Любовная кухня

— Да где же она?..       С каждым часом, с каждой осмотренной монетой, мое отчаяние росло, так же как и усталость. Две трети фонтана уже были осмотрены, и чего я только не нашла помимо монеток на его дне. Даже... кольцо! Наклонившись за ним, я потеряла равновесие и упала в воду. Просто отлично! Теперь хуже уже быть не могло.       Сидя в воде, я вертела в руках свою находку. На первый взгляд, простое колечко, без каких-либо камней, украшенное только гравировкой, «Алекс», на его внутренней стороне. Продолжая его разглядывать, я раздумывала, что мне теперь делать. Наверняка кто-то случайно уронил его в воду, и, вероятно, теперь ищет. Но как найти владельца? Спросить всех парней по имени Алекс? Хотя, это может быть и девушка...       Решив, что разберусь с этим сразу же, как закончу свои поиски, я сунула кольцо в карман. Пусть пока побудет у меня. Занятая этим, я пропустила момент, когда тот Ангелочек снова появился рядом. — Эй, Русалочка! Ты что, утопиться там собираешься? — насмешливо произнес он. — Пришел позлорадствовать? — огрызнулась я, вставая. — Еще чего, — медленно обводя меня взглядом, так что я сразу представила, как, должно быть, выгляжу со стороны в промокшей, прилипшей к телу одежде, убийственно-спокойным тоном (его беспроигрышный метод, чтобы вывести из себя кого угодно, как я в последствии узнала) произнес Адам. — Просто проходил мимо. Обеденный перерыв. И долго ты тут еще собираешься заплывы устраивать? Пока хвост не отрастет? — И у тебя еще хватает наглости спрашивать? — возмутилась я, пытаясь побороть дрожь в голосе, появление которой было лишь отчасти связано с тем, что я устала и замерзла, стоя в мокрой одежде на улице. Я была в ярости. — Похоже, ты так и не усвоила свой урок. Мало того, что невоспитанная, так еще и глупая. И насчет русалочки я погорячился. Не с твоей фигурой. — Оставь свою критику при себе, ходячая реклама пластической хирургии. — Ч-что?       Забавно было наблюдать, как этот самоуверенный нахал на миг растерялся.       Кажется, я попала в больное место. Кто бы мог подумать, что этот красавчик комплексует по поводу своей слишком слащавой для парня внешности? Так или иначе, но наш счет за сегодня неожиданно сравнялся. 1:1 — Да ладно тебе; как будто никто, глядя на тебя, не поймет, что над тобой изрядно поработали, — как ни в чем ни бывало, продолжила я, закрепляя свой успех. Теперь он выглядел по-настоящему рассерженным. — Оставь ее, Адам, — в разговор внезапно вмешался второй блондин, его приятель, до этого просто наблюдавший за нами с прежней легкой полуулыбкой. — Крис, наконец, освободился. Теперь можем идти. — Хорошо, — переведя взгляд с меня на направляющегося в нашу сторону брюнета, который так понравился мне утром, согласился мой мучитель. И, не удостоив меня и взглядом на прощание, направился в кафетерий. — Ты либо очень целеустремленная, либо просто невероятно глупая, — задумчиво произнес Стефан, прежде чем последовать за Адамом. — В любом случае, заканчивай тут сидеть. У тебя уже губы посинели от холода. Еще немного, и серьезно простудишься. — Но я должна найти... — Бассейн уже открыт. Там есть душ и сушилка для одежды. И выпей потом чего-нибудь горячего, — не дослушав, произнес он и направился вслед за приятелями.

