Плата.

Наутро был назначен совет круглого стола. Артур в оцепенении сидел, не слушая, что говорят. Он все думал о Мерлине. О том, какую важную и огромную часть его жизни и сердца занимал этот глупый слуга. Его верный друг. Самый храбрый. Он всегда был рядом, спасал, не требуя взамен ни благодарности, ни славы. Он помогал словом тогда, когда на душе Артура наступала тьма. Именно он сделал короля тем, кто он есть сейчас. Благодаря Мерлину Артур стал таким. Они вместе построили это королевство. Незаметно Мерлин стал для Артура целым миром. И сейчас это мир рушился вокруг него прямо на глазах. И никто словно не замечал этого. Безусловно, они все любили Мерлина и жалели его. Но никто - ни Гвиневра, ни рыцари, не могли понять, что чувствовал Артур. И сейчас, сидя за столом, Артур жалел, что по правую руку от него нет Мерлина. А еще жалел о том, что не понял раньше, как дорог ему маг. Не признался в этом даже себе. Болван Артур... Когда совет был завершен, король поблагодарил всех за советы и первым покинул тронный зал. Он чувствовал на себе печальный и немного осуждающий взгляд Гвиневры, но ему было все равно. Дни Мерлина подходили к завершению, и только с ним должен был быть Артур. Но дней этих оставалось все меньше. Мерлин не узнал пришедшего к нему Артура. Как и хлопочущего у кровати Гаюса. И это стало настоящим шоком. Он бился в истерике, когда лекарь пытался напоить его каким-то лекарством, плакал. А потом свернулся клубочком под одеялом и жалобно, как маленький, запричитал: - Как темно... Кто-нибудь разожгите огонь. Пожалуйста. Почему так темно? Горло Артура сжал спазм. Он не мог, не мог сказать в ответ, «потому что ты слепой». - Уилл! Где Уилл? Он мой друг, прошу вас, позовите его. Слышите? Он придет, я знаю. Уилл! Зажгите огонь, прошу вас! Я не могу, так темно... Уилл! Уилл! «Уилл давно мертв», - мог бы сказать Артур. Но и эти слова застряли в горле. И вдруг Мерлин заплакал. - Мама, - тихо и жалко позвал он. - Мне страшно, мама. Я не хочу умирать... Это было выше сил Артура. Глаза зажгло от слез. Он опустился на кровать и обнял лежащего на боку Мерлина. Губы короля дрожали, и он боялся сказать хоть слово, чтобы не выдать своих горьких слез. Он спрятал лицо в одеяле на плече Мерлина, вдыхая его запах. Одной рукой он обнимал плечо старика, другую положил ему на волосы. Это было слишком больно, смотреть на друга таким. Ведь всегда, даже в самые сложные времена, Мерлин сохранял оптимизм, был веселым, с чувством юмора, таким живым. Внезапно рыдания мага унялись. Он слабо шевельнулся под Артуром. - Мама? - дрожащим голосом спросил он. - Это ты? Но матери Мерлина не было в Камелоте. Артур хотел послать за ней рыцарей, но Гаюс объяснил, что сердце матери не выдержит видеть долгую смерть своего сына. - Нет, - прошептал Артур. - Это я, Артур. - Кто ты? - Мерлин его не помнил. И не узнавал. И это было ужасно больно. «Король Камелота». Но это неважно на самом деле. Важнее другое. - Твой друг. - Я умираю, - голос Мерлина звучал сбивчиво и не всегда понятно. - Я не хочу умирать. Не хочу. А что, если нет другой жизни после смерти? А только тьма. И пустота. И я буду совсем один. - Ты не будешь один, - возразил король. - Я всегда буду с тобой и не отпущу тебя, помнишь? Старик покачал седой головой. - Нет, - глухо произнес он. - Я не знаю вас. Позовите Уилла. Два следующих дня Мерлин так же пребывал в беспамятстве. Он жалобно звал свою мать и друга детства. А иногда даже разговаривал с Уиллом, будто тот был рядом. Артур больше не покидал его. И даже ночевать оставался здесь же. Они с Гаюсом не говорили об этом, но