3. Отношения налаживаются
9 октября 2014 г., 03:47
В генетическую лабораторию поехали небольшой толпой. Кроме Жени и Евгеньевича и сопровождающих их Никитой и Сашей, с ними отправилась, как ни странно Люба. Ваню и Игоря оставили дома, хотя оба слезно просились, но Женя, поцеловав обоих, заметил, что так он будет нервничать еще больше.
Пока брали необходимые анализы у обоих подопытных, Люба очень долго беседовала с заведующим, чем удивила и Сашу, и Никиту, а потом под видом, что хочет посмотреть крио-хранилище ген материала, задержалась на полчаса, пока мужчины гуляли по военному медицинскому отделению и осматривали местные достопримечательности.
— Люб, — тихо спросил у нее Женя, сидя на заднем сидении машины с малышом на руках, — а Никите говорить не будешь?
— О чем это?
— О том, что ты сдала анализы, — усмехнулся Евгений.
— Как ты догадался? — удивилась деваха.
— Это не трудно, думаю, на всех летчиков-испытателей имеется генетическая карта, это ведь их подразделение. И Никита наверняка догадался.
— И пусть, я должна знать наверняка. Что, заложишь? — хмыкнула девица.
— Еще чего! — улыбнулся в ответ Женька.
Дома их ждала возбужденная до крайности Марина. Она тут же схватила Евгеньевича в руки и стала тискать.
— Ну, Женька, ну удивил, я уже и не надеялась, что внуков увижу. И ведь, засранцы, молчали в тряпочку, только Виктор сегодня просветил.
— Ма, это еще неизвестно, мой ли он, — вздохнул старший сын, видя, как Евгеньевич с удовольствием и нескрываемым блаженством принимает женскую ласку.
— Если признал, то твой. И потом, глазки точно твои и ушки тоже, — причитала Мариночка, качая парнишку. — Ща посмотрим пипиську, и точно скажу!
— Ма, пупок не надорви, он уже килограммов десять весит, не меньше. — Игорь выглянул в коридор, встречая приезжих, и с интересом добавил. — А что такое с пиписькой?!
— А что у тебя, что у Женьки хозяйство даже в младенчестве было приличных размеров, надо мной весь роддом ржал! — заверила Марина и, принюхавшись носом, добавила. — Тем более памперс менять точно надо.
Над махающим голыми ножками карапузом склонились все кому не лень, даже Любка голову втиснула между Никиткой и Женей.
— Придумали генетическую экспертизу какую-то, — ухмыльнулась Марина, лихо меняя подгузник. — Конечно это наш мальчик. У вас, ребятки, хозяйство не меньше было! Да только впустую, ни одной девке не досталось.
— Ма, может при Любе не надо... — пробормотал, краснея Игорь.
— А что? Пусть послушает, если вас девицы не интересуют, то ее, надеюсь, парни все-таки привлекают. А?
Теперь покраснела уже Любочка и потихоньку смылась на кухню. Там в уголке тихо сидел Ванечка, закрывшись журналом про природу Карибских островов.
— А ты чего здесь торчишь? — удивилась она, усаживаясь рядом.
— Ну, тетя Марина меня терпеть не может с того момента, как узнала, что я сплю с ее сыновьями, — объяснил Ваня и, убирая журнал, спросил. — Кофе? — получив согласный кивок, пошел варить натуральный кофе в турке. — А ты чего сбежала?
— Знаешь, когда в подробностях расписывают яйца и члены твоих братьев и делают ехидные подколки в мой адрес… Не шибко приятно.
— М-да... Тетя Марина в своем репертуаре. Но ты ее пойми. Представь, мало того, что муж оказался влюблен в двух мужчин, да еще и сыновья. А ее любовник — бывший, конечно — вообще повернулся на ее родном брате.
— Да уж... Сплошной голубой небосклон, — усмехнулась понимающе Люба. — А я еще жаловалась, а у меня только биологический отец.
— Ты Никите только так не говори. Он обидится. Мужики говорят, он в последнее время как ты появилась, просто в розовых облаках летает, за штурвал страшно садить. — пояснил Ваня, протягивая чашку с кофе девушке.
— Я постараюсь… — прошептала Люба, опуская глаза.
