Дикая Охота

Локи был в восторге. Великий Тор не так уж и безгрешен, как все думают? Тьма внутри тут же потянулась к самым тайным и странным мыслям, что когда-либо посещали его в отношении собственного брата. От откровенных поглаживаний рука на горле ослабла, и Локи, задыхаясь, продолжил свои отравляющие разум речи. - Там, в зале, ты захотел меня, Тор? Может, стоило устраивать подобные зрелища только для тебя? В твоей спальне? Ты бы тогда не отдал меня на расправу Дикой Охоте? Оставил бы ... только себе... - сбивчиво и жарко шептал он, прерываясь, лишь чтобы жадно глотнуть воздуха. Пальцы, недавно стискивающие горло, сделали шепот хриплым и низким, пробирающим до самого позвоночника. - Замолчи, прошу. - Тор сжал зубы,шипя не хуже змеи. Каждое слово обжигало, Локи и сам сейчас был похож на огонь, чьим Божеством как раз являлся. Ослепляющий, сильный, непокорный и от того еще более соблазнительный. Тор готов был свернуть шею собственному брату, лишь бы тот прекратил все это, перестал настойчиво касаться ногой и без того болезненно ноющего члена. А темноте внутри Лафейсона нравилось происходящее. И самому Локи тоже нравилось. Он будто побеждал Тора в их собственной, слишком личной битве. Снова безрассудно улыбнувшись, Локи облизнул сухие узкие губы. Тор внутренне застонал. - Там, в зале, собрались воины, которые хотят моей смерти. А я здесь, в твоих руках. Тебе нравится такая власть надо мной? Тор необдуманно склонился ближе, оставляя между ними минимальное расстояние. -Ты... настоящий яд, Локи. Я ненавижу тебя. Проклинаю тот день, когда Всеотец нашел тебя в обломках дворца. - Тор едва справлялся с собой. Жгучая ненависть полыхала внутри, извращая мысли в дурное русло. Действительно захотелось покорить, раздавить этого лживого и испорченного ублюдка. А возбуждение внутри все росло, остро реагируя на хрупкое гибкое тело, прижатое вплотную. Локи еще раз облизнул губы, а затем резко подался вперед к упрямо и зло сжатому рту. Гибкий язык широко и влажно коснулся нижней губы. Тор почувствовал горячее дыхание и вздрогнул. Локи смотрел в глаза и жадно ожидал реакции. Тор вжался в мягкие губы прежде, чем успел хоть немного подумать. Застонав и покорно приоткры рот шире, впуская настойчивый язык, Локи прикрыл на мгновение глаза. Одинсон нависал над ним, все еще держа за шею и талию, прижимал к себе, заставляя запрокидывать голову. Темнота внутри жадно впитывала все эмоции,ещё больше распаляя. Но и без этого Локи был на взводе, даже не пытаясь скрыть этого. Тор ведь покорился, пошел на поводу своих темных желаний и соблазняющих нашептываний . Если Локи в силах совратить своего правильного до тошноты брата, то покорить целые миры будет и того легче. Но это потом … а сейчас… можно подумать и о собственном удовольствии. Тор делал поцелуй все глубже, не признавая полумер, заставляя Локи скулить от нехватки воздуха. - Ну же, ну! - голос Локи хрипел, а стоны вибрировали в горле. Тор дернул плащ с его плеч, схватился за отвороты легкой рубашки. Затрещала ткань, расползаясь под напором, обнажая бледные плечи и темные горошины сосков. Тор опустил ладонь с горла на грудь, пройдясь широкой, мозолистой рукой по чувствительной коже. Локи выгнулся, не сдерживая стона, а Тор нагнулся и повторил путь собственными губами – по шее, вдоль синяков, оставленных пальцами, по хрупким ключицам, по почти безволосой груди. Когда язык медленно обвел сначала один сосок, потом другой, Локи вцепился в светлые волосы и ощутимо сжал их. Тору это не понравилось. Он чувствовал, что поступает неправильно, идет на поводу собственных желаний и отравляющих речей, но остановиться был уже не в силах. Но, если он сдался в этом, разве правильно будет позволять Локи полную победу? Тор выпрямился и с силой нажал на его плечи, заставляя опуститься на колени. Локи гулко ударился о мраморный пол коленями, удивленно и чуть обиженно глядя снизу вверх. И Тор будто обезумел. Этот растерянный, не понимающий, даже отдающий страхом взгляд и приоткрывшийся рот порождали ярость, граничащую с помешательством. Тор положил ладонь на затылок Локи, не позволяя отодвинуться, и потянул вперед, к собственному паху. Локи попытался этого избежать, вскинул руку в противящемся жесте, но уперся ладонью в выпирающий бугор на штанах. Неожиданное прикосновение сразу дало понять, почему к Одинсону в спальню чуть ли не выстраивалась очередь девиц. Полностью вставший член даже через ткань чувствовался большим, горячим и чуть мокрым от выступившей смазки. Локи тяжело сглотнул слюну, сразу накопившуюся во рту. - Так, Локи? Такой расклад тебе больше по вкусу? На коленях, передо мной? Может, это единственно правильное для тебя положение!