За стеклом - new

Как и можно было ожидать, в первом же голосовании победил четвертый дистрикт, а значит уже завтра нас навестят Финник и Мегз. Эффи уже вовсю составляет меню и всерьез размышляет над тем, чтобы украсить дом рыболовными сетями. Надеюсь, Хеймитч ее урезонит. Думаю, выбор гостей довольно удачен. Одейр давно вращается в этом мире, и он очень популярен. Наверное, никто из трибутов всех лет не может с ним в этом соперничать. Даже мы с Питом. Рейтинг завтрашнего выпуска должен взлететь до небес. Ну а Мегз просто очаровательная старушка, я сама с удовольствием встречусь с ней. Я захожу в слепую (а именно так мы начали называть комнату без камер) и сразу прохожу в крошечную ванную. Мне нужно принять душ. Не знаю, как Пит и Хеймитч купаются перед камерами, но мы с Эффи теперь моемся через день. Хотя наш ментор никогда особо не утруждал себя соблюдением личной гигиены. Не похоже, что сейчас он вдруг изменил своим привычкам. А вот Пит, переступая через себя, каждый день скрывается в душе. Боюсь представить, сколько любопытных глаз наблюдают за ним в этот момент. Я бы ни за что так не смогла. Если бы не эта уступка со стороны Плутарха я бы давно сошла с ума. Возможность хотя бы на несколько минут в день остаться наедине со своими мыслями дает мне силы держаться дальше. Я не уверена, что в этой комнате совсем нет скрытых камер и микрофонов, но говорить мне там все равно не с кем. Да и не делаю я там ничего такого, что могло бы привлечь внимание зрителей. Я просто лежу на диване, смотрю в потолок и стараюсь не думать о нашем будущем. Я стягиваю через голову свою кофту и тут замечаю какой-то сверток на умывальнике. Разворачиваю пакет. Это тест на беременность и записка от Эффи: «Мне пришлось сказать, что это для меня». Меня пробирает озноб. Последние дни я мучилась сомнениями, беременна я или нет, но не знала, как можно это проверить. Оказывается, все очень просто, не нужно никуда идти, все можно узнать прямо здесь и сейчас. У нас в дистрикте подобных тестов и в помине не было. Женщины узнавали новости от врачей или ждали, когда все само станет очевидно. Хотя я никогда не интересовалась такими вещами, ведь заводить детей я не собиралась. Непослушными пальцами я открываю коробочку, достаю бумажку с инструкцией и внимательно перечитываю ее три раза. Я должна быть уверена, что все сделала правильно, другого теста мы можем не достать. Кстати, интересно, что наврала Эффи, чтобы получить этот? В Капитолии так любят перемывать друг другу кости, представляю, что теперь о ней думают и говорят. О ней и о Хеймитче? Интересно, знает ли об этом он сам? Несмотря на важность момента мне становится смешно. Представить нашего вечно пьяного грубияна-ментора рядом с этой рафинированной капитолийской красоткой невозможно. Меня переполняет благодарность этим людям. Они делают все, чтобы помочь нам. Я не должна их подвести. Теперь, когда шанс узнать все наверняка в буквальном смысле у меня в руках, я начинаю нервничать. Мне становится страшно. И я не знаю, какого результата я больше жду, а какого – боюсь. Они оба одинаково пугают меня. Я долго собираюсь с мыслями, прежде чем использовать тест. Я кладу его индикатором вниз и залезаю в душ. Мне хочется отодвинуть момент истины подальше, поэтому я стою под теплыми струями до тех пор, пока не кончается вода. Отведенные полчаса вот-вот закончатся, мне пора возвращаться под надзор камер. Я осторожно беру в руки тест и, резко выдохнув, переворачиваю его. Крупные ярко-красные буквы сообщают мне, что я беременна. Мои пальцы невольно разжимаются, и тест падает на пол, я сама сползаю по стене вслед за ним. Я в смятении. План казался неплохим, когда был лишь теоретическим. Когда он начал претворяться в жизнь, я растерялась. Я не готова стать матерью ни через девять месяцев, ни через девять лет. Я не смогу. Слышу звук сигнала, сообщающего, что мое время в слепой комнате подошло к концу. Я быстро натягиваю одежду и ухожу, оставив тест на столике. Другого способа сообщить остальным у меня нет. Объявить вслух я не могу, ведь вся страна и так уверена в моей беременности. - Китнисс, что с тобой? – начинает беспокоиться Пит, когда я выхожу. Наверное, вся гамма чувств отражена на моем лице. - Мне стало немного дурно, - вру я. – Нужно прилечь. - Я помогу тебе. Пит ведет меня в нашу спальню и устраивает в постели, обложив подушками. Я замечаю, как Эффи, бросив на меня взволнованный взгляд, бросается в слепую комнату. - Может, тебе чего-нибудь принести? – предлагает Пит. - Нет, спасибо. Мне уже лучше. Мне так хочется рассказать Питу, что происходит, но я не могу. Мне остается лишь ждать, когда он сам зайдет в слепую и все узнает. - Обними меня, - прошу я. Пит ложится рядом, я утыкаюсь лицом в его плечо, чувствую знакомый запах. Этот мальчик стал для меня таким родным. Одной рукой он обнимает меня, а вторую кладет на живот. Этот жест, повторенный сотни раз, сейчас обретает другой смысл. Теперь где-то в глубине меня бьется сердечко нашего малыша, частичка меня и Пита. А вдруг мы не сможем защитить его? Это очень эгоистичное решение – родить ребенка, чтобы спасти свои шкуры. Я никогда себе не прощу, если не сумею уберечь его. - Может, тебе нужно поспать? Заварить успокоительный отвар? – предлагает Пит. - Не стоит, я сегодня отлично выспалась. Нужно просто полежать, все само пройдет. - Я заметил, ты стала спокойнее спать. - Почти месяц без кошмаров. Это рекорд. Стоит мне это сказать, как в голове рождается смутная идея, она постепенно становится четче и, наконец, оформляется в полноценную мысль. А что, если именно тогда я забеременела? Может, наш малыш принес мне долгожданный покой и спокойный сон. От этой мысли меня захватывает поток нежности и любви. Еще не рожденный, он спас меня от страшных кошмаров. Он сделал то, что мне и Питу было не под силу. Неужели я не смогу его спасти? Наш ребенок будет сильным и смелым, как мы оба. И я надеюсь, он никогда не узнает, почему он родился. Он должен верить, что мы любили друг друга и хотели его появления. И тут я осознаю, что этот ребенок связывает меня и Пита на всю оставшуюся жизнь. Как бы ни сложились дальше события, мы должны быть вместе всегда.