Договор еще не приговор

"Немножко от автора"

Здравствуйте дорогие друзья! Простите вашу покорную слугу за долгое написание и небольшую, относительно предыдущих, главу. Ваша автор, тоби ж я, заболела. Точнее сказать её самым возмутительным образом заразили гуляющим вирусом, леший его разберет, какой болячки. Как известно температура и прочие "милые радости" не способствуют творческому процессу. Но довольно пустой болтовни, я желаю вам всем приятного прочтения и искренне надеюсь, что новый кусочек этого рассказа вам понравится)

Ваше Ласковое чудо..

      Шагая вслед за Рэдди, я чувствовал, что дело пахнет керосином, причем не просто пахнет, а уже пылает вовсю ивановскую, впору тащить противогаз и ставить бункер. Я рассматривал сразу несколько вариантов такого поведения с его стороны, правда, все они не имели никакого реального подтекста, с точки зрения этой самой реальности. Однако если смотреть на все со стороны пессимиста, но мне не хватит волос и нервов уже через неделю тутошнего пребывания. В данном случае оптимистичной ноткой служило извечное любопытство, по большей части присуще женщинам, однако в нашей семье передается исключительно через каждое поколение. Научно доказано. Вот у папы с мамой любопытства ноль целых три десятых, а мой дед с папиной стороны (теперь понятно, почему никогда я не встречал родственников мамы) чертовски веселый и любопытный старикашка. Но, опять-таки, о нотке оптимизма! В этой части резиденции мне еще бывать не доводилось, я то все по большей части либо из окон падаю, либо направо спускаюсь, на зов желудка. Но спрашивать о чем либо, не хотелось. Да и Рыжий, как видно, не горел желанием начинать разговор посреди шага.       Я то и дело бросал на него косые взгляды в попытке разгадать, что у него на уме, но легче мышей научить выплясывать джыгу, чем раскусить этого болванчика. А может, хочет сказать что-то важное? Например, мой долг уплачен, я ему больше ничего не должен. Или, что я могу идти на все четыре стороны, договор между нашими родителями больше не действует, и я свободен. Блин, о чем я думаю? Самому в это не верится! Р      ыжий остановился. Он вдруг резко обернулся и шагнув навстречу, толкнул в грудь. Я по инерции сделал пару шагов назад и уперся спиной в стену. Рядом прикрывая пути к отступлению, уперлась рука, сжатая в кулак. - Что ты делаешь? – агрессивно реагирую на эти действия, с гневом смотря ему в глаза. - Нет, это ты что делаешь?! – неожиданно рявкнул Рэдди. Я удивленно вскинул брови, – Тори, нерадивый мой, ответь же мне что тебе еще не так? Я дал тебе возможность думать, будто у тебя есть смехотворный долг, я дал тебе два месяца свободы вместо того, чтобы немедленно тащить под венец, арг* тебя дери, если бы ты только хоть на минуту задумался, хоть на миг включил свой мозг, но нет! У тебя все через одно место! Причем через то самое, которым я имею все законные права обладать! Задумал сбежать от меня, блудливый мой? Я не держу тебя силой, ты не раб мне и не заложник этих стен, но ответь, зачем ты так со мной поступаешь?! - Ась? – растерянно моргнул я, совершенно не ожидая всего, что только что услышали мои уши.       Мне что, снится кошмар? Может, не стоило чистить зубы тем порошочком неизвестного происхождения? Вот забавно будет, если я сейчас валяюсь где-то и глупо пускаю слюни на утоптанный ковер. - Это все, что ты мне можешь ответить? – Разозлился пуще прежнего он, – Скажи Тори, сколько еще ты будешь меня мучить? - Я? Тебя? – Изумленно спрашиваю, до конца не веря собственному слуху, – Да ты что несешь, жертва голубой лагуны? Кто тут действительно мучает, так это ты! – я толкнул его, высвобождаясь из захвата, стенка-тело и возмущенно всплеснул руками, – Меня фактически убили, воскрешали, гоняли по полигону и заставляли носить женские туфли! На меня спускали страхолюдину похлеще адских псов в фильмах! Меня бросила собственная