Жизнь - это выбор

POV Лайнели       Огонь. Кругом полыхает пламя. Крики, стоны, плачь - всё это смешивается в какофонию ужаса. Я стою на поле битвы. Не могу определить, где это место, да и не пытаюсь. Вокруг сотни трупов людей, эльфов, гномов, орков, каких-то животных. Меня шатает, нечем дышать. Поднимаю глаза и, смотря на горизонт, ужасаюсь. Черные Врата - открыты, и на меня идут полчища орков, но пугает не это, а то, что за ними. Око. Одного взгляда на него хватает, чтобы почувствовать приступ нестерпимого страха. Меня начинает колотить крупная дрожь, колени подгибаются, в голове ни одной мысли от страха, сердце стучит быстро-быстро. Око Саурона обращается на меня. Его зрачок расширяется и мелко дрожит, будто смеясь. В голове отчетливо проносится всего одна фраза - "Ты ошиблась!" Конец POV       Лайнели резко села в постели. Со лба и спины стекают капли холодного пота, зрачки расширены, дыхание сбилось, горячие слезы чертят мокрую дорожку по лицу. Сидевший рядом Леголас от неожиданности дергается, но потом подлетает к постели и обнимает рыдающую девушку. Она беспомощным комочком прижалась к груди принца, заливая его белоснежную рубаху горькими слезами страха. - Тише, девочка, тише, - шепчет лихолесец, поглаживая эльфийку по волосам. - Всё хорошо, успокойся. - Ты не был там, - всхлипнув, осипшим голосом сказала Лайнели. - Ты этого не видел. - Что не видел? - Его... Леголас понял, что пока ничем не может помочь девушке, поэтому лишь крепче её обнял, целуя в макушку. Так они просидели ещё несколько минут. Слушая спокойное биение сердца эльфа, девушка пришла в себя и успокоилась, но перед глазами всё ещё стоял тот жуткий сон. Сейчас она осознала, где находится. Это были её покои. Но эльфийка не помнит, как сюда попала и что было после Совета. Последнее, что отпечаталось в её памяти - глупый вопрос Пиппина, вспышку нестерпимой боли в голове и больше ничего. - Что случилось? - неожиданно твердым голосом спросила Лайнели. - У тебя пошла кровь из носа и ты упала в обморок, вся бледная и словно безжизненная, - через силу ответил эльф. - Тебя отнесли сюда, в покои, и Элронд выставил всех за дверь. Он сам тебя лечил. Все были напуганы и не знали, что происходит. А твои... - принц замолк, собирая все силы. - ... Твои крики. Ты бредила, тебе было больно. - Я ничего этого не помню, - после минутного молчания, наконец, сказала Лайнели. Она села и посмотрела в глаза принцу. В них плескалась тревога и страх за неё. И вдруг девушка поняла, что действительно напугала своих спутников. Сейчас ей нужно казаться сильнее, чем она есть на самом деле. Золотоволосая улыбнулась Леголасу самой искренней и теплой улыбкой, затем потянулась и поцеловала его, стараясь успокоить и самой успокоиться. Оторвавшись через несколько минут от головокружительных губ эльфа, дочь Лейндила встала с кровати, потягиваясь и разминая затекшие мышцы, и затем упорхнула в купальню, оставляя ничего не понимающего Леголаса одного. Лишь окунувшись в теплую, нагретую солнцем воду эльфийка почувствовала заглушенную присутствием лихолесца боль в теле. "Будто после битвы с половиной Мордора", - усмехнулась Лайнели, содрогнувшись от воспоминаний. Через несколько минут, поразмыслив над своим сном и придя к выводу, что это просто кошмар, она вернулась в покои и, не обнаружив эльфа, надела одно из множества прекрасных ривенделльских платьев. Затем спустилась на террасу, откуда доносились встревоженные мужские голоса. - ...Ей нельзя с нами! - возмущался грубый голос. Эльфийка притаилась за колонной, догадываясь, что речь идет о ней. - Я согласен с гномом. Что если так будет случаться постоянно? Она будет обузой. - Не смей так говорить, Боромир. Даже в таком состоянии она сильнее многих из нас, - ответил человеку хриплый голос Гендальфа, и маг тяжело вздохнул. - И все же он говорит дело. Вы не сможете ей помочь, а твоя магия, Гендальф, также не всемогуща, - грустно проговорил лорд Элронд. - Мы не знаем, что с ней происходит и как ей помочь. Она уязвима для Тьмы. Пусть остается в Ривенделле. Мы за ней присмотрим, а если случится что-то хуже - заберем в Валинор. - Нет! - выходя из укрытия, девушка с нескрываемой раздражительностью наступала на Элронда. - Вы не посмеете! Никто из вас не вправе решать за меня. Если вы меня недооцениваете, то