Военнопленный

      Проводив Тилля, Василий вернулся за стол и объявил о своем отъезде после Нового Года. — Ты не приедешь на мой день рождения? — размешивая сахар в чае, Ирина посмотрела на отца. — Скорее всего — нет. Я и сам не знаю, когда вернусь. Ближе к весне, если не позже. Пойми, дочь, это мой долг. — Я все понимаю. — грустно вздохнула девушка. — А ты правда отправишь его письмо? — неожиданно для себя спросила Ирина. — Что уж я, не человек? Отправлю, а дойдет или нет — обещать не могу. — Василий встал из — за стола. — Идем, уже поздно. — Ты иди, а я помогу Марии Федоровне прибраться. —девушка улыбнулась отцу и принялась относить грязные тарелки в мойку. — Хорошо. Мария, спасибо за гостеприимство. — Василий вышел из кухни. — Да не за что, Васенька! Я всегда рада вас видеть! Идем, я тебя провожу! — женщина поспешила за офицером. POV Тилль       С утра меня разбудил громкий и настойчивый стук в дверь. Бегло посмотрев на часы, я вскочил и одеваясь на ходу, подлетел к двери. На пороге я наткнулся на русского офицера. — Давай, немец, одевайся и бегом машину разгружать! Жду тебя на улице через пять минут! — Василий не спеша удалился, оставив мне совсем немного времени на сборы. Быстро надев форму, я поднялся наверх и вышел на улицу. — Уложился, хвалю. — офицер протянул мне пачку сигарет. Достав одну, я аккуратно положил ее в нагрудный карман, на потом. — Сейчас приедет машина с продуктами, выгрузишь и отнесешь на кухню. А вот это, — он отдал мне сложенный листок бумаги, — передашь водителю. — я кивнул и сел на ступени. Василий стоял позади меня, заметно нервничая и выкуривая одну за другой сигареты. Потом он кинул пустую пачку в снег и громко хлопнув дверью, ушел в дом. Я остался дожидаться машину.       Просидев на крыльце более десяти минут и порядком подмерзнув, я наконец — то услышал звук приближающийся машины. Она подъехала к воротам и издав громкий протяжный сигнал — остановилась. К воротам сразу же подошли солдаты и открыв их, пустили машину во двор. Из кабины вылез небольшого роста мужчина и направился к дому. Я встал, поправил на себе форму и достал из кармана листок, который Василий поручил мне отдать водителю. — Где хозяин? — крикнул он мне. — В доме. — я пошел навстречу мужчине. — Он велел передать Вам, — я протянул листок. Водитель развернул его и бегло пробежался по строчкам. — А ты тот самый немец? — мужчина посмотрел на меня. — Тот самый? — я искренне удивился. — Много о тебе слышал. Не бери в голову. Ну, давай за работу. — он подмигнул мне и направился в дом. Я посмотрел вслед водителю и подошел к грузовику. Оттуда из кузова вылезли два солдата, которые принялись подавать мне небольшие коробки с продуктами. Спустя пол часа работы машина была разгружена и солдаты последовали в дом за водителем. Я же остался на улице, выполнять свои привычные обязанности.

