Обратная сторона вечности

Шерлок еще долго стоял посреди пустой заснеженной аллеи. Все случившееся не поддавалось объяснениям. Мистика… Исчезнувшая, просто растворившаяся в воздухе девушка, эти ее разговоры о потерянной душе Джона… Да и сам Джон, за которым Шерлок наблюдал, явно выпадал из реальности. Наверно, это был единственный раз в жизни, когда Шерлок оказался в тупике и не знал, что ему делать. Да, он собрался все вернуть на свои места, но как? С чего начинать? Вероятно, с Джона. Он должен с ним встретиться. Возвращался он поздно, начало смеркаться, и на улице зажглись фонари. День удался, охота прошла удачно, кроме пороков, Джон основательно пополнил свою тайную копилку; в последнее время чужое счастье значительно перевешивало и оттеняло все те порочные чувства, которые собирались для пропитания демона. Это Джону нравилось. Не дойдя до особняка, Джон притормозил, почувствовал его. Шерлок дожидался недалеко от ворот. Замерзший, усталый, подавленный, в том же облике, что был в парке, значит, домой не возвращался. Раньше Джон никогда не мог точно знать, как себя чувствует детектив, тот умудрялся полностью прикрывать свое состояние и физическое и моральное, но теперь Шерлок был у Джона как на ладони. Тот с легкостью мог прочитать смятение, неверие, решительное упрямство, тоску, радость от оправданного ожидания, и… ставшие более явными, по сравнению с утром, искры любви. Хм… Шерлок заметил его и шагнул навстречу. — Джон… Ватсон кивнул. Эта встреча была ему совершенно не к чему, Жалын уже ждал его, поэтому нужно было поскорее отделаться от детектива. Сказать Шерлоку, чтобы тот убирался, Джон не имел возможности. Зато мог просто пройти мимо, в сторону дома. И, когда он уже собирался так поступить, Холмс отчаянно вцепился в рукав дорогущего пальто Джона и притянул к себе. Джон спокойно высвободился из этого нелепого захвата и покачал головой, а потом кивнул в сторону дома. — Ты не хочешь меня видеть? — спросил детектив. Джон утвердительно кивнул. — Дай мне шанс, прошу… Ответить Джон не успел, он затылком почувствовал силу, колыхнувшуюся позади него. Демон. Ну, конечно, вероятно, он давно засек Шерлока около ворот и теперь вот явился лично, чтобы разрулить ситуацию. Что ж, тоже вариант. Впрочем, Жалын был уверен, что слуга ничего не помнит о своем соседе, не стоит его в этом разубеждать. — О чем вы, мистер Холмс? — раздался позади насмешливый и наглый голос. Шерлок вздрогнул. Сейчас весь мир для него сконцентрировался в пустых, холодных и таких черных глазах Джона. Холмс знал, по крайней мере, со слов прозрачной незнакомки, что Джон не в себе, но то, что настолько, было для детектива потрясением. Джон смотрел на него как на пустое место. Он кивал, отвечая, но жизни это ему не прибавляло, ни лучика, ни проблеска того, что раньше текло широкой теплой рекой из этих глаз. Потому Шерлок не заметил, как к ним подошел мистер Хог. — О каком шансе идет речь? — В Шерлока вонзились два горящих глаза, причиняя ему почти физическую боль. — Джон даже не подозревает о вашем существовании. Он не знает вас. Ведь так, мой мальчик? Джон послушно кивнул. Вот в это Шерлок не верил, он точно знал, что Джон его помнит, да и незнакомка в парке это подтвердила. Хог взял Джона за руку и нежно пробежался по ней пальцами, а тот стиснул его ладонь и обожающе посмотрел на мужчину. Это были первые эмоции, которые Шерлок разглядел в новом Джоне. Обожание… А потом доктор улыбнулся (совсем как раньше он улыбался ему, Шерлоку)  и, прижимаясь всем телом к Хогу, поцеловал его, глубоко, страстно, долго. И именно эта улыбка больнее всего резанула Холмса по сердцу. Эта улыбка, которую