***

(POV Стефан) — Эта девчонка по-прежнему там? — с любопытством произнес Кристиан. — Ненадолго. Это был ее первый и последний день здесь, — жестко отозвался Адам. — Это будет непросто, — остудил я его пыл. — Ты о чем? — не понял он. — Выдворить ее отсюда. — Почему же? — За ее обучение в СТАТС платят твои родители, — пояснил я. — Что?! — Адам даже остановился. — Она — автор вашей новой эмблемы ресторанов, разве ты не знал? — Я слышал про какую-то девчонку-протеже Мартина, которая ее нарисовала. Думал, это его любовница, — вновь продолжая движение и на ходу что-то обдумывая, ответил он. — Тебе бы следовало больше внимания уделять своей компании, — поддразнил я друга. — Меня не было в стране, когда решался этот вопрос, — раздраженно парировал Адам. — В любом случае, ты не можешь ее отсюда выставить, пользуясь своим положением, ведь фактически она здесь из-за ZOLT. — Но она может отчислиться по собственному желанию. — Это же СТАТС, кто захочет отсюда уйти? — рассудительно заметил Кристиан, включаясь в разговор. — Об этом я позабочусь, — пообещал Адам.       Я же молча обдумывал ситуацию. Судя по первому впечатлению, Адаму впервые встретился достойный соперник. Он привык, что власть и деньги расчищают ему путь, но эта девушка явно человек настроения, а такие люди опасны своей непредсказуемостью. На них не действуют законы логики и здравого смысла, только эмоции и чувства.       В любом случае, жизнь явно становится интереснее.

***

      На следующий день я опять опаздывала. Похоже, слова Стефана насчет простуды оказались пророческими. Я не часто болею, но всю ночь я чувствовала себя разбитой и плохо спала, так что этим утром в автобусе заснула и проспала свою остановку. В обычный день это было бы не так страшно, но сегодня традиционное общее собрание для всех студентов, на которое надо обязательно успеть. Оставалось пять минут, когда я, запыхавшись, подбежала к главному корпусу университета. Последняя группка студентов как раз заходила в лифт. — Подождите меня, пожалуйста, — на бегу закричала я, и осеклась, увидев до боли знакомые лица.       Разумеется, они меня заметили и услышали, но Адам преспокойно нажал на кнопку, и практически перед самым моим носом лифт закрылся. Стеклянные стенки лифта предоставляли прекрасный обзор, так что я успела увидеть его усмешку, прежде чем кабина начала плавно подниматься вверх. В очередной раз проклиная его, я со всей возможной скоростью побежала вверх по лестнице. Обогнать лифт я, разумеется, не смогла, поэтому, когда, запыхавшись, добежала до пятого этажа, эта троица уже прошла половину коридора по направлению к конференц-залу. Конечно, глупо было надеяться, что этот Нарцисс и его дружки застрянут в лифте.       Дорогу мне преграждала тележка уборщицы, которая непонятно что делала здесь в такое время, но, несомненно, была специально переставлена таким образом, чтобы оказаться у меня на пути. Я со злостью пнула ее ногой. Вроде не так чтобы очень сильно, но та покатилась вперед, набирая скорость с каждым метром. — Эй вы, — легко определив траекторию движущейся тележки, и понимая, что та бесшумно катится прямо на них, окликнула я троицу. Те меня проигнорировали. — Может, так им и надо? — сердито подумала я, но тут же себя одернула. — Стефан был со мной вполне мил, да и Крис такой лапочка с виду... — Осторожнее, сзади! — вновь выкрикнула я.       В этот раз они обернулись. Как раз вовремя, чтобы успеть отскочить в сторону. Тележка с грохотом врезалась в стену и перевернулась. Всё содержимое оказалось на полу. — Ты просто нечто, — рассматривая результаты погрома и качая головой, произнес Адам. — Что тут произошло? — в дверях появилась ректор. — Что за шум?       