Моя единственная

Габриэль Делакур была в плохом настроении. Очень плохом. Сегодня был абсолютно точно худший день в её жизни. Из-за сестры. — Что случилось? Она подняла глаза и увидела свою лучшую подругу Зои, глядящую с беспокойством в её больших карих глазах. Девушка вздохнула: — Можно подумать, что я не учусь в этой школе уже шесть лет. Учителя могли бы и перестать называть меня Флер. — Кто на этот раз? — поинтересовалась Зои. — Мадам Черисс, — ответила она, вспоминая их пожилую библиотекаршу. — Ну, если бы ты не была так сильно похожа на неё... Габриэль остановилась и повернулась к своей подруге: — Как будто я в этом виновата. Я ничего не могу с собой поделать, мы просто похожи. — Ну, может быть, ты могла бы изменить прическу, — предложила Зои. Габриэль посмотрела на прядь своих длинных серебристых волос: — Я давно хотела подстричься, но мама даже не хочет слышать об этом. — А что, если это случится не по твоей вине? Габриэль заметила хитрый огонек в глазах подруги и поняла, что её задумка точно сработает. — Начнем?

***

— Габриэль, твои волосы! Девушка долго собиралась с духом, готовясь к предстоящему взрыву со стороны Кэтрин, соседки по комнате, но самого взрыва не было. Вместо этого Кэтрин просто хмуро глядела на Габриэль. Волосы девушки были длинными, иссиня-черными и очень сильно кудрявыми, настолько, что временами их было невозможно расчесать. Поэтому девушка обожала волосы Габриэль и часто говорила об этом. — Мне нравится, — только и ответила Делакур. — И мне, — сообщила Зои, садясь на кровать. Как только было принято решение подстричь волосы, Габриэль потащила Зои из их комнаты. В течение нескольких секунд Зои с помощью палочки подстригла волосы подруги на десять дюймов*. Теперь её волосы не доходили до ключицы, и Габриэль это нравилось. Кэтрин зашла в тот момент, когда Габриэль любовалась новой прической в зеркале. — Ты выглядишь старше, — сказала Зои, придирчиво осматривая подругу, — И ты определенно больше не похожа на Флер. Габриэль ещё раз взглянула в зеркало. Зои была права. Причина была в прическе, как у Флер. Именно из-за прически окружающие думали, что она Флер. Но Габриэль не была такой же красивой, как старшая сестра. Она не была высокой и стройной, как Флер. Напротив: Габриэль была маленькой и неженственной. У них были одинаково огромные голубые глаза, но Флер всегда смотрела изящно, а Габриэль всегда была похожа на маленького ребенка. В ней не было и частички той красоты, что была у Флер. Губы девушки были полнее, скулы — выше, а цвет лица — бледнее. Не говоря уже о веснушках на носу. Это просто не справедливо! Конечно, она считала, что так же думают и все остальные. Красота Флер была более традиционной, и она не так бросалась в глаза. Габриэль смирилась только из-за одного, в чём её сестра не преуспела. Девушка хорошо играла в квиддич. На самом деле, у неё это отлично получалось, и девушка собиралась связать с этой профессией свою жизнь. Нет, скучная работа в банке не для неё. — Что ты скажешь своей маме? — прервала её мысли Кэтрин. Она все ещё была расстроена беспечностью соседки, — Она убьет тебя. — Мы уже позаботились об этом, — сообщила Зои, — Габи только что отправила письмо своей матери, в котором написано, что когда она варила зелье для домашней работы, оно попало на волосы. Подстричь было единственным вариантом, к сожалению. Габриэль нахмурилась: — Я уже миллион раз говорила тебе никогда не называть меня Габи. — Зои сделала вид, будто не услышала. — Вы серьезно думаете, что она поверит этому? — спросила Кэтрин. — Почему бы и нет? Тем более сейчас уже ничего не исправить, — ответила Габриэль. Кэтрин что-то пробормотала и принялась за домашнюю работу. Зои скорчила рожу, и Габриэль рассмеялась. Через два часа выполнения домашней работы, Зои устало бросила карандаш: — Скажи мне, зачем мы занимаемся летом? — Потому что вы две недели назад завалили свои экзамены по Зельям, — напомнила Кэтрин, не отрываясь от книги. — По крайней мере, мы обязаны быть здесь, — парировала Зои, — Мы здесь не по своей воле, в отличие от некоторых, — пробурчала девушка. Габриэль покачала головой, понимая, что только что закончился ещё один раунд. За шесть лет это надоедает. Резкий звук прервал их, и три девушки бросились к окну. — Что здесь делает сова так поздно? — спросила вслух Кэтрин. — Что-то мне подсказывает, что она принесет письмо, — сухо ответила Зои. Спор начался сначала, а Габриэль наблюдала, как сова приближается к окну. Очевидно, сова прилетела кому-то из них троих. Как только сова села на подоконник, девушка отвязала пергамент и увидела своё имя, написанное незнакомым почерком. Пока друзья спорили, Габриэль воспользовалась возможностью и выскользнула из комнаты, чтобы пойти к саду, окружающему школу. Присев на любимую скамейку под ивой, девушка разорвала конверт. Шокированная, девушка поняла, что письмо написано Гарри Поттером. Всё, что могла сделать Габриэль при прочтении письма, — это не упасть. Письмо было самым обычным, ничто не должно было шокировать и нечего было особо отмечать, но сердце девушки трепетало. И это было ужасно глупо. Ей уже не восемь лет, и её только что не спас Гарри Поттер со дна Черного Озера. Ей уже не двенадцать, и сейчас она не пишет в своем дневнике о танце с ним на свадьбе её сестры. Ей шестнадцать и она должна понимать, что здесь нет повода для счастья. Письмо было простым и красивым, поблагодарив девушку за поздравительную открытку, Гарри спросил, как дела. При упоминании открытки Габриэль покраснела. Их девушка отправляла всегда: на Рождественские праздники, на выпускной и так же поздравляла его с попаданием по программе обучения Мракоборцев. Он даже написала ему письмо после победы над Волан-де-Мортом, чтобы убедиться, что Гарри в порядке. Она в ярких деталях вспомнила, какой неловкий путь девушка выбрала, написав о его храбрости и даже назвав его героем. Инстинктивно, Габриэль покраснела. Почему ей не было так стыдно на свадьбе Билла и Флер**, она понятия не имела. После каждого письма Гарри всегда присылал ответное благодарственное письмо. Все они были идентичны. Маленькие белые карточки с одинаковым текстом, написанные ровным аккуратным почерком. У него, вероятно, было припасено огромное количество таких. Она вспомнила, как Флер объяснила ей, что Гарри получает письма от поклонников и доброжелателей практически каждый день. Девушка всегда думала, что это мило, что Гарри нашел время, чтобы ответить всем тем, кто писал ему. Но было немного жаль, что письма не были чуть более личными. Именно сейчас. Сейчас Гарри на самом деле нашел время, сел и написал ей. Не отправил одну из миллиона одинаковых карточек, а сам написал настоящее письмо. Да, слегка формальное. Но, несмотря на то, как долго они знакомы, они совершенно не знали друг друга. Габриэль решила сейчас же написать ответ. Он нашел время, чтобы написать, теперь её черед. Любой сделал бы то же самое. Девушка пошла в свою комнату, чтобы ответить, думая все дорогу, чтобы такого написать, чтобы заинтересовать Гарри Поттера.