Мой хозяин

Северус Снейп с усталым вздохом опустился в кресло. — Я вижу, Северус, вы не привели с собой Гарри. — Альбус, неужели вы действительно хотите видеть, как ваш дорогой герой прогуливается по замку на цепи? — Верное замечание, прошу прощения, — кивнул Дамблдор и тоже присел. — Как прошла эта ночь? Снейп прикрыл глаза. Как рассказать директору о прошлой ночи, если он сам не понимал, как смог пережить ее? Уже через несколько минут ему придется вернуться к мальчишке и вновь терпеть жалкий взгляд побитой собаки, видеть изможденное тело, обтянутое железные кольцами этой проклятой упряжи. А бледно-зеленые глаза будут смотреть на него в ожидании очередных… Северус распахнул глаза. — Становится все хуже и хуже, Альбус. Я уже не знаю, что делать. У ошейника есть свои требования… И я понятия не имею, как одурачить его. Эта ночь стала настоящий кошмаром. — Я ожидал этого, — мягко произнес Дамблдор и задумчиво добавил: — После вашего ухода я провел кое-какие исследования и понял, что этот ошейник, определенно, усложнит нам задачу. — Альбус, он не может спать в одиночку, рядом обязательно должен находиться хозяин. Я не могу оставить его больше чем на час, потому что ошейник начинает наказывать! Но это не самое худшее. Гарри обязан удовлетворять сексуальные желания хозяина, хочет он того или нет, и я уже не знаю, долго ли еще продержусь. Впрочем, ладно я, но сама эта ситуация кажется мне неразрешимой! Гарри никогда не сможет пойти на поправку в таких условиях! Разумеется, я приготовлю зелье бессилия, но я не уверен в том, что это хоть как-то поможет решить проблему. Я уже не знаю, что делать, Альбус. — Это зелье не возымеет никакого эффекта, — вздохнул директор. — Я надеялся, что все будет не настолько плохо. Ошейник обязывает его делать то, для чего носитель был обучен. А Волдеморт, судя по всему, делал из него именно сексуального раба. Более того, именно ошейник считывает желания тех, кому раб служит, действуя на последних как сильнейших афродизиак. Снейп побледнел. — Это многое объясняет… Директор кивнул: — Все, кто находятся в ближайшем окружении Гарри, подвергаются такому эффекту — их либидо возрастает. Ничто здесь не поможет, Северус: ни зелье, ни чары. — Мерлин, да я не могу так продолжать, Альбус. Мы ведь не для того вытащили его из ада, чтобы он и здесь продолжал свою рабскую жизнь! Учитывая, что я не имею ни малейшего желания… черт возьми, я никогда не думал, что паду однажды так низко, даже когда эта метка появилась на моем предплечье. Найдите средство и быстро! — Единственный выход, который я вижу, это убедить Гарри в том, что вы — его новый хозяин, — спокойно произнес Дамблдор. — Выжидая, мы можем лишь сократить ущерб, но будьте уверены: никто не станет осуждать вас за это. Ваша роль — неблагодарная, но необходимая. Снейп недовольно буркнул: — Вы связывались с кем-нибудь? С аврорами? Министерством? — Они будут здесь после полудня. Я позову вас, когда это произойдет, — кивнул директор. — Альбус, постарайтесь сократить количество свидетелей. Не нужно, чтобы люди видели мальчика в таком состоянии. — Будут только Скримджер и Грюм. Мне кажется, во время этой встречи Гарри лучше быть наедине с ними. Вы же останетесь неподалеку на случай осложнений. Снейп согласно кивнул. — Они в курсе его состояния? — Да, — вздохнул Дамблдор. — Я постарался как можно точнее описать его. Северус сжал зубы. Выбора у него не было. — Что ж, в таком случае пойду проведаю его. Он не может оставаться надолго в одиночестве. Есть еще один вопрос: что делать с ним во время моих уроков? — Полагаю, идея Волдеморта трансформировать Гарри не лишена преимуществ. — Хватит! — воскликнул Снейп. — Не может быть и речи… Мерлин, я делаю все возможное, чтобы вернуть его к нормальной жизни, так сделайте же и вы то же самое. Найдите выход и