Точка невозврата

***

– Быть может, все же, выслушаете меня, мистер Шпилберг? Маг пару раз моргнул, чувствуя нарастающий градус напряжения в кабинете. Что он только что наговорил постороннему человеку? Моргана, спаси от проблем, когда те появятся после того, как об этом узнает вся больница. Вот, правильно ему говорили - следить за своим поганым языком, он до добра не доведёт. Так, спокойно, надо сохранить лицо. Немец сделал короткий выдох, стараясь не тянуть и без того повисшее молчание. Со стороны он выглядит как параноик, которому залезли в голову и сканируют каждую мысль, параллельно записывая все на пергамент, который впоследствии отправят в Ежедневный пророк. Еще немного и можно покупать фольгу, чтобы соорудить небольшую шапочку и носить на работу - так наверняка будет понято, какой он специалист. – Разумеется, – сказал громче обычного, – начнем, пожалуй, с опроса, вы ведь не против? Сэму было до чертиков непривычно разговаривать на работе с людьми таким тоном. Его тошнило от собственного лицемерия, так и хотелось взять и выставить незнакомца за дверь, предварительно послав далеко и надолго. Однако что-то ему мешало осуществить свой слегка дрянной план, оттого целитель продолжил сидеть на месте, призвав к себе новый бланк и перо для дальнейшего конструктивного диалога. Его собеседник, в отличии от него, выглядел чересчур спокойным, хоть и смотрел на него с долей любопытства. Его словно абсолютно не смущало странное поведение целителя, который слишком явно палился из-за долгих пауз и изменений голоса. Неужели настолько нервничает? Или про работников Мунго говорят правду, и те ощущают магию других на ином, более высоком уровне? Колдун не завидовал ему в таком случае, ведь тот явно не ожидает прочувствовать его магию. Сложил руки на ноге, всматриваясь в собеседника, пытался понять, что он из себя представляет - от этого зависит и другие решения на сегодня. – Вы целитель, вам виднее, – слизеринец усмехнулся, скорее, неосознанно. Давай, покажи свой характер, какой был заметен еще в коридоре этой развалившийся больницы. Докажи, что стоишь хотя бы элементарного внимания к себе, а не являешься очередным трусом, для которого определяющее значение имеют деньги или статус. Так не нравилось разочаровываться в собственных догадках, а еще терять время на решение вопросов, если данный кандидат не устроит. Шпилберга смущало поведение пациента - обычно у него так себя не ведут. Он привык к ругани с самого порога, выплевыванию старой, накопившейся обиды и желчи на протертый пол; крикам, не уступающим сиренам; желанию получить все и сразу. Вместо этого безызвестный для него мужчина согласился с ним и даже не требовал более ничего. Что с ним не так? К какому ещё целителю тот ходил до него, что ведёт себя так словно пришел попить чёрный чай и поговорить о жизни? Целитель мысленно выругал себя за излишние и необоснованные подозрения. Нельзя вешать на других ярлыки, даже если очень хочется - тем более при первом посещении пациента. Это неправильно, непрофессионально, в конце концов, и так далее и тому подобное - всю подобную ересь слышал через день от любимых коллег. – Что вас беспокоит больше всего? Постарайтесь описать как можно подробнее, - маг решил все же начать работать, так легче держать себя в руках. Несносный малолетний ребенок, поставивший под сомнение его могущество не считается? Какая жалость, что нельзя сказать именно это, иначе придется убрать ненужного свидетеля. Тёмный маг сделал вид точно задумался над ответом, переведя взгляд на письменный стол. – Головная боль, она продолжается уже несколько месяцев. Не помогают зелья, даже сон ухудшился в связи с этим, –частично пришлось соврать, ибо сна нормального не было еще дольше. Сэм хотел было что-то записать, но остановился на полуслове. Несколько месяцев? Его не удивило, обычно так и приходят сюда, когда проверенные способы перестают действовать. Или когда жить без посторонней помощи становится практически невозможно. Мельком прошелся по собеседнику взглядом, отмечая какую-то странную болезненность кожи и круги под глазами. Выходит, он не врет, если приглядеться, можно заметить лопнувшие капилляры в глазах. – Боль