Красавчик

Автор: Макото Кино Я сидела у барной стойки, полностью измученная рабочим днем, слава Небу, до конца смены оставалось не больше получаса, а дальше мы с Нефритом поедем ко мне домой. Стоп. Опечатка. К нам домой. И этот факт никак не хотел укладываться у меня в голове. — Здравствуй, Макото, — к стойке подошел Ромул, чем вывел меня из усталого оцепенения, и я села прямее, стараясь улыбнуться. — Устала? — Есть немного. А вот Ром, похоже, чувствовал себя великолепно. Вместо привычного строгого костюма на нем были темные джинсы и синяя рубашка, которые меняли его почти до неузнаваемости, делали более свежим и беззаботным. И вообще, Ли-младший просто ослеплял улыбкой. — Я знаю, быть может, это эгоистично с моей стороны, но… не хочешь сходить со мной куда-нибудь? Обещаю полное исцеление от усталости! Вот. Этого-то я и боялась. — Ромул, понимаешь…я… — Привет, Ром, — неожиданно из-за спины младшего брата вырос Нефрит. — Как проходит выходной? — его лицо напоминало гипсовую маску, а голос был сухим и предупреждающим. — Отлично, Неф, — на секунду лицо блондина переменилось, но лишь на мгновение; ослепительная улыбка тут же вернулась к нему, — вот, решил прогуляться. — С мисс Кино? — Нефрит уж как-то не по-братски сильно вцепился в его плечо. — Так… — я поднялась со стула, но внимание молодых людей не привлекла; воздух — хоть ножом режь, такая была напряженность. — С мисс Кино, — уже без улыбки и так же жестко ответил Ромул, — а в чем, собственно, проблема? — В том, что мисс Кино — моя невеста, я полагаю, — на лице Нефрита отразилась какая-то несвойственная ему злоба и ревность, а Ромул был просто в шоке. Он с недоумением посмотрел на меня, как бы желая убедиться во лжи брата. — А не много ли ты на себя берешь? — поинтересовался Ромул, теряя всякое добродушие. — Мако, это правда? — Да! — выпалила я, с тревогой смотря то на одного, то на другого. — Пожалуйста, не делайте глупостей. Ромул горько усмехнулся, глядя мне в глаза: — Ну что ж, — он бравадно хлопнул в ладоши. — Совет да любовь! — и стремительно вышел, ссутулив спину. — Нефрит, — напустилась я на Ли, который со злобным довольством смотрел брату вслед. — Что это только было? Я не узнаю тебя! — Рабочий день окончен, — строго бросил мне парень. — Я жду тебя у входа, — и удалился в свой кабинет, даже не обернувшись. Я стояла в одиночестве, и мне хотелось кричать от досады и обиды. Я что, собачонка, которая бежит по первому зову? И можно тупо затыкать мне рот? Что за свинство?! Кто ему позволил так со мной обращаться? И с Ромом? Неужели можно вот так глумиться над чужим несчастьем?! С трудом сдерживая раздражение и слезы, я собрала свои вещи и, не глядя, села в машину Нефрита. Я тут же отвернулась к окну, боясь, что вся усталость и негатив вырвутся наружу. — Мако, — тихо позвал меня Неф, но я не обернулась. — Прости меня, пожалуйста. Я так устал. — Будешь оправдываться перед Ромулом, — ответила я. — А что я должен был сказать? — тут же язвительно, но утомленно повысил голос Неф, ударив кулаком по рулю. — Может, еще и выпроводить вас с почестями? — Для начала ты должен был дать мне слово, — я обернулась к нему, с трудом не крича. — Вы говорили обо мне, о живом человеке, а не о вещи! И за что ты так обидел Ромула? У тебя что, совсем сердце каменное? Как бы ты себя чувствовал на его месте? Он же твой брат! А ты добил его! — я сделала глубокий вдох, пытаясь сдержать чувства. — Ну как ты не понимаешь? — с отчаянием закричал Нефрит. — Я ревную тебя! Я вижу его около тебя, и что-то гадкое поднимается к горлу. И я не