быстро! Северус вылетел за дверь, оставляя в одиночестве старого директора. Дамблдор понимал, что просит слишком много, что это неправильно и нехорошо, но другого выхода не было. Если бы он только мог найти в этой ситуации хоть что-то полезное, тогда бы, возможно, действовать было бы проще. Снейп с силой хлопнул дверью и сразу же прошел в спальню. Казалось, что все это время, пока его не было, Гарри не сдвинулся с места: он по-прежнему лежал на боку, свернувшись калачиком, насколько позволяла упряжь, и пустым взглядом смотрел в стену. — Как ты себя чувствуешь? — он постарался придать голосу нейтральность и отрешенность. Мальчишка с трудом приподнял голову и ответил: — Хорошо, хозяин. — Мне нужна правда. У тебя что-нибудь болит? Ты чувствуешь усталость? Гарри легонько скривился. — Устал, да. Больно… немного. Достаточно больно. — Где? — Снейп нахмурился. Учитывая количество различных ран и царапин, общеукрепляющее зелье лишним не будет. — Спина… клеймо… — и затем он неопределенно жестом махнул в сторону промежности. Внутри все сжалось от дурного предчувствия; он как-то не подумал, что после ночных развлечений внутренние повреждения дадут о себе знать. — Переворачивайся, — приказал Снейп и достал из тумбочки баночку с мазью. Поттера не нужно было просить дважды — он позволял делать с собой все, что угодно, словно тряпичная кукла. Северус с осторожностью наносил мазь на шрамы, порезы и ушибы, легонько массировал те места, где кости, судя по всему, неправильно срослись. У мальчишки было столько шрамов, сколько не всегда увидишь на теле ветерана войны. Закончив обрабатывать все видимые порезы, он на мгновение засомневался, должен ли именно он лечить и другие, более интимные повреждения. С другой стороны, они были результатом его ошибок, поэтому кому как не ему заниматься их исправлением. Он перевернул мальчишку на живот и раздвинул ему ноги. — Эта мазь поможет залечить твои раны быстрее. Ощущения будут не самые приятными, но ты должен потерпеть. Скажи, если будет совсем больно. Ему показалось, что Гарри буквально затаил дыхание, когда его пальцы коснулись нежной кожи вокруг анального отверстия. Северус мягко втирал мазь, помассировал немного, после чего осторожно ввел указательный палец внутрь. Гарри не шевелился до тех пор, пока Снейп не приказал ему выпрямиться. Он молча протянул мальчишке два флакона с зельями, которые тот выпил одним глотком, не поморщившись. — Волдеморт давал тебе особые зелья? — спросил Северус. — Укрепляющие. Питательные. Для мышц. Иногда лечебные. — Ясно. Сколько раз в день ты обычно ел? Гарри недоуменно посмотрел на него: — Как было угодно хозяину. — И вправду, зачем было спрашивать, если ответ очевиден, — пробурчал профессор. — Ты, наверное, голоден. Спустя мгновение сообразив, что так просто мальчик не пойдет, Снейп взялся за цепь и провел его в столовую. Вызванные эльфы тут же принесли с дюжину разнообразных блюд. На противоположных концах стола стояло по одной тарелке, и отчего-то сердце Северуса сделало крутое сальто. — Гарри, может быть, есть какой-то способ избавить тебя от этого нелепого обычая и покормить тебя нормально? Тот покачал головой: — Есть. Руки. Хозяин. Северус мысленно скривился и приготовился к новым испытаниям. Не выпуская из рук цепь, устроился на своем привычном месте и призвал магией вторую тарелку. Мальчишка сидел у его ног на коленях и, казалось, находил эту ситуацию совершенно нормальной. Его взгляд был расфокусирован, словно здесь сейчас находилось одно лишь тело, а мыслями он был где-то далеко, в своем собственном мире. Снейп встряхнул головой, возвращаясь к реальности, и принялся разрезать фрукт на небольшие кусочки. Затем он протянул их мальчику, тот безропотно съел их прямо с руки. Потом Северус дал ему тост, а затем настал черед овсяной каши. Он был преисполнен