тупая или острая? И где именно боль? В какой части головы? Лорд поморщился на секунду, как специально голова продолжала болеть, а прошлая ночь лишь усугубила её. Описать локализацию было проще, чем характер изводящей боли. Приложил пальцы к переносице и сжал слегка, надеясь убрать навязчивый шепот в ушах. – Виски болят, а боль... тупая, скорее всего. Сэму не нравилась ситуация, хотя бы потому что она требует срочно вмешательства. Головная боль не является предвестником чего-то слишком опасного или жизнеутверждающего, но все же серьезно испортит диалог. Однако предлагать что-либо без диагностики - не лучшее решение. Вопреки здравому смыслу, не разделял мнение большинства к эмпатии к пациентам. Такие незначительные проявления те способны самостоятельно пережить, а тратить свои силы и нервы совершенно не к чему. Тем более, велик риск быстро перегореть как феникс в свой час. – Быть может, причина боли не органическая? Я имею в виду... это не всегда проявление болезни, имеет место быть стресс. У вас был сильный стресс в последние месяцы? Знал бы маг, кого спрашивает, и все вопросы отпали бы сами по себе. Однако незнание спасало его, хоть он и не придавал тому огромное значение. Реддл не смог сдержать смешок на такой вопрос. Подпер рукой подбородок, сдерживаясь от странного наваждения залезть целителю в сознание. – Определённо, но у кого его сейчас нет? Все же неспокойное нынче время, да и глупое окружение имеет место быть,как думаете, мистер Шпилберг? Вас, очевидно, очень раздражают приходящие сюда люди. Хозяин кабинета закатил глаза от вопроса. Что, драккл его подери, происходит? Почему он до сих пор спокоен, несмотря на внутреннюю тревогу? И этот вопрос в его сторону - точно камнем по голове кинули. Он что пытается его подколоть, провоцирует? Чем дольше об этом задумывался, тем больше мыслей, что это засланный от Министерства работник или работник аврората. – Какой вы внимательный в том, что вас совершенно не касается. Еще скажите, что вас такие люди не бесят. Неужели задел за живое? Как мало нужно, чтобы вывести человека из шаткого стабильного состояния. Бывший староста школы сделал вид, как будто не услышал едкого комментария от собеседника, но вот интерес к тому никуда не делся. Напротив, такие изменения подпитывали его как горную реку дожди в ненастный день. – Почему же? В моем окружении достаточное количество тех, кто раздражает. Вам так интересна моя личность для дальнейшего разговора? Если это так, то плохо стараетесь - вы ведь даже имя мое не знаете. Сэмюэль чуть по лицу себе не заехал. Докатился, молодец, заводить разговор с пациентом, совершенно не зная ни имя, ни фамилии, ни возраста. Оставалось надеяться, что это не фальшивая проверка, и его не лишат за это должности. Он испытывал к себе невероятное раздражение, что невольно сказалось на действиях - незаметно сжал стоящий около него стакан с водой и с силой сжал, вкладывая туда негативные эмоции. Стакан не выдержал такого напора и лопнул, разлетевшись на мелкие кусочки, которые впились в ладонь немца. Тот прикусил язык, чтобы не наговорить всей нецензурной брани, что знает в этой дерьмовой жизни. Однако кое-что вырвалось, когда он посмотрел на свою окровавленную ладонь. – das Arschloch...das Miststück Тёмный маг с долей удивления смотрел на колдуна и испытывал нечто знакомое... странное ощущение. Как будто совсем недавно слышал нечто похожее, вот только не мог вспомнить. Не то, чтобы он не знал, кто именно из его последователей знает другой иностранный язык, но прямо в данный миг ответа не было. Поведение целителя его не напрягало,идя сюда, он рассчитывал на такой расклад. Живые эмоции - неподдельная вещь, великая, благодаря ей можно крутить другими, как угодно. Он с плохо скрываемым равнодушием наблюдал, как немец избавляется от остатков стекла в руке и не залечивает ладонь. Кто его просил так реагировать на вопрос? Впрочем, результат пока что довольно неплохой, ведь лучше его будет лечить такой эмоциональный целитель, который может быть на это способен, чем тот, кто будет лебезить перед ним. Не обратил внимание, как внутри появилось удовлетворение от картины перед глазами - кровь всегда была