я не собираюсь что-либо вам доказывать, но и прятаться здесь я не намерена. Средиземью грозит опасность. И я обязана помочь спасти его. Вы не запрете меня в "золотой клетке"! Хватит с меня дворцов. Задыхаясь от возмущения, эльфийка исподлобья осмотрела каждого собравшегося. Здесь были Арагорн, Боромир, Гендальф, Элронд, Гимли, Фили, Леголас. Эльф стоял спиной ко всем и ни разу не повернулся, вглядываясь в заходящее солнце далеко на горизонте. - Ты можешь умереть в походе, - с болью в голосе произнес сын Трандуила, не оборачиваясь. - Не дождетесь! - прошипела Лайнели и, развернувшись, побежала в покои. Ввалившись в комнату, она быстро закрыла дверь и начала собирать вещи. Руки дрожали от ярости и осознания своей слабости, но она не намерена сдаваться. Только не сейчас. Походная одежда нашлась в шкафу, в самом дальнем углу, припрятанные ножички были на своих местах. Сложив все свое оружие на постели, эльфийка, переодевшись в походную форму, принялась ожесточенно начищать меч. Через несколько минут кто-то осторожно постучал в дверь. Скрипнув зубами, Лайнели пригласила нежданного гостя. Этим гостем оказался Бильбо. - Здравствуй, - робко улыбнулся хоббит, подходя и подсаживаясь к подруге. - Здравствуй. Тебя подослали? - Хм... Ты во мне сомневаешься? - наигранно надул губки Взломщик. - Нет, я пришел поговорить с тобой о другом. Я знаю, что многие будут против тебя в походе, беспокоясь о твоем здоровье. Мне рассказал Фродо о том, что случилось на Совете. Я очень переживаю за тебя, но и за племянника тоже. Я даже не представляю, что ему грозит. Но кроме тебя и Гендальфа я никого не знаю и не могу положиться, понимаешь? Конечно, Гендальф это надежная защита, но, будем честны, непостоянная. Он же себе на уме! А ты верна до конца, я это знаю. После Битвы Пяти Воинств это знает всё Средиземье. Прошу тебя, помоги и защити моего племянника. Я не переживу, если с ним что-то случится. По лицу старого хоббита скатилась прозрачная слеза, но он поспешно её стер. Лайнели смотрела на Бильбо, но почему-то видела Леголаса. Видела, как он точно также переживает за жизнь единственного по-настоящему родного существа. - Конечно, Бильбо. Я буду с Фродо до конца. Обещаю, - приобняв Взломщика, прошептала эльфийка.       После того вечера к девушке так никто и не пришел. Гнев и обида поутихли в ней, и Лайнели, вновь переодевшись в обычное платье, спустилась в сад. Она продолжала злиться на мужчин, но и сказать, что они неправы тоже не могла. Ей нужно было побыть наедине с природой, разобраться в себе и обдумать дальнейший план действий. Ночные сады Элронда были восхитительны своей таинственностью и волшебством, особенно в ночное время. Кружащиеся в воздухе быстрые светлячки, далекий шум водопадов, ночные цветы, да и сам воздух создавали ощущение сказки. Жестокая реальность войны осталась там, в ушедшем дне. Лайнели любовалось непривычной глазу красоте ночной природы, когда её окликнули. К золотоволосой быстро приближалась Арвен, с которой она успела подружиться. Девушки продолжили прогулку по саду вдвоем, разговаривая на самые разные темы. Лайнели расслабилась в обществе доброжелательной ривенделльской принцессы. - Можно я тебя кое о чем попрошу? - загадочно зашептала Арвен, наклоняясь к подруге. - Говори, - кивнула Лайнели, также наклоняясь к принцессе. - Я буду очень волноваться за Арагорна во время похода. Хоть я и знаю, что он великий воин и с ним идут не менее опытные и верные друзья, я все же хочу заручиться именно твоей поддержкой. Арагорн считает, что он не вернется с этого похода, он в это не верит. Я же верю и надеюсь. Многие из наших, как ты знаешь, уже отправились к Серым Гаваням и ada также желает отправить меня в Валинор. Я молю его остаться, дождаться конца вашего опасного похода. Я прошу тебя... нет, молю! Охраняй Арагорна, оберегай. Я не хочу, чтобы с ним что-либо случилось. Арвен печально взглянула в небо, и в её глазах заблестели слезы. - Я... - Лайнели заколебалась, - обещаю. Это прозвучало намного уверенней, чем на то рассчитывала золотоволосая. "Два обещания. А сможешь ли ты их сдержать?" - спрашивала себя эльфийка. Но Арвен была очень рада её ответу и не заметила колебаний подруги. - Пора обратно, - оглянувшись, произнесла принцесса Ривенделла. - Вам завтра в долгий путь.