Серебряная паутина

Когда они вошли в Тактический зал, авроры, собравшиеся вокруг длинного стола, принялись приветствовать Гарри, обращаясь к нему по имени, словно он зашел в паб, а не на совещание. Тот помахал им рукой, отвечая на приветствия, а когда он снял плащ и повесил его на вешалку у дверей, его обновленный облик был одобрен коллегами. — Похоже, Гарри, на тебе сказалось общение с Малфоем! — выкрикнул с дальнего края стола Джеймс Девайн. Гарри немного прошелся вдоль стола. — Вот как выглядит стиль, мальчики и девочки. Не удивлен, что вы раньше с ним не были знакомы. Малфой снял плащ и подошел к Гарри, не проронив ни слова. — Наконец-то ты явился, Поттер, — проворчал Грюм. — Садись и хватит кокетничать. Малфой, прошу сесть в кресло. Малфой так и сделал, а Гарри сел в соседнее с ним. За столом собрались лучшие из лучших Департамента: Кевин Лит — отличный друг и глава подразделения, как и Гарри, Джеймс Девайн — лучший глава подразделения, но не существенно лучше, по мнению Гарри, Каспия Овербур — возможно самый агрессивный из специалистов и с профессиональной точки зрения самый любимый Поттером из начальников подразделений; Памела Гамильтон — помощница Грюма, Икарус Ричланд — глава подразделения слежки, Бертранд Палгрейв — эксперт по тактике, Гидериус Ховард — специалист по культам и харизматическим сектам; и Зоя Армитаж — возглавлявшая подразделение, занимавшееся делом Хиггса. Бертранду Палгрейву было около пятидесяти, Памеле Хамильтон — чуть за сорок, остальным не более тридцати пяти; множество более опытных авроров были убиты во время войны, а большинство выживших рано уволились со службы, предоставив заняться ей нюхнувшей пороху молодежи. И конечно, был сам Грюм, вытащенный с пенсии решительными уговорами Артура, такой же несговорчивый и чудаковатый, каким он всегда и был, но такой же хлестко умный и освежающе неинтересующийся политическими играми, которыми было полно даже новое, усовершенствованное министерство Артура. Грюм потыкал узловатым, покрытым шрамами пальцем в сидящих и проскрипел их фамилии, представляя Малфою. — Полагаю, все вы узнали Малфоя, и на этом со светскими церемониями покончено, — заявил он. — Поттер, вот требования выкупа, что скажешь? Записка скользнула по столу к Гарри. Это был небольшой листочек пергамента, на котором идеально ровными черными буквами было написано: "Симус Финниган у нас. Если вы хотите его вернуть невредимым: вы отдадите нам Драко Малфоя. Обмен состоится завтра утром в 07:00. Мы сообщим где. Вороны". Гарри пододвинул пергамент Малфою и сказал: — Стандартное заклинание перезаписи, чтобы скрыть личность. Полагаю, почерк расколдовать не удастся? — Так же невозможно, если бы его вовсе и не было, — ответил Грюм. Малфой помахал запиской. — Мне кажется, или вы вовсе не собираетесь упомянуть факт, что единственное условие освобождения Финнигана — это моя выдача врагу? Возможно, подобные обстоятельства стоило бы сообщить немного раньше, например, в приглашении на этот маленький междусобойчик? Лицо у него было совершенно непроницаемым, таким же безразличным, как при даче показаний на суде, но тон был язвительным и еще более высокомерным, чем обычно. Гарри с удивлением обнаружил, что настолько привык к гораздо более расслабленному Малфою, которого мало, кто знал — тому, который пилил его за завтраком и редко надевал ботинки, что совсем и позабыл о существовании этой неприятной и похожей на Люциуса версии. Неожиданно Гарри понял, что вряд ли и первый Малфой стал бы любимчиком у остальных авроров. Кевин подтвердил его догадку быстрее, чем он предполагал. — Знай ты заранее, сюда на милю бы не подошел, — усмехнулся он. — Как я понимаю, вы обо мне невысокого мнения, аврор Лит. Какая досада, — по тону Малфоя было очевидным, что ему более чем все равно, что о нем думает Лит. — Но знай заранее, я бы просто мог надеть нечто более подобающее для принятия смерти при попустительстве Министерства. Кулак Грюма врезал по столу, и все, кроме Малфоя, подпрыгнули. — На моем дежурстве никто не умрет! И не передерется! Через пару минут мы обсудим операцию. Но до того, Лит, заруби себе на носу. Малфой тут — добровольно. А ты, Малфой, — Грюм сделал паузу и глянул с легким раздражением, — постарайся попридержать язык. Малфой ухмыльнулся, и Гарри задержал