решимости накормить Поттера как следует, а потому, не поморщившись, запустил руку в миску с вареной овсянкой и поднес ее к губам мальчишки. Тот тщательно вылизал пальцы, пока те не стали идеально чистыми. «Мерлин, понимает ли он, насколько унизительно все это выглядит?» — подумал Снейп, с легким недоумением наблюдая за тем, как Поттер касается теплым, шершавым языком его кожи, с осторожностью и нежностью вылизывая ее. Он едва не вздрогнул, когда пересекся взглядом с изумрудными глазами — мальчишка начал медленно посасывать кончики его пальцев. Северус недовольно выхватил руку, почувствовав, как температура тела подскочила на несколько градусов. Это не ускользнуло от Поттера — он быстро сполз под стол и привычно устроился между ног. Снейп не успел ничего предпринять или как-то возмутиться, умелые руки мальчишки быстро нашли застежку на мантии — и уже спустя секунду его член оказался у того во рту. — Гарри… Мерлин, как обычный завтрак мог превратиться в оргию, которую обычно устраивал Лорд своим верным слугам? Как теперь присматривать за мальчишкой, если он не смог сдержаться… Чертов ошейник… Однако постепенно его яростно сжатые кулаки разжимались, а по телу начало разливаться приятное тепло. Северус сосредоточился на ласках, которые дарил ему умелый язык Поттера. Всего через несколько минут он кончил прямо тому в рот. Гарри, тем временем, с совершенно обыденным видом занял свое место на полу у его ног и уставился пустым взглядом в стену напротив. Северус в ужасе замер, не понимая, как мог так низко пасть. Если ад существует, то для него уже давно зарезервировано место. И что бы он ни сделал потом для мальчика, он никогда не сможет искупить перед ним свою вину за погубленные детские годы, ни тем более за то, что он сейчас с ним делал и будет делать — день за днем. Что он скажет ему, когда все закончится? Спасибо? Прости? Он отогнал эти мысли от себя и, отрезав кусок хлеба, протянул его Поттеру вместе с первым попавшимся фруктом. Гарри не выказывал особого голода, но продолжал давиться предложенной едой. Северус подумал, что тот, наверное, никогда еще не съедал такую большую порцию за раз. — Гарри, если ты не голоден, то говори об этом. Не нужно давиться едой. — Не голоден, хозяин, — признался тот, сжавшись в комок, словно в ожидании наказания. Снейп вздохнул: — Хорошо. Ты должен есть столько, сколько нужно, но не больше. Это все, о чем я тебя прошу. Мальчишка кивнул, но напряжение из его тела так и не исчезло. «И что теперь?» — подумалось Северусу и через секунду предложил: — В душ? Тогда он хотя бы сможет нанести мазь на повреждённую упряжью кожу и хоть немного ослабить застежки. — Да, хозяин. Северус сжал зубы, скривившись от неприятного обращения, и повел Поттера в ванную. С тихим щелком рабская упряжь упала на холодные плиты. Поколебавшись мгновение, он решил тоже раздеться, оставив лишь нижнее белье. После всего, что было, это вряд ли шокирует или удивит мальчишку. Гарри, тем временем, без движения стоял под струями воды, ожидая приказаний. Он взял протянутый кусок мыла и махровую рукавицу и сделал шаг к Снейпу. Тот покачал головой. — Мой себя. Сам. Это ведь разрешено, да? — уточнил с легким страхом в голосе. Но Поттер лишь покачал головой. Северус с трудом удержался от того, чтобы не стукнуться головой о стену. Он грубо выхватил рукавицу, быстро намылил ее и принялся сильно, жестко тереть кожу раба. Тот замер в ужасе, почувствовав гнев и ярость хозяина. Сердце его бешено колотилось. Снейп не любил терять время, отмокая под душем. Ему не хотелось оставаться обнаженным и уязвимым дольше необходимого. Осмотрев раны Поттера несколько минут спустя, он был уверен, что уже ничто не способно удивить его. Однако вид эрегированного члена мальчишки быстро развеял его мысли. Северус не сдержал недовольного ворчания. Судя