Сокровище моего сердца

— А потом, когда мы найдём сокровище, то сможем… — Ты серьёзно? — прервал восторженного Адама Даниэль. Он сидел в просторном кресле, по привычке закинув ногу на ногу и с недоверием глядя на друга. Тот недовольно поджал губы — он не привык, чтобы его прерывали, тем более, когда он говорил о подобных вещах. Не каждый день удаётся найти карту сокровищ, а они ведут себя так, будто бы это обычное дело. Ну или (Ленц предпочитал об этом не думать), как будто он сошёл с ума. Но он ведь был вполне нормальным, карта — настоящей, а их денег вполне хватило бы на небольшое путешествие. Даже на большое. Главное ведь — решиться, а потом, Адам был уверен, всё пойдёт как по маслу. К тому же, ему слишком сильно хотелось вырваться из-под вечной опеки и командования отца, заняться тем, что он обзывал “глупостями” и забыть о собственном статусе. И кто, как не друзья, обязаны были его поддержать? Но ни один из них не заразился его энтузиазмом, и в их взглядах Адам видел лишь сомнение и недоверие. — Давай-ка повторим всё с начала, — начал Дейв. Он, кажется, был заинтересован в поездке чуть больше, чем Даниэль. Если тот смотрел на Адама как на ненормального, то Дейв был относительно нейтрален. Однако Ленц заметил его интерес — обычно, когда друг видел, что есть шанс извлечь из чего-нибудь выгоду, он покусывал нижнюю губу или мял что-то в ладони. — Ты нашёл какую-то карту… — Адам приоткрыл рот, чтобы возразить, но Дейв прижал указательный палец к губам и шикнул, недовольно нахмурившись. — Не перебивай. Ты нашёл какую-то карту, на которой был написан бред полоумного старика. — Дейв, я не думаю… — начал Даниэль, но, встретившись глазами с недовольным взглядом друга, пожал плечами и фыркнул, буркнув что-то, а после уставился на карту, которую ещё не успел отдать Адаму. Дейв же замолк на пару секунд, словно подбирая слова, пытаясь найти те, которые как можно меньше обидят как Адама, так и память его прадеда. Нельзя сказать, что в их время было слишком много верующих или просто суеверных людей, но Дейв время от времени становился таким. Редко и чаще из вежливости, насколько заметил Адам. Он, кстати, стоял напротив друзей, опираясь бёдрами о край стола, и постукивал кончиками пальцев по гладкой столешнице. Он был явно недоволен, что его не воспринимают всерьёз, а ещё тем, как Дейв отозвался о его родственнике. — Просто подумай, — Дейв запнулся, формулируя предложение. Ему, видимо, было довольно трудно говорить с минимальным почтением, — даже если эта карта настоящая, с чего ты взял, что твой дед был в своём уме, когда подписывал её? Даже если так, ты не думал, что кто-то мог успеть до тебя? Не факт, что она всего одна такая. Он скрестил руки на груди и подошёл к одной из книжных полок, с которых Адам как раз и брал книги. Проведя пальцем по пыльной поверхности, Дейв хмыкнул и снова развернулся к другу. Адам вздохнул. Энтузиазм, захлестнувший его после нахождения карты, сейчас практически исчез. Если сравнивать это с огнём, то огромный костёр разом превратился в едва тлеющий огонёк. Адам был зол и недоволен — надо же, его веру ставили под сомнение, ему самому не верили. Он был готов распрощаться с Даниэлем и Дейвом с недовольным «тоже мне, друзья», и сделал бы это, будь он лет на десять младше. Сейчас же, будучи почти взрослым, нужно было искать другие способы. Может, ему удастся их убедить? Хотя бы как-то. Но слова, как назло, не шли в голову. — Но, — голос Дейва снова нарушил напряжённую тишину, — я готов согласиться на эту авантюру. Если, конечно, в случае успеха, не один ты окажешься в выигрыше. Адам закатил глаза. Так вот для чего был весь этот цирк — его приятель — или оба? — хочет получить часть от сокровища? Ленц едва сдержал нервный смешок. Ему и самому было интересно, что же там скрывается, насколько огромным будет сокровище. Хотелось бы, чтобы оно было старым, и можно было любоваться вещицами, сделанными несколько веков, а то и тысячелетие назад. Хотя вряд ли им могло быть больше пятисот лет — иначе карта давно рассыпалась бы. Так казалось Адаму. — Я