мать, которая давала мне своей любви меньше, чем получали худосочные крестьяне хлеба во времена моровых поведствий! Ты постоянно называешь меня перед каждым встречным своим женихом, прекрасно зная, КАК я к этому отношусь! Ты САМ дал мне роботу у сумасшедших близнецов и даже не стал ничего слушать! Не говори мне о жестокости приятель! Мне известно о ней куда больше твоего! - Мы с тобой договаривались. Два месяца, ты будешь со мной, а затем я отправлю тебя домой, если на то будет твоя воля. Но ты… - он возвел руки к небу, словно вопрошая небеса о чем-то, – Оо, ты делаешь все для того что бы вывести меня из себя! - Уж кто бы говорил! - Прежде чем делать поспешные выводы, ты мог бы хотя бы попробовать попытаться посмотреть на все с моей стороны. Но нет! Ты самовлюбленный, самоуверенный, маленький гаденыш, и лишь богам известно, что получиться из этого союза. - Никакого союза не будет!       Рыжий неожиданно зло усмехнулся и шагнул вперед. Я попятился и снова попал в ловушку. Он был так близко, вдавливая меня в стену, что было трудно дышать. - Что ты делаешь? – испуганно сглотнув, я как позволяло пространство, уперся ему в грудь руками. - Проверяю объем предстоящей роботы, – тихо прошептал Рыжий, и я, вздрогнув, расширенными глазами уставился на него. Это ведь, правда, мне только сниться?       Руки скользнули по моим рукам, отстраняя от своей груди, с неожиданной лаской сжали, опустили вниз, поглаживая внутреннюю сторону ладони. Мурашки, как электрический ток пробежались по телу. Руки скользнули выше, обнимая за талию и легко поглаживая бедра. Дыхание на щеке, осторожное прикосновение чужих губ к собственной коже. - Прекрати, – я покачал головой, пытаясь отогнать его, отстранить, сделать хоть что-то, чтобы не чувствовать себя беспомощным в ловушке.       Рэдди не ответил, только крепче прижал к себе, так что я ощутил где-то в районе живота и паха нечто выпуклое и точно не мое.       И прикосновение, нежное, легкое как крылья бабочки к кончику носа, к скулам. Его глаза так близко! Янтарь завораживал, гипнотизировал как взгляд змеи, только я не видел в них злости или ярости. Искал, всматриваясь в их глубину, и не находил… А затем он поцеловал, решительно захватил в плен мои губы. Смущение, стыд, злость, негодование, страх – эмоции бурлили, словно на кратере вулкана! Я дернулся в сторону, но он будто это предвидел, вдавливая меня в стену. - Какой же ты мягкий, – глухо прошептал тяжело дышащий Рэдди, на миг разорвав поцелуй, – Податливый… Твое тело само реагирует на меня. Мне это нррравится… - Скользнув в последний раз по моей нижней губе, он отстранился.       Лишившись опоры, я едва не свалился на пол. Раньше, было как-то… Как-то не так… Он только на словах называл меня своим женихом, но еще ни разу так откровенно, как к женщине, руки не распускал. - Зачем? – только и смог выдавить из себя я. Хотелось набить ему морду, но в тоже время хотелось спрятаться под кроватью.       Однако первое желание оказалось сильнее.       Я немного сполз вниз по стене, опустевшим взглядом рассматривая его лицо. Рыжий, глядя в упор мне в глаза, провел большим пальцем по верхней губе. - Не беспокойся, напуганный мой. Я всего лишь напоминал тебе, кто здесь кто. Ты начинаешь забываться, малыш...       Вот оно как. Понятно. Ясно.       Я немного помолчал, глядя в пол, а затем яростно оттолкнулся руками, придавая себе ускорения, и боднул его головой в живот. Не ожидавший подобного, Рыжий сделал несколько шагов назад, но устоял. Я сжал в кулак его рубашку и коротко и зло размахнувшись, врезал его пот дых. - Ссс...- просипел Рэдди, перехватил мои руки, нанес короткий удар в какую-то точку на плече зафиксировав руки в замке захвата, – Элемент неожиданности? Умно, но глупо, – я зашипел от боли, с ненавистью смотря в его лицо, – А знаешь, почему глупо, чувственный мой? Ну же, расскажи мне, – без проблем удерживая обе моих руке, одной своей, другой он сжал мою шею. Я захрипел, тяжело дыша. Он немного ослабил захват, позволяя вдохнуть желанный кислород, но руку не убрал, – Не можешь? – ласково пропел он, – Что же ты так меня расстраиваешь, Тори?       