по тому, что он видел в воспоминаниях мальчика, Волдеморт каждое утро мастурбировал своему рабу под душем. И нынешняя реакция Поттера явно оттуда. — Поттер, вы сможете заняться своей… эм, проблемой, как только я закончу, — сухо произнес он. Гарри окинул его взволнованным и растерянным взглядом. — Запрещено. Прикасаться. — Что? — Нельзя. Прикасаться. Там. Самому. Снейп мысленно выругался. Прекрасно, просто прекрасно. Еще этого не хватало, чтобы окончательно прослыть насильником и полным мерзавцем. Он был более чем уверен, что если бы не ошейник, то Гарри предпочел бы пережить ампутацию того самого органа, чем позволил бы ему прикоснуться к себе. Хотя если повезет, то проблема исчезнет сама собой. Северус закончил мыть мальчишку и принялся покрывать раны и ссадины бальзамом. Однако вскоре вынужден был признать, что план его не сработал. Несмотря на совершенно безразличное выражение лица Поттера, член его стоял колом. Надевать упряжь сейчас, в таком состоянии, было делом бесполезным — Гарри и шагу ступить не сможет, ведь чары сразу же начнут действовать. Смирившись, Снейп мягко развернул Гарри лицом к стене, тот послушно облокотился ладонями о плитку. Он прикрыл глаза и, чувствуя себя последним извращенцем, обхватил рукой напряженный член Поттера. Уверенным движением начал водить рукой взад-вперед, понадеявшись, что тот быстро кончит. Гарри же не шевелился, не издавал ни одного звука, и лишь тяжелое дыхание указывало на то, что Снейп близок к цели. По его виду не возможно было понять, нравятся ли ему ласки или же он просто терпит их как вынужденную необходимость. Поттер молча кончил ему в руку. Снейп понятия не имел, как мальчишке удавалось так хорошо контролировать себя, но не мог не восхищаться его выдержкой и самообладанием. Он напрасно чувствовал себя эгоистом, не желая давать Поттеру то, что тот дарил ему много раз на дню. Впрочем, для Волдеморта все эти физические упражнения были лишь очередным упованием властью, а не получением удовольствия. Еще одно испытание, которое они с честью выдержали. Старательно отводя взгляд, Северус защелкнул упряжь, ослабив ремешки так, чтобы они как можно меньше впивались в кожу. Он понимал, что это была напрасная трата времени, ведь само устройство упряжи было заточено на причинение боли, но не мог не попытаться. Ко всем бедам, им еще нужно было пережить визит чиновников из Министерства после обеда… С помощью чар он сделал ошейник невидимым и протянул Гарри джинсы. — Тебе ведь можно их носить? — Да, хозяин. По неуверенным движениям Снейп быстро понял, что такой привилегии ему не давали уже очень давно. Наконец, Гарри справился со штанами и нерешительно выпрямился. Северус увидел перед собой призрак того, что могло бы быть Гарри Поттером. Наверное, не в семнадцать лет, нет, но в пятнадцать вполне… Однако покорная поза и пустой взгляд быстро вернули его к реальности. Он поднял с пола цепь и закрепил ее на ошейнике, после чего они направились в гостиную. Северус успел заметить, как на мгновение в глазах Поттера мелькнули искорки любопытства, а движения его стали не такими скованными. — Так лучше? — не смог удержаться он от вопроса. — Да, хозяин, если вам так больше нравится. — Но в таком виде тебе комфортнее, да? — Конечно, хозяин. «Конечно». Определенно, это уже было что-то. — Мне нужно работать. Ты можешь остаться здесь, отдыхай. Если что-то понадобится, сразу же говори. Мальчишка молча лег на диван, на который указал ему Снейп, и опять принялся смотреть куда-то вдаль. Снедаемый чувством вины, Северус неуверенно спросил: — Хочешь что-нибудь почитать? Поттер едва ли на дюйм поднял голову. — Запрещено. Кто бы сомневался. Снейп отвернулся и сел за стол. Мальчишке явно не помешает отдых, так что все к лучшему. С другой стороны, это означало, что он не читал ничего уже три года. Почему