оба знали, что конец уже близок. И сердце короля каждую секунду разрывалось на части. Он пытался успокоить друга, который даже не помнил их жизнь. Порой в эти два дня Мерлин приходил в себя. Он узнавал Артура и Гаюса и осмысленно разговаривал с ним, но это было лишь вспышками. Но в тот день, когда Артур кормил Мерлина с ложечки завтраком, маг вдруг улыбнулся и повернул голову туда, где было лицо короля. - Помнишь, как мы сидели у моря? - вдруг спросил Мерлин. Артур подумал, что друг его снова бредит, но тот продолжил. - Последнее испытание за то, что ты убил единорога. Помнишь? Рука Артура дрогнула, и он чуть не пролил суп на одеяло. - Помню, Мерлин, - ответил он, радуясь, что к другу вернулась память. - Я хотел спросить тебя, - лицо старика было сосредоточенным, но голос хриплым и слабым, - зачем ты сделал это? Артур сделал вид, что не понимает, хотя догадывался, о чем речь. - Сделал что? - Выпил из кубка вместо меня. - Ну, - Артур невольно усмехнулся, вспоминая тот день, - наверное, дело в том, что к тому моменту ты уже однажды выпил из моего кубка. И мне пришлось тебя спасать. Мерлин грустно улыбнулся и, опустив голову, покачал ей из стороны в сторону. Снова шутка. Отложив тарелку и ложку, Артур набрал в грудь воздуха и ответил. В этот раз правду. - На самом деле, уже тогда ты был не просто слугой для меня. Ты уже стал моим другом, пусть я и был слишком глуп, чтобы это признать. И я не хотел, чтобы ты умирал из-за меня. Никогда не хотел. Мерлин прикусил нижнюю губу, и Артур испугался, что он сейчас расплачется. Его маг всегда был слишком сентиментальным, а с возрастом это только увеличилось. Но когда Мерлин поднял голову, слез не было. - Артур... Я хочу, чтоб ты знал кое-что, - голос его звучал как прежде в минуты откровений. - Я ни о чем не жалею. Мне было предложено прожить много лет без тебя или два месяца, но с тобой. И я не мог выбрать другое. Артур знал это. Всегда знал, что его самоотверженный Мерлин готов пожертвовать собой ради друга. Но только ему теперь придется жить свою жизнь без Мерлина с тяжким грузом вины и воспоминаний. - Ты не можешь умереть,- сдавленно произнес он. И старик слабо ухмыльнулся. - Боюсь, над смертью ты не король. Я ведь тоже умею считать дни, Артур. Мои дни. Улыбка пропала с губ, и Артур понял, что на самом деле Мерлину страшно. Конечно, страшно. И больше всего на свете ему нужна поддержка друга. - Я буду с тобой, Мерлин, - прошептал он. Одна из его ладоней легла на шею друга, а вторая на затылок. Он сам удивлялся этому своему желанию чувствовать друга, прикасаться к нему - то, чего король так избегал раньше. Но перед лицом смерти маски не нужны. - До конца? - выдохнул маг, чувствуя близость своего короля. И Артур, вглядываясь в это старое слепое лицо, тихо кивнул: - До конца. Остаток дня они сидели рядом и вспоминали. А затем Мерлин сжал дрожащие ладони в горстку и прошептал заклинание. Слепые потухшие глаза на миг озарились огнем жизни. Но даже магия не могла вернуть им способность видеть. - Я хочу, чтобы ты оставил это себе на память, - произнес Мерлин, раскрывая ладони. - Правда, я не знаю, что это. Просто загадал. Но надеюсь, тебе понравится. Артур взглянул на подарок и неожиданно для себя рассмеялся. - Что там? - с мальчишеским любопытством выпалил Мерлин. Артур принял дар и внезапно ощутил теплоту и нежность к этому предмету. - Твой шейный платок, - ответил он. Красный, из грубой простой ткани. Словно только что снятый с шеи слуги. И такой пустой и одинокий без него. Скоро и Артур станет таким же. Потерянным и одиноким. - Ты чего? - насторожился тишине