– грубо донеслось сверху, и Тор сам приспустил собственные штаны. Локи расширил глаза. Даже в потемках член был огромен - с темной обнажившейся головкой, выступающими по всему стволу венами, с терпким мускусным запахом. Тор обхватил член ладонью, мазанув головкой по губам Локи. Тот хотел отстраниться, но Тор явно терял терпение, и грубо ткнулся в губы. Упрямо махнув головой, Локи попытался отвернуться, и его волосы тут же больно сжали на затылке. От боли и злости Локи разомкнул зубы, но недостаточно, чтобы вместить слишком большое достоинство Тора. - Чертов ублюдок! Расслабь рот! Ты ведь сам хотел этого! Локи снова поднял глаза, упрямо глядя снизу вверх. Его голос, словно змеиное шипение, так и сочился ядом. Влажный член уткнулся чуть ниже скулы. – Нет, я хотел показать, чего ТЫ на самом деле хочешь! Хочешь видеть, как я покорно отсасываю тебе, стоя на коленях! Скажи, Тор, скажи, что на самом деле всегда хотел со мной сделать! Хотел поиметь собственного брата, даже когда не знал, что я лишь подкидыш. Признайся, Тор! -Да! – выкрикнул Тор, не в силах сдержать рвущееся из самых тайных глубин памяти. – Я всегда хотел тебя! Хотел вот так поставить на колени и глубоко трахнуть в рот. Хотел приходить в твою спальню и вколачивать член в твое покорное тело, чтобы ты даже думать не мог о троне! Я видел не брата, а самую соблазнительную и строптивую шлюху! Доволен теперь?! Локи с горящими глазами слушал Тора, и каждое его признание заставляло возбуждение внутри сметать любые другие мысли. Собственный член требовал внимания, и Локи сжал его через штаны одной рукой, одновременно касаясь языком солоноватой головки, уткнувшейся в губы. Тор поперхнулся собственной речью, снова сжав в кулаке темные пряди. На этот раз Локи не противился и открыл рот шире, пропуская только самую головку и кружа вокруг нее юрким языком. Тор сильнее давил на затылок. Локи, отшатнувшись, прохрипел: - Мне придется сначала его облизать, чтобы он скользил до самого горла. Тор тяжело кивнул и ослабил хватку. Локи взял член в одну руку, приподнимая его и принимаясь вылизывать по всей длине. Чувствуя каждое влажное прикосновение, Тор плавился в ощущениях, стонал все громче под движениями умелого языка и горячего дыхания, опаляющего чувствительную кожу. Слюна капала с подбородка Локи, и он, не жалея, щедро размазывал ее и смазку вдоль всего члена. Не сдержавшись, Тор двинул бедрами, стараясь толкнуться глубже. Локи сначала упруго обхватил головку губами и качнул головой вперед, практически насаживаясь на член. Сантиметр за сантиметром погружая его во влажную глубину рта. Дойдя до середины, Локи подался назад, но только чтобы потом принять еще больше. Тор был заворожен открывшимся зрелищем. Полная луна, вышедшая из-за туч, позволяла видеть член, плотно обхватываемый сейчас раскрасневшимися губами. Локи проталкивал член до самого горла, как и обещал, пока Тор двигал бедрами на встречу, сначала медленно, удерживая Локи за затылок, слушая его приглушенные стоны и сходя с ума от влажной тесноты. Но движения с каждым разом становились все размашистее, и головка все чаще упиралась в заднюю стенку горла. Локи чувствовал, как слезы скапливаются в уголках глаз, челюсть сводит от онемения, а член во рту перекрывает воздух. Рвотные позывы было трудно сдержать, но он справился и с этим, насколько возможно расслабившись. Но это спасало мало, и ему приходилось то и дело со стоном отстраняться, кашляя и пытаясь глотнуть воздуха, вытирая с подбородка слюну. Тор шипел, когда острые зубы неосторожно проходились по чувствительной головке, но даже это еще сильнее распаляло желание. Локи вибрировал горлом, когда стонал, и Тор двигался быстрее и быстрее. Горячее и обжигающее скручивалось в тугую спираль внизу живота - от покорного Локи, стоящего на коленях, по-настоящему мутился рассудок. Это было настолько безумно, желанно и потрясающе в своей неправильности, что Тор, сделав еще пару движений, хотел было отстраниться, но Локи не позволил. Он еще сильнее насадился головой, принимая в себя толчки горьковато-соленой спермы. Тор кончил с громким криком, а когда открыл глаза, застонал тише, но отчаянней. Локи, с ярко-красными пухлыми губами, испачканными в