. — Мэллони, будь так добра, подойди. — Подозвала мисс Кэтрин, когда девушка складывала большое покрывало и пластиковую посуду в рюкзак (Она смогла уговорить Джеймса на небольшую вылазку в бухту). — Я понимаю — мистер Остин далеко не подарок, но тем не менее, тебе следует относится к нему более почтительно, все-таки он старше тебя, он твой работодатель, да и жизнь его изрядно потрепала. Ты могла бы понять, и пожалеть его… — Это неправильно! — Перебила ее Мэл. — Его не нужно жалеть! Этот человек не нуждается в жалости, он нуждается в хорошем пинке, простите. — Когда она начала говорить, так тихо, но проникновенно, Кэтрин поняла, что вовсе и не видела настоящую сущность девушки, до этого момента. Она была доброй, пусть и скрывала это за напускной злостью, рядом с Джеймсом. Ее серые глаза блестели, когда она говорила. Девушка взяла сморщенные ладони старушки в свои. — Когда я пришла в этот дом, признаюсь, я хотела отомстить за тетушку Рози — эта женщина сделала мне много хорошего, а мистер Остин довел ее до нервного срыва. Я была очень зла, и намеревалась ему отмстить, не взирая на его положение. Но все изменилось, когда я увидела его лицо. Однажды я уже видела подобное выражение… у своей матери, которая умерла десять лет назад от рака легких. Она знала о своей болезни, и просто опустила руки, потому что смерть для нее была необратима. Но мистер Остин выглядит так, будто знает, что скоро он отправится на тот свет, но он ведь не смертельно болен, он всего лишь сломан. — Сердце пожилой женщины сжалось, она вдруг подумала, что девушка тоже сломана. Она такая хрупкая внутри, пытается быть сильной рядом со слабым, что бы самой не разбиться. Она уже держалась за Джеймса, едва ли не сильнее, чем он держался за нее. Мисс Кэтрин только сейчас это поняла, что-то связало их при самой первой встрече. — Когда мама умирала, она была вся погружена в свои мысли, для нее не существовало другого мира, и меня для нее не существовало. Она вся замкнулась, ожидая своей участи, а надо было жить! Жить каждым моментом, пережить за короткий срок все, что только могла она пережить за много-много лет, если бы не была больна. — Девушка закусила губу, видно пытаясь не поддаваться тяжелым воспоминаниям. Кэтрин стало так жалко эту девочку, которая потеряла мать когда была еще совсем маленькой. Женщина прижала к себе маленькую девушку, и нежно поглаживала ее по спине.       Мисс Райт не знала, кого она больше успокаивает ее, или себя, кто так остро реагирует на печальные события в жизни других людей. Сострадание всегда было её гранью, когда не знаешь положительно для тебе, или отрицательно. — Когда мама умерла, и когда я это осознала, я поняла свою ошибку — надо было заставить ее жить. Я очень долго ненавидела себя за это, если бы я только могла бы вернуть время вспять…       Договорить она не успела — в комнату въехал мистер Остин, злобно щурясь. — Что это тут за нежности телячьи? Ну что, бестия, ты уже передумала по поводу своей прогулки? Вот и отлично, наконец-то я могу почитать спокойно! — Словно говоря сам собой, бурчал мужчина. Он проехал мимо старой экономки, к себе в библиотеку. Девушка поспешила за ним. — Нет-нет, отнюдь. Но я сама Вам почитаю, так уж и быть. — Не знал что демонов в аду учат грамоте. Пожалуй я крупно влип.       Смеясь над ругательствами Джеймса, которыми он осыпал ее, когда она перехватила его на входе в библиотеку, девушка выкатила инвалидное кресло в сад, и направилась в уединенную бухту, что раскинулась за домом мистера Остина. Мисс Райт улыбнулась в след удаляющейся парочке. «Может из этого выйдет что-то хорошее».