Глава 14
2 августа 2019 г., 01:26
Она тайком протащила меня в свою (или уместнее сказать нашу?) комнату. На этот раз другим путем, через склады, и мне не пришлось сталкиваться ни с кем из работников. Комната осталась такой же, какой я ее запомнила. Пустоватой, когда здесь не спали работницы, со столиком, расположенным в центре. Окно во всю стену открывало пейзаж на Дождевое море, которое освещалось лунной дорожкой и мерцающими вдали огнями города.
— Сен, располагайся. Только помни, что любое твое неосторожное действие — и кто-нибудь догадается, что ты человек. И дня не пройдет, как слухи разлетятся по всем купальням. У нас ведь те еще сплетники полы, да ванные драят, помнишь!
— Помню. — посмеялась я, до сих пор не веря своему счастью — я снова оказалась в старом доме. — А как мне представиться? Я боюсь, что многие вспомнят мое имя.
— Ты права, эти-то сразу вспомнят. После твоего ухода они еще долго шушукались о девочке, которая смогла дать отпор ведьме Юбабе, по делом ей, и растопила ледяное сердце дракона. Скажу по секрету, о тебе и твоих приключениях даже книгу написали! Правда, трактовка слегка другая и имена героев тоже. Так, давай назовем тебя, к примеру, Рен. Точно, если кто спросит — ты Рен и работаешь здесь совсем недавно; скажем, моя двоюродная сестра.
— А если они спросят, когда именно я устроилась? И вспомнят, что никакая Рен договор не заключала?
— Не спросят. У нас очень много работников, больше тысячи, думаешь все друг друга в лицо знают? К тому же персонал новый набрали совсем недавно.
— Только прошу тебя, не говори ничего Хаку... Он не должен знать, что я тут. Я еще не готова встретиться с ним и поговорить.
— Так я и думала, что он — причина твоего возвращения. — Подмигнула Рин, а затем скорчила гримасу. — Да боже упаси мне с ним столкнуться!
— Почему? — удивилась я.
— По возвращению из мира людей он стал сам не свой. Ходит кричит на всех. Срывается. До тошноты привередливый. За малую ерунду штрафует! А я сейчас коплю на вещицу одну, она мне ох как нужна. А этот.. — она с трудом прикусила язык, — начальничек еще и премии не дай бог лишит! Вообще ни с чем останусь ведь!
***
И так начался мой первый рабочий день в купальнях. На летних каникулах я всегда устраивалась на подработку. В зависимости от того, куда возьмут. Где я только не работала: и в школьной библиотеке, и в ресторанчике неподалеку, даже в саду у тетушки Хирогавы, нашей соседки. Теперь кажется пришел час и для купален Абура-я. По словам моей напарницы, Рин и ее кузину Рен послали в ванную номер восемь, в восточном крыле здания. Пусть я была тут очень давно, но помнила все в точности до мелочей. Вот, в соседней ванной я обслуживала речного бога, а вот тут, за стойкой, по-прежнему сидел Анияку и подхалимничал гостям. На этот раз ванная досталась нам не такой грязной, а вот полы оставляли желать лучшего. Мы взялись за тряпки и оттирали всю оставшуюся грязь. От работы я не уставала — мои мысли были заняты встречей с Хаку. — Сильнее трите! — скомандовал проходящий мимо жаб, — и качественнее! И поживее! — Да знаем мы! — не выдержала я и вскочила, выбросив из рук тряпку. Но жаб проигнорировал мое возмущение и направился дальше по коридору. Удивительно, и как это я маленькая терпела все это издевательство. Да уж, люди действительно меняются с возрастом. Сейчас я не смогла промолчать, потому что не любила, когда мною командуют и говорят под руку. — Сен, да не обращай ты внимания. Его повысили недавно до должности старшего надсмотрщика. — вступилась Рин. — Кроме как командовать ничего больше не умеет, вот и ходит как напыщенный индюк по коридорам и достает всех. Так, тебя можно попросить? — Конечно, что нужно? — Сходи за табличкой к Анияку, неплохо бы и ванную окатить. Я полы сама домою. Даже не пришлось спрашивать, где сидит