Warrior

Я слышу, что ты говоришь, Но сам не могу издать ни звука. One Republic, Apologize.

— Последний штрих, — Финн улыбнулся, подняв блестящие красные украшения для ёлки. Я улыбнулась в ответ, когда он повесил петлю на крючок. Наверняка мои щеки сейчас стали цвета этих самых украшений. Я быстро повернулась и забралась на стремянку, чтобы достать до вершины рождественской елки. Финн вёл себя очень дружелюбно, он всегда был таким в обществе людей. Он был одним из тех людей, которые были полны доброты. Он напоминал мне плюшевого мишку. — Готово, — сказала я, развесив украшения на самых верхних ветках ёлки. — Не совсем, — Финн был не согласен, его улыбка расширилась, когда он порылся в одном из больших ящиков. — Мы должны поставить звезду на вершину ёлки, — в руках он держал большую золотую звезду. При свете она сверкала, почти так же, как улыбка Финна. — Как я могла забыть? — я не могла успокоиться. Финн снова улыбнулся. Он двинулся вперёд, легко поднимаясь по стремянке, и слегка согнулся, когда оказался выше верхушки. Я могла видеть мышцы на его спине и чувствовала себя ещё на один оттенок розовее. Он быстро поставил звезду на вершину, а затем вернулся вниз и подошёл ко мне, чтобы мы могли полюбоваться нашей работой. Рождество было совсем близко, осталось чуть больше недели, и я хотела бы винить за отсутствие украшений на ёлке то, что я была слишком занята, но это не так, это не больше, чем просто лень. Я думаю, что это было также из-за того, что я много времени проводила с Финном в течение последних нескольких месяцев. Финн давно стал моим лучшим другом. Я не очень легко открывалась людям, особенно после событий, которые произошли за последние несколько лет, но он уже успел попасть в мою жизнь со своей очаровательной улыбкой и способностью добывать пончики в любое время. Наша дружба расцвела почти без усилий, тем более что мы работали вместе и всегда были друг у друга на виду, но совсем недавно я стала чувствовать бабочек в своём животе. — Это большой успех, — сказал он. — Ты проделала замечательную работу. — Ты тоже, — я поздравила его в ответ. Он улыбнулся и закинул руку мне на плечи. — Так ты думаешь над моим предложением? — спросил он, пока мы продолжали смотреть на ёлку, украшенную игрушками и мерцающими гирляндами. Я вздохнула, автоматически положив голову на его плечо. — Не совсем, — призналась я. — Я просто не уверена насчёт этого. Я почувствовала, как Финн нахмурился, когда он опустил руку, только чтобы повернуться ко мне всем телом и взять мои руки в свои. Его пальцы водили круги по моей коже. — Почему нет? — мягко спросил он. — Ты боишься летать на самолете? Это будет не очень страшно, правда. Тем более, я буду держать тебя за руку в течение всего полета, если ты захочешь. Я быстро покачала головой. — Это не так, я не боюсь летать, — сказал я. — Это просто... что, если я не понравлюсь твоей семье? Финн пригласил меня поехать с ним в Америку на Рождество. Его родственники жили во Флориде, и он очень хотел познакомить меня с ними. К сожалению, я была в ужасе. Идея путешествия в другую страну и встречи с родителями Финна казалась большим и ответственным шагом для меня. — О, об этом вообще не беспокойся, — Финн улыбнулся. — Они полюбят тебя. Как можно тебя не любить? Алиса, ты замечательная. Я снова почувствовала румянец на своих щеках, быстро вытащила свою руку из его рук и повернулась к ёлке. — Я подумаю об этом, — пробормотала я. Прошло несколько мгновений, прежде чем Финн снова заговорил. — Хорошо, только помни, что у тебя есть чуть больше недели. Я пойму, если ты не захочешь. Думаю, это очень важное решение для тебя, — он мягко улыбнулся. — Мне нужно идти домой, я ещё не закончил свою статью, но я зайду завтра? — Ты знаешь, я всегда тебе рада, Финн, — в очередной раз напомнила я ему. — Ты не должен спрашивать об этом. Увидимся завтра. Он усмехнулся перед уходом и оставил поцелуй у меня на щеке. — Спокойной ночи. Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится. Я вздохнула, глядя, как он забирает опустевшую коробку от игрушек, которую он привёз, а затем выходит. Я не знала, что мне делать с Финном. Он был милым и очаровательным, добрым и заботливым, он всегда заставлял меня улыбаться, но в то же время он казался слишком хорошим, чтобы быть настоящим. Часть меня хотела верить, что, возможно, он был наградой после всего, что я пережила. Даже если Финн появился в моей жизни, чтобы сделать что-то хорошее, что-то должно было пойти не так. Как только я думала, что могла бы получить кусочек счастья, мне всегда приходилось сражаться за него. Я уже собиралась пойти в душ, как зазвонил мой телефон. Со вздохом я подняла трубку, даже не потрудившись посмотреть, кто звонит. — Алло? — Алиса, ты в порядке? — я инстинктивно закатила глаза, так как мне звонил брат. Каждый раз, когда была высокая активность какой-нибудь банды, или шёл дождь, или грузовик с мороженым сделал несколько дополнительных кругов ночью, он звонил мне. — Я в порядке, Элайджа, — я вздохнула, потирая рукой висок. — Ты не должен проверять меня каждый божий день. — Я думаю, что должен. Тебе напомнить, что случилось с Г…, — Элайджа издевался. — Правильно, — я поспешно оборвала его, чтобы он не произнёс вслух это имя. — Ох, — последовала небольшая пауза. — Прости за это, Алиса. Это всё ещё щекотливая тема для тебя? — Эта тема всегда будет такой, — пробормотала я. Элайджа выдохнул, а затем его следующие слова заглушили звонок и громкий стук в дверь… На основе длительных звуков было ясно, что тот, кто звонил, удерживал кнопку нажатой. — Кто там? — резко спросил Элайджа, как только звуки прекратились. — Я не знаю, — призналась я. — Но Финн только что был здесь, и он, может быть, забыл что-то. — Ах да, Финн Лонг, правильно? — спросил он. Я могла почувствовать нежность в его голосе. По некоторым причинам, после пятнадцати минут, которые они провели вместе, Элайджа уже дал мне свое благословение на Финна. — Да, именно, — я кивнула в подтверждение, несмотря на то, что он не мог меня видеть. — Мне он нравится, малыш, — заявил он. — Он кажется хорошим для тебя. — Да, хорошим, — я была прервана ещё одним длинным звонком, который разнёсся по моей квартире. — Мне нужно идти, Элайджа, я позвоню тебе позже, — я быстро повесила трубку, пока Элайджа не продолжил свой расспрос о том, кто был за дверью. Я бросила телефон на диван и не смогла сдержаться улыбку, когда шла к двери. Иногда Финн был очень забывчивым. Я распахнула дверь, готовая рассмеяться над его робким выражением лица, но я не смогла ничего сказать, когда увидела человека, стоящего там. Он был гораздо выше Финна и намного выше меня. Лицо его было бледным, тёмные круги под обычно яркими зелёными глазами, которые выглядели безжизненными сейчас. Завитки, которые обычно выглядели грязным и неопрятным, были отброшены со лба, влажные от дождя и пота. Мне сразу же захотелось закрыть дверь, но его нога не дала мне этого сделать. Я уставилась на его тёмные туфли, вклинивающиеся между дверью и стеной, понимая, что он не собирается уходить так просто. — Пожалуйста, дай мне войти, — практически прошептал он. Его тон удивил меня. Он не был зол, как я думала. Я подняла свой взгляд на него и стала изучать его лицо. Он выглядел опустошенным и измотанным, и моё сердце дрогнуло, когда я заметила, как он изменился с последней нашей встречи. Он был совсем другим Гарри, не таким, какого я знала. Я покачала головой. Я жалела, что открыла дверь. Мне было жаль, что Финна уже не было здесь, так бы я могла чувствовать себя чуть-чуть лучше. — Это не обсуждается, — твёрдо заявил он. — Мне нужно войти. — Я и не собираюсь обсуждать это с тобой, — возразила я. — Я говорю "нет". Я попыталась захлопнуть дверь, надеясь, что он уберет ногу в сторону, но вместо этого он подставил руку. Его лицо было серьёзным, когда он взглянул на меня. — Это не игра, — медленно проговорил он, в его словах чувствовался гнев. — Если ты не впустишь меня, то не только моя жизнь будет в опасности, но и твоя тоже… Я не была уверена, но открыла дверь, потому что Гарри только что сказал мне, что я вернулась в список людей, которых жаждут убить. Я заметила кровь, которая текла из глубокой раны возле его плеча. Я обошла его, когда он проходил через дверь, будучи уверенной, что он не будет меня трогать. Я не думала, что смогу справиться с этим. Я заперла дверь и обернулась. Первое, что я заметила, это то, что Гарри хромал. Нахмурившись, я последовала за ним в гостиную, где он начал ходить туда и обратно, сложив руки за спиной. — Гарри, — я нарушила молчание. Он немедленно остановился, глядя на меня. — Сядь. — Зачем? — его тон был резким, когда он быстро прошёлся взглядом по комнате. Он вёл себя странно. — Тебе больно, — пробормотала я, внезапно самосознание будто ударило меня, и я поняла, что Гарри был здесь на самом деле, стоял передо мной. Я оправилась от первоначального шока и теперь чувствовала только неуклюжесть и застенчивость. За этот год, что мы были друг без друга, я изменила в себе многое. Мои волосы изменились. Я начала