дыхание, ожидая одну из миллиона возможных ехидностей. Но тот лишь опустил взгляд и промолчал, и в этом Гарри с глубокой благодарностью увидел легкий отблеск того, кого считал настоящим Малфоем. Но атмосфера в комнате все еще оставалась натянутой, как струна. — Продолжай, Поттер, — буркнул Грюм. Гарри сосредоточился на поставленной задаче. — Ну, очевидно, отправная зацепка — Вороны. Как считаете, это правда они? — Это было подразделение Упивающихся, — сказал Девайн. — У них есть мотив. Малфой швырнул записку на середину стола. — Это не "Ворон". Это Хиггс. — Только то, что Хиггс утром послал к тебе убийц, еще не значит, что он прячется за каждым кустом, — ответил Девайн. — Он аллергик, так что мне показалось, что я слышал, как он там чихал. Послушай, Девайн, о, прошу прощения, аврор Девайн, — Малфой вложил в добавленное слово оттенок отвращения. — "Ворон", несмотря на свои впечатляющие представления, никогда не был ничем большим, чем просто сборищем фанатиков. Это проект МакНейра младшего, который был тем еще идиотом и на данный момент мертв. Во-вторых, все они фанатично настаивали, чтобы их называли не "Вороны", а "Ворон". Просто "Ворон". Не множественное, а единственное число. Они бы совсем на дерьмо изошли, назови ты их "Вороны". Я говорил МакНейру, что такое название больше подходит попсовой группе, но полагаю, он считал его подходящим. Если бы записку написал кто-то, связанный с организацией, он бы подписал ее надлежащим образом. — МакНейр мертв, потому что ты его убил, — сказала Каспия Овербур. — По мне это отличный мотив, даже если это всего лишь кучка оставшихся поклонников, пытающихся влезть в мантию МакНейра. Малфой фыркнул. — У МакНейра не было мантии. Он с трудом наскреб на легкий демисезонный плащ. И только приверженцы "Ворона" были еще глупее, чем сам МакНейр; они не могли толком организовать чаепитие, не то что похищение аврора. Кроме всего этого посмотрите на второе предложение. Видите двоеточие там, где должна быть запятая? Это Хиггс. Он в свое время послал мне немало сов и постоянно именно так и писал. У него проблемы с пунктуацией, но он великолепный организатор. И похищение Финнигана куда больше соответствует его modus operandi (Прим. автора: лат. — образу действий) и способностям, а не какого-то перехваленного организатора танцулек, от которых никто и писка два года как не слышал. — А что заставило тебя убить МакНейра? — поинтересовался Палгрейв. Малфой положил ладони на столешницу и смерил Палгрейва холодным взглядом серых глаз. — А мне нужны причины? В комнате стало тихо как на погосте. — Вас это может потрясти, однако от меня, как от высокопоставленного Упивающегося смертью, ожидали убийств. МакНейр мне докучал — публично и многократно. Он мешал мне работать. Так что я оправдал ожидания и избавил вас от необходимости казнить его позднее. — В честной дуэли, как мне помнится, — добавила Овербур. — Он был дураком. У него не было шансов, и, смею заверить, если бы были, то я нашел бы способ побезопаснее, чтобы от него избавиться. А так мне пришлось потом выдержать две минуты Круциатуса за дуэль без разрешения, и тогда я от всей души пожалел, что не предпочел бесчестно отравить его. — Идем дальше, — Грюм вперился в него своим безумным глазом, в то время как второй смотрел на Зою. — Армитаж, ты у нас штатный специалист по Хиггсу. Ты купилась на анализ Малфоя? — В ситуации нет ничего, что бы свидетельствовало о том, что это НЕ Хиггс. Он и раньше проворачивал похищения, хотя, насколько мне известно, никогда не требовал выкупа. Он просто убивал жертву. Однако, если он пытается добраться до Малфоя и решил, что того слишком хорошо охраняют, но ему он достаточно необходим, я бы не сказала, что он не мог бы потребовать выкуп. В его стиле было бы прикрыться другой организацией, чтобы сбить со следа. Он ловкач. Он любит мутить воду и нас запутывать. Так что да, это мог бы быть он. Но нет и ничего, что заставило бы меня твердо заявить, что это он. Боюсь, я ничего не знаю о его привычках в пунктуации. За столом послышались тихие смешки, которые Малфой проигнорировал с ледяным достоинством. Грюм отпил из своей плоской фляжки и разом зыркнул на обе стороны стола. — Так мы никогда ни до чего не договоримся, а время на исходе. Мне нужны советы. Ховард, составь план на