Анияку, потому что я все помнила наизусть. Вернее сказать я все это напрочь позабыла еще давно, и там в мире людей я бы ни за что не вспомнила даже о том, как выглядят купальни и лица работников. Но здесь память о прошлом очень быстро возвращалась. Видимо колдовской воздух так действовал. Я вышла в коридор и направилась направо. Я внимательно смотрела по сторонам, остерегаясь, что вот-вот Хаку выйдет откуда-нибудь из-за угла. Бани располагались по обе стороны коридора и шли друг за другом. В каждой бане судорожно, но в то же время бережно и кропотливо, убирались работники. Девушки-банщицы драили полы практически до блеска. Жабы, пыхтя и изнемогая, оттирали ванные и готовили их для будущих гостей. Работа в купальнях шла во всю, каждый занимался своим делом, не было ни одного стоявшего на месте работника. Преодолев толпу я добралась до стойки Анияку, который по-прежнему всем улыбался и любезно спрашивал: «Как ваше здоровье?», «Как вам спалось?», «Вы не пробовали сегодня в ресторане нашу свинину?». Времена меняются, а подхалимство остается. — Добрый день, — подошла я к стойке, делая вид, что не замечаю как он разговаривает с другими работниками. Я сложила руки и поклонилась, — можно мне табличку пожалуйста? Кажется моя людская привычка разговаривать оставляла желать лучшего. Я совсем забыла, что жители призрачного мира чуточку любезнее и вежливее, нежели люди. — Для чего, позволь узнать, — небрежно выронил дежурный. — Мне и моей напарнице нужно почистить ванную для следующего посетителя, — сказала я, проигнорировав его недовольный тон. — Вот еще, — недовольно фыркнул он, — а руками никак? Еще тратить на вас ценные настои! — Да вам жалко что ли? — не выдержала я, — у вас их вон сколько! Неужели на одну обеднеете? — А если так каждый скажет? Нужно уметь экономить, иди, не мешайся. Не мешаться? Он издевается? И где же безликий, когда он так нужен... К стойке подошла женщина со словами: «Мне малиновый». Анияку улыбнулся и исполнил просьбу работницы, сопровождая свое действие комплиментами в ее адрес. Я поняла, что он отвлекся и это мой шанс. Воспользовавшись удобным моментом, я схватила первую попавшуюся табличку и со всех ног ринулась в противоположном направлении. Как нас учил сенсей на тренировках: усыпи бдительность врага и действуй. — Куда?! — раздался голос позади за спиной, — вернись быстро!!! Воровка! Воровка!! Он кричал так громко, что я опасалась, вдруг любопытные носы будут смотреть мне вслед. С другой стороны, пусть думают, что я воровка — какая мне разница. Я в их мире проездом, блюсти репутацию не обязана. Я бежала быстро, не замечая того, что происходило впереди. То и дело оглядывалась, остерегаясь, что Анияку побежит за мной. Но он видимо был слишком ленив, да и свой пост покидать ему было нежелательно. На моем пути стояла мужская фигура, силуэта которой я не заметила, потому что оборачивалась по сторонам на жаба. Видимо фигура тоже не особо внимательно смотрела по сторонам, иначе я бы в нее не врезалась, и не сбила бы с ног. Я с такой силы влетела в него, что повалила на пол. Причем не только его, но заодно и себя. Но мне не было больно: я, обхватив его шею руками, приземлилась прямо на него; а вот он, должно быть, пострадал от падения на пол. Это был Хаку. И почему-то я не была удивлена, что из всей возможной тысячи работников, я врезалась именно в него! Я не знала, что мне делать. Он не должен был меня тут увидеть. Пока парень пытался оклематься от неожиданности и боли, протирая зажмуренные веки, я, в свою очередь, вскочила и побежала в обратном направлении. И только потом осознала, что таблички оставила валяться на полу. Да и ладно, бог с ними, мне бы скрыться от Хаку. Я и подумать боялась, что будет, если он меня вдруг узнал! На ум пришло только побежать к дедушке Камадзи. Так я и поступила. Я