***

31.12.1944.       К полудню яркое зимнее солнце освещало все окрестности и ослепляло своим белоснежным светом, от чего глаза невольно начинали слезиться. Такая погода обычно стояла перед Рождеством, и буквально вживляя дух этого святого праздника в сердце каждому, даже самому хмурому и меланхоличному человеку, никого не оставляла без кусочка счастья и радости. Но на протяжении последних нескольких лет Рождество перестало радовать меня, да что там радовать, оно практически не существовало. Только отмеченный красным цветом день в календаре напоминал мне о празднике. Вот и в этом году я лишь зачеркнул две ярко выделяющиеся цифры и лег в постель, предаваясь былым счастливым воспоминаниям и тоске, так часто окутывавшей меня в последнее время. Зато сегодня любимый праздник всех русских людей — Новый Год! Хотя какая мне разница? Для меня это будет обычный, ничем не отличающийся от других, день. — С добрым утром, Тилль! — сонная девушка с широкой улыбкой вошла в кухню. — Ага, с добрым. Уже почти полдень, фройляйн. — Почему ты грустишь? Сегодня же праздник! — Ирина присела за стол рядом с мужчиной. — Мне-то что? Для меня это обычный день, нет никакого праздника. — Тилль встал из-за стола и стал убирать за собой после обеда. — Может быть отец разрешит тебе посидеть с нами, я спрошу у него! — девушка забрала из рук Тилля тарелку. — Давай помогу. — Нет, пожалуйста, не нужно. Мне в прошлый раз посиделок хватило. И спасибо за помощь. — мужчина натянул улыбку, — Но я должен сделать много дел за сегодня, мне нужно идти. — Постой! — Ирина одернула Тилля за рукав. — Что? — Скажешь свое новогоднее желание? — Ох, фройляйн! Ты не понимаешь! У меня есть одно единственное желание, которое если и сбудется, то очень нескоро. И я давно уже вырос из этих глупостей. — Тилль окинул девушку недовольным взглядом. — Можно найти другое, которое исполнится в скором времени. — с намеком прощебетала та. — Я помню, как ты рассматривал меня за столом. — скрывая улыбку, продолжила Ирина. — Ты опять за свое? Если бы твой отец не напоил меня тогда, я бы и не подумал смотреть в твою сторону. Успокойся, ты сама нарываешься на неприятности. — Мужчину порядком раздражала настойчивость девушки, ведь прежде он сам занимал место Ирины, выступая охотником, а все его девушки играли роль жертвы, которая достается сейчас ему самому. Хотя Тилль нередко задумывался, жертвы ли? Возможно, но он и эта русская девушка стали лишь жертвами обстоятельств, которые вынуждали их общаться друг с другом, поддаваясь обычному инстинкту. Никогда ранее не познавшая мужчин Ирина и забывший на войне о контакте с девушками Тилль попросту не имели бóльшего выбора и симпатия зарождалась в сердцах против их собственной воли. А привыкший к хладнокровию во всем Тилль так упорно истреблял все мысли о каких-либо чувствах. — Умеешь ты испортить настроение! — от вошедшей на кухню жизнерадостной и улыбчивой девушки не осталось и следа. — А теперь иди, сейчас придет отец и ему лучше не видеть нас вместе. — Я сказал твоему отцу, что дома меня ждет любимая девушка. Теперь он не будет рычать при виде меня, стоящего рядом с тобой. — съязвил Тилль, и хлопнув дверью, ушел выполнять порученные ему обязанности. — Чего-то фриц сегодня не в духе. — Василий, столкнувшийся в дверях с Тиллем, вошел на кухню и поприветствовал дочь. — Даже не поздоровался. — Мне нет дела до его настроения. — Ответила девушка, попутно наливая воду в чайник. — И ты туда же? Мрачнее тучи стоишь, хмуришься. Стряслось чего? — Все хорошо, папа. Чай будешь? — Нет. — офицер с наслаждением закурил трубку. — Скоро к нам должен приехать Каменев с сыном и женой, вот вместе и почаевничаем. И немцу надо сказать, чтобы не попадался им на глаза. — Вот и здорово, а я пойду почитаю. — девушка залила чай в кружке кипятком и удалилась в гостиную. Недолго думая, Василий накинул на плечи тулуп и вышел на улицу. — Немец, пойди сюда! — мужчина посмотрел на ловко раскидывающего снег Тилля. — Живее! — тот воткнул лопату в большой сугроб и подошел к офицеру. — Бесполезно расчищать тут, да? — усмехнулся Василий. — Если бы я не расчищал, сейчас мы стояли бы по пояс в снегу. Так что нет ничего бесполезного. — И то верно, молодец! Но давай к делу. Сейчас затопишь баню и на сегодняшний день свободен. И постарайся не выходить лишний раз из комнаты. Все понятно? — Немного странно, но не мне думать об этом. Понятно. — Будь уверен, это для твоего же блага. Давай, выполняй живее. — офицер подмигнул Тиллю и отправился к воротам. Не теряя времени, Тилль принялся исполнять поручение. POV Ирина       Вечером мы все собрались за праздничным столом. Отец познакомил меня с Геннадием Алексеевичем, его женой и сыном, Сашкой. У меня сложилось впечатление, будто они к нам не праздник праздновать приехали, а в женихи своего сына представлять, так уж его нахваливали. И техникум до войны закончил, и по стопам отца пошел, и на фронте побывать успел. С их слов, Сашка не жених, а подарок! А вообще, внешне он довольно привлекательный парень, невысокого роста, как и его отец, только худой очень. Толком поговорить мы не успели, и как только стрелки часов перевалили за полночь, за столом образовалось три своеобразных группы: отец на пару с Геннадием Алексеевичем, осушая один за другим стаканы «За победу!», только и успевали закусывать, Мария Федоровна и Нина Петровна обсуждали свои женские дела, а я слушала рассказы из Сашкиной жизни. Он даже обещал научить меня стрелять из ружья. В целом, новогодняя ночь проходила весело и в приятной компании.       Ближе к двум часам ночи, когда Сашкины рассказы уже закончились, я, сославшись на усталость, пошла домой. Но мой новоиспеченный знакомый напросился меня проводить, несмотря на то, что до нашей дома не было и двухсот метров. Когда мы вышли на улицу, я заметила Тилля, сидевшего возле двери на ступенях. — Идем уже, хватит ворон считать. — толкнув в бок залюбовавшегося ночным небом Сашку, я потянула его за собой к дому. — Красиво у вас. Как тебе здесь живется? — Все хорошо, не на что жаловаться. — И не скучно тебе? У нас там молодогвардейцы, собрания, жизнь кипит! А ты тут одна, так не интересно! — восклицал Сашка. — Скучно, зато безопасно. И отец не переживает. — мы не спеша подошли к крыльцу, где сидел Тилль. — Что, не спится? — спросила я у него. — Да. — безразлично ответил он. — Это немец что-ли? — вмешался Сашка. — Пленный? — Немец-немец, видишь, их форма. — Вот так да! А как он попал к вам? — парень не без интереса разглядывал Тилля. — Не в музее, мальчик. — тот встал, и видимо в ответ начал разглядывать Сашку. — Видали мы на фронте таких, только там они выглядят более суровыми, что-ли. —игнорируя мужчину, не унимался Сашка. — Посмотрел бы я на тебя, будь ты на моем месте. Ты и рта бы не раскрыл, я уверен. — саркастично ответил Тилль и скрылся за дверью. — Ну и я пойду, спать хочется. — я улыбнулась Сашке. — А мне где спать? — Ты возвращайся и там спроси у Марии Федоровны, она тебя устроит. Ну все, доброй ночи! — я помахала парню и зашла в дом. Быстро переодевшись и собравшись с мыслями, я пошла к Тиллю.