случай, если мы имеем дело с психами из Ворона. А Армитаж — если с Хиггсом. Остальные слушайте и сделайте выбор, когда придет время. Ховард! Ховард уже привык к таким скорострельным командам — они все привыкли — и без запинки начал отчет. — Ну, с тем, что мы знаем на данный момент, я бы предложил использовать Оборотное зелье и послать аврора, в обличие Малфоя, под прикрытием стольких вооруженных людей, сколько мы сможем собрать. Бросить противоаппарационную и противопортключную сети на всю зону, как только прибудут похитители. Расставить по периметру окрестности снайперов, чтобы поймать похитителей, когда они появятся. Авроры, которые отправятся на задание, должны обладать боевым опытом и пройденным тренингом по освобождению заложников. Неплохо бы — и навыками работы с подсадной уткой. Им придется постараться избежать стычки достаточно долго, чтобы вытащить из-под огня Симуса, поскольку предполагается, что он не в состоянии спасти себя самостоятельно, но — что похитители его приведут с собой. Далее мы можем только прогнозировать. Никто не может сказать, как дело обернется, и все что останется аврорам — импровизировать. Если бы на кону не стояла жизнь Финнигана, я бы посоветовал отказывать во встрече до тех пор, пока мы не выговорим приемлемые условия. Но в нашей ситуации, полагаю, надо взять на изготовку и молиться Мерлину, чтобы удалось победить. Грюм выглядел еще более сердитым, чем обычно. — С меня хватило штанопросирающих операций во время обеих войн. Слишком много вероятностей. Команда, ваше слово. Авроры согласились с набросанным Ховардом планом, стали предлагать, кого выбрать для обмена заложника, и обсуждать, кто из точно бросающих заклинания мог бы быть включен в команду снайперов. Памела невозмутимо делала заметки, несмотря на то, что многие говорили одновременно, пока наконец у всех не иссяк запас слов. Грюм повернулся к Малфою и спросил: — Ну, есть что добавить? Малфой ответил со скучающим видом: — Оборотное зелье не годится. Даже если это всего лишь честолюбивые безумцы из "Ворона", они, по меньшей мере, скорее всего видели меня лично. Вам нужен одаренный подражатель, который сможет научиться имитировать все мои особенности за шесть часов. Скорее всего такой, у которого была бы эйдетическая память (Прим. переводчика: то же самое, что фотографическая) и большой опыт в методах Упивающихся. Если это Хиггс, то подражатель не протянет дольше первого заданного вопроса. Мы с ним несколько месяцев работали над тем проектом по сбыту наркотиков, и он знает все малейшие детали, слишком сложные, чтобы объяснить любому, кто не Мастер зелий. Мне придется идти самому. Сидящие за столом зашумели. Все авроры заговорили разом, и у каждого, казалось, было свое особое мнение, но большинство сходились в том, что так или иначе они не доверяли Малфою. В конце концов Грюм врезал по столу своей сучковатой палкой, и все заткнулись. — Поттер, что думаешь? — Малфой вероятно прав. Наивно уверять, что похитители неумелые, они захватили Симуса, а он не слабак. Малфой им необходим настолько, что они готовы пойти на риск со сложным обменом заложниками. Отсюда можно сделать вывод, что дело личное; они, наверное, по меньшей мере слегка с ним знакомы. И первым делом они проверят на Оборотное зелье. Малфой нужен в суде, и мне вовсе не хочется им рисковать, но если мы собираемся вызволить Симуса, то другого способа не представляю. — Как трогательно, — почти беззвучно прошептал Малфой, так, что только Гарри мог его услышать. Гарри зарделся. На самом деле, он не имел в виду, что волнуется только о том, чтобы Министерство смогло попользоваться Малфоем, но было не время и не место объяснять. Грюм заворчал. — Тогда ладно. Малфой пойдет. За столом снова недовольно зашептались, пока Грюм не унял их взглядом. — Поттер возглавит команду. Он наш магически сильнейший аврор и лучший по способности импровизировать в бою. Он, как и все, отлично знает Финнигана. Он лучше всех подходит для этого задания, и если он хочет отправить Малфоя, я не собираюсь ему мешать. — Мистер Грюм, — перебил Кевин, — со всем возможным уважением, но отправлять в такой ситуации Гарри с Малфоем, верный путь к несчастью. Мы все знаем, что это подстава. Малфой ненавидит Гарри, и всегда его не выносил. И не стоит говорить о том, сколько