сперме, привалился к колонне и быстрыми движениями ласкал себя, часто дыша и чуть постанывая в такт движениям. Тор не выдержал, прихватил Локи пальцами за подбородок, оглаживая влажные губы в мягкой, неожиданно нежной ласке. Но для Локи этого хватило, чтобы выгнуться с протяжным сладким стоном и испачкать собственные пальцы. - Ненавижу тебя, Локи. Всем сердцем. – прошептал Тор, обессиленно сползая на пол. Локи улыбнулся и потерся щекой о его плечо. - И я тебя ненавижу. Всем сердцем. Они приходили в себя, привалившись друг к другу, часто дыша и то и дело облизывая искусанные губы, пока чуткого слуха Тора не коснулся звук. Очень тихий. Слишком знакомый. Слишком страшный. Звук охотников, преследующих добычу. Локи настороженно подался чуть вперед, втягивая носом воздух, будто дикий зверь. Тор невольно засмотрелся на точеный профиль, которому серебристый свет луны придавал пугающую, потустороннюю красоту. Прекрасный зверь. И охотники, жаждущие его поймать. Только вот Тор сам уже не прочь владеть такой добычей. Боясь передумать, Тор резко встал. Локи отшатнулся, уже открывая рот для заклинания, но Одинсон просто подхватил его и закинул на плечо, заставив темноволосую голову свисать чуть ли не до самой поясницы. Вместо заклинания с губ Локи сорвался удивленный выдох и чуть растерянное и злое: - Что... что ты делаешь, идиот?! В своем уме? - Это Дикая Охота, Локи. И она идет за тобой. Долго ли твой морок сможет отвлекать Богов? Локи замолчал. Отпущенные ему силы оставались только на открытие портала, а вложенное в морок заклинание будет действовать недолго. Если он сейчас приложит Тора магией, то успеет покинуть дворец, пока морок еще действует, но вот портал.... портал будет уже не открыть – сил не хватит. Тьма внутри злобно хмыкнула – разве бывают благостные дары от эльфов? - До рассвета, и то вряд ли, – сипло прошептал Локи, свисая вниз головой. - Значит... – Тор пинком ноги открыл дверь в собственные покои, к которым и направлялся с Локи на плече, - ночь ты переждешь в моей спальне. Никому не придет в голову, что ты прячешься здесь. И ты мне расскажешь, откуда взял силы. Тор вошел и захлопнул дверь, небрежным движением скинул Локи с плеча на широкую кровать. В ответ Локи зло оскалился, тряхнув головой, смахивая с глаз черную прядь волос. Его голос снова был полон презрения. - Тор, глупый безмозглый мой братец. Не мог найти более весомую причину завалить меня на кровать? Неужели я должен поверить, что ты решил спасти меня от Охоты, что так щедро разрешил Всеотец? Ты не защитить меня хочешь, а только тра... - Замолчи! – резко выкрикнул Тор. Локи издевательски-громко рассмеялся, откидываясь назад на кровати и опираясь на локти. Тьма внутри него играла, переливалась жгучими искрами возбуждения, смаковала каждую секунду того времени, когда Локи стоял перед Тором на коленях, широко открывая рот. Локи чувствовал, как горячие волны проходят сквозь его тело, дурманят голову, подчиняют правилам игры, снова скапливаясь томительным огнем внизу живота. Тор ведь в эту секунду откровенно ломал себя, шел против прямого приказа Отца, и Локи был просто в восторге от этого. Безумие извращенного влечения вместе с темнотой, так услужливо открывшей дорогу всем тайным желаниям, перекрывали даже страх перед приговором и Охотой. Чуть разведя ноги и согнув колени, Локи с победной улыбкой глянул в глаза Тора. Одинсон резко выдохнул и сжал кулаки. Локи, раскинувшийся на кровати, был для него воплощенным грехом, соблазном. И сколько бы он не убеждал себя, что пытается защитить названного брата - истинная причина была в другом. В разведенных коленях, пухлых развратных губах и тихих, хриплых стонах, которые несдержанно слетают с губ. Тряхнув головой, Тор попытался избавиться от наваждения. Он почти был уверен, что околдован, но это перестало быть важным ровно в тот момент, когда Локи дразняще раздвинул ноги ещё немного. Тор сделал шаг вперед, к постели, и Локи улыбнулся ещё шире. Но улыбка сползла с бледного лица, когда Тор вскинул руку в сторону, и в его ладонь влетел Мьельнир, повинуясь приказу хозяина. Локи весь подобрался, собирая остатки сил для отражения наверняка смертельного удара... Тор развернулся и подошел к прикрытой двери, просовывая рукоять молота сквозь кованные ручки. Теперь никто не сможет войти в покои, пока они надежно заперты магическим оружием. И сам Локи не сдвинет Мьельнир с места и не сбежит из спальни, пока Тор ему не позволит.