Жизнь - это выбор

      Было ли Лайнели страшно? Наверное, всё же да, в общем и целом. Но это был привычный страх, он позволял сохранять настороженность даже там, где, казалось бы, этого не требуется. Три дня прошло с тех пор, как отряд разошелся в разные стороны. Оба хоббита возлагали на эльфийку большие надежды как на проводника, но ей пришлось их разочаровать. Эта сторона мира ей была неизвестна. Более того, запах тухлого болота заставлял глаза слезиться, а потому троица старалась обходить его стороной сколько это было возможно. С одной стороны скалистый обрыв, с другой - болота. Небольшой выбор. Фродо становилось хуже, он угасал на глазах. Лайнели было больно смотреть на страдания друга, но помочь она не могла. Она не выдержит такую ношу, она слабее этого маленького хоббита. Эльфийка могла, разве что, успокаивать его после тревожных снов. Она гладила Фродо по кудрявой голове, тихо напевала эльфийскую колыбельную и спокойно и уверено улыбалась, скрывая тревогу. И тревога касалась не только состояния друга. Чуткий слух улавливал далекие тихие шлепки босых ног и рук. Да, она знала, кто это. И понимала, за чем он идет. Но хуже всего было то, что это существо лучше многих знало Мертвые Болота. Однако пока хоббиты не замечали преследователя, и это Лайнели вполне устраивало. Сэмуайз умудрялся выводить Фродо на разговоры, что отвлекало последнего от невеселых мыслей. Но и темы разговора, к сожалению, с каждым разом становились всё мрачнее. Однако взаимная забота, которую бывшие, а может и будущие, домоседы-хоббиты проявляли по отношению к друг другу и к ней очень трогало и согревало душу. И ещё это давало уверенность, что друзья какое-то время смогут провести без неё, потому Лайнели уходила часто вперед, выискивая лучший путь и проверяя его на наличие врагов.       Туман не сходил уже пару дней, становился то гуще, то редел. Даже эльфийские способности к ориентированию подводили и порой троица по нескольку раз ходила кругами. Это невероятно злило эльфийку, ведь то была пустая трата времени и сил, которых с каждым разом становилось всё меньше. Всё вокруг, казалось, было настроено против незваных гостей. В ночь на третий день небо разверзлось и обрушило на головы путников ужасающий ливень. Скрывшись под естественным навесом скалы, хоббиты укутались в эльфийские плащи и, клацая зубами, жались друг к другу. Лайнели стояла рядом: капюшон натянут едва ли не до подбородка, подол плаща прижат каблуками сапог. Она была похожа на живую палатку. Которую ночь эльфийка бодрствовала и охраняла сон своих соратников. Но даже воздух на этой стороне был тяжелый, удушающий, и отсутствие сна снижало силы гораздо быстрее. И сейчас, стоя под бесконечными ударами капель, Лайнели позволила себе заснуть. И в этом полусне-полубреде было темно, уютно и спокойно. Утро встретило молочно-белым туманом, да таким густым, что кулак на вытянутой руке уже был не виден. Эльфийка шла впереди и крепко держалась за рукоять кинжала, готовая в любой момент сразить опасность. К полудню, что можно было определить лишь по ощущениям, так как солнце скрывалось за густыми тучами, туман стал рассеиваться, и друзья вновь обнаружили, что бродят кругами. Лайнели зло выругалась, Сэм принюхался, определил, что болота уже очень близко, а Фродо настороженно прислушался. - За нами наблюдают, - наконец, проговорил Бэггинс. Эльфийка поджала губы и нехотя кивнула. - Как давно ты это заметила? - Фродо даже не злился, он был... словно разочарован. - К концу второго дня. Он давно шел за нами и вот теперь, наконец, нагнал. И ждет лишь возможности украсть то, что, как он думает, принадлежит ему. - И когда ты думаешь он осмелится напасть? Лайнели неуверенно повела плечами и предположила: - Когда меня не будет рядом? И верно, уже ночью, когда эльфийка ушла достаточно далеко, проверяя местность, хоббиты смогли не только поймать Горлума, но и оставить его в живых, связав его на манер поводка подаренной Галадриэль веревкой. На немое возмущение Лайнели, Фродо покачал головой. Всё же он знает эти места и может провести их. Но как только мерзкое создание увидело эльфийку, оно взвыло не своим голосом. - Сснова ты! Снова ты, мерзский эльфс! Ненавижу эльфсов! И вдруг он метнулся к ней, со всех сил прыгнув, желая добраться до горла Лайнели. Сэм не удержал его и повалился за веревкой, а эльфийка лишь сделала шаг в сторону, свысока взирая на пучеглазую тварь, пролетевшую мимо и теперь копошащуюся в грязи. - Сделаешь так ещё раз, - Лайнели