Когда она увидела на полу перевернутую тележку, её глаза полезли на лоб. Должно быть, за все годы, что она работает в СТАТС, такого безобразия еще не происходило. — Извините, это вышло случайно, — произнесла я со вздохом. — Снова вы? — Мои плескания в фонтане не остались для нее незамеченными, так что мы с мадам Грейвз уже успели вчера лично познакомиться, и сейчас она об этом вспомнила как нельзя некстати. — Зайдете, когда всё здесь приберете, — прежде чем удалиться, непререкаемым тоном произнесла она. — Мы? — тоном, явно подразумевающим, что та сошла с ума, уточнил Адам. — Все четверо, — без тени улыбки подтвердила та. — Мы, вообще-то, могли пострадать... — сердито начал он, но ректор уже ушла. — Был бы мозг — было бы сотрясение, — себе под нос пробормотала я. Он явно услышал. Я продолжала издеваться. — Умеешь мыть пол, Солнце? — Мыть будешь ты. — Вот еще. ВЫ могли подождать меня, но не стали. Не буду вам помогать.       В подтверждение своих слов я отошла к стене и замерла там, оперевшись на нее.       Наш с Адамом поединок взглядов мог продолжаться очень долго, но швабру взял в руки Кристиан. Этого моя добросердечная душа вынести почему-то не смогла. Все же я была виновата больше всех. — Давай сюда. — Вздохнув, я потянулась за шваброй. — Иначе мы до вечера здесь застрянем. Я помою, а вы пока поднимите тележку и соберите все с пола.       По итогам уборки только Адам оказался лентяем. Он так и не присоединился к нам. Белоручка! — Сложно помочь? Страдаешь манией величия? — хмуро спросила я у него. — Почему же страдаю? Наслаждаюсь, — с улыбочкой ответил он, прежде чем войти в зал.       История с фонтаном так до конца и не сошла мне с рук, а когда к этому добавился еще и инцидент с тележкой, о котором все мгновенно узнали, я окончательно стала персона нон грата. В итоге в столовой, куда я пришла на ланч места мне не нашлось. Вернее, я направилась было к свободному столику, но не успела сделать и двух шагов, как его заняли. И так повторилось несколько раз. Оставив попытки найти свободное место, я медленно обвела взглядом столовую. Разумеется, эта троица была где-то поблизости, иначе с чего бы все так старательно надо мной издевались? Только чтобы Адам увидел это и оценил их работу. И как только люди могут быть такими подлизами? Неужели непонятно, что этим они только себя унижают?       Обнаружив ASK, я направилась к ним. — Кто тебе разрешил сесть? — удивленно воззрился на меня Адам, когда я поставила свой поднос на их столик. — А кто мне запрещал? — я с достоинством опустилась на стул. — Этот столик занят. — Столик рассчитан на четверых, а заняты только три места, — рассудительно заметила я. — Этот стол занят, — снова повторил Адам. — Он для ASK и никого больше. Найди себе другое место. — Ты прекрасно знаешь, что я не могу этого сделать. — Это не моя проблема. — Верно. Это не твоя проблема — это твоя вина. — Моя... вина? — переспросил он. — Да, — кивнула я. — Между прочим, ты мне уже весьма задолжал. — О чём ты вообще? — Всего за пару дней я лишилась своей монеты, простыла из-за того, что промокла в фонтане, бежала по лестнице, вместо того, чтобы спокойно доехать на лифте, и в довершение всего мыла пол в коридоре, а сейчас вот даже пообедать нормально не могу, — перечислила я все свои беды. — И всё это по твоей вине. — Ты видимо кое-что упустила. Когда именно ты так сильно ударилась головой, что сейчас несёшь весь этот бред? — По-твоему, я не права? В чем же именно я ошиблась? — В причинно-следственных связях. Всё это — не моя вина, как ты выразилась, а результат твоей собственной глупости. А сейчас иди. Не заставляй меня повторять дважды, я этого не люблю.       Однако, прежде, чем я успела что-либо ответить, из моей сумки раздался писк телефона. Не просто сигнал вызова, который у меня обычно стоит, а «Love me» — последний хит Аарона. Наверняка опять шуточки Изабель.       