Волдеморт был так заинтересован в том, чтобы лишить своего раба книг? Северусу понадобилось собрать все свою силу воли в кулак, чтобы сосредоточиться на работе и забыть о Поттере, который тихо дремал на диване. Когда в камине появилось лицо Дамблдора, он даже примерно не мог сказать, сколько прошло времени. — Северус, они будут через несколько минут. Приведите Гарри. Он кивнул в ответ и, перехватив поводок, подошел к Поттеру. — Гарри, послушай меня, пожалуйста. Люди из Министерства пришли повидать тебя… они не носят метки, но мне бы хотелось, чтобы ты отвечал на их вопросы. — Запрещено. — Хотя бы постарайся казаться как можно более естественным. Мерлин, какой все-таки это бред. Идем за мной. Это Гарри мог сделать. Снейп никак не мог отделаться от мысли, что встреча со знакомыми людьми пойдет Поттеру на пользу. Эмоциональный шок, потрясение — что угодно, лишь бы вывести его из этого летаргического сна. Однако спустя полчаса, когда встреча закончилась, он понял, сколь напрасны были его надежды. Вместо Гарри Поттера люди из Министерства увидели лишь послушного раба, ожидающего приказов хозяина. Северус привел мальчишку в гостиную и долго с задумчивым взглядом смотрел на него. Может быть, он нашел один способ… — Гарри, ты узнаешь кого-нибудь из тех людей, что сейчас видел? — Грюм. Других нет. — Ты помнишь тех, кого знал когда-то здесь, в Хогвартсе? Мальчишка кивнул. — Профессора. Ученики. — Кого именно? — Запрещено произносить имена. Снейп сжал зубы. Прекрасно, дело за планом «Б». — Гарри, посмотри на меня. Мне нужно, чтобы ты увидел кое-что. Легилименс. И вновь ощущение легкости и никакого сопротивления, когда он проник в распахнутый настежь разум. Он быстро просмотрел воспоминания, пока не нашел то, что искал. Квиддичный матч, всеобщее ликование, друзья Гарри обнимают его и хлопают по спине… Однако связь резко оборвалась. Мгновение спустя Северус увидел скорчившегося на диване Поттера, от боли тот прокусил губу. Действие ошейника во всей красе. Снейп дождался, пока наказание закончится, и протянул дрожащую руку к тихо постанывающему мальчику. — Поттер, что случилось? — Воспоминания… те, что раньше… запрещено. Внезапно Северус понял. Разум мальчишки был открытой книгой, воспоминания в которой мог просмотреть каждый желающий. Кроме самого Гарри. — Ты не можешь вспоминать свою жизнь до того, как поступил в услужение Волдеморту? — мертвенным голосом спросил он и получил в ответ кивок. «И что теперь? Что теперь, Северус? Будешь мучить его лишь для того, чтобы показать прежнюю жизнь?» Волна жалости накрыла его, пока Гарри пытался перевести дыхание. Детство Поттера было ужасным, семья родственников не любила его, и лишь друзья поддерживали на протяжении всех четырех лет учебы в Хогвартсе. Но даже этого Волдеморт лишил его — воспоминаний, личности, души, гордости… Что ему осталось? Очевидно, что ничего. Спасать было нечего. Но он попробует, чего бы это ему ни стоило. — Гарри, мне жаль. Я попробую кое-что другое. Посмотри на меня. Тот ни секунды не колебался и выполнил приказ. — Легилименс. Начало… Он должен найти начало. И двигаться на грани запретов ошейника. Прибытие в поместье. Темная клетка, в которую его бросили и забыли. Да, это точно был Гарри Поттер. Избитый, раненый, в порванной одежде, что осталась на нем после Турнира. Без очков он подслеповато щурился, однако глаза его все так же горели яростью и железной силой воли. Дверь камеры распахнулась. Люциус Малфой. — Голоден, Поттер? Тот молчал. — Нет? Что ж, значит, поешь в другой раз. И он вывернул на пол тарелку с тем, что должно было быть супом. В глазах Гарри на мгновение вспыхнула искра сожаления, но он быстро взял себя в руки и с вызовом посмотрел на Малфоя. — Смотри в пол, невыносимый выскочка. Но тот не подчинился, и Люциус с зловещей ухмылкой поднял