наклонилась к Горлуму, придавив его спину сапогом и распластав того на земле, - и, клянусь, ты будешь молить о смерти. На момент обещания с лица эльфийки слетела маска прекрасного и возлюбленного ребенка Валар, и жестокая сущность оскалилась в улыбке, предвкушая пытку. Горлум затих, а хоббиты замерли в испуге. Такой они видели подругу впервые и многое отдали бы, лишь бы больше этого не видеть. Лайнели устало вздохнула и отошла на пару шагов. - Я пойду чуть вперед, осмотрюсь, - проговорила она, глядя куда-то за скалы. - Будьте осторожный с этой тварью. Не доверяйте ему. Она ушла далеко вперед. Нет, она не проверяла местность, как обещала друзьям. Остановившись у небольшого валуна на скале, с которой открывался вид на Мертвые Болота, Лайнели села на землю и поднесла руки к лицу. Они дрожали. Дрожали так, словно перед или уже после битвы. Снова этот мандраж. Снова она теряет контроль, поддаваясь страху. Словно не тысячи лет за плечами, а сопливых пару десятилетий. Откинувшись и расслабившись, эльфийка закрыла глаза и воззвала к своему Свету. Нет, не совсем так, это был больше Свет её принца. Своего же она почти лишилась в Битве Пяти Воинств. Свет откликнулся теплым сиянием и стал заполнять тело, изгоняя тьму и страх. Не было боли, не было истязаний. Тело наполняла приятная истома, горячий ураган внутри сознания. Так учат засыпать детей эльфы, так концентрируются взрослые воины после бурь сражений. Ходил слух среди молодых эльфов, что именно это чувствует дух умершего, когда Эру забирает его к себе. Глупости, конечно, никто этого не знает. Когда Лайнели открыла глаза, без того темный Восток окутало покрывалом ночи. Слишком долго она просидела на этом взгорье. Уж не уснула ли? Спустившись, эльфийка ринулась к хоббитам, обостряя свои охотничьи уменья. Отыскала их на самых подступах к Болотам: Фродо забылся тревожным сном, Сэм бдил рядом с другом, а Горлум сидел в отдалении, немигающим взглядом уставившись в даль Болот. - Отдохни, Сэм, я постерегу, - Лайнели присела напротив хоббита, сложив оружие перед собой. - Этот, - Сэм мотнул головой в сторону Горлума, - уж больно подозрительно себя ведёт. - Не волнуйся, я настороже, - эльфийка улыбнулась, стрельнув глазами на едва виднеющийся клинок в ножнах. Хоббит серьёзно кивнул и устроился лицом к Фродо. Через несколько часов оба спокойно посапывали. Лайнели передернула плечами от сырости. Удушающие испарения Болот действовали пострашнее тумана-дурмана Лихолесья. Мрачные тучи над головой приобретали пугающие очертания, но тут же расплывались. - Мерзсский эльфс не выживет на Болотах, - прошипел Горлум. Лайнели медленно повернула голову в его сторону. Огромные глаза существа слепо отражали блеск вышедшей луны. Оскаленный в полубеззубой улыбке рот и напряженная поза, как перед броском, сильно встревожили эльфийку, рука сама собой потянулась к кинжалу. - Тварь, я тебя прикончу раньше, чем ты назовешь своё отвратное имя, - прорычала Лайнели, сверкнув кинжалом. - Только посмей, и эту поляну украсят твои пальцы и уши. Лицо Горлума жутко оскалилось, словно он вот-вот готов был закричать и броситься в атаку, но тут же изменилось, приняв выражение всепоглощающего ужаса. С постыдным скулежом Горлум съежился и отполз подальше, свернувшись на грязной земле. В душе Лайнели полыхал огонь битвы, кровь вздувала мышцы и кинжал мелко дрожал в руке. Дыша медленно и глубоко, эльфийка опустила оружие и откинула голову. Пропущенное сражение у реки сказалось на ней весьма странно - сейчас она готова была броситься убивать кого угодно, кто нес в себе угрозу. Её трясло, лихорадило, жгло изнутри. Хладнокровный убийца растворялся в её буре, и больше не было спокойной и рассудительной Лайнели. Она словно превращалась в дикого, обуреваемого жаждой крови зверя. Зверя, наконец сорвавшегося с поводка. И это пугало ещё осознающую себя сторону души, но и контролировать себя уже было невыносимо. Но нужно! Нужно, балрог всех пожри! Впереди Мертвые Болота, Чёрные Врата и Огненная Гора, она не имеет права давать слабину. Не здесь, не сейчас, когда всё уже вот-вот закончилось! Лайнели вдруг представила, что всё действительно закончилось. Больше нет битв, нет Ужаса с Востока, и настала Эра Людей. А значит, эльфы покидают Средиземье. Валинор ждёт. - Валинор ждёт, - тихо прошептала эльфийка и почувствовала, как родное и доброе тепло огоньком свернулось в груди.       