бы тоже не отказался от доли, — подал голос Даниэль. — Я хочу провести одно исследование, и первичный капитал мне не повредит. Нет, они просто невыносимы! Адам закатил глаза и фыркнул: — Ладно. Найденное поделим на троих, но только если все будут работать на равных, — заметил он. Не слишком хотелось обещать что-либо, не оговорив условия. Он-то знал, что порой Дейв любит побездельничать, хоть и старается изо всех сил ради своих друзей. Но тянуть на себе всю команду определённо не хотелось. Да и что было написано на пергаменте? «Найдёт не только богатство, но и славу» или как там? Тогда вся слава просто обязана достаться ему — как главному, как лидеру и инициатору. И тогда отец точно не станет говорить о его мечтах как о глупостях — ведь по-своему Адам прославит их род, и поэтому будет волен выбирать, сделав свой весомый вклад в историю семьи. Это будет неплохим бонусом к тому, что определённо ждёт их. К тому, чего Адаму не хватало, и чего у него не было бы без этой карты — он был уверен, если бы не эта неожиданная находка и захлестнувшая его безумная идея, он бы так и сгнил в этом особняке, не смея и шагу ступить в сторону. А теперь… Приключения, поиски, драки и прекрасные девушки! Всё как в фильмах, которые Адам так любил и пересматривал десятки раз. И даже если друзья не согласятся на эту авантюру… Да к чёрту всё, он будет рад просто сбежать отсюда, встречая дивный новый мир звонким смехом и оставляя роскошь и правила где-то за спиной. Отвлёкшись от своих мыслей, в которых он уже попал на первые страницы всех газет и журналов, а также стал невероятно известен во Всемирной сети, где он стал новым героем, наравне с теми, о которых он читал в комиксах, Адам посмотрел на своих друзей. Дейв, улыбаясь неприлично широко, стоял рядом с Даниэлем, и они с подозрением рассматривали своего друга. С напускным подозрением, подумал про себя Ленц. Уж он-то умел отличать, когда эти двое были искренними, а когда – искусно притворялись. — Неужели ты вправду думал, что мы сможем отказаться? — рассмеялся Даниэль и приобнял Адама. Дейв хлопнул Ленца по плечу и тоже расхохотался. — Мы успели взвесить всё ещё по пути сюда. Да, мы оба не слишком верим в этот бред… Но почему бы не попытаться? Адам выдохнул от облегчения и приобнял Даниэля в ответ. Однако уже спустя секунду он отстранился и метнулся в сторону компьютера. В библиотеке он был стареньким, а таких мониторов, наверное, уже нигде не было — старая коробка, от которой невыносимо болели глаза и голова. Отец даже специально купил несколько пар очков, чтобы работа за этим компьютером была возможной. Менять он ничего не хотел — думал, хоть так отвадит Адама от вечного сидения в библиотеке, зная, что сыну порой нужно пользоваться интернетом, чтобы найти определённую информацию. Разыскав ещё две пары очков, помимо тех, что он носил с собой, когда приходил сюда, Адам сел за компьютер, немедленно убавляя яркость у монитора — слишком яркий свет неприятно бил в глаза, а им и так хватало напряжения. — Итак… ищем, что нужно для похода? — Мне кажется, сначала нужно определить, куда именно мы направимся, — заметил Даниэль, который в их компании, как это часто бывает в так называемых «золотых троицах», числился за самого умного и думающего. — Ты слишком спешишь, мы ведь даже не знаем, сколько времени проведём в дороге. — Да что там думать, — возразил ему Дейв и нахмурился. — Возьмём в аренду машину, купим побольше запасов — и всё. Это же легко, как два пальца… — Довольно, — оборвал его Адам и скрепя сердце признал, что Даниэль был прав. Он слишком торопил события. — Итак… сначала определяем, куда мы едем! — заявил он и выхватил из рук друга карту. Прошло уже целых полчаса (двадцать шесть минут, если быть точным), а они ни на шаг не продвинулись. Зато одна проблема была решена — троица решила, как именно им сесть, чтобы всем было удобно, видно, Дейву не было слишком жарко, Даниэля не раздражал сквозняк, а Адама все слышали. Но это было только началом. Потому что, будучи на словах и в книгах профессорами (Ленц, например, мог с