Двенадцать

— Это был самый непроигрышный проигрыш, который я видел, - сказал Бриньольф, сложив руки на груди и глядя на Дж`Зарго укоризненным взглядом. — Эй, брат, что произошло? – Карджо положил руку на плечо каджита, а в голосе его сквозило сочувствие. — Иса — друг Дж`Зарго, - непреклонным тоном сказал он. — Такой друг один на миллион, и Дж`Зарго не станет портить такую дружбу и без того провальной попыткой заполучить Ису в постель, - сказал каджит. — Разумное решение для того, кто не может надеяться на что-то большее, чем дружеские объятья, - хмыкнул Анкано. — Я бы на твоём месте коней не торопил, - фыркнул Буревестник. — А ты и не на моём месте, - развел руками талморец. — Вот уж повезло. — Я бы так не сказал. — Кто следующий? – с энтузиазмом вопросил Маркурио, желая задушить конфликт в самом зародыше. — То-о-очно, - протянул Бриньольф. — Есть у кого-нибудь варианты выбора? — Нас уже восемь, так что круг желающих уже заметно сузился, - дернул плечом Ондолемар. — У меня предложений нет, - пробасил Фаркас. — У Цицеро есть! Пусть идёт Цицеро! – шут резко вскочил с пола, став на ноги. — Сядь шут, всё должно быть по-честному, - поучительно сказал Вилкас, жестом призывая гаера вернуться на прежнюю позицию. Тот упрямо поджал губы, но, всё же, опустился. — Кажется, у меня есть предложение, - возле круглого стола возник спектральный ассасин. В руке он держал пузатую бутылку из-под вина. — Предлагаешь напиться, эктоплазма? – воодушевился Бриньольф. — Кто кого перепьет? — Нет, - мягко ответил Люсьен. — Крутим бутылочку, выбывает тот, на кого она укажет.       План Лашанса им понравился, а спрашивать, как такая чудесная идея пришла в его голову никто не осмелился. Первым вылетел Цицерон, потому что вместо того, чтобы сидеть на одном месте, он крутился и вертелся, пока бутылочка не указала на него. Вторым выбыл Ондолемар. Несчастный, глубоко вздохнув, сел рядом с паяцем. Третьим выбыл сам Люсьен. Четвертым Ульфрик, под насмешливым взглядом альтмера, который выбыл за ним следом. Остались трое: Фаркас, Вилкас и Бриньольф. Бриньольф крутанул бутылочку. Указало на Вилкаса. Тот, вскинув руки, поднялся, чтобы наблюдать за «игрой», на скамейке побежденных. Фаркас чересчур сильно крутанул бутылочку и та, завертевшись, рухнула бы на пол, не успей он её подхватить. Бриньольф взял дело в свои руки. Легкое движение, зеленый вихрь посередине стола и…       Горлышко указало на вора.       Фаркас разработал целый план по «завоеванию» неприступной Довакин. Соратник решил инсценировать нападение на героиню, и самолично спасти её, тем самым став в её глазах «принцем на белом коне». Конь, правда, далеко не белый, даже не вороной, а всего лишь буланый, но это мелочи.       Изначально он хотел договориться с самым настоящим драконом, чтобы всё было как в книжке, даже башню подходящую нашел, а вот дракона нет. То есть, дракона нашёл, но договариваться тот не желал. Огнём плевался, хвостом бил и крыльями махал. Пришлось спасаться бегством.       Вилкас играть роль дракона тоже не желал, лишь глаза закатил и фыркнул насмешливо. Поэтому бравый воин решил договориться с самыми настоящими бандитами. Выплатил им «счет» за похищение, указал место на карте, где ждать, куда вести и пошёл готовиться.       Перво-наперво выспался, выкупался, затем доспехи почистил и меч заточил. Пригладил пятерней волосы, поправил боевую раскраску и направился в конюшни, седлать коня.

