Новая жизнь

Бесконечная тьма космоса отступала перед ярким светом гигантского солнца. Великолепная панорама Земли и Луны осталась уже далеко позади. Еще одна планета промчалась где-то сбоку огненной колесницы. Видимо, это была Венера. К сожалению для себя, Джек так толком и не успел ее рассмотреть. Крылатые кони несли его на невероятно большой скорости прямо в центр пылающего светила. Картина все более и более растущего перед ним солнца завораживала и пугала одновременно. На удивление, Джек совсем не чувствовал жара, а по сторонам он стал видеть лишь золотистый яркий свет, все больше и больше окутывающий его и крылатую конницу. И вот настал момент соприкосновения с этим жгучим и кажущимся бесконечно огромным пеклом. Джек интуитивно зажмурился и прикрылся руками. Но когда спустя мгновение ничего не изменилось, он все же, не сумев побороть свое любопытство, открыл один глаз и удивился. Колесница неслась по пылающему коридору. Со всех сторон светило и двигалось нечто напоминающее пламя, но все это было словно прикрыто стеклом. — Прозрачный туннель… — тихо произнес Джек, с интересом осматриваясь. На удивление, было очень красиво. Но вот впереди показался яркий, ослепляющий золотой свет. Вначале в нем потонули пегасы, а потом и Джек ощутил невероятную легкость. Перед глазами замерцали яркие краски. — Невероятно! — юноша широко распахнул глаза. Картина, открывшаяся ему, была похожа на Рай, о котором ему когда-то читала мама. Зимний дух последние триста лет старался избегать жарких стран и уже почти отвык от летних пейзажей, поэтому сейчас смотрел на все как впервые. Хотя, конечно, во многом так оно и было. Буйство растительности поражало своими яркими красками, невероятными формами, гигантскими размерами и огромным количеством всевозможных цветов, которые, казалось, росли абсолютно повсюду. Джек просто глазам не мог поверить. — Я что, уже умер? — весело произнес он, когда колесница остановилась посреди явно ухоженного и прекрасного сада. Джек вышел из своего светящегося транспортного средства и радостно вдохнул очень вкусно пахнущий воздух. К нему навстречу уже спешили, приветливо улыбаясь, две девушки. Обе были невероятно красивые и загорелые. Их кожа, казалось, даже слегка светилась. Но Джека очень смутило то, что одежды на этих красавицах не наблюдалось. Лишь только цветы и золотые украшения слегка прикрывали интимные части их тел. Мальчик немного оторопел, когда они подошли к нему почти вплотную и поклонились. — Здравствуйте, — неуверенно произнес Джек и, прикрыв глаза, также слегка наклонил голову, чтобы не показаться невежливым. Но в тот же момент он ощутил, что ему на волосы что-то надевают. — Эй! — возмутился мальчик, но видя, что это только венок, лишь улыбнулся. — Зачем? Девушки, не ответив, стали пытаться стянуть с него толстовку. — Нет-нет-нет! Что вы делаете?! — возмутился Зимний дух. Он достаточно резко одернул любимый предмет одежды и очень недовольно посмотрел на юных особ. Те лишь мило захихикали, перешептываясь и показывая друг другу ладони, на которых таял иней с его кожи. Джек немного смутился. — Вы что, снег не видели, что ли? — буркнул он. Девушки округлили глаза и почти с мольбой и явным интересом посмотрели на него. Джек, приятно удивившись их реакции, хитро улыбнулся и прошептал: — Ну, тогда смотрите, — он сложил ладони вместе и затем медленно открыл их. В его руках сидела белоснежная бабочка с голубыми узорами на крыльях. Ледяной дух слегка дунул на нее и она, встрепенувшись, полетела, оставляя за собой след из снежинок. Поймав пару холодных звездочек, девушки изумленно посмотрели на него. Одна из них, в порыве явно восторженных чувств, схватила его за руку. Следующее событие ввергло его в шок, ибо эта девушка начала целовать захваченную ей руку. И не просто так, а страстно, даже как-то облизывая ее, Джек вскрикнул от неожиданности, одергивая свою конечность. Вторая девушка очень неодобрительно посмотрела на свою подругу и, рявкнув ей что-то на местном и