***
Ночью Люба отправилась за водой на кухню и, зайдя на нее, увидела целующихся взасос Ваню и Игоря. Старший посадил более легкого кузена на разделочный стол и теперь обнимал его, стоя между разведенных Ваниных ног.
— Ой! — девушка покраснела как свекла, самое противное было то, что ее очень возбудила сия развратная картина.
И она всерьез задумалась о фотоаппарате и фотографиях, как ее просила взбалмошная Катька.
— Эй, мужики! — сзади нее появился полуголый встрепанный Женька. — Вас, блин, только за вином посылать. И чего вы тут устроили перед дамой?
Парни, вздрогнув, отлипли друг от друга.
— Извини, Люба, больше такого не будет. Игорь, бокалы и бутылку! — Женька сгреб на руки Ваню и потащил в спальню.
Люба же в ступоре хлопала глазами, смотря, как Ваня машет ей, высунувшись из-за голого плеча Женьки, и как красный Игорь утаскивает накрытый ночным закусем и вином поднос. Она присела на стул, сердце билось в груди набатом. Люба, выпив полстакана воды и прихватив остатки, поспешила к себе.
Проходя мимо спальни парней, она застыла и прислушалась, но стены были толстыми, посему что творится там за дверями оказалось не слышно, скважины тоже не было, чтобы подглядеть. Посему недолго думая дева выдула остатки воды и приложила пустой стакан к дверям.
— Ваня, прогнись сильнее. Ох, вот так… — слышался страстный шепот. — Игорек, я тебя жду, не тяни… Ум… Давай глубже… Ах, вот теперь точно попал. Еще, родненький, еще сильнее… Ну же, с оттяжечкой, о да! Вот так. Ванька, держись. Поехали!
А потом были слышны только страстные стоны и вздохи. Люба приползла в комнату на неслушающихся ногах, красная и возбужденная. Сердце колотилось уже в глотке, в трусиках стало влажно, низ живота неприятно тянуло. Но что делать со всем этим, дева просто не знала, посему провалявшись часа два в холодной кровати и тупо смотря в потолок, забылась в зыбком сне...
— Люба, вставай! — Ваня стукнулся в дверь, а потом заглянул, не дождавшись ответа.
— Сегодня же ко второму уроку… — девушка зарылась под подушку.
— Знаю, парни уже все разбежались, а ты проспала.
Люба, матеря про себя ночные похождения своих соседей, натянула халат и поползла на кухню. Евгеньевич важно сидел толстой попой на полу и целеустремленно вытаскивал из кухонных шкафчиков пустые кастрюли. Саша, примостившийся за столом, поприветствовал Любу и, кивнув на ребенка, прокомментировал:
— Начальником будет. Смотри, какой важный.
Евгеньевич посмотрел сурово на большую тетю и дядю, а потом надел кастрюлю на голову и в этой «каске» двинулся вглубь под раковину.
— А вот туда нельзя, больно будет. Горячо! — скомандовал Александр.
— Ого! Ты его уже дрессируешь? — Ваня с удивлением увидел, как мальчонка голым задом, тряся между складочками писюном и яичками, стал пятиться назад.
— Он не собачка, что бы его дрессировать. – Саша поднял карапуза с пола и, устроив на колени, снял кастрюлю с головы. — Вчера он сунул руку в мою чашку и обжегся, теперь если сказать — «Горячо», он не лезет. А вообще смышленый малец, хоть и молчун.
— Не описает? — Ваня сел рядом с Сашей, скептически смотря на торчащий писюн малыша.
— Не-е-е малыш бьет прицельно на пол или в глаз соседа.
— Сашка, если он уделает мою школьную форму, то тогда я никуда не пойду, — заявил Ванечка, резво отпрыгивая на соседний стул подальше.
Люба на такие ретивые прыжки засмеялась в голос от всей души и сама себе удивилась. В последний раз она смеялась так в раннем детстве, когда мама повезла ее на Черное море. Еще бы две недели, только она и мама. Это было здорово.
— Ладно вам. Кушайте и валите! Я сегодня с ним в обед пойду на улицу, вроде как оттепель наступила.
***
Обратно из школы Люба шла одна, девочек задержали на домоводстве, причем на два урока. Уже подходя к дверям, она налетела на Женю, державшего два пакета с едой и пытающегося попасть ключом в замочную скважину.
— О, Люба, ты вовремя.