могу это контролировать. Я знаю, что у него на тебя далеко не дружеские виды, и это выводит меня еще сильнее. — Я выбрала тебя, Нефрит, чего тебе еще от меня надо? Клятвы? Кандалы? Ты бы заковал меня в цепи и носил ключик при себе? — я вцепилась в его руку. — Чего еще тебе надо? Нефрит молчал, но я видела на его лице живое страдание, разрывающее мое сердце. — Я хочу, чтобы ты больше не виделась с Ромулом, — тихо произнес он, сжимая мою ладонь в ответ. — Я на него работаю, Неф. — Тогда брось работу, — в его глазах появилось что-то лихорадочное. — Пожалуйста, Мако, ради меня. — Но, Неф, на что мы будем жить? — я искренне не понимала его причуд. — Ты же знаешь, что у нас не то положение, чтобы сидеть дома, свесив ручки. — Но я прошу! — упрямо мотнул головой он. — Нефрит, перестань! — мое терпение иссякло. — Перестань себя так вести. Ты упрекал меня в эгоизме и нежелании слушать. А как себя ведешь ты? — Ли отпустил мою руку, и отвернулся к лобовому стеклу. — Я тебя люблю… чего ты еще хочешь? Почему так поступаешь? Неожиданно Нефрит притянул меня к себе и крепко-крепко обнял, так, что у меня все-таки брызнули слезы. — Ну за что ты меня так мучаешь, Нефрит? За что? — Т-с-с… — парень поцеловал меня в лоб, но не отпустил. — Прости, Макото, прости меня. Поедем домой, м? Я кивнула и отстранилась. Нефрит завел машину, и мы в полном молчании доехали до нашего жилища. Спокойно поужинали, легли спать, но эта тишина будто давила на нас. И сон не шел, а вот Нефрит дышал ровно и мерно. Я осторожно высвободилась от его объятий и встала у окна, замаявшись без сна и покоя. Я все сомневалась: а правильный ли выбор сделала? Мы с Нефритом только мучаем друг друга и делаем больно. Неужели так и должно быть? Неужели так всегда? — Мако? — я обернулась к кровати; Нефрит, приподнявшись на локтях, смотрел прямо на меня. — Что-то случилось? — Ничего, — я легла на свое место и юркнула к нему под бок. — Просто не спится. — Ты все еще переживаешь? — он потерся носом о мою щеку. — Я уже и не знаю, как вымолить у тебя прощение. — Не надо, я все поняла, Неф. Я уже не злюсь. — Не расстраивайся, Мако, все еще будет у нас хорошо, слышишь? Только нужно подождать и не сдаваться. Я Минако обещал. — М? — Я обещал, что буду бороться, — он тепло усмехнулся. — И не сдамся. Спи, моя хорошая. Я закрыла глаза и провалилась в сон. *** — Ты опять, ты опять сожрал все ягодки из варенья! — я с негодованием поставила банку на стол, в которой была одна вязкая жижа. — Ну что ты за человек, Ятен Коу?! — Хватит жмотничать, Айно! А то толстой будешь, — парень с наглым видом облизал ложку. — Знал бы, что ты такая жадюга, к тебе не переехал. — Скажите, пожалуйста! — я возмущенно уперла руки в бока, откидывая волосы за спину. — И это я еще жмот! Ты даже мне ничего не оставил. Ни ягодки! — Я увлекся, — с невинным видом оправдался мой маленький босс. — Увлекся он! — я скрестила на груди руки и плюхнулась в кресло, всем своим видом показывая свое недовольство. — И еще так выразился, словно я прямо на коленях стояла, чтобы ты переехал. Да, я неидеальная, понимать надо было. — Вот сейчас развернусь и уйду! — пригрозил Коу, и у меня аж горло перехватило от возмущения: — Двери показать? Коу взял ветровку, обулся и вышел. А я даже не поняла, что произошло. Это он что, из-за банки варенья?! «Ну и дурак!» — в сердцах подумала я, но тут же высунулась в окно, а потом и в подъезд: пусто. Неужели я переиграла и все-таки перегнула палку? Я даже выбежала на улицу и, не дождавшись, в полном расстройстве вернулась домой. Вдруг дверь скрипнула, и