очень звонком языке, снова поклонилась Джеку, видимо, в качестве извинения. Первая грустно взглянула на него и жестом руки предложила последовать за ними. На всякий случай во избежание новых прикосновений юноша спрятал обе руки в карманы своей толстовки, послушно следуя за ними. Вскоре все трое вышли к великолепному озеру, на берегу которого возвышалась невероятно красивая и немного странная постройка. Она отдаленно напоминала индийский храм. Ну, если ее вообще можно было сравнивать с известными Джеку сооружениями. С одной стороны этого здания почти бесшумно и как-то неестественно медленно спускалась вода. Девушки заскользили по озеру по направлению к этому водопаду. Джек послушно последовал за ними, радостно замечая знакомые узоры инея, распространяющиеся по водной глади от его стоп. Подойдя поближе к водопаду, Джек удивился тому, что вода в нем, словно чувствуя их приближение, расступилась, как шторы в театре, будто предлагая им войти внутрь. Преодолев этот странный водный вход, мальчик оказался в очень пышно оформленном золотом зале. Джек обернулся, но, к своему удивлению, увидел, что вода за ним снова сомкнулась и теперь его и водопад разделяла большая стеклянная стена, в то же время, видимо, служившая окном, ибо других окон в помещение не было. Своих спутниц Джек тоже не нашел. Наверное, они решили остаться снаружи. Видя, что так оно и есть, Ледяной дух лишь вздохнул и начал осматривать помещение. Высокий резной потолок. Колонны, украшенные золотом, драгоценными камнями и выглядящие при этом как фигуры прекрасных полудевушек-полуптиц. Длинный стол стоял прямо по центру и был уставлен всевозможными яствами. Все блестело и сверкало так, словно здесь готовился огромный праздник, ну или на худой конец званный пир. И вдруг радостный звон наполнил помещение. Это были бегущие ножки встречающих его девушек. Все они были прекрасны и очень напоминали тех двух из сада. Вот только одежды и украшений на них было побольше. Они все синхронно низко поклонились Джеку и с нескрываемым любопытством посмотрели на него. Тот лишь немного смущенно улыбнулся и, помахав им всем рукой, весело сказал: — Привет! В следующие же мгновение несколько красавиц подбежали к нему и, подхватив его за локти, стали поспешно направлять к столу, пытаясь усадить его явно на почетное место. Их прикосновения были быстрые и горячие, но почему-то это вызывало щекотку у Джека, так что он, весело смеясь, послушно сел за стол. Все девушки столпились возле него. Некоторые уселись рядом, некоторые напротив, но они явно не хотели спускать с него глаз, и абсолютно все пытались его хоть чем-нибудь да угостить. Джек старался вежливо отказываться, но видя, что это бесполезно, чисто из вежливости взялся за какой-то крем с плавающими в нем фруктами. Учитывая то, что он все же предпочитал прохладу, то десерт в его руках превратился в некое подобие мороженного, что вызвало невероятно громкий полувздох-полуох со стороны всего женского населения. В этот момент Джек почувствовал себя как какое-то божество, ну или всесильным магом-кудесником. Уж столь восхищенно на него смотрели со всех сторон. — Хотите попробовать? — поинтересовался Джек. Такого голода в чужих глазах, да еще и в столь многих одновременно, он никогда не видел. Парень аж немного испугался, но, не теряя времени и весело смеясь, стал морозить фруктовые сласти и раздавать их девушкам. Такого успеха у противоположного пола он еще никогда в своей жизни не имел. Красавицы с визгом разбирали угощение, некоторые чуть было не дрались за первенство, и абсолютно все с фанатизмом и обожанием смотрели на Джека. — Не ожидал, что вам так нравится холод, — сказал Ледяной дух, замораживая фонтан сока, бьющий прямо посередине стола. Сам он уже давно блуждал по скатерти, чувствуя себя, наверно, как звезда на красной ковровой дорожке, окруженная фанатами и папарацци. Все тянули к нему руки, явно желая большего. И Джек, радуясь такому успеху, щелкнул пальцами, устраивая легкий рой снежинок. Те