***

      Тихий стук в дверь нарушил уютную тишину в комнате Тилля, отчего мужчина невольно напрягся и неохотно её открыл. Стоявшая на пороге розовощекая девушка взглядом напрашивалась войти внутрь. — Заходи, раз пришла. — отойдя в сторону, Тилль пропустил Ирину в свое маленькое убежище. — Что-то хотела? — Спать не хочется, а одной сидеть скучно. — аккуратно присев на кровать, ответила девушка. — А как же твой друг? Ну, который разглядывал меня. — Сашка что-ли? Так он спать ушел! Да и не друг он мне, мы только познакомились. — Ммм… — протянул Тилль. — А отец? Ты ведь знаешь, что будет, если он увидит тебя тут. — Поверь мне, ему еще дня два будет не до меня. — хихикнула Ирина, вспоминая как Василий с Геннадием Алексеевичем распевали песни. — Что? Почему ты смеешься? Я такой смешной? — недоумевающе спросил Тилль. — Нет-нет, просто вспомнилось кое-что. — улыбающаяся девушка с интересом рассматривала комнату. — Уютно у тебя. — Я помню, ты мне уже говорила это. Только прохладно тут сейчас. — Тилль присел рядом с Ириной. — Не замерзла? — Немного, но это не страшно. — На вот, укутайся. — мужчина протянул девушке плед. — Спасибо! — неожиданно для себя девушка чмокнула Тилля в щеку и накинула плед на плечи. Мужчина растерянно смотрел на Ирину, пытаясь понять, зачем она так сделала. Точнее он понимал, но не хотел принимать этот факт. — Фройляйн… — Прости, я не хотела. — прервала Тилля Ирина. — Не хотела, не сделала бы. Я не глупый, все понимаю. — мужчина положил свою руку на плечо девушке, от чего та вздрогнула. — Ничего ты, Тилль, не понимаешь. — грустно вздохнула Ирина. — Ты красивая девушка, пойми меня, если бы не этот плен, не твой отец и не все эти обстоятельства я с радостью бы ответил тебе взаимностью. Я сдерживаю себя от эмоций. И ты научись, это не так сложно, как кажется. — Знаешь, обстоятельства чувствам не помеха. И мы не виноваты, что они сложились таким образом. Если люди испытывают чувства друг к другу, нельзя от этого убежать. — Наши обстоятельства — помеха. Ты хоть представляешь, что с тобой будет, если все узнают, что у тебя роман с пленным немцем? А про себя я вообще молчу. И знаешь, сегодня я здесь, а завтра еду в вагоне в Сибирь. Так что фройляйн, выброси эту мысль из своей головы. — Мы никому не скажем, это будет наш секрет! — Ирина не унималась и похоже собралась добить Тилля своими аргументами. — Будет, первые три дня. А потом твой отец его узнает и все. Или ты думаешь, он больше не будет подозревать меня в каких-то там намерениях к тебе? — Узнает, но может это будет тогда, когда война кончится… мы перестанем быть врагами, и нам можно будет не скрывать наших отношений. — с грустью в голосе произнесла девушка. — Какая же ты еще маленькая. — вздохнул Тилль и робко обнял Ирину, от чего та прижалась щекой к его груди. — Что будет через неделю, через месяц? Что мы будем делать? — не унимался практичный Тилль. — Не знаю. Сейчас мне хорошо рядом с тобой, а дальше, будь что будет. — девушка потянулась к его губам и неуверенно накрыла их своими. Осмелевший мужчина с удовольствием поддался действиям Ирины и увереннее с каждой секундой отвечал на поцелуй. В эту минуту они забыли об опасности. Двое людей, слабые перед обстоятельствами, в суматохе которых они нашли друг друга, но сильные перед чувствами, так не во время посетившими их сердца.