в комнату зашел Ятен с трехлитровой банкой клубничного варенья. — Ну что, — он со стуком поставил ее передо мной на стол, — вопрос исчерпан? Уж трех литров нам с тобой на двоих хватит? Я с молчаливым недоумением смотрела на него: все-таки я уже решила, что он не вернется. — Что молчишь-то? — Я думала, ты ушел. Коу смущенно замялся: — А ты уже хотела устроить пирушку? Извини, что помешал. — Дурак ты, — безнадежно и одновременно успокоенно вздохнула я, и Ятен как-то странно на меня посмотрел. — Вот точно дурак. — Ты не хочешь, чтобы я уходил? — спросил он, и я честно покачала головой. — Да куда я денусь? — Коу ухмыльнулся, но как-то неловко. — А теперь предлагаю разделить ягодки и посмотреть телевизор. — Ага, конечно. А работать кто будет? Скоро принесут. — Что принесут? — не понял Ятен. — Клеить конверты будем. Ну, вырезать, приклеивать марки, — я привычно пожала плечами. — Ого, да я даже смогу тебе помочь! — обрадовался маленький босс. — А куда ты денешься? Чем больше сделаем, тем больше получим. А потом я пойду на подработку. — Это куда же? — В одно местное кафе, на ночные смены, — для меня это не было новшеством, а вот лицо Коу заметно вытянулось: — На ночь? — На ночь. Через день. Тебе придется тут одному справляться. — А к тебе можно будет приходить. Что-то я не очень доверяю вашим ночным заведениям. Я тут в магазине был, так там такие бугаи с рожами доберманов, — для наглядности парень даже скривил рожу. — Можно, но только в качестве посетителя. Только вот я не хотела бы, чтобы ты тут ночами один расхаживал. — Ой, мамочка, не бойся, — прогнусавил Ятен, и я запустила в него подушкой. — Не рассыплюсь. — Ну, район здесь неспокойный, я тебя сразу предупреждаю. И храбриться тут нечего. Я один раз от маньяка бежала, еле ноги унесла. — Вот я и постерегу твои ноги и все прилегающие к ним части тела, — улыбнулся он. — И где там твои конверты? Только Ятен это произнес, как в дверь позвонили, и мне подали толстенную пачку будущих конвертов. Мы, наверное, часа три без передышки клеили, резали и раскладывали. — Очень хорошо, — поминутно хвалила я Ятена, и тот сиял, как пятерочник на уроке труда. Коу вдохновенно прицеплял марки, радуясь этому, как заядлый коллекционер. Полагаю, ему просто нравилось быть мне полезным и нужным, чем-то помогать, а не сидеть на шее. — А ты можешь заказать еще конвертов для меня? — спросил он. — Я буду делать, когда ты на работе. — Закажу, — согласилась я. — Лишь бы в грузчики не шел, право слово. — А ты бы в официантки, — насупился маленький босс. — Как представлю, что ты ночью среди пьяных мужиков… Ужас! — Ничего, мы с Мако уже привыкли, — снисходительно усмехнулась я. — Жизнь еще и не тому научит. Некоторым и больше не повезло. — Например, мне, — буркнул Коу, устало потирая глаза. — Давай-ка спать, Минако. Уже до полночи час остался. — Вот именно. А мне еще на работу идти. — Что? — удивился Коу. — Сегодня? Но ты же совсем не отдыхала! — возмутился парень, вскакивая с кресла. — Работодателю на это пофиг, уж поверь, — я вздохнула. — А ты ложись. — Еще чего! — маленький босс возмущенно принялся одеваться. — Я тебя провожу и посижу первое время. И утром встречу. Во сколько? — В семь, — я с сомнением посмотрела на его гиперрешительный вид. — А ты встанешь? — Господи, Айно, да я спать спокойно не смогу. Мне нетрудно. Даже легче будет. Мы собрались и вышли на улицу: как назло ни одного фонаря. Как в дыре живем. — Слушай, а ты точно до дому дойдешь? Не потеряешься? — Не потеряется, — ответил мне скрипучий голос где-то слева и грязно выругался.