Земля мёртвых, земля живых

      Кирк сидел у костра с планшетом в руках, погрузившись в расчёты. Метеорологические данные неустанно поступали с корабля, и нужно было составить более-менее правдоподобную картину насчёт того, какая погода их ждёт в ближайшие несколько дней.       Если всё пойдёт хорошо, то можно было бы остаться здесь на неделю, подумал про себя капитан. Члены экипажа радовались, как дети, что у них, наконец, появилась возможность сменить замкнутое пространство корабля на великолепие леса, пляжа и морского бриза.       Солнце только встало, но уже немилосердно палило, и Джим отодвинулся от костра. Ветер был сильнее, чем вчера, и он нёс с собой резкий, но по-своему приятный запах морской соли, сгнивших водорослей и хвои, маня на прогулку и не давая сосредоточиться на работе. Капитан отложил в сторону ПАДД и посмотрел на Спока, сидевшего невдалеке от него и тоже погружённого в работу.       — Ты работал вчера весь день, и сегодня я вижу тебя снова за какими-то отчётами, — шутливо начал Кирк. — Ты хоть когда-нибудь собираешься отдохнуть? Другой такой возможности, как сейчас, у нас ещё долго не будет.       — Капитан, — не отрываясь, ответил старпом, — вы не давали приказа отдыхать.       — Боже мой, Спок, — простонал Джим, — ну как можно быть таким занудой? Оглянись вокруг и посмотри, как здесь интересно. Да, конечно, это не Земля: здесь нет того буйства и разнообразия растительности, но это и не важно. Это место просто невероятное — красный песок и запах хвои… Даже огонь — и тот какой-то зелёно-синий!       Кирк взял палку и поковырял ею угли. Аквамариновые и изумрудные языки пламени тут же вспыхнули ярче.       — Это явление легко объясняется, капитан, — сказал вулканец, откладывая в сторону свой планшет. — Из-за большого отложения солей в почве древесина, которую мы используем в качестве топлива, содержит в себе множество химических соединений, которые дают этот…       — Не порти романтику, Спок, — надулся Джим. — Можешь не продолжать, я и так сам всё это знаю. Мог бы просто поддержать мой тон разговора.       — Вам надо было предупредить меня, капитан, что вы лишь желаете выразить восхищение некоторыми эстетическими качествами этой местности. А теперь, простите, но мне нужно ещё сделать описание данной звёздной системы.       — Ты неисправим, — недовольно хмыкнул Кирк и поднялся со своего места. Может, кто-нибудь ещё составит ему компанию? Джим не любил оставаться в одиночестве дольше, чем на час, а сегодня он всё утро провёл наедине с планшетом. Даже Хан, который обычно всё время незримо где-то присутствовал, никак не хотел попадаться на глаза. Кирк не видел его с самого утра, когда, проснувшись, он обнаружил в палатке аккуратно сложенные вещи аугмента на уже остывшем спальнике.       Кирк побрёл в сторону пляжа, периодически натыкаясь на улыбающихся ему членов экипажа. Ветер, дующий со стороны залива, не стихал, однако Джим решил не придавать этому значения. Его метеорологические выкладки не предвещали бури, и солнце продолжало немилосердно жарить.       Выйдя, наконец, к спуску на пляж, капитан увидел странную картину. С одной стороны — на пляже, закатав рукава и штанины на брюках, сидел Хан, что-то ковырявший в мокром песке, с другой стороны — Ухура, стоящая рядом с ним в одном купальнике. Оба они, по всей видимости, обсуждали, чем был занят аугмент. Кирк заспешил в их сторону.       Когда он добрался до Хана, Нийоты рядом уже не было: она успела зайти в воду по пояс и не обращала внимания на то, что происходило на берегу, решив отдаться на волю волн. Джим подошёл поближе к брюнету и, усевшись рядом, в немом восхищении уставился на замок из песка. Вокруг центрального сооружения высились башенки меньше и изящней, образующие собой целый архитектурный пантеон. Весь этот ансамбль был окружён высокими, геометрически правильными стенами.       — Это… — Кирк в шоке разглядывал творение аугмента, — это…       — Тот дом, который у меня когда-то был, да, — кивнул Хан, подправляя формы башенок и фортов.       — Похоже на испанский Эскориал, — пробормотал Джим. — Это потрясающе.       — Вам действительно нравится? — недоверчиво переспросил Хан. — Некоторые называли этот комплекс «симфонией уродства».       — Они просто слепые.       Кирк словно наяву видел, каким было всё это в действительности — величественным, грозным и таким невероятным.       — Я до сих пор помню все галереи и лестницы. Каждую статую и каждый фонтан… — в задумчивости проговорил аугмент. — Теперь ничего из этого не осталось.       Джим вздохнул. Тяжело не иметь никакого дома совсем, но ещё тяжелее — лелеять воспоминания о чём-то, чего уже никогда не вернёшь.       — Мне жаль, что ты потерял всё это, — искренне сказал Кирк, глядя на Хана.       Тот молча посмотрел на Джима в ответ и перевёл взгляд на сине-зелёную гладь океана, так и не соизволив ответить.       — Я смотрю, ты стал проводить время с Ухурой, — решил сменить тему капитан.       — У лейтенанта приятный голос и манеры.       — То есть, ты хочешь сказать, что у меня манеры отсутствуют? — осведомился Джим. Хан решил проявить свой характер? Что ж, это к лучшему. Значит, про аугмента можно было сказать одно — наконец-то, он ожил.       — Именно это я и имел в виду, капитан.       Теперь ещё и эта самодовольная ухмылка. Кирк насупился.       — И ты мне, конечно, не скажешь, о чём вы тут болтаете за моей спиной?       — Конечно, нет, — чуть насмешливо ответил Хан, бросив в сторону капитана очередной взгляд, заставивший его покраснеть до корней волос.       Джим отвернулся и посмотрел на горизонт. Ветер становился всё сильней, и Нийота, видимо, тоже почувствовала это. Кирк наблюдал, как она шла обратно по направлению к берегу, подгоняемая медленными волнами. Капли воды светились на её смуглой коже, но Джим был слишком погружён в свои мысли, чтобы обратить на это внимание. Да и в любом случае, с его стороны было бы невежливо глазеть на Ухуру, поэтому он опустил взгляд. Хан, видимо, был того же мнения, потому что он встал и сказал, что будет ждать их в лагере. Кирк усмехнулся, глядя на то, как сильный ветер растрепал обычно идеально уложенные волосы аугмента. Песок тут и там прилип к его одежде и босым ногам, а лицо уже не казалось таким бледным — жаркое солнце сделало своё дело.       Хан зашагал по мокрому песку в сторону лагеря. Волны игриво касались его ступней, а ветер трепал копну чуть отросших чёрных волос, и Джим невольно подумал: возможно, в этом существе было всё же больше человеческого, чем ему показалось вначале.       От этих странных мыслей его отвлекла тень, упавшая ему на лицо. Ухура стояла прямо перед ним, выжимая мокрые волосы.       — Это было великолепно, — мечтательно проговорила она.       — Думаю, что теперь сюда понабежит куча народу, и все последуют твоему примеру, — улыбнулся Джим. Главное — не пялиться, напомнил он себе.       — Не набежит, — ответила девушка, ероша короткие волосы, — волны становятся всё сильнее. Как и ветер. Думаю, погода испортится.       Кирк встал, отряхивая песок.       — Вы с Ханом нашли общий язык?       — Это громко сказано. В основном, говорю я.       — Да уж… — неохотно согласился капитан. — Я и не думал, что у него могут оказаться такие художественные способности.       — Да, это было неожиданно, — согласилась Ухура.       — Может, научим его рисовать? — предложил Кирк. — У нас есть кто-нибудь, кто этим занимается?       — Возможно, — кивнула Нийота. — Кажется, энсин А Бо.       — Отлично, — просиял Джим, — я поговорю с ним, может, он поделится со мной кое-какими материалами… Нужно занять Хана чем-нибудь творческим. Вообще, если честно, я не подозревал, что этот гад окажется таким ранимым. Он же у нас весь из себя такой крутой.       — Джим, — Ухура собрала свои вещи и протянула ему руку, — я не знаю, что у вас там такое с ним произошло, но мне кажется, иногда нужно действовать дипломатичней, если хочешь чего-то добиться. Это справедливо не только на переговорах с враждебными инопланетянами, но и в личной жизни. Кому, как не тебе, это знать.       — Личной жизни? — Кирк удивлённо посмотрел на Нийоту, двинувшись следом за ней. — То, что я у него ночую, не значит, что я с ним сплю или что у нас какие-то отношения.       Ухура ничего не ответила, и Джим почувствовал, будто он опять сказал что-то не то.       — Я подумал… — вновь начал он, — что ты могла бы тоже иногда проводить с ним какое-то свободное время. А то все уже смеются надо мной, как я бегаю вокруг него целыми днями.       — Хорошо, — кивнула девушка, — я подумаю, что можно сделать. Хотя, как я уже сказала, со мной он так же немногословен, как и с остальными.       — Спасибо, — поблагодарил её Джим, но его слова заглушили раскаты грома.       — Надо спешить.       — Ну вот, а ведь ещё с утра не было никаких признаков приближающейся грозы, — пожаловался Кирк. — Живём в XXIII веке, а метеорологическим сводкам до сих пор нельзя верить.       Когда они пришли в лагерь, небо уже заволокли тучи, и все спешно собирали свои вещи. Им удалось свернуться за рекордно короткое время, и уже через полтора часа Джим поднялся на корабль.       Войдя в свою комнату, он первым делом отправился в душ. Закончив приводить себя в порядок, Кирк успел надеть только брюки, когда его планшет пару раз пропищал. Джим взял его в руки и просмотрел информацию, которую ему только что передали с мостика. Согласно погодной карте, в том месте, которое они только что покинули, бушевал шторм силой в восемь баллов.       Капитан улыбнулся, отложив ПАДД в сторону и продолжая вытирать волосы. Он подошёл к шкафу, собираясь вытащить оттуда чистую водолазку, как в дверь позвонили.       — Войдите, — сказал Джим, безуспешно ища взглядом нужную ему вещь. Нужно будет навести здесь порядок, чёрт возьми.       — Капитан?       Кирк обернулся и увидел, как Хан поставил что-то на его столик.       Чёрт. Джим почувствовал, что краснеет. На нем всё ещё ничего не было, кроме брюк, и аугмент бесстыдно разглядывал его.       — Зачем ты пришёл? — выпалил Кирк, но тут же пожалел о своём тоне, видя, как изменилось при этом лицо брюнета.       — Я не хотел вас беспокоить, капитан. Я кое-что принёс вам, но уже ухожу.       — Нет-нет, подожди, — заторопился Джим, подскакивая к Хану и перегораживая ему путь к двери. — Я просто хотел сказать, что… Обычно ты не заходишь сюда ко мне.       — В прошлый раз вы были не особенно гостеприимны, — ответил аугмент, и Кирк почувствовал неприятный укол совести.       — Прости, — пробормотал он в ответ, — я не хотел прогонять тебя. Просто… Подожди минутку, я так и не успел разобраться в своих вещах как следует.       Джим развернулся и снова начал рыться на полке, чувствуя на себе взгляд аугмента.       — Половина ваших вещей разбросана у меня по каюте, капитан, — произнёс Хан. — Наверное, вам стоит всё-таки разложить их, как полагается.       Всё-таки найдя водолазку, Кирк с облегчением вздохнул. Он натянул её на себя и с вызовом посмотрел на аугмента. Тот стоял, едва заметно закусив губу и всё ещё не сводя с Джима взгляда.       — Ты говорил, что что-то принёс мне, — решил сменить тему Кирк.       Хан отступил в сторону, делая знак подойти к столу. Капитан шагнул вперёд и озадаченно уставился сначала на предмет, стоящий на столе, потом на Хана, потом снова на предмет.       — Это… Это похоже на кактус, — неуверенно произнёс Кирк, наклоняясь ниже и разглядывая растение. Оно было почти таким же маленьким, как и тот куст лимона, но его шипы уже сейчас были длиной в целый ноготь.       — Я подумал, что будет невежливо, если я не сделаю вам небольшого подарка в ответ на тот, что вы сделали мне. Я нашёл его на этой планете и почему-то сразу подумал о вас.       — Эм-м-м… — Кирк попытался произнести что-нибудь умное, но не смог. — Спасибо. Он очень… интересный.       Джим намеревался сказать что-то ещё, но Хан развернулся и вышел, оставляя его в одиночестве. Кирк опустился на стул, разглядывая растение. Отчего-то создавалось впечатление, будто кактус тоже всматривался в него.       Капитан широко улыбнулся, подумав о том, что аугмент, наверное, никогда бы не подарил ему розы, фиалки или другие подобные глупости. Это было неожиданно приятно.