du mal

- Марго, знаешь, в чем твоя проблема? Она прикладывает ко лбу запотевшую бутылку, талый лед стекает по коже, смешивается с потом. Весь штат Невада тает и течет. Соображать получается с трудом. Они сидят на краю бассейна, в душном ночном мареве. Свет неоновых огней плавится в воде, плавится в ее глазах - "24/7 bed and breakfast" - разве они не снимали комнаты в одной из лучших городских гостиниц? Неоновые блики лопаются в ее глазных яблоках и изображение на экране - мы всю свою жизнь наблюдаем на экране - размывается по краям. Как она здесь оказалась? Поставить на обратную перемотку. Вернуться в начало. Густой запах хлорки и глубокая водяная лазурь. Лас-Вегас раскален, даже думать больно. Она прыгает из полуденного жара в нагретую, не приносящую успокоения воду. Словно в наполненное кровью озеро. Изображение колышется, дробится бликами. Нет, не то. Это было позднее. - Знаешь, в чем твоя проблема? - Не надо так, мы не на сеансе психотерапии. Твоя проблема в том, что ты слишком серьезно ко всему относишься. Ко всему - кнопкам в туфли и толчкам с лестницы, вывернутым рукам и соли в чае, рифмованным дразнилкам и подрезанным тормозным шлангам. И к острым зубам, впивающимся в кожу. Подними воротник повыше, все же видно. - Ты просто, - он выдыхает дым в неоновую духоту, позируя. Все делает с расчетом на невидимую аудиторию, представляя себя чуть ли ни кинозвездой. - Не понимаешь шуток. Она перематывает. Дым, сворачиваясь, возвращается в грязные легкие, лед кристаллизуется вокруг бутылки Crystal Louis Roederer. Солнце, качнувшись, взмывает вверх на западе. Они в Вегасе всего два дня, но те тянутся месяцами. Она возвращается в начало - но в начале нет ничего, никаких пояснений, только отцовский гроб и ее нелепый, хлюпающий носом братишка. Каким он был юным эти два дня назад! - Да ладно тебе. Расслабься. Им по двадцать, а Мэйсон все еще отрывает мухам крылья. Ее проблема в том, что он считает ее мухой. - Мы же просто играем. - Ага. В русскую рулетку. На раздевание.