миновала лестницу. Резко открыла дверь, пролезла в маленькое окошко и панически закричала: — Дедушка! Старик до смерти перепугался и от неожиданности поперхнулся чаем, который с таким удовольствием пил. — Да боже ж ты мой! — пророкотал он, — что такое? Это ты, Сен? Глядишь инфаркт так подхвачу! Я закрыла за собой дверь, словно это спасет меня от неминуемой беды. — Дедушка! Хаку заметил меня! Что мне делать?! — такой паники у меня давненько не было. Руки тряслись, сердце бешено билось, да и голос оставлял желать лучшего. Последний раз так нервничала на экзамене по кандзи. — Тьфу ты! — безнадежно вздохнул мой собеседник, — я думал что-то серьезное стряслось. Что в этом страшного? От паники и волнения, что покрывали меня с ног до головы, я не могла стоять на месте и нервно ходила из угла в угол. — Говоришь, заметил? — уточнил дед. —Да! — выкрикнула я и схватилась за голову, — точно заметил! Я уверена в этом. Что же мне делать? — Да чего ты боишься, я не могу понять. — Да ну он же убьет меня! — утрировала я. — За что? — посмеялся дедушка. — Без спросу пришла сюда, наплевала на то, что он категорически запретил мне это делать. — Тогда здесь тебе бесполезно прятаться. Наверняка, первым делом искать он придет сюда. И если он будет пытать меня, я молчать не смогу, — посмеялся Камадзи-сан. И не дослушав деда, я побежала прочь. Я отворила дверь и выбежала на улицу. Взбираясь вверх по лестнице, я изо всех сил старалась не оступиться в том месте, где прогал. Преодолев сад и калитку, я очутилась на мосту. Мост пустовал. Вокруг была безобидная и мирная тишина. Я облегченно выдохнула — хотя бы на чуть-чуть, но избежать с ним встречи мне удалось. Может пронесло, и из-за сильного удара он не успел понять, кто его с ног сбил? Я побежала вперед. Через мост. В ту сторону, где начинались рестораны. Перебегая через мост, я оборачивалась, чтобы убедиться, что никто не бежит за мной. Неожиданный удар заставил меня остановиться и врезаться в объятия Хаку. И не сказать, что они были радушными. Он схватил меня в охапку, чтобы поймать. Откуда он вообще тут взялся? Секунду назад на мосту не было никого. Я испугалась и отпрыгнула. Успела посмотреть ему в глаза, прежде чем бежать прочь. Но не тут-то было. Он схватил меня за руку, да так крепко, что хочешь, не хочешь — не вырвешься. — Стоять! — сердито приказал он, но, что было очень странно, продолжил он весьма мягким и нежным голосом, — больше не убежишь. Мне пришлось послушаться. Я встала как вкопанная и уткнулась в пол, потому что не в силах была выдержать его взгляд. Он молча развернулся и направился куда-то вперед, не отпуская мою руку. Пришлось плестись за ним. Я шла, то и дело спотыкаясь, но он не останавливался и не оборачивался. Только сжимал мою руку сильнее, будто боялся, что сбегу, и тянул меня за собой. Хаку слишком быстро шел, и я едва поспевала за его резким шагом. Он привел меня в то самое место, где мы будучи детьми... ...поешь, ты ведь не ужинала... ...не хочется... ...я их заколдовал, съешь — и все печали пройдут... ...я вот не могу вспомнить свое имя... Атмосфера стояла довольно-таки приятная. Прохладный летний ветерок играл с листьями высоких кустарников. Розы по-прежнему цвели и пахли. Так и хотелось сорвать одну. Солнце светило ярко. Замечательное место. Лабиринт из прекрасных высоких кустов роз. В нем можно было легко заблудиться. А времени было около десяти утра. Все как в тот раз. Только сейчас мне пятнадцать. И сейчас Хаку не успокаивающе обнимал меня, а стоял с рассерженным видом и недовольно смотрел. Я сидела на земле в позе лотоса. И смотрела на него, в ожидании громких ругательств в свой адрес. Сколько раз мне снилось это бледное, с аккуратными чертами и выразительными скулами, лицо. Эти ярко-зеленые глаза, местами переливающиеся то бирюзовым, то