Aures, Superciliis Et Amore

Arctic Monkeys - Cigarette Smoke       Когда Джим открыл глаза вокруг была кромешная тьма и только громкие, режущие барабанные перепонки, звуки, будто кто-то был подключен к системе жизнеобеспечения на которой какой-то умник в наглую подкрутил громкость, чтобы каждый на корабле слышал сердцебиение пациента, давали точное определение где находился капитан в данную минуту. Еще минуты три понадобилось Кирку на осознание того, что именно его многострадальная тушка подключена к "адской" технике. На ощупь найдя прикрепленные датчики, самый молодой капитан Звездного Флота оторвал их все до единого, чтобы погрузиться в благословенную тишину и сразу же понять, что сна ни в одном глазу. Еще посверлив минуту пятьдесят четыре секунды потолок, в ожидании хоть какой-нибудь реакции на свои действия, и наконец привыкнув к освещению, которое оказывается было, Джим окончательно утвердился во мнении, что находится на своем корабле, уж обитель Боунса он знал не хуже "простого сельского доктора", недаром искал всего того 18.56 стандартных суток назад "стратегический запас" пятилетнего андорианского виски.       Спросонья Кирк не сразу понял, что его восприятие времени как-то странно "барахлит". И выбравшись с био-койки на леденющий пол медотсека - "Надо бы потом вкатить Боунсу дисциплинарное взыскание за то, что пациентов морозит" - "поскакал" от греха подальше в свою каюту, ведь чувствовал он себя прекрасно, а значит имеет полное право, как капитан USS Энтерпрайз, покинуть эти адовы покои.       "Бояться очередного укола гипоспреем - нелогично для капитана", размышлял Джеймс Т. Кирк, заходя через 7.8 минут "ночной прогулки" в свою каюту. - "Путь был бы на 1.35 быстрее, если бы все энсины соизволили быть на положенных им графиком месте". - Компьютер, время, - требовательно отозвался Джим, когда дверь плавно закрылась и индикатор засветился зеленым, подтверждая активацию замка. - 0556 по корабельному времени, капитан, - немедленно отозвалась техника, чуть громче, чем стоило бы в столь ранний час. - Освещение на сорок процентов, температуру на семь градусов выше, - жестко отрапортовал Джим и скрылся за дверью ванной, чтобы через 1.24 минут выбежать обратно, истошно крича: "Твою мать, Боунс, что за шутки?!"

***

Tish - Perfect Man       Леонард Горацио Маккой, в народе благодаря несносному мальчишке, "Боунс", вот уже третьи сутки не мог привести Джима в чувства. Сколько бы гипо он ни вкалывал, сколько химических анализов ни проводил, у Джимбо не сходил жар, который, пройдя немыслимую отметку в сорок градусов по Цельсию меньше, чем за 24 часа, неожиданно ввел парня в глубокую кому. Молодое тело не выдержало нагрузки и постепенно каждый орган, каждая клетка в организме, стала отказывать, и доктору в срочном порядке пришлось подключать нереагирующее тело к немыслимому количеству давно, и слава Богу, не используемым аппаратам жизнеобеспечения. - Ну же, малыш, живи, - Леонард знал, что ведет себя слишком сентиментально, но ничего не мог с собой поделать. - Тут такое начнется, если...       Только на мгновение, но Маккою показалось, будто мизинец на левой руке Джима дрогнул. Самоконтроль доктора к чертям рухнул и он поспешил удалиться из палаты в свой кабинет. Нет, не выпить, на удивление, а еще раз просмотреть все проведенные анализы, может он что-то упустил. Ну точно, упустил.       Когда Боунс открыл глаза, мысленно молясь всем кому можно и нельзя, лишь бы все что было эти два с половиной дня, являлось бы не более, чем мерзопакостным кошмаром из-за долбанного космоса, на часах было только 0557 по корабельному времени, но не это насторожило проснувшегося доктора, а нереальная тишина.       Вскочив со стула так, что опрокинув несчастный предмет и чуть не сломав себе ногу, Маккой ринулся, словно гончая почуявшая кровь, к Кирку. Кровать капитана была пуста, а датчики и вспомогательные трубки от аппаратов жизнеобеспечения валялись на покрывале и полу. Леонард нервно хихикнул и ущипнул себя за руку.       "Ай, гоблина мать!" - почти воскликнул вслух Боунс, доставая комм, чтобы вызвонить Спока и ввести на корабле экстренное положение в связи с исчезновением тела капитана. Доктор не стал принимать вариант того, что Джим ушел на своих двоих, как не состоятельный и в силу обстоятельств невозможный. Но, не успев еще и найти контакт остроухого зануды, как сам же и выронил ни в чем не повинный аппарат на жесткий пол медотсека.       На застывшего посреди палаты Леонарда Горацио Маккоя, в народе именуемого "Боунсом", с дикими криками летело разъяренное нечто в больничной рубашке на голое тело.