замерцали в воздухе, как звезды, стали, медленно кружась, опускаться на стол на восторженно ахающих девушек. — Значит, вы никогда не видели зиму? — весело спросил Джек. — И, конечно же, в снежки тоже не играли… Все весело и заинтересованно посмотрели на него. — Ну что ж… — хитро произнес Зимний дух, создавая гору снега возле своих ног, а затем распространяя ее ровным слоем по всему столу. — Тогда приступим, — весело скандировал он, формируя пару снежков. Отдал один в руки близ находившейся девушки и кинул второй в самый дальний край стола, явно попав в кого-то. Последующие событие было весьма ожидаемо. В девушку возле него полетел такой же снежок. А она в свою очередь, весело смеясь, кинула комочек снега в ничего не ожидающую соседку. Вскоре веселый смех вперемешку с визгом и звоном посуды наполнил залу. Джек, довольный собой, уверенно и даже пританцовывая, шагал по столу, только и успевая создавать новый снег. Как вдруг позади себя он услышал звонкий, уже не девичий смех и хлопанье в ладоши. Ледяной дух резко обернулся, а девушки моментально затихли, выпрямляясь и почтительно склоняя головы. — Что вы, что вы… Это было так очаровательно! А вот, значит, и виновник нашего торжества, — обезоруживающе улыбаясь, произнес очень торжественно одетый молодой человек. — Добро пожаловать, Джек! Джек слегка прищурился: столь ослепительно было одеяние этого юноши. На нем был золотой и, казалось, сияющий изнутри камзол и огромный длинный шлейф, сделанный из невероятно красивых, длинных и переливающихся перьев. Они слегка напоминали лучи, будто бы исходившие от яркого сияния вокруг его головы. Весь его образ напоминал солнце. — Солнце… — прошептал Джек и, немного напрягшись, спрыгнул со стола, осторожно отступая назад к «своему» месту. Тут же парочка девушек подбежали к своему господину, помогая снять мантию. Тот же, не отрывая глаз, продолжал осматривать Джека. Затем он хитро улыбнулся и щелкнул пальцами. В тот же момент все девушки максимально бесшумно и немного печально покинули залу, оставляя своего хозяина наедине с гостем. — Так вот, значит, какой ты, Джек Фрост! — улыбаясь, произнес Лучезарный. — Ты умудрился очаровать всех моих помощниц — лучиков. Они, бедняжки, еще долго будут томно вздыхать, вспоминая о тебе и мечтая о твоих прохладных объятьях. Я видел, как они нехотя покидали нас. Я бы, наверное, мог приревновать, но, смотря на тебя, могу их понять. Джек поперхнулся, а Лучезарный продолжил, весело смеясь: — Еще бы, такой красивый, необычный и холодный, — последнее слово он произнес с особой интонацией, и даже слегка оскалился, что очень сильно изменило его прекрасное лицо. Джек напрягся, но постарался как можно спокойнее посмотреть ему в глаза. Лучезарный, теребя длинное белое перо в своей руке и несколько коварно улыбаясь, стал медленно приближаться к Джеку. — Вблизи ты еще лучше, — сладко произнес юноша, пройдясь кончиком пера по толстовке Ледяного духа. Джек с удивлением заметил, как по тому месту, где скользнуло перо, растаял иней. — Скажу честно, я был приятно удивлен тому, как ты храбро и быстро принял мое приглашение. Это вызывает уважение. Мне очень хотелось, чтобы ты стал моим гостем, — говоря это, Лучезарный явно думал о чем-то своем и все так же продолжал улыбаться. Джек, в свою очередь, изучающе посмотрел на него. Совсем не так он себе представлял духа Солнца и вообще всю эту встречу. Видя его взгляд, Лучезарный улыбнулся еще больше и, хитро сощурив глаза, спросил: — Я тебе нравлюсь? — ЧТО?! — удивленно воскликнул Джек и немного покраснел. Лучезарный звонко рассмеялся. — Ты так искренне мне удивляешься. Это умиляет! Видимо, ты меня совсем не так представлял. Отойдя от смущения, Джек ответил: — Да. Как-то ты не похож на самого древнего духа, который создал Луноликого и Питча. Лучезарный ухмыльнулся. — Ну, начнем с того, что Питча я не создавал. Он возник сам, как естественный противовес Луноликому. Как бы так объяснить… — произнес юноша, смотря на удивленного