Я резко ударил его коленом в пах. Рыжий легко увернулся и улыбнулся. Но сейчас... его лицо больше напоминало кривой оскал. - Ненавижу, – прошипел я, предпринимая еще одну попытку вырваться.       Чеерт, он превосходит меня по всем параметрам! Выше, шире, магией владеет, судя по захвату и боевыми искусствами, да и мечом еще в придачу машет налево и право. Заррраза. Я проигрываю по всем параметрам. Даже поле игры не мое, затащили в какой-то мир, и тешатся в свое удовольствие. - Какие чувства, – восхитился он, едва не начав аплодировать. Он склонился и игриво укусил за мочку уха, – Надеюсь, ты так же хорош и в постели. - Пусти! – взбешено рявкнул я, дернувшись.       Рыжий некоторое время мола разглядывал меня. В янтарных глазах было что-то такое, что откровенно пугало, лишая не то, что способности говорить, моргнуть было страшно. - Хочешь выйти из резиденции? Брось, не стоит так удивленно смотреть, думаешь, я не знаю о вашем разговоре со служанкой? Сбежать надумал, да? К чему весь этот фарс, ты мог просто прийти ко мне и попросить. Неужели это так сложно? - Мне от тебя ничего не нужно! - Ты говоришь это, не понимая, насколько я богат и влиятелен. - Купить меня хочешь? Что б ты подавился своими деньгами! - Не хочешь по-хорошему? Как скажешь.       Янтарь заполонил все пространство вокруг. В голове слегка зазвенело.       Мельком подумал, что ситуация до боли знакомая, безвольно обвисая на Рыжем. Тот взял пальцами мой подбородок, и на выдохе прошептал на ухо: - Эрус ампайр.       Пустота затопила сознание.       Проморгавшись, я с удивлением обнаружил, что нахожусь в незнакомой комнате с каменными стенами, обставленной весьма скудно. - Что, опять?! – взвыл я, хватаясь за голову. – Да ты надо мной издеваешься!!!       Я ринулся к двери и вцепился обеими руками в тяжелое металлическое кольцо, заменяющее ручку. - Трус!       Дверь предсказуемо была запертой. Скрипнув зубами от бессильной ярости, я стукнул со всей дури кулаком в доски, не чувствуя боли. - Ненавижу, – шиплю сквозь стиснутые зубы. Зажмурившись, я ударил еще раз дверь, заорав на всю глотку – Скотина!! Реджмонд, открой сейчас же!!! Открой…       Я прижался лбом к каменной стене. Холод немного отрезвил, и рука отозвалась легким зудом. Я поднес руку к лицу и безразлично посмотрел на изодранные в кровь костяшки пальцев. - Ненавижу…       Не знаю, сколько я просидел под дверью, меланхолично наблюдая за закатом. Надо же, так быстро день прошел, даже и не заметил. Я прикоснулся пальцами к губам и горько рассмеялся. Вот тебе и книжное приключение. Вот тебе и два месяца. Вот я и закончил школу. Нужно было просить директрису оставить на второй год. Это так сложно. Я прикрыл глаза, рвано выдохнув. Похоже, я стал лучше понимать жертв насилия и домогательств. Как мне это надоело. Эта безысходность, собственно бессилие, эта безжалостная слабость. Она давит неподъемной тяжестью на грудь, до боли сжимая ребра в пласт. Желание сбежать причиняло почти физическую боль, ярко пульсируя в сознании. Я должен, просто обязан это сделать!       В себя пришел, когда небо совсем потемнело. С кряхтением встав, я прогнулся назад в спине, разминая затекшие мышцы, и с хрустом потянулся верх. Новая комната представляла собой довольно таки жалкое зрелище по сравнению с предыдущими.       