Warrior

Я молчала в течение длительного времени, глядя на свои руки. Гарри был, очевидно, потерян в своих мыслях, но мои слова вернули его обратно в настоящее. — Видимо, ты не очень хорошо держишь свои обещания, — тихо проговорила я. — Ты права, — он согласился. — Ты так и не ответила на мой вопрос. Почему же ты не ударила меня сковородкой? — Почему ты так чертовски хочешь, чтобы я тебя ударила сковородкой? — спросила я. — Я бы, скорее всего, использовала бейсбольную биту. Гарри только пожал плечами, опираясь на спинку дивана. — Не имеет значения, чем ты меня ударишь. — Не волнуйся, просто дай мне минутку, чтобы я оправилась от шока и кинула в тебя что-нибудь, — огрызнулась я, резко поднявшись с места. — Это сделает тебя счастливым, Гарри? Ты появляешься здесь весь в крови и выглядишь так, будто ты привидение, и, несмотря на всё, что ты сделал со мной, я помогла тебе, а всё, что ты можешь спросить у меня, это лишь то, почему я не ударила тебя тупой сковородкой? Ярость затуманила мое сознание, и теперь я не могла мыслить ясно. Я не ожидала от себя такой реакции, но во мне накопилось достаточно гнева, чтобы начать открыто ругаться с ним. Я была хороша в сокрытии своих чувств. Это был навык, которому меня научил Сит: подавлять все ужасные эмоции, пока я не оставалась наедине с собой, чтобы хорошенько выплакаться. Однако гнев и боль были сильнее всего этого на данный момент. Я была готова крушить и ломать все на своем пути. Как Гарри может явиться сюда без каких-либо объяснений, а потом, вместо того, чтобы объяснить, что, чёрт возьми, происходит, спрашивать меня, почему я не ударила его. — Не уходи, пожалуйста, — быстро сказал он, в его голосе слышалась мольба. Я обернулась, чтобы взглянуть на него, и теперь мы стояли лицом к лицу. — Мне очень жаль, я просто... Выслушай меня. — Я впустила тебя, чтобы поговорить, но, кажется, что всё, что ты хочешь мне сказать, так это почему я не ударила тебя сковородкой, — я негодовала. В комнате стало тихо, Гарри посмотрел на свои ботинки. — Я не хотел, — он сделал паузу и зажмурил глаза, уже несколько минут он дышал медленно. Я могла сказать, что он был на грани, и меня привело в ужас то, что я не сделала ничего, чтобы утешить его. — Мне нужно позвонить ребятам. — Прости? — я подняла бровь. — У тебя есть телефон, с которого я могу позвонить? — он нетерпеливо начал бродить вокруг, ища телефон. Я была в шоке. На секунду я забыла, как двигаться, прежде чем быстро последовать за ним на кухню. Я схватила телефон, прежде чем он смог определить его местонахождение, и он остановился, пристально глядя на меня, прежде чем протянул руку. Он ожидал, что я просто разрешу ему позвать остальных участником его банды, когда он едва объяснил, что происходит? — Убирайся, — мой голос был тихим и спокойным. Гарри сделал глубокий вдох. — Алиса, послушай меня… — Нет, Гарри, — сердито прервала его я. — Ты должен убраться из моей квартиры и больше никогда не влезать в мою жизнь. Ты не можешь меня просто так снова втянуть в свою жизнь. На этот раз я на самом деле счастлива! Мне не приходится думать о следующем человеке, который будет поджидать меня за углом, чтобы убить! Ты знаешь, как здорово чувствовать свободу и не боятся каждого шороха? Гарри вздохнул, потирая рукой усталое лицо. — Я рад, что ты сейчас счастлива, Алиса… — О, определенно не прямо сейчас, - ответила я, прерывая его снова. — Прекрасно, — он был раздражен, его терпение было на пределе. — Я рад, что ты счастлива, и последнее, что я хотел сделать, так это втянуть тебя в свой мир, но это уже произошло, и я не могу остановить это. Я замерла, его слова беспрерывно повторялись в моей голове. — О чём ты говоришь? Он вздохнул и выпрямился, в то время как его глаза пристально смотрели в мои. — Сайкс вернулся, и он хочет тебя, Алиса. И он не собирается