Мастер: Корпорация Шекай

       Снова сон про того странного парня. На этот раз я очнулся в полной темноте и, как ни странно, у себя дома. Более того, в своей кровати и в пижаме. Я сел и несколько минут бездумно пялился в темноту комнаты. Мысли лениво текли по сознанию, и я понятия не имел, как умудрился оказаться тут, и, главное, почему в таком виде. То, что меня второй раз похитили с таким комическим промежутком времени, я отлично помнил, вот только что было потом – пусто.        Я поднялся, чувствуя себя вполне нормально. Что бы со мной ни сделали, на физическом состоянии это явно не отразилось. На улице все еще стояла ночь, хотя уже виднелось легкое предрассветное просветление. Я быстро включил свет и подошел к зеркалу. Вроде все было на месте. Внимательно осмотрев руки, ноги и шею, следов уколов я тоже не обнаружил, впрочем, если мне что-то вводили, то это могло быть сделано и через рот. Не может быть, чтобы меня вот так просто похитили, чтобы довести до дома и уложить в кровать.        «Ракарис», - я мгновенно вспоминаю про своего соседа. Надеясь, что с ним ничего не случилось, я сбежал по ступенькам вниз и обнаружил на кухне свет. Ворвавшись туда, я замер.        Шабнак сидел привязанный к стулу и с кляпом во рту, позади него стоял здоровенный бальвак, явно охранник, а у плиты, неспешно поджаривая тосты, находился незнакомый мне невысокий мужчина. На нем была вполне обычная, я бы даже сказал, домашняя одежда – легкие штаны и рубашка. Наголо бритая голова с загорелой кожей, довольно худощавое телосложение.        - Вы проснулись, мистер Арет, - голос незнакомца словно пронзил меня насквозь, приковав к тому месту, где я стоял. Он повернулся: его глаза были черные как ночь, словно бездна поглощающая все, чего касался взгляд. Нежить. Впервые в жизни я не мог определить, что за вид передо мной. Ощущение его присутствия было странным - он словно есть и его нет.       - Что вы… - видимо, я собирался спросить, что они делают в моем доме, но у меня в горле словно комок встрял. У человека бывает три вида страха. Первый – это когда он видит опасность и боится ее. Второй – это когда он боится косвенной опасности, например, за жизнь близкого человека. И третий вид опасности – скрытая, когда внешне никакой опасности нет, но тебя всего насквозь пропитывает страх. Вот сейчас я испытывал как раз такой, третий вид. Внешне мне никто не угрожал, я бы даже сказал, они выглядят вполне мирно, если опустить факт похищения и связывания моего соседа, который, скотина, мог бы уже давно выбраться, покинув тело, и без труда их скрутить, особенно бальвака. Я не знал почему, но что-то в существе, стоящем передо мной, меня пугало до состояния, когда волосы на затылке вставали дыбом.       - Присаживайтесь, завтрак почти готов, - незнакомец снова отвернулся к плите, а снежный оборотень жестом указал мне на стул. Вид у него был довольно грозный, и, судя по многочисленным шрамам на голых руках, подраться он был не дурак.       Я с немалым трудом оторвал ступни от пола и сел за стол, не желая вызывать гнев похитителей. Ракарис сверлил меня напряженным взглядом, но с места не двигался, даже не моргал. У меня в голове носились сотни мыслей, и я уже успел представить себе целую гору ужасов, когда незнакомец, наконец, повернулся и поставил на стол тарелку, полную тостов, а затем спокойно разлил по двум чашкам кофе. Видимо, бальвака и Ракариса он считал предметами мебели, поскольку не обращал на них ни малейшего внимания.        - Итак, ты меня искал – я здесь. Я знаю, куда ты хочешь попасть. Остается вопрос «Зачем»? Я позволил себе некоторую вольность и полазил по твоему чердаку. Интересная работа, хотя и далека от завершения. Из всего этого я могу сделать вывод, что конечной целью твоего визита в Дом Посмертия являлась Темная вода. Никогда еще мозг человека не додумывался до более изощренного способа унизить нежить, - тот, кого, по-видимому, звали Мастер, рассмеялся. Я вздрогнул, не зная, чего ожидать. То ли его веселит моя наглость, то ли тщетность моей идеи.        «Что же мне делать? Я совершенно не могу понять, злится он или нет. Я вообще ничего не могу о нем понять. Мои чувства впервые в таком раздрае, и мои способности к распознаванию нежити, кажется, вообще взбесились. Может, он гибрид вроде того малыша от водяного и оборотня. Тогда понятно, почему я не могу его определить», - мое тело мелко подрагивало, и я был готов в любой момент сорваться с места и бежать, хотя и прекрасно понимал, что я не успею добраться даже до двери.        - Что ты намерен делать, когда получишь свой гибрид? – Мастер откинулся на стуле, преспокойно попивая кофе. Он словно зашел к старому приятелю в гости.        - Я… - у меня все еще ком стоял в горле. Не могу понять, почему он меня так напугал, но это определенно неспроста. Может, у него способность такая, как у личей? Я опустил взгляд в стол, чтобы хоть немного сконцентрироваться. Я часто думал, зачем мне на самом деле все это нужно, и пришел к выводу, что все, что я делаю, лишь для того, чтобы больше не терять того, что мне дорого. Когда я стал достаточно взрослым, дед рассказал мне, что мои родители погибли в автокатастрофе и следствие установило, что это не был несчастный случай. Тогда я дал себе слово, что однажды найду и покараю того, кто это сделал. И в тот же день я решил посвятить себя науке, чтобы найти способ создать нечто, что могло бы защитить то, что мне дорого. Гибридизация казалась мне светом, который поможет мне добиться любой цели в жизни. Мастер был первым, кто спрашивал меня о том, чего я хочу от жизни, и он будет первым, кому я отвечу. – Мне нужна сила. Сила защитить то, что для меня важно. Сила, чтобы покарать врагов.        - Надо же. Сульф, тебе это доктора Франкенштейна не напоминает? – Мастер усмехнулся, обращаясь к бальваку. Этот тип определенно был очень странным. Казалось, его не заботили никакие устои и законы. И в некоторой степени он попал в точку – я, действительно, настолько же безрассуден, как и тот сумасшедший ученый, пытавшийся создать искусственного человека. Этот мужчина явно желал меня прочесть, и у него получалось. – Что ж, Мистер Арет, я думаю, мы с вами договоримся. Вам не придется ничего делать, я достану для вас целый кувшин Темной воды, но вы должны понимать, что бесплатно не работают даже рабы, их приходится кормить.        - У меня не так много денег, - я решил, что стоит сразу расставить все точки, да и не думал, что он говорил о деньгах. Если он и правда террорист, то у него должны быть средства поболее, чем я могу за всю жизнь заработать.        - Деньги… кому нужны эти бумажки? По сути своей они ничего не стоят. Человек с полной сумкой золота в пустыне отдаст ее, не раздумывая, за глоток воды, - Мастер явно развлекался. Вообще, для террориста он вел себя довольно странно. Я несколько раз видел по голоэкрану репортажи о задержании подобных типов, но они всегда выглядели как какие-то фанатики. Мужчина резко подался вперед и подхватил меня за подбородок, заставляя посмотреть на себя. Я вздрогнул всем телом, что не могло остаться для него незамеченным. – В обмен на Темную воду я хочу то, что появится у тебя через год.        - Разве можно со стопроцентной точностью сказать, что подкинет мне судьба через определенное количество времени? Какая-то сомнительная сделка, - я начал лихорадочно соображать, что может появиться у меня через этот промежуток времени. Если у меня будет вода, то гибридный состав я, вероятно, сделаю гораздо раньше. Деньги ему не нужны, может, он хочет что-то из моего оборудования? Тоже как-то сомнительно. Ну не может же он, в самом-то деле, будущее знать. Или он из тех, кто любит испытывать удачу, вроде как «повезет - не повезет»? Будет у меня к тому времени что-то стоящее или нет, не так важно, главное сам процесс азарта.        - Нельзя, - мужчина отпустил мой подбородок, отстраняясь. - Никто не может предсказывать будущее. Но есть вещи, которые просто не могут не случиться. Если знать все постоянные и переменные, можно с уверенностью сказать, что может произойти в обозримом будущем.        - А что появится у меня через год? – я понимал, что он, вероятнее всего, не ответит, но попытаться стоило.        - То, что для меня очень важно. Настолько, что я даже готов пойти на преступление против своих собратьев. Но решать, конечно же, тебе. Я не могу забрать это силой, этот выбор должен сделать ты сам. Готов ли ты расстаться с чем-то эфемерным, чего пока у тебя нет, ради того, чего ты так жаждешь? – Мастер определенно был спецом по переговорам. Я уже понимал, что соглашусь, какова бы ни была цена. Это точно не моя жизнь и не моя свобода, а раз так, то все остальное - дело наживное. Даже если окажется, что я потрачу столько времени на свой состав и он потребует именно его, данные все равно останутся в моей голове, и я смогу повторить процесс.        - Я согласен, - на душе было неспокойно, но я понимал, что это от неизвестности. Я и правда был готов на многое ради своей работы, а о том, что я потерял еще до приобретения, могу подумать и позже. Ракарис неожиданно протестующее замычал. Я посмотрел на него, но, несмотря на то, что тот явно пытался меня предостеречь, я не собирался отступать.        - В таком случае… - мужчина щелкнул пальцами, и бальвак вытащил из наплечной сумки лист бумаги. Она была выделана из кожи крупного рогатого скота, и нежить часто использовала ее для различных договоров и контрактов, поскольку двух идентичных бумаг быть не могло. Лист уже был исписан контрактом, его положили передо мной и протянули перьевую ручку. То, что такие вещи нежить подписывала кровью, я тоже знал. Подпись Мастера здесь уже стояла, осталась только моя. Я углубился в чтение, зная, что нежить запросто может попытаться меня надуть.       - Здесь не написано, когда я получу Темную воду, - я перевел хмурый взгляд на Мастера. Хотя он все еще наводил на меня некоторый ужас, сердце уже не пыталось выскочить из груди.        - Потому, что ты получишь ее прямо сейчас, - мужчина кивнул, и водяной извлек из сумки запечатанный глиняный кувшин примерно на литр и поставил его на стол. Мои глаза впились в сокровенный сосуд. Неужели и правда я получу ее уже сегодня? Так просто. Ну, конечно, не совсем просто, я еще буду должен террористу, но это уже не так проблематично. Более не медля ни секунды, я взял перо, проколов им палец и подождав, пока на кончик набежит немного крови, расписался на кожаном листе. Вот и все, теперь обратного пути не будет. Мастер поднялся со стула. - Люди всегда так предсказуемы. Сульф, мы уходим.        Бальвак тут же сгреб контракт и убрал его в сумку. Ракариса они развязывать не стали, видимо, оставив эту прерогативу мне.        - Увидимся в назначенный срок, мистер Арет, берегите себя, - Мастер улыбнулся, отчего у меня по коже снова побежали мурашки. Все же это существо было не тем, с кем бы я хотел снова иметь дело. Пришлая нежить покинула мой дом, и я, первым делом, утащил свой драгоценный приз на чердак, на тот случай, если Ракарис решит у меня его изъять. Затем я вернулся на кухню и осторожно приблизился к сверлящему меня гневным взглядом шабнаку.       - Ты с ума сошел! – ой, зря я начал с кляпа, надо было его в последнюю очередь вытаскивать.        - Это моя жизнь. Я ведь предупреждал, чтобы ты не пытался вмешиваться, - наверное, я ответил слишком резко, но, по сути, даже если он - мой сосед, и волнуется за меня, только я решаю, как поступить, и только я буду в ответе за свои решения.        - Да, это твоя жизнь, но как я могу не вмешиваться, если ты совершаешь крупную ошибку? Ты даже не представляешь, насколько это опасный тип. То, что он у тебя попросит, будет равносильно смерти, если не страшнее, - Ракарис разошелся не на шутку, так что я даже перестал сердиться на его вмешательство.        - Ты знаешь, что он может у меня попросить? – я вздохнул, присаживаясь за стол. Я не жалел о том, что сделал. Кто не рискует, тот не выигрывает, и, возможно, все еще обойдется, если я не стану ничего нового приобретать в ближайшие тринадцать месяцев – именно таков срок действия контракта. После этого претензии Мастера потеряют силу.        - Нет, но могу догадаться, что ничего хорошего из этого не выйдет. Никто из наших старается не иметь с ним дел. Он опасен, - шабнак тоже немного успокоился и присел рядом. – Зачем тебе была так нужна кровь бога?       - Это мои исследования, прости, но я не могу тебе о них рассказать. Лучше скажи, этот Мастер – кто он вообще такой? Я так и не понял, что он за тип нежити, - сейчас, когда дрожь в теле улеглась, во мне вновь проснулся внутренний ученый. Пусть этот тип и был опасен, но мне было интересно, что у него внутри.        - Я не знаю, никто не знает. Ни кто он, ни откуда пришел. Ни один вид не признает его своим. Возможно, он рожден от смешанного союза. В любом случае ты совершил большую глупость, пойдя у него на поводу. Ни одни исследования этого не стоят, - Ракарис поднялся и вышел с кухни, явно сердитый за мое решение.        «Я знаю, но я ничего не могу с собой поделать», - я еще немного посидел на кухне и отправился на чердак. От ночи оставалось всего два часа, спать было уже бесполезно, да и не смог бы я, зная, какое сокровище лежит на моем чердаке. По крайней мере, теперь можно было не опасаться жучков АНКа: Мастер наверняка поснимал все, что на мне было.