волшебную палочку. — Тебе явно нужно преподать несколько уроков о том, как важно подчиняться приказам хозяина. Сейчас же и начнем. Круцио. Долгие минуты он смотрел на мучения мальчика, после чего снял проклятие. — Итак, Поттер, на колени. Гарри в ответ лишь окинул его полным ненависти взглядом. — В самом деле, Поттер… — Малфой вздохнул. — К чему терять время… Круцио! И так продолжалось много раз. Люциус отдавал приказы, Гарри отказывался их выполнять, звучал «Энервейт» и все начиналось сначала. До тех пор, пока Малфой не смог привести его в сознание. Гарри не уступил ни разу. Наконец, Снейп покинул воспоминания. Поттер скорчился на диване и мелко дрожал всем телом. — Это было смело, Гарри. — Я… Простите, хозяин, простите… — в ужасе запричитал тот. — Тебе не за что извиняться. Я одобряю твое сопротивление. — Я подчиняюсь! Всё… хозяин, я подчиняюсь! Простите! Паника накрыла его с головой, и он стал задыхаться. — Гарри, все хорошо. Ты — молодец, сделал все, что было нужно. Теперь отдыхай. — Он мягко уложил его на диван, но мальчишка продолжать мелко дрожать еще добрых полчаса. Северус решил проявить чудеса терпения и ждал столько, сколько было нужно. Когда Поттер окончательно успокоился, он еще раз попытал удачу. — Гарри, я знаю, что тебе трудно, но поверь, так будет лучше. Верь мне. Посмотри на меня. Легилименс. «Нужно что-нибудь менее жесткое, наверное» — подумал он, пролистывая одно воспоминание за другим. Неожиданно его внимание привлекла одна картина, и он окунулся в нее. — Ты ведь знаешь, что можешь это сделать, — мягким голосом шептал Темный Лорд. Картинка стала четче, и Снейп сразу же понял, где находился. Спальня Волдеморта. Тот лежал в постели полностью обнаженный и наблюдал за тем, как Гарри медленно, но верно приближается к нему на четвереньках. Поттер выглядел ничуть не старше, чем во время Турнира. — Да, хороший раб. Ты сможешь, Гарри. Снейп неохотно подошел ближе, чтобы увидеть лицо Поттера, и сразу же понял, сколько всего произошло с ним за столь короткое время. В его глазах читалось послушание вместе с отвращением и чувством стыда, а на щеках застыли мокрые дорожки слез. Медленно, но неотвратимо Гарри полз к улыбающемуся хозяину. Движения его были чуть резковатыми, словно происходящее причиняло сильную боль и страдания. Наконец, он устроился верхом на Темном Лорде, широко развел бедра и положил голову на бледную до серости грудь. Слезы с новой силой покатились по щекам. Он сдался. И судя по торжествующему виду Темного Лорда, это было в первый раз. — Очень хорошо, Гарри. Я очень доволен тобой. Это ведь все, чего ты желаешь, так? — Да, хозяин. — В ответ лишь тихий шепот. Тихо посмеиваясь, Волдеморт провел одной рукой по его темным волосам, другой принялся поглаживать бедра. — Ш-ш-ш, ты — хороший мальчик, — прошептал он, прижимая его к себе, будто хотел утешить. — Ты ведь знаешь, что я делаю это ради тебя. Все ради твоего блага. — Жестокая ухмылка шла вразрез с его словами, но Гарри не нужно было видеть этого, чтобы знать. Темный Лорд почти с нежностью перевернул мальчика, прижался напряженным членом к его раздвинутым бедрам и легонько толкнулся в заднее отверстие. Поттер задрожал, слезы уступили место рыданиям. — Эй, храбрец, ты ведь знаешь, я сделаю для тебя все, что угодно. И если бы я мог избежать этого… но так надо, Гарри, однажды ты поймешь это. Ш-ш-ш… — продолжил он, почти что убаюкивая. А затем одним резким движением вошел в него. Гарри закричал и попытался отстраниться, но Волдеморт держал крепко. Северус сжал зубы. Он ведь был тогда еще на четвертом курсе, во имя Мерлина! Снейп с трудом удержался от желания бросить что-нибудь и нехотя вернулся к происходящему. Волдеморт вколачивался в податливое тело Поттера, не меняя положения и продолжая шептать нежные слова. Свободной рукой он игрался