началом чего-то более грандиозное, чем жалкие пару капель. Только теперь маг задумался, а какая чистота крови у его нового собеседника. Его сильно беспокоил вопрос ранее, это ведь необходимо знать. Допустить в разум мысль, что немолодой маг является одним из любителей слушать сказки старого маразматика про всеобщее равенство - нет, спасибо. И почему не подумал об этом раньше? Дементор разберет, кто находился перед ним - чистокровный маг с безупречной репутацией и солидным состоянием в банке или выродок грязнокровок. Надо это выяснить. Немедленно. Вот только стоило мысли появиться на языке, как Лорд поймал на себе взгляд целителя. Тот странно всматривался в него, как будто его что-то могло потрясти за короткий миг, как он ушел в свои мысли. – Так вы скажите мне свое имя и фамилию? Шпилберг не стал создавать на руке повязку после того, как закончил с обработкой раны от стекла. Его больше волновал новоиспечённый пациент, которым кровь из носа надо заняться. Сам, конечно, виноват в случившимся недоразумении, благо, его не поняли, иначе реакция была бы совершенно противоположной от нынешней. Неприятное чувство жжения словно в кожу забрались личинки остриц и вовсю размножаются там. – Эван Стюарт, – непринуждённо пожал плечами и без всякого угрызения совести (коей давно не наблюдалось) бросил взгляд на немца. Он бы ни за что не стал называть свое прошлое имя и фамилию. Во-первых, существует риск, что тот мог каким-то невообразимым образом знать про фамилию. А, во-вторых, называться даже ради конспирации этим поганым именем отвратительно, еще немного и его бы скривило от назойливых воспоминаний о том отрезке жизни. Но нет, сейчас он смотрел на вставшего на ноги целителя абсолютно добродушно, создавая иллюзию, что ему действительно нужно было его понимание. Поразительно, но многие велись на его "правдивые" речи и мысли когда-то, вот и сейчас очередная жертва повторяет одну и ту же ошибку. Лорд испытывал мрачное удовольствие от действий и слов, после которых Шпилберг вел себя иначе. Боялся ли он разоблачения? Исключено, вряд ли загруженный и без того маг нашел время в своем плотном графике для вступления в орден бывшего профессора. К тому же, ни один мракоборец не бросил бы свою деятельность ради работы с различными недугами в качестве заслуженного отдыха. Сэм подошел близко к креслу, на котором расположился пациент. Несколько раз смотрел на него внизу вверх и обратно, пока подходил к нему, отмечая про себя и изысканный костюм вместе с аккуратной, чистой мантией, и безупречный внешний вид. Именно на таких мужчин клюют женщины, мечтающие найти себе статного ухажёра на несколько лет или хотя бы спонсора на одну ночь. Маг никогда не осуждал таких дам - свободные люди, пусть делают все, что посчитают нужным. Постарался четко сформулировать следующие действия, чтобы не показаться неадекватным специалистом. Мысленно проговорил несколько раз то, что хотел сказать, слово в слово, чтобы без самодеятельности, а то уже прилетало за такие фокусы от злобного начальства. Если он совершит задуманное, то поставить точный диагноз проще простого, а значит и лечение даст свои результаты. Оставалось только объяснить суть процедуры и получить соответствующее согласие со стороны пациента - сейчас без этого никуда. – Понимание ли, мне необходима возможность просканировать ваше магическое ядро, чтобы исключить вероятность его повреждения. Порой даже незначительные изменения в состоянии здоровья дают повод задуматься об этой проблеме. Иногда причиной может быть болезнь или заклинание, когда-то попавшее в человека. Мне нужно ваше согласие или отказ от диагностики. Так, пока что все идет по плану. Осталось дело за малым и можно спокойно отпустить его до следующей встречи, которую все же придётся назначить, как бы сильно того не хотелось избежать. Маг молод - должен спокойно перенести данное вмешательство в свою магию, пусть и незаметное. Немец выдохнул и прижался к своему столу ногами, чуть присаживаясь на него, обратив все свое внимание на Стюарта. Проверить магическое ядро? Том знал, что такое делают в принципе, и это не представляет сильной угрозы для здоровья и магии. Дело совершенно в