Хранителя. — Создавая Лунный свет, возникла и Лунная тень. Луна же не может являться светилом сама по себе, она лишь отражает мой свет. Вот Лунная тень и появилась. Увы, таковы законы мироздания, — вздохнул Лучезарный. — Хотя, может, это все и к лучшему, ведь иначе мы бы и не познакомились. А я очень рад встретить тебя. А ты, Джек, ты рад нашему знакомству? — Мне, конечно, лестно твое внимание и я благодарен за столь пышный прием, но я не совсем понимаю, зачем я здесь. К тому же я не могу оставаться здесь надолго. Я обещал вернуться как можно скорее. За меня многие волнуются, и я не хочу их расстраивать. — Ах… К сожалению, Джек, я не могу тебя отпустить. Все, кто прибывают ко мне в гости, домой уже не возвращаются. Понимаешь ли, Джек… Меня, похоже, привлекают противоположности. Питч оказался слишком жадным до власти, что очень испортило мое о нем впечатление, но, благодаря ему, я обратил свое внимание на холод. Обожаю оставлять его в одиночестве, ведь он тоже питает слабость к Зимним духам. Джек в шоке посмотрел на него. — О… Так ты не знал? Думаешь, ты единственный дух холода, с которым он хотел объединиться? Наивный. Питч уже давно хочет стать Богом, а мне доставляет удовольствие смотреть, как у него это не получается. Тем более это всегда такое удовольствие, когда вы, Ледяные духи, таете в моих объятьях, — томно произнес Лучезарный, наклоняя свое лицо к Джеку и пристально смотря ему в глаза своим сияющим взглядом. — Интересно, ты действительно думал, что ты единственный? А как же это его классическое «Ничто так не подходит лучше друг другу чем холод и тьма»? — Постой, — отстранился Ледяной дух, — у меня складывается такое впечатление, что ты его ревнуешь. — Я! Ха-ха-ха! Честно говоря, я вообще не понимаю, как тебе может нравиться этот грубиян. Он же такой странный, агрессивный, я уверен, он причинил тебе много боли. Ну и потом, он далеко не идеальный красавец. И могу тебе сказать, что со стороны, чисто внешне, он тебе совсем не подходит. Ты слишком красив для него. — Не говори глупостей! — возмутился Джек. — Ничего не могу с собой поделать. У меня такое хобби: играть с едой. Интересно, как ты вообще мог позволить такому, как он, дотронуться до себя? Хотя… — Лучезарный пытливо посмотрел Джеку в глаза. — Ты и не позволял. Я вижу. О, да! Питч как всегда был в своем репертуаре. Взял силой то, что ему хотелось, не думая о чужих чувствах. Но вот что удивительно в этой ситуации, тебе это, похоже, понравилось! И ты… Ты влюбился? Невероятно, — широко раскрыл глаза юноша. — Ты любишь его. А вот это что-то новенькое. Ты меня очень удивил, Джек. И ты даже считаешь, что он любит тебя? Какая чушь! Ты так наивен. Питч не способен на любовь, он любит только власть. Ради нее он пойдет на все. — Не говори так! Ты его совсем не знаешь, — воскликнул Джек. — Знаю, уж поверь. И намного дольше, чем ты. Когда-то этот мерзавец позавидовал моему могуществу и возомнил себя равным мне. Захотел стать Богом и, знаешь, пошел на весьма мерзкий ход, чтобы попытаться забрать мои силы. Конечно, я сам виноват, что был так наивен, допустив его так близко. В итоге он был наказан за свою наглость и сослан на Землю. Но я уверен, поведение свое он вряд ли переосмыслил. Такие, как он, не меняются, Джек. Его поступок был отвратителен, но это многому меня научило. Например, тому, как отбирать силу у духа не зависящего от твоей энергии и… — Лучезарный не успел закончить свою явно томную фразу. — Питч уже дважды доказал мне, что власть ему не так уж и важна. Он стал лучше. Ну или, во всяком случае, старается. Поверь, он сильно изменился. Любовь может менять людей! — перебил его Джек. — Ох, не верю я этому чувству. А знаешь, было бы даже забавно посмотреть на то, захотел бы Питч быть с тобой, если бы ты был не Зимним духом или даже вообще не имел бы магических сил. Ха-ха-ха! Уверен, он потерял бы к тебе всякий интерес, — Лучезарный саркастически оскалился. — А я уверен, что он бы все равно не оставил меня. Я знаю, что