уверенностью сказать, сколько именно времени граф Монте-Кристо провёл в заточении), на деле они оказались бесполезнее школьников. И, пусть все трое поняли это немедленно, признаваться ни один не желал. Они просто продолжали строить из себя умников, хотя даже Даниэль оказался беспомощным в данной ситуации. Хотя, может, это потому что его постоянно перебивали спорившие друг с другом Дейв и Адам. Так что единственному разумному человеку приходилось просто молча наблюдать за их перебранкой. — Я говорю тебе, мы можем просто взять с собой карту и спрашивать дорогу у местных, — Дейв едва ли не рычал, и Даниэль отодвинулся от него, стараясь оказаться как можно дальше — чтобы в случае драки его не зацепило. — Или ты боишься, что они не станут с тобой говорить, если ты разрядишься, как идиот? Зачем нам столько экипировки? — О да, — воскликнул Адам и с трудом сдержался, чтобы не ударить рукой по столу, — представляю себе эту картину. «Здравствуйте, мы приезжие и ищем здесь сокровища. Вы не знаете случайно, в какую сторону нам идти?», — он нарочно сделал свой голос тихим и ноющим, как у уличных попрошаек. Так, чтобы внушать отвращение. На секунду показалось, что Дейв сейчас сплюнет на пол, закатает рукава и кинется в драку. Он был вспыльчивым, хотя обычно старался сдерживать себя и не доходить до рукоприкладства по отношению к друзьям. Но все моральные принципы терпели крах, как только ему начинали возражать. — Может быть… — начал Даниэль, но его снова перебили. Он сжал ладони в кулаки и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Нельзя сказать, что он зверел, когда его начинали раздражать, но он просто не любил громких звуков. Ни от себя, ни со стороны окружающих. А эти двое сцепились так, что, если бы не звукоизоляция, сюда сбежались бы все обитатели дома. — Только полный идиот будет так себя вести, — зарычал Дейв и поднялся с места, грозно нависая над столом. Даниэль закатил глаза. Небось, этот недоумок насмотрелся фильмов, где герои таким образом старались показать свое главенство, и теперь возомнил себя одним из них. Интересно, кем на этот раз? — Но если нас будешь вести ты, то я уверен, что всё так и случится. И ты не ответил на вопрос об экипировке. Даниэль откинулся на спинку стула. Его это начинало утомлять. Когда же они успокоятся? Адам ведь всегда был вполне адекватным, а эта карта просто вскружила ему голову и лишила способности трезво соображать. Они даже не пытаются слушать друг друга. Даниэль потёр виски и попытался расслабиться. Что там обычно советуют в стрессовых ситуациях? Думать о хорошем? О хорошем, Дани, просто думай о хорошем… — О да, мы поедем туда налегке. Шлёпанцы, шорты и футболка — туристы на пробежке, психи на выезде, — прервал его попытки громкий голос Адама. — А землю копать руками будем? Или ты придумаешь вариант получше? — Да прекратите вы грызться, как два старика по утрам! — не выдержал Даниэль и вскочил с места. — Дейв, мы должны знать, куда ехать и что нас ждёт. Адам, мы возьмём только самое необходимое. И давайте решать поскорее, потому что мне хотелось бы быть уверенным в своих планах на ближайшие пару недель. У меня исследования, между прочим, а я трачу время на выслушивание вашего брюзжания. Он выговорился и замер, неровно дыша, восполняя запасы кислорода. От такой неожиданной тирады даже голова закружилась — столько воздуха разом вышло из лёгких. Адам и Дейв смотрели на него, как на привидение. Кажется, они уже успели позабыть, что в комнате есть ещё кто-то, кроме них двоих. — Да, прости, — запоздало буркнул Дейв и снова занял своё место. Адам последовал его примеру и пододвинул свой стул ближе, снова склоняясь над картой. Они старались выглядеть спокойными, но плечи у обоих были напряжены, а руки сжаты в кулаки. Даниэль поджал губы. Ему почему-то казалось, что ничего хорошего из этой поездки не получится. — Так… нам нужно разобраться с картой, — протянул Адам, когда тишина слишком уж затянулась. — Кто-нибудь умеет это делать? Даниэль улыбнулся. Они сдвинулись с мёртвой точки. Вот только проблем впереди было ещё немало.