Shadow.

Ben Howard – Oats In The Water

Вакуум глубин оглушил его, сбивая рецепторы, вышибая из легких запас воздуха. Зимний Солдат едва смог отцепить от своего горла мертвую хватку бионической руки противника и тут же инстинктивно втянул в себя воды. Остатка сознания хватило только для того, чтобы вынырнуть на поверхность и закашляться. Он и не ожидал, что Тень даст ему передышку. Она вовремя успела зацепиться за его байку и, подтянувшись вверх, обхватила его шею металлическим локтем. Вода снова сомкнулась над головой, убивая все четкости реалий. Эфемерный мир глубин серого марева, казалось, специально угнетал своей холодной плотностью, сдавливающей грудь обручем. Но не для того он провел семьдесят лет в аду, чтобы позволить попросту утопить себя. Тело Барнса плавно извернулось, стоило лишь Тени с шумом выпустить пузырьки воздуха, резкий удар, лишь слегка смягченный толщей воды, оттолкнул ее на метр, и этого было достаточно, чтобы быстро заработать ногами и вновь вынырнуть из влажной гробницы. Зимний Солдат принялся отчаянно грести к берегу, даже не оборачиваясь, чтобы убедиться, что хвост он сбросил окончательно. Сердце в груди начало успокаиваться только когда ноги ступили на относительно твердую землю, то и дело увязая в иле и тине. Он обернулся в поисках Тени, даже не скрывая злорадную ухмылку на губах. "Не на того напала, сука." Метрах в пятнадцати от него ворох брызг обозначал место, где его более женственный двойник остался сражаться за жизнь. Руки - живая и бионическая - беспорядочно молотили вокруг тела, инстинктивно пытаясь нащупать зацепку. Голова лишь изредка появлялась на поверхности, хватая воздух на пределе возможностей. - Эй! - крикнул он, выбираясь на берег и усаживаясь поудобнее, чтобы понаблюдать за этим зрелищем - Добавь еще один промах на свой счет! Тень не ответила. Ее макушка все реже мелькала над водой, все больше пузырьков появлялось на серой глади. - Что, слила бой? - хриплый смех быстро сошел на нет - Давай вылезай. Мы еще не закончили. Поверхность воды выровнялась, разбившись одним последним пузырьком. Барнс хотел было развернуться и уйти, как любой зритель отвратительного спектакля, но что-то его остановило. Гнетущее чувство... нет, не солидарности. Жалости. Выругавшись отборной русской лексикой, Зимний Солдат нырнул обратно в мутную толщу. Найти Тень не составило труда - ее тело покоилось на илистом дне, расслабленное и абсолютно безвольное. Бионическая рука крепко ухватила ее за ремень и потянула вверх, к чистому, холодному воздуху. - Это в первый и последний раз. - процедил он сквозь зубы, выбираясь на берег и едва ли не скидывая на пожухлую траву свою ношу. Короткий удар кулаком по груди - и вот она закашлялась, отплевываясь грязной жижей вперемешку с песком. - Почему ты спас меня? - вопрос ударил по забытому чувству собственного достоинства и вызвал непреодолимое желание закончить дело прямо здесь и сейчас, но самообладание взяло верх с победными фанфарами. - Считай это форой. - усмехнулся он, отворачиваясь от нее и делая несколько шагов прочь - Или последним шансом спастись. Как тебе нравится. Хриплое "спасибо", долетевшее в спину, заставило его замереть на месте. - Благодарность оставь себе. - собственный голос показался ему слишком сдавленным - Ничего личного. - Я все равно найду тебя. - Знаю. Я буду готов.

***

Civil Twilight – How'm I Supposed to Die

Промозглый серый день проливался на землю потоками дождя. Зимний Солдат потерял счет километрам, пройденным сквозь густую чащу леса, мокрая одежда никак не хотела высыхать, повисая на теле тяжелым мешком, озноб пробегал по коже табуном мурашек и Барнс впервые на своей памяти почувствовал, что простудился. Головная боль, стучащая вместе с пульсом в висках, не добавляла оптимизма дороге, клекот в груди то и дело рвался на поверхность влажным, раздирающим глотку кашлем. Он успел уже сотни тысяч раз проклясть свою пресловутую "удачу". Если ему и везло день ото дня оставаться в живых, на мелочи существования дьявольская фортуна не разменивалась. Барнс громко чихнул, чувствуя, как под веками начинает болезненно пульсировать. Похоже, он заработал себе жар и, если ничего не предпримет, рискует слечь с лихорадкой, что в его положении равносильно добровольной капитуляции перед врагом. Выбора у него особо и не было, поэтому уже через два часа он сидел под навесом импровизированного шалаша, собранного из веток и уцелевшей листвы, и блаженно впитывал обнаженной кожей тепло костра. Одежда висела прямо над огнем, распространяя вокруг себя запах болота, но аромат готовящегося на вертеле кролика перебивал любой смрад и заставлял желудок довольно урчать в предвкушении пира. А ведь правда, он и забыл, когда последний раз ел по-человечески. Слегка подгорелое, жесткое мясо без соли и специй показалось ему лучшим из всего, что он пробовал. Зимний Солдат даже словил себя на мысли, что ест, как зверь - быстро, порывисто, отгрызая от тушки большие куски. Но здесь, в непроглядной глуши, ему не перед кем было демонстрировать навыки этикета и политеса. А вот силы ему были нужны однозначно и как можно скорее. Сытный обед, перешедший в ужин под шорох последних опадающих с неба капель, растворился в недрах тела, согревая кровь в венах. Высохшая одежда мягко обволакивала кожу, создавая иллюзию тепла и уюта. Нет, он не позволял усыпить свою бдительность, но в недолгом наслаждении умиротворением отказать себе не мог. Барнс и не заметил, как потрескивание сыроватых бревен костра и стрекот сверчков в темнеющей траве унесли его в глубины сна. Картины пыльного прошлого, ставшие уже обыденностью, не горячили кровь так, как пару недель назад. Он научился спокойнее воспринимать проявления глубинной сущности своего антикварного "я", запертого на дальней полке. Научился терпеть его, как неизбежность. Возможно, со временем они придут к определенному пакту о ненападении друг на друга и перестанут терзать общий разум. Но пока еще оба не готовы. Пока не время. Чувство опасности, остро пронзившее все существо подобно сотне игл, привело в движение его мышцы еще до того, как мозг окончательно покинул стадию глубокого сна. Джеймс подорвался с места, выхватывая из рукава неизменный трофейный нож. Единственным, что он успел уловить, был тусклый отблеск металла в лунном свете. Зимний Солдат подождал с минуту и обошел свое укрытие по периметру. Ночной гость будто специально наследил, хотя, Барнс был уверен, мог не оставить абсолютно никаких свидетельств своего пребывания. Но, так или иначе, угроза миновала. Это он чувствовал абсолютно точно. Однако он не смог скрыть свое удивление, когда обнаружил в своем шалаше абсолютно неожиданный предмет. Его рюкзак, потерянный в поезде, мирно покоился на земле. Первой же мыслью было гремящее в висках "это бомба!", но он все же пересилил себя и заглянул в недра потрепанного багажа. Все его вещи, все до единой, были на месте, и кое-что даже прибавилось. Новенький заряженный "магнум" сверкал затвором из бокового кармана, а рядом покоилась маленькая записка, наскоро нацарапанная на обгорелой салфетке: Считай это форой, Барнс.