цветом морской волны. Он нужен мне — не смею этого отрицать. И сейчас, вместо того, чтобы слушать его рассерженного, я бы с удовольствием подошла к нему, обняла, и сказала как сильно люблю. Но я продолжала сидеть на месте, уткнувшись в землю. — Что ты тут делаешь?! Как ты вообще попала сюда!? И это вместо теплого приветствия. Все-таки два месяца не виделись. Можно было помягче. — Прошла через тоннель, — беззаботно ответила я, — просто искала подработку на лето, а устроиться больше некуда. — И ты пришла сюда!? Ничего лучше не придумала? Я скрестила недовольно руки на груди и отвернулась, а-ля не хотела разговаривать с ним. — Ты со мной не разговариваешь? Хорошо. Дело твое, — он тоже отвернулся, скрестив руки. Бросил мне вызов? — Тихиро, послушай, пока Юката сейчас не в купальнях. Она находится далеко, за Восточными Холмами, в гостях у богини Изанари. Ты без договора, ты еще свободна и можешь сбежать отсюда. Возвращайся домой. Зачем ты пришла? Я кажется ясно сказал, что остаюсь здесь, и больше никогда туда не вернусь! Я не выдержала и вскочила: — Да каким же это самовлюбленным надо быть, чтобы думать, что я пришла за тобой! Я же сказала, подработка мне нужна. Подработка! Здесь неплохо платят — золотом. А золото в людском мире очень сильно ценится. — Ты понимаешь, что если Юката узнает, что ты человек, то убьет тебя не раздумывая? — Дедушка Камадзи сделал для меня отвар, который перебивает запах человека, — продолжала я упорно спорить. — И ты думаешь, что тебе удастся этим обдурить колдунью? Вторую по могуществу, после Юбабы? — Он тяжело вздохнул, — Ты просто погубишь себя по своей же глупости. Отвар действует не на всю жизнь. Чары рассеются в любой момент. Прошу, уходи, пока еще не поздно, — он хотел дотронуться до моего плеча. Я оттолкнула его и убежала назад в купальни, не в силах слушать это. Я не могла уйти без него. Не хочет возвращаться в прежний мир, значит я останусь здесь, рядом с ним. Я открыла дверь и прошла в котельную. Пахло огнем и сыростью. Я заглянула к дедушке и виновато пожала плечами. — Не убил? — иронично спросил тот. Я отрицательно мотнула головой. — Ну что там у вас стряслось? Рассказывай. — Дедушка, вы уж простите меня, что я так нежданно негаданно свалилась на вашу голову. Причем уже второй раз. Я не хотела... — Не переживай ты так, внучка. Ты мне вовсе не мешаешь. Во-первых, у меня перерыв. Во-вторых, я рад, что хоть с кем-то могу побеседовать о жизни. А то ведь кроме Рин, ко мне никто не заглядывает. И той некогда, вся в работе... Дверь маленького окошка отворилась, и в помещение вошла Рин. — Сен! Так и знала, что ты тут. Я тебя везде ищу. Это называется за табличкой пошла! И почему-то я только сейчас вспомнила, что Рин посылала меня за табличкой, и я вроде как минут тридцать назад должна была принести ей. — Ой, — виновато потупилась я, — прости, Рин. Я сейчас все исправлю. И я уже было направилась к выходу, как та остановила меня. — Да все нормально уже. Я сама справилась. Но с тебя причитается! — Да погоди ты, Рин! — вмешался в разговор дедушка, отталкивая ее, — не видишь, у нас серьезные проблемы? Тихиро влюбилась. — Еще чего! — возмутилась я, — что вы такое говорите!? Это... Это не так! Рин, ну скажи! Но в этот самый момент я почувствовала, как лицо заливается алой краской. Дедушка рассмеялся, а Рин в непонимании села на пол. — Я вообще ничего не понимаю, — призналась она, — Сен? Девушка потребовала от меня всех объяснений. — Да мне бы самой понять себя... Я вообще не понимаю, зачем я сюда пришла. Я ведь ничего не умею. Да и Юкату я разжалобить не смогу, чтоб та Хаку отпустила. — А ты его сама спрашивала? Почему он не хочет вернуться? Я ведь ни словом с ним не обмолвилась, из-за того, что он начал возмущаться. Мне определенно нужно было с ним поговорить, но я упустила шанс.