мои силы для него не самое главное. — Да что ты говоришь… — продолжая улыбаться, произнес Лучезарный. — С другой стороны, а полюбил бы ты его, если бы вы встретились при других обстоятельствах? Знаешь, мне всегда было интересно, как возникает столь сильная привязанность. Из-за чего два существа хотят быть только друг с другом, — говоря это, Лучезарный, игриво смотря на Джека, прижал его к столу. — Эй! Что ты делаешь? — вскрикнул Ледяной дух. — Хочу взглянуть на то, что выбрал Питч из миллиарда других возможных вариантов. Хочу понять, почему ты, что в тебе такого особенного, раз ты так уверен, что он любит тебя, — Лучезарный прошелся горящим взглядом по торсу Джека и затем азартно посмотрел ему в глаза. — Невероятно. Это правда, ты был человеком! Знаешь, далеко не каждый дух этим может похвастаться и уж тем более не зимний. Обычно вы, духи холода, сделаны из воды и мечтаний, но ты… Ты утопленник! Это что-то новенькое. И главное, ты еще и герой! Ты спас жизнь перед смертью. Это все безумно интересно. Луноликий действительно превзошел себя, создавая тебя. Теперь я понимаю, почему он так молил сжалиться над тобой, ведь ему очень повезло сделать вечного ребенка. Прекрасного, живого ребенка. Мне не терпится. Хочу видеть твое тело! — Что?! — Раздевайся, — сладко произнес Лучезарный. Джек опешил. — Но я не хочу! Одежда загорелась на нем. Джек в панике ее стряхнул, с ужасом смотря на духа Солнца. — Я не люблю повторять дважды, Джек, — спокойно улыбаясь, прояснил он. — Что тебе от меня надо? — Холод… Мне нужен твой холод, Джек, — облизываясь, произнес Лучезарный, прислоняясь к юноше. — Хочу забрать твою силу, поглотить тебя. Я так голоден. И ты моя пища! Я хочу, чтобы ты вечно был со мной, близко-близко, — томно прошептал он, обжигая своим дыханием шею Джека. — Твой холод вызывает дикое желание внутри меня, и я уже не успокоюсь, пока не утолю его, иначе просто взорвусь. Ха! Я властен управлять многими, но вот управлять собой мне очень сложно, для этого я и нуждаюсь в холоде, успокаивающем меня. Ты так великолепен, так красив. Из тебя бы получилось замечательное божество, — произнес дух Солнца, пошло осматривая мальчика. — Я был бы рад видеть тебя вместе с собой. Что ж, видимо, я так и сделаю, и ты навеки останешься со мной в моих жарких объятьях. Бессмертен и прекрасен! — на этих словах он нежно обнял Джека, но тот стал старательно высвобождаться. — Ты так чист, как свежевыпавший снег. Как же это возможно, ведь этот монстр оскверняет все, к чему прикасается, — продолжал пытаться заговорить и отвлечь от своих прикосновений Лучезарный. Но Джек не поддавался томным речам и все так же сопротивлялся его рукам, не давая до себя дотронуться. — Удивительно, ты слушаешь меня и не подчиняешься. Надо сказать, ты первый Зимний дух, сопротивляющийся мне. Но в отличие от других ты обладаешь великой силой, Джек. Ты любишь! Невероятно. Я-то надеялся, что это все сказки или просто физическое влечение, но нет, похоже, для тебя это серьезно. Но вот Питч… Неужели ты думаешь, что он способен на такое же чувство? Ты так наивен, невинен, храбр. Мне кажется, я влю… — Лучезарному не дали закончить его фразу. — Значит, говоришь, что не веришь, что Питч любит меня?! — почти злобно перебил его Джек. — Не веришь, что он может хотеть быть со мной и не из-за моей силы? А спорим, я докажу тебе, что ты не прав, что ты ошибся в нем? — Ооо, а это интересно! Если он не бросит тебя, когда ты перестанешь быть Зимним духом, не изнасилует как-нибудь во сне, ну или при первой возможности, чтобы просто утолить свою похоть, не смотря на твое на то согласие… А я чувствую, что ему чаще всего именно это от тебя и надо. Ведь поверь, это так соблазнительно, — томно, с придыханием произнес Лучезарный, слега касаясь носом щеки Джека. — Так сложно себя сдерживать рядом с таким, как ты, — нежно прошептал он, целуя уголок губ мальчика. — Я уверен, он сможет себя контролировать. Он не сделает мне плохо, — отодвинувшись от него, твердо