Джон подарил не ему, вселяла надежду, что его друг еще там, где-то глубоко под толщей какого-то страшного льда. Хог, смеясь, отстранился: — Ну-ну, мой мальчик, — проворковал он сквозь смех, — я понимаю, ты соскучился, но погоди хотя бы до дома, а потом все что захочешь. Шерлок задохнулся, воздуха отчаянно не хватало, он хотел кинуться к этому типу, вырвать доктора из его лап, стереть эту ухмылку с чуть припухших губ, но сдвинуться с места он не мог, более того, он не мог отвести глаз от влюбленного лица Джона, которое сияло в сторону Хога. Джонатан тонко усмехнулся и, подхватив Ватсона под руку, насмешливо произнес: — Вы простите нас, мистер Холмс, видите, как ему не терпится. Пара удалилась в сторону ворот, Шерлок продолжал стоять и смотреть, как они уходят, в надежде, что Джон обернется, пусть равнодушно, холодно, но посмотрит на него. Но нет, Джон только плотнее прижался к Хогу и, обняв того за талию, притянул к себе. Способность двигаться вернулась, как только мужчины скрылись за высоким сплошным забором. Способность соображать вернулась позже, когда Шерлок, опустив голову, пошел прочь. Потрясение было так велико, что откуда-то всплыло необоримое желание (совершенно для него не характерное) напиться и забыться. Хм… Шерлок вдруг подумал, что это не его желание, оно было так же чужеродно, как стремление идти без оглядки по парку за незнакомкой. Это что-то извне, кто-то диктовал ему. Напиться никогда не было для него утешением, но кто-то этого явно не знал или считал Шерлока таким как все. Ошибка! Мозг начал работать, он второй раз за этот день испытал подавление воли и странное оцепенение. Мистика? Скорее всего, да. И теперь с этим нужно было как-то разобраться. — О, Джон, во что же ты вляпался! — Шерлок до боли стиснул в кулаки озябшие пальцы. — И как прикажешь мне тебя спасать? — Никак, — прошелестел в голове спокойный, холодный и равнодушный голос, который некогда принадлежал Джону. — Оставь меня в покое и держись подальше. — Неужели?! — зло выкрикнул детектив в сгущающиеся сумерки. — Именно так, Шерлок. Ты мне больше неинтересен, — и все на одной интонации, ни чувств, ни эмоций. — Тебе, может, и нет, но ему, моему Джону, определенно есть до меня дело. — Я это он, и я точно знаю что говорю. Я пошел на это по своей воле, из-за тебя, и теперь меня все устраивает. Так что будь добр, иди своей дорогой, Холмс. Произнеся эти слова, Джон почти сразу выбросил бывшего друга из головы, неинтересно. Зато его очень заинтересовал тот факт, что он вдруг услышал Холмса, когда тот, будучи где-то далеко, произнес: «О, Джон, во что же ты вляпался!» Это было забавно, Ватсон и не подозревал, что так может. Слышать и ментально разговаривать на расстоянии до сих пор получалось только с Реаной и Мэри. А теперь вот и Шерлок… Надо будет уточнить у русалок, в чем дело. Джон был доволен. Жалын, как видно, тоже: демон расслабленно щурился на огонь, развалившись в кресле. Он серьезно полагал, что Шерлок больше не вернется. Наивный. Уж кто-кто, а Холмс так просто не отступится, и это ребячество с поцелуями у ворот вряд ли могло сбить детектива с толку. Но демон дал Джону указания на этот спектакль, и тот беспрекословно ему подчинился, с максимальным артистизмом, даже извлек с задворок памяти ту самую улыбку, которая предназначалась только для детектива, сопровождаемая неизменным «Потрясающе!». Осторожно наблюдая, при этом, как реагирует Шерлок. О, если бы он был прежним Джоном, его бы вознесло на седьмое небо то, что он увидел, а теперь эта вспыхнувшая в детективе ревность была пятым колесом, ни к чему, как и сам Холмс. У Неба отвратительное чувство юмора.