Служитель мира

Чем ближе девушка подходила к крепости казарм, тем больше различных работников сновали перед ней. Кто-то носил деревянные балки, кто-то шёл с вёдрами, кто-то вёз провизию. У ворот и во дворе люди бродили толпами. Карлотта отметила, что все они трудились над починкой зданий и некоторые из рабочих были наёмными солдатами. На определённом расстоянии от ворот крепости стоял коренастый мужчина в шрамах и с оружием. Подозрительным тоном он спросил, что нужно здесь молодой девушке. — Я ищу Эцио. — Карлотта упёрлась руками в колени, переводя дух. Она слишком устала, чтобы отвечать грубостью. — Что за Эцио? Карлотта опешила. Неужели в этом городе ещё остался кто-нибудь, кто не знает о нём? — Флорентиец, Эцио Аудиторе. Он прибыл сюда al suo amico [к своему другу]. Мужчина отступил. — Ты должна простить, сейчас не то время, чтобы пускать за стены кого попало. Эти французы, чтоб им пусто было, всех сделали недоверчивыми. Казармы выглядели мрачно, стены главного здания имели в себе больше брешей, чем сапоги бедняка на том берегу Тибра. Несколько девушек неблагородного вида забавлялись в компании солдат. Карлотта обратила на это внимание, но не была удивлена: такие зрелища видны по всему городу и уже вошли в привычку. Обойдя здание в центре двора, она увидела Эцио, который рассчитывался с купцом. — Сообщи Бартоломео или Пантасилее, если опасаешься за безопасность караванов, — сказал он, вкладывая в руку купца мешочек с монетами. — Эцио! — позвала Карлотта. — Что ты узнала? — Он спешно подошёл к ней. — Я следила за ним до таверны. По пути он говорил с другим кардиналом и солдатом, причём вёл себя так, будто они оба — его давние друзья. В таверне он встретился с маркитентом, они говорили об оружии для французов, Чезаре как будто обещал оплатить его. Эцио не выглядел удовлетворённым этим докладом. Он нахмурился. — Что-нибудь ещё? Имена, места? — Я слышала что-то об острове возле Тосканы, и епископ назвал торговца Понзио. Больше… мне ничего узнать не удалось. — Тебя не заметили? Карлотта помедлила. Стоит ли упомянуть, что она могла и вовсе не появиться здесь? — Я была осторожна. Эцио оценивающе смерил её взглядом, будто сомневался. Её белый наряд обрёл потёртые серые оттенки, плечи усыпаны сухими травинками. Не такой он запомнил её днём. — Пришло время завести новое полезное знакомство. — Эцио подозвал Калвино, мастера над оружием, который сейчас латал крышу. — Он обучит тебя всему, что знает. Карлотта зажмурилась, прислушиваясь к своему телу. Она сомневалась, что готова продолжать терпеть избиение, пусть даже в учебных целях. — Почему же сам за меня не возьмёшься? — раскрыв глаза и вздёрнув подбородком, спросила Карлотта. Усмехнувшись, Эцио развернулся и сделал жест на прощание. — Когда докажешь Калвино своё прилежание. Карлотта понимала, что сейчас в самом деле бесполезна Братству. Взбираться на крыши и быстро бегать — это не достижение. Сегодня ей крупно повезло, но удача — ещё не всё в их общем деле. Отнять последние минуты жизни у умирающего — едва ли здесь можно хвастать храбростью. Настоящий бой, который её ждёт, Карлотта, вне сомнения, проиграет. Тяжело свыкнуться с мыслью, что ты — убийца, после лишь одного трупа, лежащего на твоей совести. Отнять жизнь не так просто, как об этом храбрятся юнцы, только вчера получившие первый меч. Карлотте, безусловно, нравился блеск стали, но также она стала понимать, что нет ничего особенного в том, чтобы таскать за собой несколько килограмм железа. Поэтому она внимательнее присмотрится к мастерству Гуерино обращаться с оружием и будет проводить меньше времени, любуясь неотразимым эфесом меча Чиро. Девушка едва не забыла о действительно важном уточнении. Она догнала Эцио, когда тот седлал лошадь. — Эцио… — проговорила она, подбирая слова для следующей фразы. — Как много людей знают, что именно мы носим такую одежду? Он нахмурился. — Pochi [Немногие]. Простые горожане слишком заняты, чтобы обращать на чей-нибудь внешний вид внимание больше, чем на свой. Карлотта быстро кивнула и поспешила за Калвино. Она знала по крайней мере троих римлян, которые оказались весьма наблюдательными. Для начала Калвино спустился с ней в оружейную. Его шаги были тяжёлыми, а правая рука, в которой он держал факел, внушала известный страх своей толщиной и рельефностью. Они прошли мимо тяжёлых острых двуручных мечей, одинаковых на вид, также мимо лёгких клинков, рапир, топоров, молотов — все старательно отполированные и имеют своё место. Калвино остановился только у ржавых мечей, на стеллаже напротив лежали арбалеты и стрелы к ним. «Ну, — подумала Карлотта, — ржавый меч для начала тоже сгодится». Но Калвино поправил повязку на голове, бросил быстрый взгляд на девушку и из корзины внизу достал деревянный меч, вполовину короче обычного. — Вроде не отсырел, — он осмотрел его в тусклом свете факела. — Сейчас война, Чезаре пытается захватить всю Италию, что доказывают его успехи в Романье, французы тоже не дремлют, так что молодые амбициозные парни приходят постоянно. Некоторые новички держали в руках нож, только чтобы разделать жаркое. — Я не новичок, — возразила Карлотта, на что Калвино быстро ткнул её в живот тупым остриём и, не встретив своевременной защиты, рассмеялся: — А я не верю тебе. — Он достал второй такой же меч. Выйдя из подвала, Калвино прошёл к площадке с чучелами, набитыми сеном. Вид у них был потрёпанный, отовсюду торчала жёлтая солома; в углу возле стены лежала их замена, сваленная в кучу. — Познакомься с новыми друзьями, — Калвино обвёл рукой вокруг. — Они могут оказаться злыми, это место покинула уже череда таких, как ты. Не расстраивай их, — он усмехнулся, пристально глядя на Карлотту. — Начнём с обороны, — он сделал паузу, чтобы покрутить своим лёгким мечом, — ведь ты не хочешь помереть, пока кто-нибудь делает свою lavoro [работу], а ты стоишь, ну, скажем, как отвлекающий элемент. Карлотту стало задевать его пренебрежение. Она смотрела на Калвино исподлобья и ждала, когда он перейдёт от разговоров к делу. Однако нетерпение испытывать не пришлось: мастер над оружием посерьёзнел и принялся показывать стойки. Когда они перешли к первым атакам, солнце уже светило ярко-красным из-за стен казарм. Карлотта не чувствовала своих рук, предплечья и голени наверняка завтра будут горячими от синяков. Сражённая и обессиленная, девушка споткнулась чуть ли не сразу, как Калвино стал нападать. Сидя на земле, она вытянула левую руку вперёд и попыталась распрямить закостеневшие пальцы на правой, в которой был зажат меч. Позже она ещё вспомнит недобрым словом этот день, вытаскивая десятую занозу из ладони. Мастер над оружием только презрительно хмыкнул. — Враг оторвёт эту руку вместе с твоими пальчиками. — Он поднял девушку. — Sembra [Кажется], тебя переоценили. Карлотта была не в силах достойно ответить, но осталась довольна, ведь даже это лучше бесчисленных кругов вокруг Колизея. Как же болят ноги.