с темными прядками волос. Гарри же не смел пошевелиться и все так же был прижат к груди Темного Лорда, позволив себе только дать волю слезам. — Ш-ш-ш, этот ошейник слишком сильно давит, наверное? Конечно, он причиняет тебе боль. Но она пройдет, не волнуйся. Рано или поздно всё пройдет. Ты еще полюбишь это состояние. Придет день, и ты будешь умолять меня сделать это. Умоляй меня, Гарри. На лице мальчишки проступило отчаяние, но он произнес сквозь рыдания: — Еще, хозяин, пожалуйста. Еще… Волдеморт с победным видом рассмеялся и ускорился, каждым толчком вырывая из Поттера раздирающие крики. Тот вцепился пальцами в простынь, его тело дрожало от боли и ужаса. Темный Лорд, наконец, кончил, напоследок сжав Гарри так сильно, что у того перехватило дыхание. — Отлично, Гарри, ты — хороший раб. Ты знаешь, что для тебя хорошо. Теперь спи. — Да, хозяин. Видение начало медленно угасать. Перед тем как всё исчезло, Северус успел увидеть глаза Гарри — в них все еще проглядывалась крошечная искра жизни, которую он не видел в глазах нынешнего. На этот раз Поттер выглядел менее напуганным, пустой взгляд смотрел прямо на него, но в нем не было сожаления или желания извиниться. Он же просто подчинился приказу. — Гарри. Ты помнишь этот день? — Да, хозяин. — Помнишь, что чувствовал тогда? — Да, хозяин, — голос его чуть дрогнул. — Я хочу, чтобы ты вновь начал жить, Гарри. Чтобы стал самим собой. Мы все этого хотим. Волдеморт никогда больше не дотронется до тебя, обещаю. Как только я смогу снять с тебя этот ошейник, ты сможешь жить так, как раньше… по крайней мере, насколько это будет возможно. Пока же этот момент не настал, мы сделаем все возможное, чтобы облегчить тебе жизнь. Но ты должен помочь мне, понимаешь? — Да, хозяин. Северус вздохнул. Он сильно сомневался, что мальчишка понял его слова… но это было первым шагом. Так или иначе, но он дождался хоть какой-то реакции. — Хорошо. Пойдем за стол. И вновь Поттер устроился у его ног, брал еду с протянутой ладони, не прикасаясь к ней руками. Только на этот раз Северус старался не давать то, что можно было бы слизывать. Слишком быстро Гарри заявил, что не голоден, и Снейпу пришлось заканчивать обед в одиночестве с застывшим у ног рабом. С иронией он подумал о том, что эта ситуации не доставляет удовольствиям никому из них. Он-то точно никогда не сможет привыкнуть к такому. Мерлин, что бы подумали его ученики, застав эту картину, если ему самому даже в самых страшных снах не могло привидеться, что у него будет личный раб! После обеда их ожидали последние часы спокойствия. Уже завтра «Пророк» опубликует новость о возвращении Гарри, и всё только усложнится. Однако ждать до следующего дня не пришлось. Спустя всего несколько часов Дамблдор вызвал его к себе в кабинет для дачи показаний, где уже сидел Аластор Грюм. «Без подробностей» — это было все, что успел ему прошептать Дамблдор. Во время допроса Снейп тщательно следил за временем и чуть меньше чем через час вернулся к себе в кабинет. Гарри так и не слез с дивана, задремав на нем. Глядя на изможденное лицо и круги под глазами, Северус решил отложить следующие сеансы легилименции на завтра. Мальчишка и без того пережил сегодня много неприятных минут. Конечно, зелья и мази не могли полностью исцелить его, потребуется намного больше времени и сил, чтобы хоть частично восстановить здоровье — как физическое, так и ментальное. Забравшись под одеяло позже ночью, Северус был уверен, что сразу же заснет, едва его голова успеет коснуться подушки, и заранее приготовился к кошмарам. Однако Гарри решил по-другому, не оставив ни малейшего шанса на спокойный сон. Он проскользнул под простыни и, устроившись между ног, принялся дрочить ему уверенными движениями. Снейп уже успел задремать, а потому от неожиданности вскочил в постели и резко оттолкнул руку. И