Жизнь - это выбор

      Лайнели подняла голову. Шум в ушах постепенно сходил на нет, а буря чувств улеглась. - Пожалуй, на сегодня хватит, - эльфийка огляделась вокруг, будто первый раз видя это место. - Я справлюсь. В этом мире всё решаемо. И кто-то решил, что справлюсь, а значит - это так. Золотоволосая усмехнулась. Стало неожиданно легко и просто. Голова просветлела, и нужные мысли сами образовывались в сознании. Как не странно, но после всего пережитого, после всех чувств и эмоций, девушка поняла, как ей не хватало той отчужденности, что была присуща ей многие годы. И сейчас, отринув прошлое и грядущее, она могла спокойно вернуться к друзьям. Что она и сделала, захватив кулон. - Что случилось? - проснулся Леголас, когда эльфийка вошла в шатер. - Жизнь случилась, - зевнула девушка и шустро примостилась под боком мужа. Удивительно, но Леголаса вполне устроил такой ответ. Накрыв золотоволосую, он приобнял её и заснул.       Утро встретило напряженной, как казалось, тишиной. Лайнели открыла глаза и осмотрелась. Шатер был пуст, а снаружи не слышались голоса. Лишь привычный шум леса. Девушка выбралась из-под удивительно теплого одеяла и с ужасом обнаружила, что легла спать в чём пришла, не переодевшись. "Счастливая", - хмыкнула эльфийка, вытаскивая из-за пояса за спиной маленький метательный ножик. Всё-таки даже в мирное время привычка ощущать рядом холодную сталь осталась. Метнув ножичек в землю, девушка вышла из шатра и поприветствовала Братство. - А когда ты вернулась? Я тебя не видел, - удивленно вскинул брови Арагорн. - Поздно, - уклончиво ответила Лайнели. - А где Боромир? - Я его вроде в роще видел, - припомнил Гимли. - Лайнели, а можно с тобой? - встрепенулись Мерри и Пиппин. - Пошлите, - усмехнулась девушка. Хоббиты радостно потрусили рядом, периодически попадаясь под ноги. День был на редкость солнечный и прохладный. Свежий ветерок доносил с севера запах полевых трав, смешанный с родным ароматом леса. Едва уловимое с деревьев щебетание птиц и шуршание мелких грызунов давало странное ощущение уюта. Лотлориэнский лес воистину дарил спокойствие и отдых для тела и души. Но вновь выскочивший под ноги Пиппин не успел увернуться и упал вместе с Лайнели со взгорка. Девушка только и успела, что пикнуть. - Ах ты... - эльфийка потирала ушибленный затылок, - ...мелкий. - Дылда! - буркнул хоббит, весело блеснув глазками. - Что-о? - Лайнели так и подскочила. Перегрин вскинулся, подпрыгнул и припустился во все силы подальше от оскорбленной подруги. Лайнели шустро понеслась за ним. И вот, почти схватив маленького заразу, девушка вовремя заметила выставленную из-за дерева волосатую ногу. - Мерри! - воскликнула она. - Догоняй! - расхохотались хоббиты и кинулись врассыпную. - Ах так! - обиженно буркнула эльфийка. - Ну, ладно. Примерившись, она запрыгнула на ближайшее дерево и в два ползка оказалась у первой ветки. Ловко карабкаясь на дерево, она в нужном месте сиганула на другое. И таким способом она преследовала ширцев. А те, не обнаружив за собой погони, сбавили ход и подошли друг к другу, переговариваясь. - Бу! - гаркнула Лайнели, спрыгнув с дерева прямо перед ними. Друзья испуганно вскрикнули и хотели было вновь разбежаться в разные стороны, но были ловко пойманы за уши. - Ну что, мелкие, - выразительно выделив последнее слово, Лайнели нарочито злобно хихикнула, - добегались?       ...