другом - позволять кому-либо увидеть последствия его некоторых поступков, что точно сказались на магическом ядре... нет. Однако нельзя настолько категорично отказаться от помощи, сам же пришел сюда. – И что же? Нет никакой альтернативы? Колдун нахмурился. Он не ожидал согласия, просто так им обоим было бы легче от процедуры. В чем причина отказа? Шпилберг не хотел об этом знать - отказ получен словесно, придется делать по-другому. Хорошо, есть иные способы расширенной диагностики, на которые пациент просто обязан согласиться. Иначе... Сэм уверял себя, что точно его выгонит отсюда. – Есть, но это занимает чуть больше времени. Если это не проблема, то как угодно, – так хотел подчеркнуть свое превосходство, аж зубы сводило от злости. Нельзя. Нельзя так вести себя с людьми. Даже если сильно хочется им навредить. Сэм осознал, что произнес фразу не с той интонацией, с которой должен , но уже поздно, ведь слова сказаны и назад не вернёшь. Надо бы извиниться, а наступать на горло гордости - увольте. Мужчина от напряжения сложил руки в карманы и стал ждать ответа. Ответа, который решит все дальнейшее. Том отметил смену эмоций в немце и остался доволен результатом. Люди подобны огню вспыхивают моментально, сжирая на своем пути все вокруг, убивая и чужих, и своих. Забавно выходит. – Конечно, раз это поможет, то я согласен, что для этого нужно ?– напускное спокойствие было неплохим навыком, помогающим и раньше. Сэм молча кивнул, получив долгожданный ответ на вопрос. Очистил голову от посторонних, не имеющих к делу, мыслей, выкинул негативные эмоции прочь - это будет мешать. Надо снова включить безразличного донельзя циника и сделать свою работу. Он коснулся своих сухих и холодных ладоней, ощутив привычное тепло, нежно плывущее по телу как и кровь в сосудах - своим чередом. Принял максимально удобное положение, зафиксировавшись на столе и наконец прервал небольшую тишину. – Вам нужно повернуть ладонь левой руки наверх и, по возможности, не двигать рукой. Я просканирую магией ваше состояние, и станет видно, что с вами происходит. Все понятно? Реддл кивнул, ограничившись данным ответом. Боль по-новой продолжала давить на него, поэтому сил спорить с магом у него не было - пусть делает, что считает нужным. Если это хоть немного избавит его от невыносимого состояния - будет жить. Поднял руку, как просил целитель и перевернул ладонь вверх. – Мне привычнее совершать диагностику без палочки, я не буду вас касаться, невербально мне легче этим заняться – Шпилберг зачем-то пояснил процедуру, хотя и не был обязан. Один. Два. Три. Приблизил левую ладонь, предварительно успокоившись, к ладони пациента, остановив на расстоянии около полдюйма - этого вполне достаточно. Естественно, будь на месте Стюарта симпатичная девушка, то он не стал бы добавлять про то, что контакт не требуется. Медленно, неспешно, стараясь не причинить сильный дискомфорт пустил в ход магию, исследуя состояние здоровья пациента. Он самостоятельно контролировал необходимое количество магии и её скорость, за столько лет не составляет особого труда, да и силы расходует с трудом. Проведя добрые десять минут за диагностикой, немец наконец понял, отчего именно ему придется лечить нового, как он надеялся постоянного пациента, который не будет захаживать к нему столь часто. Расслабляясь, он уже был готов убрать руку, как обратил внимание на длинные пальцы посетителя. Почему? Сэм сам сначала не понял, как вышло, что он засмотрелся на руку мужчины, пока не поймал себя на мысли, что все внимание приковано к кольцу, что было надето. Немец отвлекся бы почти сразу, если бы не одна деталь, от осознания которой, у него пересохло горло. Это было золотое кольцо с обычным на вид темным, почти черным как крыло ворона камнем, если бы не одно но. Тридцать лет назад Сэм уже видел точно такое же кольцо на одном старом знакомом колдуне, забыть которого не мог по сей день - слишком сильные воспоминания тот оставил. Еще бы - общение у них вышло не их приятных, а вот реликвию смог видеть аж несколько раз, поэтому совершенно точно был уверен сейчас. Золотое кольцо надетое на левой руке его нового пациента принадлежало когда-то Марволо Мраксу.