Обратная сторона вечности

Все случившееся рождало в нем массу противоречивых чувств. Шерлок плутал в них, словно в диковинном лабиринте, слепо, на ощупь, пытаясь отыскать нужное, правильное, направление. И дело было даже не в том, что он понятия не имел, куда кинулся очеловеченный и оттого ставший снова уязвимым, Джон, нет, все было куда глубже. Холмс находился сейчас между двух огней. Он, продолжая шагать в зыбкий, снежный лондонский рассвет, внутренне застыв между любовью и страхом. События происходящие в особняке Хога, стремительные и полные непонятной гению магии, не оставили Шерлоку времени для сомнений. Тогда страх был иной, детектив боялся за Джона, схлестнувшегося в смертельной схватке с демоном. Шерлок видел Жалына, такого, каким тот был без прикрытия человеческой оболочки — ужасное и леденящее душу зрелище. Тогда Холмса до остановки сердца волновало лишь одно — выдержит ли доктор эту битву? Устоит ли? Останется ли цел? Но в тот страшный миг рядом с Шерлоком была русалка, которая поддерживала и внушала ему уверенность в том, что все правильно, все идет как надо. А что теперь? Теперь Шерлок шел прочь от особняка, сутулясь и сунув руки в карманы пальто, и никак не мог избавиться от преследовавшего его полного злобы черного взгляда Джона. Шальная мысль о том, что это может оказаться непоправимо, причиняла физическую боль. Боль, которая скручивала и пригибала гения к студеной земле. Мэри уверяла, что все образуется, что путь будет не прост, что главная сила способная все поправить — это любовь, но… Отчего-то Шерлоку сейчас не верилось, что когда-нибудь все станет, как прежде. И даже прекрасные слова Джона, которые тот произнес перед тем, как отдать душу, не могли разогнать сгустившийся в душе Шерлока страх. Да, он любит, но достаточно ли только этого, чтобы отогреть Джона, вернуть лазурь его взгляду, снова увидеть мягкую, самую желанную в мире улыбку? Расставшись с русалкой, Шерлок намеревался отыскать Джона, попробовать еще и еще раз достучаться до прежнего и любимого доктора, рассказать тому о своих чувствах, но чем дальше детектив отходил от проклятого логова убитого демона, тем страшнее ему становилось. Снова увидеть искреннюю ненависть во взгляде… Шерлок боялся этого. Теперь он уже и не знал, что хуже: полное безразличие бездушного доктора, или полные ненависти глаза, до сих пор черные, несущие на себе отпечаток потусторонности. Однако разыскать доктора было необходимо. Только сейчас, когда холодный ветер задувал за ворот большие хлопья снега, Шерлок, поежившись, подумал о том, что Джон ушел раздетый. Вскочил, как был: босой, в джинсах и тонкой рубашке. Доктор выскочил из гостиной и через несколько секунд хлопнул входной дверью, одеться за это время было нереально. Шерлок прибавил шагу. Как бы ни было страшно, но доктора требовалось разыскать. Если Мэри права, а сомневаться в ее знаниях, после всего что произошло, Шерлок не посмел бы, Джон снова стал обычным человеком и прогулки босиком по морозу ему на пользу не пойдут. Вариантов, куда мог отправиться Уотсон, было предостаточно. В лучшем случае, Джон отправился на Бейкер-стрит (вероятность мизерная, но, Шерлоку очень хотелось в нее верить). Была еще и новая, но оставленная Джоном после встречи с Хогом квартирка, недалеко от больницы. Дальше возможности доктора ограничивались только его фантазией. Он мог просто раствориться в городе: забрести в любой бар, остановиться в любой гостинице, навестить кого-то из старых армейских друзей, а так же… Холмс вздрогнул, вспомнив черную полынью на Темзе, в которой его чуть не утопили русалки, как ни ужасно, но этот вариант тоже исключать было нельзя. Шерлок остановился и, с колотящимся сердцем, достал из кармана телефон. На Бейкер-стрит доктор не появился. Миссис Хадсон удивилась вопросу и заверила детектива, что если Джон объявится, то она непременно сообщит об этом Шерлоку. Следующий шаг в поисках был очевиден — Шерлок, без малейшего колебания, набрал номер брата. — Шерлок… — услышал он в трубке, полный плохо скрываемого облегчения, голос Майкрофта, — ты в порядке? — Да, Майк, все хорошо, — отозвался детектив и, без обычного в таком случае внутреннего протеста, добавил, — мне нужна твоя помощь. — Я слушаю тебя, — голос брата удивлял теплотой и готовностью помочь. Шерлок грустно улыбнулся думая о том, что независимо от финала истории с Джоном, один близкий человек у него все равно останется. Последние события коренным образом изменили отношения между братьями, и это немного согревало озябшую без взаимной любви душу Шерлока. Он обстоятельно, но, не вдаваясь в излишние подробности, описал Майкрофту все случившееся. Тот слушал молча, лишь сдавленно вздохнув в тот момент, когда Шерлок сообщил о том, что Джон снова стал человеком, обычным смертным с душой вместо зияющей в глазах пустоты. Майкрофт до сих пор переживал, и новости Шерлока принесли мистеру Холмсу значительное облегчение. Когда же младший закончил свой рассказ, он выразил просьбу о помощи буквально в трех словах: «Найди его, пожалуйста» Майкрофт пообещал отыскать пропавшего доктора в минимально возможные сроки и Шерлок, повесив трубку, направился в сторону дома, по дороге изучая новостную ленту и полицейские сводки. Тревога за Джона вытеснила все прочие страхи. Шерлок шагал по заснеженному утреннему городу и отчаянно надеялся, что возрожденный Джон не наделает глупостей.