произнес Джек. — Ты в нем так уверен, это умиляет, — коварно сказал Лучезарный, наклоняясь снова к лицу Джека, тем самым еще больше прижимая его к столу. — Знаешь, а давай заключим пари! — весело улыбаясь, с максимально озорным взглядом произнес Ледяной дух. — Пари! О, а это что-то новенькое! — весело и азартно отозвался Лучезарный. — Хорошо, тогда вот условия: ты лишишься силы, если Питч не откажется от тебя и последует за тобой, и, что самое важное, он должен будет вести себя как по-настоящему любящий человек, способный на жертву, способный усмирить свои эгоистичные желания и проявить заботу о любимом. Тогда я позволю вам быть вместе и, может быть, даже прощу его. Ну, а если я прав и Питч все тот же эгоист и манипулятор, стремящийся только к власти и к тому, чтобы утолить свою похоть, то ты признаешь, что он не достоин тебя, вернешься ко мне и добровольно станешь моим. Как тебе такая сделка? — Согласен, — весело улыбаясь, заявил Фрост. — Ты настолько в нем уверен? — Да, уверен! — бодро подтвердил Джек. — Это так умиляет. Что ж, тогда скрепим сделку поцелуем! — весело произнес Лучезарный, слегка облизывая нижнюю губу. — Зачем поцелуем?! — Ну я же должен оценить вкус будущей победы, — улыбнулся Лучезарный. Джек возмущенно и колко посмотрел на него. — Наивный. Чтобы провернуть наше пари я должен лишить тебя силы. А забрать я ее могу только лишь интимным способом. Причем ты сам должен захотеть этого. Ты должен отдаться мне. — Что?! — почти закричал Ледяной дух. — Ты издеваешься? И что, все остальные Ледяные духи, они, что... — Они все любили меня, хотели и с радостью отдавались, но, к сожалению, они были не такие, как ты, и не выдерживали моей страсти. Но для них это было не страшно. Ведь настоящая любовь и есть жертва, — на этих словах он закрыл глаза и нежно коснулся губами губ Джека. — Ты такой прохладный. Как же это приятно, — прошептал он, снова целуя его. Джек не реагировал и всеми силами старался сдержать себя, чтобы не ударить этого нахала. Тот же углубил поцелуй, явно наслаждаясь процессом и даже как-то почти жалобно простонал ему в рот, явно возбуждаясь. Горячее дыхание, мягкие теплые губы — все это было очень приятно, но это был не Питч. Хотя, на удивление, ощущение были слегка похожи. — Питч! — простонал Джек, закрывая глаза, чувствуя, что слабеет. — «Я обещал вернуться… Я обещал», — мысленно повторял он. — Твоя верность умиляет, но так же вызывает и уважение. Я чувствую то, как ты сильно хочешь к нему. Видимо, поэтому ты терпишь и не сопротивляешься мне, не молишь ни о чем и совсем не хочешь меня. Последние особенно обидно, ведь я почувствовал, что немного тебе понравился. Но, похоже, что твои чувства к этой тени действительно серьезны. Какая жалость, ведь ты мне так нравишься. Я очень тебя хочу, — последняя фраза прозвучала уже совсем другим голосом. Глубоким и пугающим, будто вовсе не принадлежащим этому прекрасному юноше. Вдруг глаза Лучезарного вспыхнули огнем, его волосы стали ослепительно рыжими, перья на камзоле тоже покраснели. Вода за стеклянной стеной превратилась в огненную лаву, освещая красным светом всю комнату. Это весьма напугало Джека. Лучезарный резко опрокинул его на стол так, что мальчик оказался лежащим среди разбросанных сладостей и фруктов. Выделяясь своей фарфоровой бледностью на их фоне, он и сам смотрелся, как изысканное угощение. Дух солнца некоторое время явно наслаждался этим видом, а затем болезненно простонал: — О, какой же ты аппетитный, Джек! — на этих словах юноша наклонился и начал языком проходиться по прохладной коже, слизывая иней и наслаждаясь холодным потом мальчика. Джек действительно вспотел. Ему было безумно жарко, волосы прилипли к его лицу, он чувствовал себя, словно вышедшим из воды. А Лучезарный тем временем с удовольствием облизывал его живот, наслаждаясь каждым сантиметром прохладной кожи. — А знаешь, дай я моим лучикам волю, то они бы сами съели тебя, ведь ты такой вкусный, — томно произнес Лучезарный, облизывая один из