старик. Как он мог узнать? Губы Артура дрожали, а по щекам одна за другой сбегали слезы. И у него больше не было сил их сдерживать. Он и так слишком долго держал горе в себе. Короли не плачут, так говорил ему отец. И Артур старался следовать этому принципу всегда, всю свою жизнь. Но сейчас он больше не мог. Он не король. Он друг. Слез его никто не увидит, и нет смысла сдерживать их. Хотя бы в этот раз. - Артур? С этим платком было связано лучшее, что случалось в жизни Артура. Да что там, лучшее! Вся жизнь. В каждом его воспоминании был Мерлин с этим дурацким клочком ткани на шее. И Артур не представлял своей жизни без друга, выглядывающего из-за плеча или шагающего рядом. Место Мерлина займет пустота и боль. И никто другой. Никогда. - Артур... Старческие слабые руки судорожными движениями начали водить по воздуху, пока не отыскали волосы короля и не принялись их гладить. Старик, утешающий своего друга. Прикосновения его были почти невесомы. - Ты не можешь умереть, - вновь прошептал Артур ту же фразу. Главную фразу каждого нового дня. - Пожалуйста, Мерлин. Я не смогу без тебя. Ты мне нужен. В глазах Мерлина блеснули слезы. И серые сморщенные губы дрогнули. - Как жаль, что ты не говорил мне этого раньше. - Прости меня, Мерлин, - слова, как и слезы, лились бесконтрольным потоком из самой разбитой души. Броня короля пала. - Ты не должен умирать из-за меня. Ты должен жить. - Я сам это выбрал, - Мерлин выдохнул Артуру в самое ухо. - Прости меня за все, Артур. Пришел мой час. Если там есть что-то, то я буду тебя ждать. Столько, сколько нужно. Только не спеши ко мне. Ты должен править. И когда-нибудь воспитать сына достойным принцем. Как и ты. - Нет, - Артур чувствовал себя мальчишкой, несчастным и расколотым. - Не уходи, Мерлин. Ты не можешь умереть вот так. - Я слепой и беспамятный старик, - Мерлин горько усмехнулся. - Это все равно не жизнь, а мученье. Я так больше не могу. Посмотри на меня, Артур. И Артур посмотрел. В сморщенное серое лицо, в слепые блеклые глаза. Смотрел на своего лучшего друга и величайшего мага, пожертвовавшего для него всем. - Знаешь, когда я пришел в Камелот, я думал, что ты напыщенный идиот и болван, - слабым голосом начал говорить Мерлин. - Пока я не узнал, какой ты на самом деле. И с тех пор, Артур, я хотел лишь одного - чтобы ты жил. Я всегда верил, что ты станешь великими королем. И ты был моим другом. Я лишь мечтал, что когда-нибудь смогу открыться тебе, рассказать, что я маг, что родился с этим. И ты простишь меня за ложь и примешь таким, какой я есть. Артур слушал, и слезы скатывались по его щекам, идущие от самого сердца. Ему было больно, безумно, невыносимо больно. - И тогда мне не нужно будет скрываться. И ты увидишь, что магия может быть доброй. Я стану твоим придворным магом. А колдуны больше не будут прятаться и скрывать свои силы. И мы состаримся вместе. Всегда хотел увидеть тебя старым. Уверен, ты бы и тогда мог победить любого на мечах. Точнее, сможешь. Жаль, что я этого не увижу. - Мерлин... - выдохнул Артур, сжимая в руке его шейный платок. Он чувствовал, что должен успеть сказать что-то еще. Что-то очень важное. Но слова не шли в голову, а мысли спутывались. Старик слабо улыбнулся слепыми глазами. - Будь сильным. Артур... - прошептал Мерлин почти неслышно. Его тусклые глаза прощально сверкнули золотом. И закрылись. Тело обмякло и почти бесшумно опустилось на кровать. И когда в комнату вошел Гаюс, Артур все так же сидел на кровати, прижимая к себе мертвого старика. Сердце его было разбито. А в груди образовалась огромная бездонная дыра. Там, где раньше был Мерлин.