наносить немного больше косметики, мои глаза сейчас были подведены тонкой линией подводки для глаз, и ещё я нанесла серебристые тени для век и тушь для ресниц. В добавок ко всему, я полностью поменяла свой гардероб, теперь я носила более "стильные" вещи. Я подумала, что Гарри не заметил никаких изменений во мне, тем не менее, я заметила их в нем. — Это не имеет значения прямо сейчас, — сказал он. В течение шестидесяти секунд стояла тишина, прежде чем меня достала ходьба Гарри по моей комнате. — Это имеет значение для меня, — уверенно проговорила я, становясь лицом к лицом к нему. Он остановился, глядя на меня тёмными глазами. — Так что сядь, чтобы я смогла обработать твою рану. Гарри смотрел на меня несколько мгновений, прежде чем кивнуть и сесть на диване. Меня удивило, что он не спорил со мной, но он выглядел так, будто только что побывал в аду и вернулся обратно. — Оставайся тут, — приказала ему я. Я не стала ждать его ответа и поспешила через небольшую прихожую своей квартиры прямо в ванную. Дома я держала маленькую аптечку на случай чрезвычайных ситуаций. Идя обратно, я замедлила темп и дала себе минуту, чтобы обдумать происходящее. Тот факт, что Гарри вернулся, действительно не поверг меня в шок. Конечно, его внезапное появление было удивительным и что-то внутри меня говорило мне, что Гарри Стайлса не избежать. У меня было чувство, что у него были законные основания для пребывания здесь, и это было единственной причина, почему я не вызвала полицию. Я хотела знать, что происходит. Говорят, любопытство сгубило кошку, но ведь я все ещё жива. Гарри всё ещё сидел там, где я оставила его, и его глаза смотрели на пустой экран моего телевизора, но он перевел свой взгляд на меня, когда я села рядом с ним. — Ты должен снять рубашку, — тихо проговорила я, из-за чего мне стало крайне неловко. Я ожидала, что он будет ухмыляться или даже начнёт дразнить меня, потому что именно это бы он и сделал год назад, но вместо этого он лишь кивнул. Торжественный вид, казалось, запечатлелся на его лице, когда он поднял подол рубашки и снял её. Я пошарила в аптечке в поисках всего, что могло ему помочь. Рана была не настолько плоха, как я думала, увидев количество крови, которая пропитала его рубашку, но она всё равно выглядела плохо. Наконец я нашла какой-то крем для незначительных ран и выжала немного прозрачного геля на свои пальцы. Я тревожно посмотрела на его рану, а затем перевела взгляд на его лицу. Он смотрел на меня своими чёрными глазами. — На самом деле я не знаю, что делаю, — призналась я. — Но я думаю, что это будет больно. — Я могу справиться с болью, — ответил он. — Просто сделай это как можно быстрее. — Я должна сначала промыть рану, — я почувствовала себя глупо и поспешно вытерла мазь о ближайшую лежащую вещь. — Я скоро вернусь, — добавила я, когда встала. Я могла чувствовать, как Гарри буквально прожигает взглядом дырку в моей спине. Я пошла в ванную ещё раз, взяла салфетку и смочила её холодной водой. — Хорошо, — пробормотала я себе под нос, когда снова села на диван, не торопясь прижимать прохладную ткань к коже Гарри. Я была рада, что не дотрагиваюсь до его кожи. С его губ слетело негромкое шипение, и я сразу же отстранилась, ища его глаза. Он покачал головой. — Продолжай, — сказал он, кивая в сторону влажной тряпки в моей руке. Я тщательно очистила засохшую кровь вокруг раны. Не говоря ни слова, я повторно выдавила мазь на палец и нежно приложила его к ране, игнорируя тот факт, что мой желудок делал сальто каждый раз, когда я касалась его плеча. — Позволь мне, — сказал он, потянувшись рукой к ране, я ответила ему благодарной улыбкой. — Ты отреагировала не так, как я думал, — пробормотал Гарри. Я не смотрела на него, когда складывала всё обратно в аптечку. Я встала со своего места, схватив окровавленную салфетку по пути в ванную, в которую я направлялась уже третий раз, чтобы положить аптечку обратно. — Зачем ты пришёл? — спросила я, как только вернулась, на этот раз Гарри сидел в кресле рядом с диваном. Он перевел взгляд на меня. — А где же крики и перцовый баллончик? — спросил он. Я нахмурилась и издала странный звук, пытаясь сдержать смех, который, скорее всего, звучал бы так безумно, что Гарри бы отправил меня в психиатрическую больницу. — Я серьёзно, — сказал он. — Почему ты не бьёшь меня по голове сковородкой? Я бы хотел себя ударить… — Почему же? — я нахмурилась. — Потому что я вернулся сюда, — пробормотал он со вздохом, слегка дергая кончики волос. — Я пообещал себе, что никогда не вернусь.