пальцев Джека и затем слегка покусывая его возле ногтя. — Наверно, ты заметил, как они смотрели на тебя. Они сейчас все бесконечно мне завидуют, ведь я могу наслаждаться тобой. — Прекрати, — Джек отвернулся. На душе у него было мерзко. — Как же сильно мне тебя хочется, — прошептал Лучезарный, слегка укусив сосок мальчика, и, поглаживая ладонью, спустился по его торсу и страстно впился пальцами в небольшую, но очень приятную на ощупь ягодицу Ледяного духа. Тут Джек не выдержал и, гневно сверкнув глазами, посмотрел на него. — Ну не насиловать же тебя, — печально выдохнул тот, отвечая на острый взгляд. — Хотя я все-таки придумал, как довести тебя до эмоционального и физического пика без проникновения, — улыбнулся Лучезарный. — Раз на поцелуи ты мне не отвечаешь, а в себя тоже пускать не собираешься, то… Благо ты не девушка, и у нас есть еще один весьма приятный способ. Уверен, нам обоим очень понравится, — хитро произнес он. — А-а-а-а-а-а… — не удержал стон Джек. Его всего затрясло, несмотря на жару, когда чужие губы коснулись его пениса. — Что?! — в ужасе закричал мальчик. — У тебя очень сладкая и прохладная кожа, Джек. Мне это очень, очень нравится. — То есть, вот это ты насилием не считаешь? — продолжал кричать Ледяной дух. — Ну, я просто выбираю меньшее зло для тебя, или ты все же согласен на другое? — лукаво смотря исподлобья, ухмыльнулся юноша, слега проникая пальцами между ягодицами Джека. — Нет, нет, нет! — замотал головой мальчик. — Вот видишь. Я так и знал, что ты бы не согласился. А мне не хочется делать тебе неприятно или тем более больно. Так что выбор у нас невелик. Хотя зря ты отказываешься, ощущения были бы божественные, уж поверь. — Какая самонадеянность! Аууу, ты… — Джек не успел закончить фразу, ощущая, как кончик языка Лучезарного игриво проходится по всей длине его моментально возбудившегося пениса. — Оу! Вот мы и нашли твое слабое место, Джек. Ты легко возбуждаешься. Мне это нравится! Приятно видеть, что хоть одна часть твоего тела меня не отвергает, — почти смеясь, заключил Лучезарный, повторяя свое движение. Джек стиснул зубы и тяжело засопел, но вскоре он почувствовал, что готов просто раствориться от удовольствия, такое блаженство и жар наполняли каждую клеточку его тела. Он громко стонал, не в силах сдерживать эмоции, ощущая нежные прикосновения одновременно по всему своему телу, будто его всего целовало множество теплых губ, будто он был желанен и обожаем сразу сотнями, может, даже тысячами созданий. Столь нежное тепло, столь мягкое приятное касание света. Все тело пылало и изнемогало от возбуждения. «Невероятно…» — подумал Джек, чувствуя, будто он тает, ощущая, что ему это предательски нравится. Стыд и укоры совести отступили на второй план. На мгновение Ледяной дух забыл обо всем на свете и лишь еще сильнее стиснул зубы, чтобы удержать непроизвольный крик, ощущая страстные поцелуи чуть пониже яичек, а когда опять обжигающее ласкание коснулось головки его уже и так перевозбудившегося достоинства, Джек все же не смог выдержать и громко закричал. В этот момент ему показалось, что свет померк, что силы полностью покидают его. Но перед абсолютной потерей осязательных ощущений мальчику показалось, что его поедают, вытягивая из него последние силы, на удивление, не смотря на ужас, это было все равно приятно. Джек почувствовал, словно стал невесом, даже сердце, которое стучало так быстро, теперь резко остановилось. — Прощай, — тихо прошептал Ледяной дух, думая о Питче. — Не волнуйся, Джек. Ты не умрешь, эта слабость пройдет, но вот силы еще долго будут восстанавливаться. Я забрал их у тебя все, без остатка. Так что сейчас ты смертен, а вскоре и твои воспоминания померкнут. Так надо. Ты не будешь помнить, что был духом, ты забудешь Питча и, конечно же, ты забудешь условия нашего пари, что сделает игру честной. Но восприми это как мой дар тебе. Дар новой жизни! Ты сможешь все начать сначала. И кто знает, может, ты и не выберешь Питча. Он все же тебе не пара. Я был бы рад, если бы ты не путался с этой тенью. Он не дал тебе возможность выбора, а я дам. Нет… Не того ты полюбил, Джек. Тьма, страх — это не твое. Не та сторона. Ты не злой, Джек, ты же даришь радость. Ты на моей стороне, на светлой. Что ж, отдыхай, прекрасное создание. Ты это заслужил. Мне очень понравилось, — убаюкивая, прошептал Лучезарный.