только потом заметил хрупкий обнаженный силуэт и умоляющий взгляд изумрудных глаз. Будь он проклят… конечно, он будет проклят. Следовало признать, что выдрессированный мальчишка знал, как подарить людям ни с чем не сравнимое удовольствие… Да и сам Гарри, его умелые прикосновения, жаркий рот… Снейп мысленно выругался и отогнал непрошеные мысли как можно дальше. В первую очередь он должен думать о благе мальчика. Поттер, тем временем, не дождавшись сопротивления, вернулся к своему занятию. Облизал его член кругами, сдвигаясь постепенно вниз и поднимаясь наверх. Вернулся к кончику, обвел языком контур. Как бы Снейп ни старался, но он не смог сдержать протяжный стон наслаждения. Он наклонился к Гарри, притягивая его к себе. Если это все равно должно произойти, так пусть будет по-другому… Северус дотронулся кончиками пальцев до груди Поттера, поиграл несколько секунд с сосками, стараясь не выказывать и капли грубости, которую он видел в воспоминаниях с Волдемортом. Помассировал напряженный затылок, после чего привлек лицо мальчишки к своему и впился в губы поцелуем. Гарри не выглядел удивленным и тут же уступил, позволив чужому языку исследовать его рот. С удовлетворением Северус позволил своим руками скользить по обнаженному телу Поттера, провел пальцами по впалому животу, обвел по контору бедра и остановился на ремешках. На мгновение оторвался от сладких губ мальчишки, отстранился немного и прошептал: — Я могу снять эту часть упряжи? Это не запрещено? — Не запрещено, хозяин, — таким же низким и хриплым голосом ответил Гарри. Медленно, не делая резких движений, Снейп отвязал кожаные ремешки. Упряжь уступила, освободив член Поттера. Северус тут же принялся поглаживать его нежными мягкими движениями. Он хотел, чтобы ничто не напоминало грубые и жадные жесты Пожирателей смерти. Был ли это рефлекс или Гарри действительно получал удовольствие, но член его напрягся и встал. С довольной улыбкой Снейп взял Поттера за бедра и потерся собственной эрекцией о его. Мальчишка быстро уловил правила игры и принялся балансировать, легонько прикасаясь членом и доводя Снейпа до экстаза. — Хозяин… — простонал мальчишка. Северус не обольщался и принял этот стон как должное — мольба раба, который боится, что ошейник накажет его. Да, от этого понимания он злился еще больше… Выругавшись сквозь стиснутые зубы, он призвал чарами смазку и щедро смазал ею пальцы. Погрузил один палец в анальное отверстие и принялся медленно поглаживать внутренние стенки, пока мышцы полностью не расслабились. Он делал сейчас то же самое, что и утром, когда смазывал раны. Но Гарри, очевидно, слишком привык к тому, что секс и насилие неразрывно связаны, а потому не мог получить удовольствие, и Северус это чувствовал. Он пустил в ход еще один палец и попытался нащупать простату. Легкая дрожь прошла по телу Поттера, давая знать, что цель выполнена, однако ничто во внешности Гарри не показало, что ему нравится происходящее. Не переставая стимулировать его напряженный член и забыв про собственный, Снейп решил добавить третий палец. Если самого акта все-таки не избежать, так лучше обойтись меньшим ущербом. Не добившись другой ответной реакции, Северус направил мальчишку к своему члену и медленно насадил на него. Прижался совсем близко и потянулся к губам. Гарри послушно позволил поцеловать себя. Он кончил одновременно с хозяином, словно его обучали этому. Снейп тут же заключил его в объятия, будто хотел извиниться или утешить. Не в первый раз хозяева играют с ним в эту игру… игры власти и унижения, к которым он уже давно привык и оставался равнодушен. Он засыпал, положив голову на грудь хозяина, и чувствовал совсем легкое различие в том, как тот обнимал его. Словно у Снейпа не было желания завладеть им. Еще немного — и Гарри бы даже подумал, что его хотят защитить.