Женщиной не рождаются

Полил сильный дождь. Удивительно, но погода изменяется слишком быстро. Буквально пять минут назад светило солнце, а сейчас льёт сильный ливень. "Maldecir! Сегодня не мой день", — мысленно проговорил Ваас. Издали было видно деревню Аманаки. "Ну всё, пидоры, попались! Сейчас вам дядя Ваас устроит ужин из свинца", — "обдумал" план действий пират. Огни, исходящие от деревни, освещали дорогу. Монтенегро остановил машину возле ворот. Открыв дверку машины, он поспешил выйти из неё.

***

Все оборачивались на пирата и что-то шептали друг другу. Увидев возле домика знакомую рожу, Ваас прибавил шагу. На него смотрел чернокожий мужчина. Когда Монтенегро начал подходить ближе, мужчина обнажил свои белоснежные зубы в улыбке. — Добро пожаловать в деревню, — видимо, мужчина не обратил внимания на красную повязку. А может, и заметил, но продолжает строить из себя идиота. — И тебе привет, мудак, — Ваас попытался схватить Роджерса за грудки, но силы не хватило. Ещё один минус женского тела. — Давай договоримся, если ты мне сейчас скажешь, где твоя горе-Джульетта, то ты останешься жив. — А если нет? — подхватил Роджерс. — Ты вправе забрать мою жизнь. Но и я вправе забрать твою. — А если нет, — девушка достала нож из пояса и воткнула его горе-любовнику в бок. — Этот ножик у тебя возле печени. Ещё пару сантиметров пройдет вглубь, и твоя печень будет вспорота. А это значит? — чернокожий поморщился. — Это значит, что ты сдохнешь. Я так понимаю, что ты не хочешь дохнуть, верно? — Тебя послал Ваас? — прохрипел Роджерс, морщась от дикой боли. — Ох, нет, amigo. Меня послал сам дьявол, — Ваас улыбнулся и надавил на нож посильнее. — Так, где Цитра, мудак черножопый? Пока Ваас разбирался с Деннисом, начал собираться народ. Самые отважные взяли пиратку на мушку. Бабы в сторонке тихо постанывали от страха, а некоторые даже пытались орать типа: "Отпусти его. Или будет хуже". А хуже кому? Ваасу или Роджерсу? Естественно, Роджерсу. — Я сдохну, но не скажу, где Цитра, — после минутного молчания, наконец, соизволил ответить Роджерс. — Amigos, оружие на пол. Или этому мудаку будет плохо, — доставая пистолет из кобуры, начал переговоры Монтенегро. Они послушали и бросили оружие. — Можете, когда захотите, culos. А теперь отойдите с дороги, — "мудаки", как назвал их Ваас, начали отходить, а тот с Роджерсом в "обнимку" пошёл к воротам. — Без глупостей. Или вы знаете, чем это закончится. Пройдя в "обнимку" с Роджерсом до ворот, девушка аккуратно вытащила нож из его бока. И теперь приставила к его виску дуло пистолета. — Чего ты хочешь? — пискнул черножопый. — О-о-о, hermano, я хочу, чтобы вы все сдохли. Но это, к сожалению, потом. А сейчас ты поедешь со мной, мудила, чтобы передать привет сестричке, — открыв дверцу машины, пират, а вернее пиратка, пинком запихала Роджерса. И сама села в неё. — Сестричке? — удивлённо спросил Роджерс. — Ну, пиздец. Всё я тебе должен... кхм. Должна рассказывать, — завязывая руки Роджерса, отвечает Ваас с наигранным дружелюбием. — Ох, твоя дорогая Цитра натворила дел. И она ответит сполна. И ты мне поможешь, мудак, — главарь надавил на газ, и машина тронулась с места. — Так, значит, об этом мне рассказывала Цитра, — наконец заговорил негр. — С этого подробнее, черножопый, — прибавив газу, машина поехала быстрее. — Ты что творишь, сумасшедшая!? Хочешь угробить нас? — Деннис, видимо, понял, что собирается делать Монтенегро. — Мне уже нечего терять, amigo. Ну, так ты мне скажешь, что там Цитра говорила? — в темноте появилось очертание дерева. Оно становится всё ближе и ближе. — Она рассказывала, что Ваас проснётся на утро другим, но не говорила, каким именно, — уже сорвался на крик негр. — Что-то мне кажется, что ты недоговариваешь, блять. А это пиздец как расстраивает. Ты же не хочешь расстроить бедную девушку? — с оскалом спросил пират. — Это всё. Клянусь, — главарь резко остановил машину. Ещё бы пару метров, и от них ничего не осталось бы. От резкого торможения Роджерс ударился носом об бардачок. — Ты мне машину заляпаешь, блять, — Монтенегро достал пистолет и, что есть силы, ударил им об висок гада. И опять же, он, когда падал в бессознательном состоянии, ударился об бардачок. На небе зажглись звёзды. Луна светила ярко, и поэтому дорогу было видно. Дождь прошёл, и в воздухе царила свежесть, а тёмные тучи рассеялись. "Удивительно, но климат здесь блядский, — уже какой раз ругал пират климат. — Теперь осталось доехать до лагеря и приготовить подарочек с открыткой "дорогой" сестричке". "Мужчина" оторвался от дороги, и теперь его взгляд падал на его же сиськи. Твою мать! У меня две сиськи, блять! Может, всё-таки это кошмар про сиськи? — Бедный мой дружок, — подумав про своего "дружка", который раньше покоился у него в штанах, Ваас загрустил. — Надо исправлять всё это. Потом, когда вернусь в своё тело, я обязательно напишу книгу "Психология баб", если, конечно же, вернусь... На поясе завибрировала рация. Ругаясь, он всё-таки соизволил ответить: — Блять, Карлос, я надеюсь, что это ты. — Ваас, когда будешь возвращать в лагерь, прикройся чем-нибудь. Я боюсь, что мужики, если, конечно же, заметят, "обрадуются" женщине в лагере. Тут-то Монтенегро понял, что был немного жесток, когда лишал своих ребят баб. "С одной стороны, нехер было косячить, а с другой... блять. Кажется, я влип в жирную и вонючую задницу, которая полностью в дерьме", — снова впал в размышления Монтенегро. — Часовые спят? — отвлёк от размышлений Вааса Карлос. "Надеюсь, что они спят. А ежели не спят, то все равно получат пиздюлей. Ибо нехуй спать на работе!" — разозлился Монтенегро. — Да, Ваас. "Значит, получат пиздюлей. Естественно только тогда, кода я вернусь в своё долгожданное тело. А сейчас надо придумывать план. Что им сказать? Может быть, я знакомая Вааса? Или рассказать про то, что Цитра меня превратила в бабу. Они подумают, что я наркоманка... наркоман", — ругал про себя своих подчинённых "мужчина". Пока пират предавался своим размышлениям, в дали уже показались знакомые ворота лагеря. Ну что ж, попытка не пытка...