Деве всучили один пакет и, открыв дверь, пригласили во внутрь. Прошли в дом они на цыпочках. Оно и понятно, если Евгеньевич спит — лучше не будить. Малыш тогда становился капризным и непослушным. Сняв обувь, Люба с пакетом вошла на кухню и замерла в трансе.
На стуле, разведя широко ноги, сидел Ваня, а Игорь, стоя на коленях, сосал кузену небольшой возбужденный член, а сам отдрочивал рукой себе нехилый стояк. Люба сделала шаг назад, но стукнулась в грудь замершего сзади нее Женьки. Пакет из рук полетел вниз.
— Парни! Вы чего, совсем охуели? — рыкнул Женя, видя, как мальчишки тут же подорвались и, краснея, пытаются спрятать стояки. — Я же сказал, только в спальне. А ну марш отсюда!
Игорь с Ваней красные как раки вылетели прочь с кухни, прошмыгнув мимо нечаянных зрителей.
— А что они делали? — выдавила из себя порозовевшая Люба, все еще не веря, что видела настоящие мужские члены впервые в жизни, да еще в боевом режиме.
— Вообще-то то, что делал Игорь Ване, называется минет, – Женька склонился над полом, поднимая рассыпавшиеся яблоки. — Девушкам можно делать похожее, только вместо члена ласкают клитор, называется куннилингус.
Евгений распрямился и, посмотрев на полыхающую девицу, с издевкой заметил:
— Ты девственница. И не отрицай, по твоей мордашке видно. Но извини, тебе я помочь ничем не могу.
— Чего? — обалдела с такого наезда Люба.
— Того! Трахать не буду. Мне одного Евгеньевича хватает. А вот Васька будет не против. — Женя открыл холодильник и стал перекладывать туда продукты.
— Какой еще Васька? — в голове Любы от свалившейся информации все было кувырком.
— Друг Игоря, он нам все уши про тебя прожужжал. Но вообще-то не торопись с этим. Трахаться без любви можно, но с любовью куда приятнее. — И сам рассмеялся, поняв, что в присутствии Любы упоминание о любви вышло как каламбур.
— Чего ржете-то? — в дверях нарисовался хмурый Игорь, а за ним полыхающий все еще щеками Ваня.
— Что, уже? — Женя выполз, ухахатываясь, из холодильника.
— Еще нет! — буркнули полыхая зеленью глаз.
— Сами виноваты. А Саша где с мелким?
— На улице гуляют, мы же не знали, что ты рано вернешься, а у Любы ключа нет, – оправдался Игорь. — И мы думали по-быстрому.
— Думали они. Ходячая порно энциклопедия голубого разлива. В следующий раз поймаю, обоим вдую так, мало не покажется.
— Ладно, хоть беременностью нам это не грозит! — уворачиваясь от руки Женьки, Игорек шмыгнул за Любашку, которая до сих пор полыхала щеками, стоя посередь кухни застывшим монументом.
***
А на следующей день утром из ванной послышался надрывный крик в две глотки. Прибежавшие Женька и Ваня наблюдали следующую картину, как мокрая обнаженная Любашка пытается завернуться в полотенце, а красный Игорь напяливает на свой голый зад штаны. Женька понял всю комичность ситуации первым, и пока Ванечка еще хлопал глазами, обратился к испуганной девушке.
— Люб, прости. Он девушек голыми ни разу в жизни не видел.
— Это я-то? — вспыхнул ушами Игорь.
— Это ты-то! И чего вломился в ванную? — усмехнулся старший брат младшему.
— Я думал, там Ваня, и дверь была не закрыта, — пробормотал, оправдываясь, красный Игорь.
— Закрывала я ее! — Люба наконец-то справилась с полотенцем и уставилась на ржущих рядом с ней парней.
— М-да, любимый, какой же ты еще салага. Вместо того, что бы радоваться обнаженной женщине... Ты орешь, как резаный! — выдал рассмеявшийся Ванечка и подмигнул Женьке.
— Можно подумать, сам бы не заорал? — обиделся на обоих братьев Игорь.
— Нет, наверное… Я видел, как Любашка пошла в ванную… — Ваня обнял Игорька за талию и, повернувшись к Любе, покраснев, прошептал:
— Хотя… Я ведь тоже девушек обнаженных раньше не видел.