***

Луноликий не находил себе места. Он не мог ни о чем думать, ни на чем сосредоточиться. Все, чего он хотел, это хоть какие-нибудь новости о Джеке. Ожидание было невыносимо. В тронную залу, весело блея, влетели овцы. Луноликий готов был вышвырнуть их потоком звездных частичек. Но вспомнив, как Джек был к ним привязан, лишь грустно посмотрел на Пушистика. — Луни, Муни, Пушистик — такие глупые и смешные имена. Как только Джек умудрился вас так назвать? — Луноликий впервые улыбнулся, наверно, уже за очень долгое время. — Вы тоже скучаете по нему? — пушистая троица выразительно посмотрела ему в ответ гигантскими печальными глазами. И тут залу осветил невероятно красивый, розово-лиловый свет. Луноликий с тревогой стал всматриваться в материализующийся в нем силуэт. Это был Лучезарный. Но как он изменился! Луноликий таким его никогда еще не видел. Юноша весь излучал мягкость и теплоту. В нем не было ничего пафосного, обжигающего, ослепительного, лишь ровное нежное свечение и мерцающие вокруг него золотистые искорки, напоминающие лепестки цветов. Его волосы стали розово-алые, кожа тоже заметно порозовела, и даже камзол сменил окраску на красный, но при этом мягкий цвет. На его лице покоилась добрая улыбка, а на руках он держал обнаженного, прикрытого только легкой тканью Джека. — Ты сотворил настоящее сокровище, Луноликий. Этот дух великолепен! Мне еще никогда не было так хорошо, так сладко. Я сейчас испытываю… — Лучезарный замялся. — Нежность! Такую большую всепоглощающую нежность. Волшебное чувство. Никогда такого еще не испытывал. Очень бы хотел оставить мальчика у себя, но не могу. Этот хитрец умудрился раскрутить меня на пари. Я действительно очень хочу, чтобы он вернулся ко мне, но все должно быть честно. Я должен для этого выиграть. Он так слепо влюблен в Питча, так верит в него. Наивное создание. Мне не составит труда победить. Я могу ждать тысячелетиями, а Питч не протянет и нескольких лет, — Лучезарный улыбнулся, явно не желая договаривать фразу. — Ах, спасибо, Мун, за такой прекрасный подарок. Я так счастлив! Джек так очарователен, ему даже удалось рассмешить меня. Я бы очень хотел с ним подружиться, что и тебе советую. Я видел в его воспоминаниях то, как ты был груб с ним. Это нехорошо, Мун. Я надеялся, что ты больше отличаешься от своего братца. Не разочаровывай меня больше. Ты должен бережней относиться к таким сокровищам. Этот дух белое золото. Он особенный. — Прости меня, о великий! Обещаю сделать все, чтобы помочь ему. Благодарю тебя за твое доверие и за твою милость. — Все просто. Ты должен будешь дать ему силы, ибо я его совсем истощил, — улыбаясь и немного вздыхая, произнес Лучезарный. — И потом ты вернешь его на Землю. Мне будет крайне интересно наблюдать за тем, что там с ним случится в виду новых обстоятельств. Ах, Мун, благодаря ему вечность мне уже не кажется такой уж скучной! Он действительно Хранитель веселья, ты был прав. И кстати… Не смей будить его. Он должен проспать несколько лет. — Что?! — Да. Увы, для того, чтобы быстрее выиграть наше с ним пари, я нуждаюсь в небольшой форе. Мне нужно, чтобы Питч хорошенько соскучился по Джеку. Ха-ха-ха! И я сам выберу момент, когда Джек проснется. Понятно? — Да, мой повелитель. — Думаю, что местом его хранения и пробуждения должно стать то озеро, где он так героически спас жизнь своей сестры и лишился собственной. Люблю символизм, знаешь ли, — на этих словах Лучезарный нехотя и со вздохом передал спящего Джека в руки Луноликому. — Сладких снов, будущее божество, набирайся сил и до скорой встречи, — он нежно поцеловал мальчика в лоб и растворился в собственных лучах.