Моя младшая сестра была ярой фанаткой Аарона уже три года. Три года кошмара для меня. Нет, я ничего не имею против попсовой музыки. В общем-то, песни у него даже весьма неплохие, но слушать их бессчетное количество раз в день я находила весьма утомительным, а Изабель пользовалась наушниками только вне дома. Она говорила, что от них у нее болит голова и, возвращаясь из школы, просто включала музыку в своей комнате, а поскольку звукоизоляции у нас нет, то все кто находился дома вольно или невольно слушали то же, что и она. Все стены в комнате сестры были заклеены его плакатами, а уж сколько его фотографий было у нее на компьютере и телефоне, я даже не представляла. Иногда, когда она хотела мне досадить, она закидывала что-нибудь и на мой сотовый, как сегодня. Но эту песню я действительно не переносила. Изабель об этом прекрасно знала, хоть и не понимала причины. Об этом я ей никогда не говорила. Накануне вечером мы с ней здорово поспорили, так что, видимо, когда я где-то оставила телефон, она в отместку поставила мне эту мелодию на сигнал вызова.       Искать напевающий голосом Аарона телефон в недрах моей сумочки — непростое занятие. И почему моя сумка вечно как черная дыра? Я торопливо на ощупь перебирала рукой содержимое, когда Адам выхватил ее из моих рук и просто перевернул вверх дном, так что все содержимое посыпалось на пол.       В любой другой ситуации я бы возмутилась, но первый куплет «Love me» уже заканчивался, а второй я не желала слушать ни под каким предлогом. Не тратя времени, я просто наклонилась и подняла с пола найденный телефон. На дисплее светилось «ИЗЗИ». Кипя от негодования, я нажала на кнопку приема вызова. — Надеюсь, у тебя есть очень веская причина, чтобы звонить мне сейчас? Если это только для того, чтобы я услышала эту идиотскую песенку, которую ты посмела поставить мне на телефон, ты об этом пожалеешь, как только я вернусь домой! Я уже миллион раз говорила тебе, чтобы ты не прикасалась к моим вещам!!! — Нет, дело не в этом... — обычно звонкий голосок сестры звучал глухо и прерывисто. — Ты что, плачешь? Что-то случилось? — мгновенно насторожилась я. — С тобой всё в порядке? — Он в больнице! Я только что прочитала на сайте. Сегодня во время съемок клипа произошел несчастный случай... — О чем ты вообще? Кто в больнице? — разволновалась я. — Аарон! Мой Аарон попал в аварию во время съемок! Как такое могло случиться! — О! — я не знала, что на это сказать. Для Изабель он был кем-то действительно важным, а я могла лишь обрадоваться, что в больнице не оказался никто из близких. — Н-ну, я уверена, что с ним все будет в порядке, не волнуйся так. Наверняка ничего серьезного... — Я... Я... — продолжала бессвязно всхлипывать она. — Успокойся, Из, я скоро приеду домой, тогда и поговорим.       Я нажала отбой и встретилась с серьезным взглядом голубых глаз. — Тебя подвезти? — предложил Стефан. — А? — Кажется, что-то серьезное случилось, — намекая на мой разговор с сестрой, пояснил он. — А, ты про звонок, — поняла я, наклоняясь, чтобы подобрать рассыпавшиеся по полу вещи. — Моя сестра — фанатка Аарона. Она прочитала на сайте, что сегодня во время съемок с ним произошел несчастный случай, и очень расстроилась. — Значит Аарон в больнице? — уточнил Стефан. — Ты его знаешь? — на время забыв о вещах, заинтересовалась я.       Впрочем, в этом не было бы ничего удивительного. Это для меня и Иззи люди вроде Аарона недосягаемы, и всё, что нам остается — это быть фанатами, а для студентов СТАТС, тем более ASK, он запросто может быть приятелем и даже другом, тем более что они примерно одного возраста. — Нет, лично мы не знакомы, — покачал головой он и задумчиво продолжил. — Но, разумеется, я знаю, кто он такой. — Наверняка все эти слухи как обычно преувеличены. Когда он в прошлый раз был в больнице, это было из-за пары пустяковых царапин... — Ты так много о нем знаешь. Тоже его фанатка? — Нет. Ни в коем случае, — рассмеялась я. — Он, конечно, потрясающе поет, но есть в нем что-то... странное. — Странное? Что же? — заинтересовался Стефан. — Ну, может я не совсем верно выразилась, — смутилась