***

      Иса, тем временем, спокойно себе ехала по дороге, ведя одностороннюю беседу с Тенегривом. Она жаловалась на нерадивую спутницу, на Серану, покинувшую Довакин по каким-то своим вампирским делам, делиться которым она не желала. Тенегрив согласно тряхнул гривой и махнул черным хвостом, словно поддакивая.       Она находилась примерно возле Северного Ноголомного прохода, направляясь в Ривервуд. Солнышко нещадно палило спину, надежда на освежающий ветерок испарилась вместе с водой во фляге. Мимо проскакал зайчик, спустя секунду угодивший в медвежий капкан. Ничто не предвещало беды.       Мимо просвистела стрела, едва не задевшая золотистую серьгу в ухе. Иса ощерилась, пристав в стременах и зажигая на руке фаербол.       Никто. Не. Смеет. Трогать. Серьги.       От бандитов остались лишь кучки пепла. Деньги Фаркаса перекочевали в карман Довакин, и та, счастливо вздохнув, вновь оседлала Тенегрива, который в этой схватке не последнюю роль сыграл. Фаркас, направляющийся с лучшими побуждениями той же дорогой, застыл, когда мимо торжественно прошествовала Иса, помахав ему рукой.       Соратник в панике принялся искать очередных наёмников.       Спустя час, следующая засада поджидала Ису на дороге к Вайтрану. Но тут они поступили слегка умнее, нежели предыдущие мародеры. Главарь с поднятыми руками подошёл к Довакин, размахивая белой рубашкой (стянутой с самого главаря). — Дамочка, - сказал он фамильярно, — не будете ли вы так любезны прошествовать с нами к форту Греймур? Нас попросили доставить вас туда. — Вот так бы сразу. А что там, задание какое-то дадут? Насчет оплаты не спрашивали?       Фаркас сидел в «засаде», в обветшалом, некогда сгоревшем, доме, и поджидал ужасных разбойников. Соратник решил всё делать точно по книге. Дождаться, пока принцессу, то есть Ису, похитит дракон, то есть разбойник, подождать минут десять, чтобы принцесса немножко испугалась и потомилась в ожидании, а потом явиться во всей красе и спасти её от страшной напасти.       Только в жизни что-то пошло не так. По дороге проехала Иса, весело переговаривающаяся с наёмниками, а спустя десять минут, когда Фаркас ещё и на всякий случай нарвал охапку горноцветов и пришел к форту, он увидел, как Довакин азартно играет с ними в карты. И выигрывает, по всей видимости.       Сглотнув, воин гордо прошествовал вперёд и прокашлявшись, сказал: — Я спасу тебя, моя принцесса! – в книжке такое всегда действовало безотказно. Принцессы прикладывали ладонь ко лбу и свободно вздыхали, пораженные красотой своего принца. Фаркас воинственно взмахнул мечом, но лишь через пару секунд понял, что взмахнул он вовсе не мечом, а букетом. — Привет, Фаркас, - махнула ему рукой Иса. Она сидела на лавочке с ногами, высунув кончик языка и прижав ушки. — Какими судьбами? Тоже задание ждешь? — Я? Нет, я за тобой пришёл, - гордо оповестил он, и, пользуясь тем, что Довакин не смотрит, жестами решил подтолкнуть бандитов к действию. Главарь провел указательным пальцем по шее и кивнул на Ису, а потом развёл руками, состроив невинное выражение лица.       К счастью, положение исправил… дракон. Грозный ящер описал круг над фортом и спикировал вниз, поливая огнём землю. Бандиты шустро ретировались в форт, а Фаркас бросился на дракона с веником в руках. Приземлившийся дракон опешил от обгорелого букета, хлестнувшего его по морде, и, естественно, возмутился, тут же атакуя обидчика огнём.       Иса и пальцем не шелохнула, глядя на алого дракона, отбивающегося от воинственного Соратника. Спустя пару минут, воющий от обиды дракон улетел в закат, хлестнув Фаркаса хвостом. — Одавинг, постой! – Иса замахала руками, но дракон уже скрылся за горами. Она грустно вздохнула. — У него проблемы с братьями, хотела его поддержать. Зря ты так категорично «гад рогатый», «ящерка недоделанная». Что тебе, букета было жалко, да сказать пару слов ласковых? А с девушками ты как? Эх, Фаркас, учить тебя и учить.       Пунцовый от стыда Соратник протянул Довакин сгоревший, медленно тлеющий и пожухлый букетик горноцветов (легче сказать сухоцветов). — Это тебе. — Боже, Фаркас, Эйла что, и впрямь дала тебе самокрутку из корня Нирна? – Иса прижала ладонь ко рту и притянула воина к себе, положив руку ему на плечо и поучающее закивав. — Ничего, ничего, всё пройдёт дружище. Если увидишь лилового дракона, сразу мне скажи, лады?       Мужики, сидевшие неподалеку, в Северной сторожевой башне, скинули по пять золотых в руку Вилкаса. — Никогда в нём не сомневался, - сказал он гордо, сложив руки на груди.