За стеклом - new

19

- Пит, покажи мне свой рисунок, - с этим криком в комнату врывается Хеймитч. Я с сожалением отпускаю Пита. Этот вполне невинный момент много для меня значил. Кто мы на самом деле друг другу? Я уже давно этого не понимаю. Наш ментор явно навеселе, но по одному его взгляду я понимаю, что он трезвее, чем кажется. Я легко читаю его мысли. Наши объятия затянулись, нужно было двигаться дальше, чтобы не разочаровать публику. Хеймитч предпочел перевести огонь на себя. - Она еще не готова, - мягко отказывает Пит. – Я покажу, когда закончу. - Да перестань. Мне же интересно, дай хотя бы одним глазом посмотреть. - Давайте лучше посмотрим первый выпуск нашего шоу. Мне кажется, это будет интересно, - предлагает подошедшая Эффи. Оба появляются настолько вовремя, что мне в голову приходит мысль: может, Эффи и Хеймитч заранее договорились, как будут выручать друг друга и нас. Может, у них даже какие-то условные знаки есть? Жаль, что мы с Питом об этом не подумали. По-моему, это как-то дико – наблюдать за собой со стороны. Но все же любопытство побеждает, и мы усаживаемся все вместе перед телевизором. Я склоняю голову на плечо Пита и переплетаю наши пальцы. После заставки с бравурной музыкой на экране появляются Клавдий Темплсмит и Цезарь Фликерман. Наша жизнь – очередной сезон голодных игр, они даже ведущих менять не стали. - Здравствуйте! Здравствуйте! – приветствует всех Клавдий. - Я так волнуюсь! – восклицает его коллега. – Ведь сегодня мы увидим первые кадры из жизни наших героев! - О да, Цезарь, мне тоже не терпится это увидеть! Кажется, эти ребята по-настоящему счастливы. - Клавдий, а ты помнишь, как все начиналось? - Конечно, помню, но я с удовольствием посмотрю на это снова вместе с нашими телезрителями. И вновь на экране наша история любви. Мы с Питом пожимаем друг другу руки на жатве, а потом едем, объятые огнем, на параде трибутов. Он признается в своих чувствах на интервью, а я кричу его имя на арене, когда объявляют об изменении правил, когда у нас появляется шанс вернуться домой вместе. Моя забота о нем в пещере и наши первые робкие поцелуи. Я достаю ягоды, и нас объявляют победителями. Нас разлучают в планолете, а я бьюсь о стекло, пытаясь прорваться к Питу. Он делает мне предложение, и мы вновь на параде трибутов. Я кружусь в свадебном платье, а Пит объявляет о моей беременности. И, наконец, наша свадьба. Надо отдать должное режиссерам этого фильма: он максимально сосредоточен на наших отношениях, показывает трудности, через которые нам пришлось пройти, но при этом практически не затрагивает игры и все те ужасы, которые с ними связаны. Просмотрев ролик, даже я сама усомнилась в своих чувствах: а может, я и правда полюбила Пита еще тогда? - Это было чудесно, - Цезарь прикладывает к глазам платок. – Кто бы мог подумать, что у этой истории будет счастливый конец. Нет, это еще не конец, думаю я. Мы еще поиграем. Ведущие обмениваются репликами и спорят, кто будет нашим гостем в этом месяце. Клавдий ставит на Финника, а Цезарь настаивает на Джоанне. - О нет, - не сдерживаюсь я. Если с Одейром я еще смогу найти общий язык, то встречи с Джоанной я немного побаиваюсь. Я не знаю, что мне делать, если она начнет раздеваться прямо у нас в гостиной. - Лично я голосую за стриптиз, - усмехается Хеймитч, поднимая бокал. Наконец, начинается сам выпуск. Как и можно было ожидать, шестидесятиминутный фильм, обязательный для просмотра во всем Панеме, собран исключительно из безобидных моментов: Эффи показывает нам дом и восхищается щедростью Капитолия, на экране дом кажется еще больше, чем есть на самом деле, вот мы с Питом целуемся в детской, наш первый завтрак, исключая разговоры о комнате без камер. Наверное, зрители о ней знать не должны. Выпуск заканчивается кадрами, на которых Пит рисует мой портрет. Нельзя не признать, что режиссер – профи в своем деле: со стороны мы и правда напоминаем счастливую семью, не помышляющую ни о чем плохом. Надеюсь, Сноу останется доволен. - А вот и я! – входная дверь распахивается, и я вижу Цинну. Я очень рада ему. Мой стилист – один из немногих людей, которых я действительно люблю. - Решил составить вам компанию за ужином. - Правильно сделал, - хвалит Хеймитч. – Налить тебе выпить? - Разве что бокал вина. - Пожалуй, я тоже выпью, - говорит Эффи. Я уже хочу открыть рот, чтобы попросить бокал и себе, как Пит напоминает: - А тебе нельзя, - и он кладет руку на мой впалый живот. Не прошло и суток, а я уже забыла, что жду ребенка. Хорошо, что Пит рядом. Я с благодарностью глажу его руку и легонько целую. Интересно, когда зрителей начнет тошнить от приторной сладости наших отношений? Может, в Капитолии люди будут умиляться, а вот народ дистриктов это очень скоро начнет раздражать. Мы не привыкли демонстрировать свои личные отношения на публике. Это считается неприличным и неуместным. Наверное, именно этого Сноу и добивается. Неужели люди и правда поверят, что мне плевать на восстание? Засыпая в объятиях Пита, я вспоминаю, что так и не потратила сегодня свои полчаса в комнате без камер. Если честно, на это просто не было времени. Может быть, нам все-таки удастся продержаться. Еще несколько месяцев, всего несколько месяцев, целых несколько месяцев. Я долго лежу без сна, стараясь не ворочаться, чтобы не разбудить Пита. Почти две недели прошло с того интервью, которое перевернуло нашу жизнь. Наш будущий ребенок – единственная надежда на спасение, он наша отсрочка. Я одновременно хочу и не хочу его. Но сейчас, осознавая сложность ситуации, я могу лишь довериться Хеймитчу и следовать его советам. Мы снова на арене, он по-прежнему мой ментор. Я надеюсь, он знает, что делать. Если я не забеременела за это время, нам всем придется туго. Скрывать обман будет все сложнее и сложнее. Зачать ребенка, живя в стеклянном доме, мы не сможем. Это уже чересчур. Цинна как-то рассказывал мне об удивительной истории: в президентском зоопарке родился медвежонок-панда. Казалось бы, все просто, но ведь панды в неволе не размножаются. Я тогда еще подумала, что Капитолий издевается над природой и заставляет ее подчиниться себе. Сейчас мы с Питом совсем как те панды. Так и бегут наши дни, похожие друг на друга. Хеймитч неожиданно проявляет себя как отличный актер: он радостно пьянствует, вдохновенно переругивается с Эффи и очень мило учит нас с Питом жизни. Мне кажется, рейтинг шоу держится на нем одном. Нашей фантазии хватает только на повседневные дела, которые вряд ли заинтересуют зрителей. Пит рисует и печет бесконечные булочки, я сплю по двенадцать часов в день. А Эффи как обычно не расстается со своим планшетом, с его помощью она отслеживает рейтинг и узнает новости. Каждый вечер я смотрю новый выпуск нашего шоу и думаю, доволен ли Сноу, стоит ли мне бояться за своих родных. О настроениях в дистриктах мне остается только догадываться.