Каменный мешок с запертой дверью без единого окна. Только единственная полу стеклянная дверь вела на небольшой балкончик, но места на нем было столь мало, что даже и не развернуться толком. Повернув небольшой ключик в замке, я открыл дверь и тут же передернул плечами. Холодный, морозный ветер тут же наполнил комнату, словно холодный душ жадно забирая тепло из тела. Я обхватил себя за плечи, зябко поежился и шагнул на балкончик. Вот это да! Судя по всему, мой статус в резиденции значительно возрос, раз случилось великое переселение в башню. С этой высоты, если не весь замок, то значительная его часть просматривалась очень четко и ясно. Красиво. Но холодно.       Я вздохнул, тоскливо вознеся взгляд к небу затянутому грязными, тяжелыми тучами. Словно отвечая на безмолвный вопрос, пошел мелкий снежок. Ветер усилился. Похоже, собирается метель. Осколки солнечного света окрасили снег кроваво-красными и сиренево-малиновыми осколками.       Вернувшись назад в комнату, я плотно закрыл дверь и повернул ключ. Из мебели мне «щедрой рукой» выделили кровать, небольшой кофейный столик, пустующий комод для вещей и сундук непонятно для чего.       Глядя на кровать, я с иронией подумал, что с каждым переселением её размеры становятся все меньше и меньше. Интересно, к чему бы это?       Я упал на кровать вниз лицом. Полежав так немного, повернул голову в сторону и потянул на себя покрывало, заматываясь в него наподобие кокона. Закутавшись с головой, оставив лишь небольшое отверстие для вентиляции и кислорода, я притянул колени к подбородку, и прижал к груди руки.       Как же я устал от всего этого…       Утро не принесло облегчения. Зато принес визг. Одна из служанок, видимо, зашла меня проведать, неся под мушкой пустую бадью. Не обнаружив меня на кровати, она стала озираться. Я в это время как раз просыпался, и голос после сна был хриплый. Я завозился, оглядывая местность в щелочку меж тканей. Да, похоже, я с кровати свалился и заполз под стеночку, не разматывая теплого кокона покрывала. Я приподнялся на локте, хотел было её окрикнуть, но запутался в ткани и шлепнулся на пол, больно ударившись подбородком. - Ххрр..       Визг служанки, резанул по ушам. Глухо упавшая бадья покатилась на выход вслед за гостей. Кое-как распутав голову, я тоскливо посмотрел им в след. Дверь осталась открытой. Однако мне хватило мозгов не высовываться за порог тюремной камеры. С учетом магии и голубого верзилы, все равно далеко уйти не смогу.       Однако сквозняк был не очень приятен. И я пополз к двери с намерением её закрыть. Пока дополз до половины, вернулась служанка в сопровождении стражника при каждом шаге лязгающего металлом. - Ета хар! Хар бьян терарт ома-нам сикьэн Тори! - Е шат, – взволнованно ответил страж, и воздух наполнил новый звук. Звук, обычно сопровождаемый вытягиванием меча из ножен. Характерный такой звук. - Ей, ты что удумал? – Взволнованно прохрипел я, завозившись на полу. Противное покрывало упорно не желало распутываться. - Харл саул! – закричала служанка, – сикьэн Рэджмонд ова ибайрх сасемк…       Острый наконечник больно кольнул бок. Я вскринул, бряцая железом, стражник отшатнулся и помянул какого то арга. Судя по тому, с каким чувством каким это было сказано, авторитетно заявляю, что это местный мат. - Совен, бйорк дыгренсинова эва тора! Мара! – Быстро сказал стражник. Мелкий стук каблучков показал, что служанка сбежала.       Я нахмурился. Похоже, они приняли меня за тутошнюю нечисть. - Ей, это же я, Тори!!! – что есть мочи, закричал я. - Г-господин Тори? – неуверенно переспросил страж, переходя на понятный и родной русский. - Да! – отчаянно воскликнул я.       Стражник облегченно перевел дух и помог выбраться из кокона. - Что вы делали на полу? – полюбопытствовал он. - Ревизию тюремных камер проводил, – ядовито ответил я. - Это не мое решение, господин, – спокойно пожал плечами стражник, ничуть не смутившись.       Стражник ушел, аккуратно прикрыв за собой дверцу, в последний раз бросив на меня настороженный взгляд, будто боялся, что я сейчас превращусь в бабочку и упорхну в окошко. Я демонстративно помахал ему вслед, ручкой ехидно оскалившись. На что мне хмуро пригрозили пальцем и дверь закрылась.       Абзац.