он может придумать способов добиться, чтобы Гарри убили. — Не надо изображать, будто тебе известно, кого я ненавижу, Лит, — прошипел Малфой. — К тому же Поттер несколько недель живет в моем доме. Если бы я хотел его убить, он бы был уже мертв. — Какое облегчение, — ответил Лит. — Приятно видеть, что твое рыцарское отношение к убийствам неизменно. Гарри поморщился. Малфой не шевельнулся, но его взгляда было достаточно, чтобы заставить всех сидящих за столом отшатнуться. — Я оружие Министерства, полный ты идиот. Ваше оружие! Оружие, которое не режет — бесполезно. Убийства, о которых ты отзываешься с презрением, это то, что спасало вас от смерти и пыток, когда из-за вашей ошеломляющей некомпетентности вас ловили. Вы должны быть счастливы, что самый успешный агент за всю историю Министерства будет прикрывать спину вашего героя. Или ты просто завидуешь открывающемуся передо мной виду? Лит, выхватив палочку, взметнулся с кресла. Гарри и Грюм вскочили ему наперерез, в то время как Девайн и Овербур схватили Кевина, осыпающего Малфоя бранью, за руки. Малфой сидел невозмутимо, неподвижно, а на его лице играла злая ухмылка, но под столешницей он крепко сжимал палочку. — Ладно, на этом хватит! — проревел Грюм, мясистой ручищей толкая Лита. Тот плюхнулся в кресло, продолжая метать в Малфоя свирепые взгляды. — Благие боги! Лит, на кону жизнь Финнигана, — Грюм обвел взглядом комнату, причем глаза его смотрели в разных направлениях. — Убирайтесь. Убирайтесь все, кроме Поттера и Малфоя. Перерыв 15 минут, выпейте кофе и возвращайтесь обратно работать. И Лит, если ты еще хоть раз пискнешь, тебе влетит. Ясно? — Так точно, сэр. Лит убрался из комнаты вместе со всеми, оставляя Гарри с тошнотворным чувством, словно он ждал приговора директора школы, пусть даже на этот раз провинился вовсе не он. Грюм ткнул Малфоя в ногу концом своей палки. — Я принимаю во внимание, что ты не обязан тут находиться, но если ты будешь продолжать трепать моим парням нервы, я отправлю тебя в твое великое сраное поместье по кусочкам и найду способ вытащить Финнигана без тебя. — Прошу прощения, — спокойно ответил Малфой Грюм закатил нормальный глаз. — Ты точно засранец, Малфой, и без сомнений темный колдун, а вдобавок еще и сраный педик. Будь все в порядке, и, если бы ты горел, я бы улицу не перешел, чтобы на тебя пописать. Но ты тверд в бою и не гнушаешься, если приходится, применять грязные приемы. Сдается мне, что лучше отправить с Поттером никого иного, ну, может, кроме Овербура, как тебя. Но, если Поттер пострадает, отвечать придется тебе. Малфой спокойно смотрел на Грюма. — Вполне справедливо. Грюм хрюкнул и развернулся, чтобы уйти, но Малфой его остановил. — Если я собираюсь в это ввязаться, мне нужно отправить пару слов в поместье. — Идет. Поттер, принеси ему, что надо. Я пойду отлить. Гарри принес из соседнего с Залом кабинета пергамент, перо, чернила и сургуч и поставил все на стол перед Малфоем. Не сказав ни слова благодарности, Малфой принялся писать письмо. Несколько строчек, и он свернул его, прошептал обычное заклинание, чтобы подогреть сургуч, а потом — второе, которого Гарри никогда прежде не слышал. На сургуче появился силуэт дракона, и он бросил письмо на стол. Потом взял второй пергамент, написал еще несколько строк и повторил процедуру запечатывания, только на этот раз появился силуэт французского геральдического ириса. И он вручил оба письма Гарри. — Отправь их. Гарри перевернул их и прочитал адреса. Как он и ожидал, одно было для профессора Северуса Снейпа, в Хогвартс. Второе Уилсону, домашнему эльфу поместья Малфоев. — Знаешь, грубостью желаемого не добьешься. Малфой только невозмутимо глянул на него. — Ты не имеешь ни малейшего понятия, чего я хочу. Через мгновение стало понятно, что никаких любезностей вроде вежливой просьбы отправить письмо совой не последует, и Гарри вздохнул. — Ты мне сейчас не очень-то нравишься, — сказал он, и пошел отправлять письма. Когда он закрывал за собой дверь, ему почудилось, что он услышал, как Малфой ответил. — Это чувство взаимно. * * * Когда Гарри вернулся из совятни, в зал уже возвращались авроры, и поговорить с Малфоем не представлялось возможным. Он сидел за столом все с той же ужасающей безмятежностью на лице. Авроры его игнорировали, но атмосфера