За стеклом - new

21

Меня зовут Китнисс Эвердин, мне семнадцать лет. Год назад я участвовала в голодных играх и победила. Я должна была вернуться на арену снова, но вместо этого меня выдали замуж. Полчаса назад я узнала, что жду ребенка. Годами накопленные страхи норовят вырваться наружу. Если еще вчера моей главной целью было спасти Пита, пусть и ценой собственной смерти, то теперь все меняется. Я больше не могу так легко распоряжаться своей жизнью. Может, это и был план Сноу – подменить все ценности в моей жизни? Может, он думает, что теперь я брошу все и сосредоточусь на ребенке? Но он не знает главного: именно наш с Питом малыш станет символом и вдохновением зреющей революции, ведь он родится вопреки воли Капитолия. Ребенок двух победителей, ради которого была отменена квартальная бойня. Но если господин президент понимает это, он не позволит нашему малышу родиться. Прошлой зимой, когда мы были в туре победителей, в одну из бессонных ночей Пит, поглаживая мои волосы, сказал мне: - А ведь раньше был такой праздник – Рождество. Он считался самым главным в году. Вся семья собиралась вместе, чтобы отпраздновать его. Люди готовили все самое вкусное и дарили друг другу подарки. Они отмечали рождение младенца Иисуса, призванного спасти людей. Это был самый любимый праздник. - Он давал им надежду, - догадываюсь я. - Наверное, поэтому мы больше его не отмечаем. Мы лежим в тишине, а потом Пит снова заговаривает: - Сегодня канун Рождества. Если бы все было как раньше, завтра утром ты бы нашла под елкой свой подарок. Дедушка рассказывал нам то, что помнил из детства. Хочешь, я расскажу тебе еще? Мне становится интересно, и Пит рассказывает мне старую библейскую легенду о том, как царь Ирод, узнав о рождении младенца Иисуса, который должен был потеснить его на троне, приказал убить всех маленьких детей в стране, буквально вырвав их из рук рыдающих матерей. Я тогда изумилась удивительной жестокости и подумала, что за тысячи лет немногое изменилось: детей по-прежнему забирают у матерей и отправляют на верную смерть. Только теперь это превратилось в шоу, на котором организаторы еще и деньги зарабатывают. Именно поэтому я не хотела иметь детей. А теперь история повторяется. Уверена, что Сноу тоже знает эту легенду. Но раз уж так получилось, мы с Питом обязаны защитить нашего ребенка. Я должна ему сказать. Я больше не могу ждать, он должен узнать все прямо сейчас. Я кладу свою руку поверх его ладони, мирно покоящейся на моем животе, и спрашиваю: - Пит, а кого ты хочешь: мальчика или девочку? В отличие от Пита я почти не говорила о будущем ребенке сама. Я слишком долго запрещала себе думать о возможных детях, что теперь даже ради нашего спасения я не могла переступить через себя, у меня просто язык не поворачивался. Может, этот разговор подтолкнет Пита к правильной догадке. - Конечно, девочку, - я не вижу его, но по голосу слышу, что он улыбается, - я хочу, чтобы она была похожа на тебя. Она будет такая же красивая и такая же смелая, как ты. Это будет самый необыкновенный ребенок. Я жалею, что завела этот разговор сейчас. Такая трогательная сцена не может не войти в ежедневный выпуск. Тысячи людей прильнут к экранам, чтобы ничего не пропустить. Эти слова должны были остаться только между нами. Капитолий украл и продолжает красть у меня столько важных и бесценных моментов. Когда-нибудь я отомщу. Это обещание становится моей молитвой. Сотни раз в день я напоминаю себе, что никогда не прощу Сноу, что он мне за все заплатит. Я должна завершить начатое, Пит имеет право знать. - Надеюсь, скоро мы сможем ее или его увидеть, - тихо говорю я. Наверное, Пит что-то чувствует в моем голосе, потому что он вскакивает и заглядывает мне в глаза. Я едва заметно киваю. Вижу, как в его взгляде отражается буря эмоций. Возможно, он чувствует то же, что и я. Он порывисто целует меня и обнимает так крепко, будто хочет защитить от всего мира. - У нас все получится, - шепчет он тихо-тихо, чтобы услышала только я. Я не знаю, как узнал обо всем Хеймитч, но за ужином он поднимает бокал со словами: - Молодцы, ребята! Отличная работа! Он делает добрый глоток и уже тише добавляет: - Я уверен, вы никогда об этом не пожалеете. Мы переглядываемся с Питом. Зрители будут долго ломать голову, не понимая, о чем мы говорим. - Напоминаю, что завтра мы ждем Финника и Мегз, - Эффи переводит разговор в более безопасное русло. – Я уже утвердила меню. Специально для наших гостей будет ужин с дарами моря. Все, как они любят. - Эффи, а почему бы нам не приготовить ужин, традиционный для нашего дистрикта? – предлагает Пит. – Я думаю, им будет интересно попробовать нашу кухню. - Тем более, что собственная им, наверняка, надоела, - поддерживаю его я. - Ну тогда сами обсуждайте с поварами меню, - я вижу, что Эффи обижена. - Я поговорю с ними после ужина. А то, что ты заказала на завтра, попрошу приготовить нам послезавтра, - находит он компромисс. - Отличная идея, - соглашается Хеймитч. – Эти их креветки отличная закуска. Эффи хмурится, глядя на него, но лишь кивает головой: - Может, вы и правы. Ночью я никак не могу уснуть. Я сижу на кровати и смотрю на спящего Пита. Наверное, он видит уже десятый сон. Надеюсь, ему снится что-то хорошее. По крайней мере, его лицо спокойно. Я разглядываю каждую его черточку. Волосы растрепались и разметались по подушке, футболка задралась, открывая рельефный пресс. Он такой красивый. Зачем я ему? У него могла быть совсем другая жизнь, не будь в ней меня. Если бы не его чувства ко мне, он бы спокойно победил в играх и вернулся домой. Когда-нибудь он бы встретил нормальную девушку, которая бы любила и ценила его. У них была бы настоящая свадьба и, может, даже дети. Президент Сноу не грозил бы ему. Я почти уверена, что условия квартальной бойни были придуманы специально, чтобы убить меня. И не будь меня, Пит бы стал просто ментором, помогал бы Хеймитчу, тренировал детишек, стараясь дать им надежду. А я бы стала одной из погибших трибутов от дистрикта двенадцать. Может быть, добрый Пит даже помогал бы моей семье. Почему же он полюбил меня, принесшую ему столько боли и разочарований? Почему он полюбил ту, ради которой приходится постоянно рисковать жизнью? Чем я заслужила такого парня? Я усмехаюсь, вспоминая слова Хеймитча. Он прав, я так и не заслужила Пита.