останавливаться, пока не получит тебя… У меня перехватило дыхание, и ком застрял в горле. Моя голова начала трястись, и мой разум отказывался верить тому, что Гарри только что сказал. — Ты лжёшь, — спокойно заявила я. — Это неправда. — Это так, — настаивал Гарри. — Как ты думаешь, кто сделал это? — он указал на теперь перевязанную рану у него на плече. — Он хочет тебя, Алиса, и он не из того типа людей, которые сдаются. Он придёт за тобой. Я не знаю, как, когда и где, но он придёт, и я обещал себе, что я никогда и никому не позволю снова сделать тебе больно. Мне хотелось кричать и плакать, и даже, может быть, бросить эту глупую сковородку в Гарри, но я знала, что он говорит правду. Несмотря на всю ложь, которой он кормил меня долгое время, он выглядел так, словно был готов стоять здесь всю ночь, только чтобы убедить меня в этом. — Это обещание ничего не значит для меня, — монотонно заявила я. — Почему? — он прищурился. — Потому что, — я откашлялась, — ты сам сделал мне больно, и неважно, что ты говоришь или делаешь, ничто никогда не изменится, и ничто никогда не исправит твою ошибку. Моя жизнь только наладилась, и я хочу, чтобы всё оставалось на своих местах. Так что убирайся, Гарри, пока я не вызвала полицию. Глаза Гарри заметно потемнели, когда он медленно шёл вперед, пока не оказался прямо передо мной. Я стояла и с вызовом смотрела на него. Он был так близко, что я могла чувствовать запах его одеколона. Из-за этого сердце сжималось в моей груди, вспоминая то, что было раньше. Ведь всё, чего я хотела — быть с ним. — Я уйду, — низко проговорил он с ноткой опасности в голосе. — Но как только я сделаю это, ты заживешь своей собственной жизнью. Даже если Сайкс появится здесь с десятью вооруженными мужчинами. Уж ты-то должна знать, что я пришёл сюда не для того, чтобы лишить тебя счастья. Счастье — это всё, что я хотел для тебя. Так зачем мне, чёрт возьми, надо было идти сюда и лгать? Тебе бы никогда не пришлось беспокоиться обо мне, если бы сегодня у меня не было приятного разговора с Сайксом. Так что вперёд, выгони меня, Алиса. Но если ты думаешь, что я буду продолжать пытаться помочь тебе, то ты ошибаешься. Мои руки сжались в кулаки. Напряжённость и гнев в комнате были почти осязаемыми. — Из-за того, что тебе всё равно, я никогда не должна позволить тебе вернуться, я должна бросить в тебя эту чёртову сковородку. А затем я бы сказала тебе, как ты неприятен мне. Я рада, что мы высказали друг другу всё, что думали. Теперь я могу окончательно сделать вывод, что мы всё же на той странице. Глаза Гарри были чёрные как смоль, и теперь он выглядел так, будто вот-вот взорвется. — Я никогда не говорил, что мне всё равно, — сказал он сухо. — Ну а я сказала, так что проваливай, — сказала я, делая шаг в сторону от него. Его ноздри раздувались, а челюсть сжалась, ещё немного и весь его гнев вырвался бы наружу. Я была удивлена его самообладанием. Ему удавалось держать себя под контролем. — Хорошо. Но в следующий раз, когда я увижу тебя, это будет на твоих похоронах, — он плюнул, проходя мимо меня. Я чувствовала себя так, будто только что получила пощечину. Шок от того, что он только что сказал, взял власть надо мной. Гарри никогда не говорил ничего, чтобы причинить мне боль. Он предал меня, но странным образом я поняла, что простила его, но только для того, чтобы мне самой стало легче на душе. Он и я… мы оба знали, что у нас никогда не будет ничего хорошего в будущем. Но по некоторым причинам мне казалось, что после такой долгой разлуки он не будет столь холоден ко мне, ведь это не я предала его. Не я сделала ему больно. Услышав, как хлопнула дверь, я почувствовала ужасное чувство под ложечкой. Это было только начало чего-то нового. Чего-то, что не предвещало ничего хорошего. И, похоже, я снова вошла в мир, которому не принадлежала.