стала, если не менее напряженной, то хотя бы более вежливой. Дальнейшее составление плана прошло без инцидентов, оба — и Лит, и Малфой — оставались притихшими. Армитаж посоветовала придерживаться плана Ховарда с несколькими дополнительными мерами предосторожности, просто на случай, если окажется, что придется разбираться не с Хиггсом. После небольшого обсуждения, все пришли к договоренности, и стратегия была выбрана. Так же все согласились с тем, что Малфоя надо связать; потому что если он пойдет добровольно, похитители поймут, что это ловушка. К удивлению Гарри, Малфой без усмешек и колкостей согласился. Около 3:00 к Малфою прилетел огромный филин и принес маленькую коробочку. Тот не сказал ни слова, просто, не открывая, сунул коробочку в карман, почесал филину шею и позволил улететь обратно. К 5:30 с чьей-то личной, не отслеживаемой совой прибыла записка с условиями обмена. Указания содержали адрес в районе складов колдовского Лондона и гласили, что только один аврор может сопровождать Малфоя внутрь здания. Аврору не дозволялось иметь при себе никакого оружия, кроме волшебной палочки, чтобы удерживать Малфоя в повиновении. Нарушение этих условий влекло за собой смерть Симуса. Команда согласилась, что Гарри и Малфою придется идти только вдвоем. Гарри будет поддерживать во время обмена заклинание связи, и всем оставалось только надеяться, что в случае нужды авроры поспеют внутрь вовремя. Затем последовала суматоха по отправке инструкций снайперам и корректировке размещения личного состава. В 6:00 все возможное было сделано, и собрание завершилось тем, что все отправились занимать свои места. Малфой отозвал Гарри в сторонку. — У тебя же тут есть свой кабинет? — Конечно. — И дверь запирается? — Да. А что? Он протянул Гарри свою палочку. — Положи ее себе в стол и запри. У Хиггса есть средства обнаружить магическую энергию; я не смогу ее спрятать, и я, черт побери, не доверил бы ее никому из этих выдающихся авроров. — Ты собираешься идти безоружным? — Не совсем. У меня есть кинжал, спрятанный в ботинке. И это. Он вынул из кармана коробочку и открыл ее. Внутри было массивное кольцо-печатка. Он поднял его, чтобы Гарри мог увидеть фамильный герб Малфоев. — Оно работает как палочка. Правда, в ограниченном смысле, но это лучше чем ничего. — А разве Хиггс его не обнаружит? — Да, но всем известно, что кольцо Малфоев зачаровано, чтобы его было невозможно снять. Я могу этим воспользоваться, чтобы объяснить исходящую от него магию. — А оно и правда? Ну, зачаровано не сниматься? — Вроде того, но разве настоящий Малфой придумает правило без исключений? Я знаю способ, как его снять. Гарри посмотрел на кольцо, которое сжимали красивые пальцы Малфоя. — Не нравится мне все это. Малфой закатил глаза, но в этом жесте не хватало того доброжелательного юмора, к которому Гарри успел привыкнуть. — Поттер, в нем заключена темная магия, и оно было на руке Люциуса, когда тот умер. Естественно, оно тебе не по нраву. Я и сам не преисполнен сердечности и счастья. Но я не позволю тебе связать меня как рождественского гуся и подарить Хиггсу без запасного плана. Ты ведь хочешь вернуть Финнигана? — Да, конечно. Он надел кольцо на безымянный палец правой руки, и в глазах его нечто промелькнуло. — Что такое? Малфой посмотрел на кольцо, и губы скривились в горькой улыбке. — Тяжелое. Он еще мгновение смотрел на кольцо, а потом, казалось, отбросил волнующие мысли и снова поднял на Гарри свой фирменный бесстрастный взгляд. — Спрячь мою палочку, нам пора идти. * * * 3 Апреля 2000, 1:06. Тактический зал, Департамент магического правопорядка, Здание Министерства магии. В состоянии полного отвращения. «Дорогой Сев, Короткая записка, чтобы предупредить, на случай если слухи дойдут до тебя прежде, чем объяснения — тяжелый день. Привратника подкупили; стрелял в меня этим утром из маггловского пистолета. Я в порядке, не ранен. Не волнуйся! Похоже на Хиггса, длинная история, расскажу позже. Потом ночью был втянут в планирование операции по спасению Симуса Финнигана, жертвы похищения неизвестными, возможно Хиггсом. Вероятно, не будет времени написать сегодня утром, но я постараюсь отправить тебе подробное письмо не позднее, чем завтра. Не волнуйся! Я в порядке, напишу, как только появится такая возможность. Не волнуйся!

ДЖМ».