Идти по Болотам было невыносимо. У Лайнели болела голова от постоянных шёпотов призраков былых времён, а тело тряслось, едва легкое дуновение промозглого ветерка касалось оголённых участков. И эта тварь, этот... Горлум!.. постоянно следил за ней и ухмылялся, видя, как слабеет эльфийский свет. Поселившийся в глазах подруги страх заметил и Сэм, понял, что подобное состояние вкупе с усталостью сделает из Лайнели не ударную силу их отряда, а обузу. Хоббит предложил спать поочерёдно, сменяя друг друга. Согласившись на это, эльфийка не упускала шанса прикорнуть и на коротких привалах, рассчитанных, кстати, на восстановление сил Фродо, а не остального отряда. На одном из таких привалов Горлум завопил и кинулся к чахлому кусту на границе поляны. Лайнели была слишком далеко от этого места, потому, когда Сэм втащил содрогающееся в судорогах тело Фродо под прикрытие, Лайнели на полпути накинула на себя плащ и замерла, даже дыша через раз. Слух резанул визг крылатой твари. В какой-то миг эльфийка поняла, что по её лицу катятся слезы настоящего страха, страха перед тем, кто патрулировал небо над Болотами. Вся её смелость съедалась этим местом, все силы уходили на то, чтобы держать себя в руках. Когда тварь улетела достаточно далеко, друзья выбрались из-под куста и направились к девушке. - Лайнели, ты в порядке? - Сэм неуверенно подступал к ней, оглядываясь на Фродо и Горлума, настороженно следящих за движениями эльфийки. - Да, Сэм, - Лайнели неуклюже села, незаметно стирая позорные слезы. - Да, со мной всё хорошо. Нужно скорее выбираться с этого места. Оно меня... Оно лишает меня сил. Признание далось тяжело, но её соратники должны знать. Иначе в решающую минуту спасение не придет. Сэм кивнул, а Фродо даже попытался ободряюще улыбнуться. Пережив рейд одного из Назгул, друзья, наконец, добрались до Черных Врат. Лайнели с ужасом взирала на громадные ворота, величиной в целую гору. Даже врата королевства Торина казались меньше. Величественные, ужасающие и невероятно большие. Едва увидев их, девушка поняла, что тут они точно не пройдут. С запада вдоль цепи гор двигались отряды присланных войск Харадрим. Лайнели упустила тот момент, когда Сэм покатился с их взгорка вниз, но Фродо быстро среагировал и погнался следом. Лайнели было дернулась за ними, но Горлум остановил её. Пучеглазое лицо было так искажено ужасом, что эльфийка оцепенела. Когда первые ряды армии уже были настолько близко, что могли заметить замешкавшихся хоббитов, Лайнели уже вытащила кинжалы и оценивала свои силы. Но ситуацию спас Фродо. Он накрыл их с Сэмом эльфийским плащом, и друзья замерли. Даже с высоты они стали похожи на булыжник. Лайнели моргнула лишь раз и вновь едва не потеряла их из вида. Горлум заходился немым криком, а Лайнели буквально трясло от напряжения. Когда в открывшиеся ворота стали заходить отряды, она отвлеклась на разглядывание ситуации внутри Мордора. И то, что предстало её эльфийскому взору, напугало похлеще присутствия Назгул. Вся местность была забита колышущимся живым морем. Это была самая огромная армия, которую когда-либо видело Средиземье... - Мы не пройдем здесь, - в голосе Лайнели было столько обреченности и страха, что взобравшиеся обратно хоббиты обеспокоенно проследили за её взором. Потом выяснилось, что есть другой, тайный проход, кружной путь во владения Темного Властелина. Но он был на другой стороне цепи гор. Сэм забеспокоился о времени, которые друзья затратят на переход, но Лайнели прервала его: - Это единственный выход. Иного способа пробраться живыми к Горе нет. И путешествие на юг продолжилось. Аккуратно уйдя из-под взоров разведчиков Саурона, их маленький отряд выбрался на относительно безопасную местность и поспешил вперед. Тень Мертвых Болот осталась позади и Лайнели вздохнула свободнее. Полуденное солнышко, не скрытое мрачными облаками, свежий ветерок и спокойствие вокруг способствовало поднятию духа. Эльфийка заговорила с Сэмом о том, как замечателен мир без гнета тьмы. Лишь к теплому вечеру Лайнели вдруг поняла, что устала. Это была обычная физическая усталость от путешествия. Недалеко от места ночлега журчал ручеек и, пока Сэм разводил свой хитрый костерок, от которого не было дыма, Лайнели спустилась к воде и с удовольствием помочила ножки. Холодная вода взбодрила, сняла усталость и дала ясность мысли. Скоро всё закончится. Лайнели улыбнулась этим мыслям и, собрав вещи, пробежала по жухлой траве до отряда. Они справятся. Они непременной дойдут до ужасной Огненной Горы и победят Властелина. А потом... потом будет солнышко, ветерок и спокойствие.