До Боромира компания добралась, оглашая окрестности дружеским хохотом и выкриками. Гондорец удивленно вскинул голову, прислушиваясь. Узнав голоса, он вышел из-за особенно буйно разросшегося дерева, где пробыл последние пару часов наблюдая за ручейком, и направился навстречу. - А вот и ты! - весело возвестила Лайнели. Не удержавшись, гондорец расхохотался. Лайнели стояла, слегка пошатываясь, на плечах у неё сидел широко улыбающийся Пиппин, а на руках качался Мерри. Хоббиты мстительно улыбнулись, глядя на друга, и, сверзившись с эльфийки, кинулись на него, удачно повалив на землю. Началось копошение, гордо затем называемое ширцами дракой. Девушка хохотала до слёз, наблюдая за этим переполохом. Сейчас ей было как нельзя легко и беззаботно. Как в детстве. Лишь когда солнце достигло зенита, члены Братства всё-таки вернулись на стоянку. В котелке варилось что-то кремообразное, но с умопомрачительным ароматом. Сэмуайз не переставая крутился вокруг костерка, постоянно то помешивая, то забрасывая нужные ингредиенты, то шебурша дровами. Хоббиты отправились к своим друзьям, рассказывать, наверное, о своём подвиге. Боромир хотел было примоститься в тени большого меллорна, рядом со своей палаткой, но Лайнели не дала ему сделать. Схватив человека под локоть, она незаметно для остальных уволокла его подальше. - Что происходит? - удивился гондорец. - Лайнели? - Слушай меня внимательно и не перебивай, - неожиданно жестко произнесла эльфийка. - Совсем недавно мне начали являться странные видения и сны. Долгое время я не могла в них разобраться, что несомненно пугало. В одном из видений, самых частых, я вижу летящие стрелы в осеннем лесу. Оркские стрелы. Но большие. Очень большие... - девушка сглотнула. - Вчера Леди Галадриэль помогла мне со всем разобраться, полностью показав видение. Там был ты. И стрелы летели в тебя. И самое страшное, я не успевала на помощь. А других рядом не было. - А что... - Не перебивай! - девушка толкнула Боромира к стволу дерева и строго посмотрела в глаза. - Я неожиданно всё поняла. Всё то, что мне было нужно знать. Итак, стрелы должны пронзить тебя. Ты должен погибнуть, кого-то защищая. И это должны знать все, - эльфийка сжала кулаки. - Но ведь мне не просто так показали это заранее, верно? Я знаю, как помочь тебе, но не изменить судьбу других. Ты умрешь. Для них. Я не смогу тебе помочь в той битве, потому что у меня, как и у тебя, своя судьба. - И как же ты мне поможешь сейчас? - после долгого молчания наконец спросил помрачневший гондорец. - В далекие времена, когда войны практически не прекращались, небольшая группка эльфиек придумала необычный отвар-мазь. Размазав это по телу, человека, эльфа или гнома могли нашпиговать стрелами или болтами, а они выживали. Конечно, если выстрел не был достаточно точным. Отвар просачивался в тело, навроде кольчуги, но внутри. У этого отвара-мази сложная рецептура и долгое приготовление, - девушка не смотрела на человека. - А откуда ты это знаешь? - Пока была во дворце, никогда не брезговала узнать что-то новое из обширной библиотеки. Та книжечка была тонкой, но не затертой, почти новой, хоть и с тысячелетней пылью. Я её нашла случайно. Но вот теперь думаю, случайно ли? - Лайнели что-то пробормотала на эльфийском. - У тебя есть, куда податься? Ибо когда свершится тот бой, ты должен исчезнуть для всех. Лишь немногие должны знать о тебе. Это не Братство. Это не семья. Не друзья. Для всех них ты должен быть мертв. Это окончательно. - У меня возлюбленная осталась в Гондоре, - совсем тихо пробормотал человек. - Я уехал на Совет, а она мне тогда хотела сказать что-то очень важное... - Хорошо. Это подойдет. Я думаю, тебе следует пробраться в город под видом отшельника, бродяги. Найди свою возлюбленную и бегите с ней... Может, в Озёрный город? Да, это хорошая идея. - Но как же так? - Я понимаю, что ты, как и я, до самых костей воин. Воин, не умеющий жить в мирное время. Воин, не смыслящий жизни без борьбы. Но у тебя есть то, ради чего не следует умирать... На самом деле. Ты будешь героем. Но живым. Ты согласен на эту игру? Над их головами, громко хлопая крыльями, пронеслась огромная птица. Затем вновь всё стихло. Лайнели ждала ответа. Не ей здесь решать. Каждый сам вправе выбрать жить ему или умереть. Девушка уловила шаги вернувшихся в лагерь мужчин. Надо и им возвращаться. - Я согласен, - уверенно посмотрел в карие глаза Боромир. Девушка кивнула и повернулась по направлению к лагерю. - Я обещаю, ты будешь жить! - бросила она через плечо.