я. — Просто мне не понятно, как можно за три года записать столько песен и провести столько концертов? Это, конечно, радует фанатов, но ведь у любого нормального человека есть какой-то предел работоспособности. В сутках только двадцать четыре часа. Неудивительно, что он частенько оказывается в больнице, работая в таком ритме. Зачем ему это? — Действительно, зачем? — задумчиво повторил тот. — Кто знает. — Усердно работает лишь тот, кому есть к чему стремиться, — я была рада возможности поговорить, пусть даже на эту тему. В СТАТС мне ужасно не хватало общения с однокурсниками. — Деньги и слава у него уже есть, так что видимо дело не в этом. Зачем еще идут в шоу-бизнес? Наперекор кому-то? В отместку? Чтобы что-то доказать? — Кажется, ты много думала над этим. — Просто Изабель может говорить о нем часами, так что волей-неволей я в курсе событий, а поскольку все это довольно странно выглядит, вопросы возникают сами собой. Впрочем, это, наверное, только меня одну волнует. Иззи вот ни о чем таком не задумывается. Впрочем, каждому свое. Зато она из-за него французский усердно учит уже несколько лет... Просто удивительно, как порой один человек, сам того не подозревая, может так влиять на жизни других людей, да? — Это точно, — кивнул, явно думая о своем, Стефан. — Спасибо, что помог, — забирая из рук парня последний учебник, и оглядывая пол, на предмет незамеченных вещей, поблагодарила я и уже собиралась уйти, как заговорил Кристиан. — Твой ланч... — Указал он на поднос. — Точно! Совсем про него забыла. — Садись, пообедай спокойно, — предложил он. — Но Адам... — начала было я, и только тут заметила, что его нет нигде поблизости. — Когда он успел уйти? — Недавно. Садись, мы не против, — повторил приглашение Кристиан. — Спасибо, — улыбнувшись ему, я осторожно села за столик.       Почему-то я была уверена, что в этот момент взгляды всех присутствующих в столовой были прикованы ко мне. — Ты права, — правильно понял мое состояние Стефан. — Они все, должно быть, весьма удивлены. Это место никто ни разу не занимал за все три года, что мы здесь учимся. — Почему? — заинтересовалась я. — Почему не занимал? Или почему ты?       Я от неожиданности не сразу нашлась, что ответить. Я и сама не знала, о чем именно спрашивала. — И то, и другое, наверное. — Потому что это стол ASK. Без разрешения сюда никто не сядет. До этого дня никто его не получал. — Твои слова заставляют меня чувствовать себя особенной, хотя это совсем не так. — Это так. — А? — Говоришь твоя сестренка — фанатка Аарона, — отвлек меня от разговора со Стефаном неожиданный вопрос совсем на другую тему от Кристиана. — Да. Уже три года. На самом деле, это меня даже беспокоит порой. Как можно настолько увлечься человеком, которого совсем не знаешь? Влюбиться в образ, созданный прессой, журналами, клипами, песнями? — Людям нужны кумиры. Чтобы было к чему стремиться или на кого равняться. По крайней мере, большинству людей. Только тем, кто верит в свои силы, стремится сам к своей цели, нет ни времени на кумиров, ни необходимости в них, но таких единицы. Собственно, обычно именно они, в конце концов, и становятся кумирами толпы, — очень серьезно сказал он. — Думаю, ты прав, — выслушав его, не могла не согласиться я. Выходит, принц с шоколадными глазами не только красивый, но и рассудительный. Собственно, эти двое из ASK мне оба понравились. И как только в эту кампанию затесался такой вредина как Адам?       Словно бы прочтя мои мысли, Крис произнес: — Не пойми неправильно, мы не против тебя, но мы и не за. Если твое присутствие досаждает Адаму, то мы больше не будем с тобой общаться, чтобы не создавать ему неудобства. В этом нет ничего личного. Просто нет никаких причин идти против друга из-за незнакомого человека. — Даже если он не прав? — Идти против друзей сложней, чем простить им их несовершенство, — с извиняющейся улыбкой пояснил Стефан.