Kurtbastian One-Shots

Курт потягивал свой кофе, слегка скукоживаясь под весом взгляда Себастиана, который следил за каждым его движением. Себастиан, казалось, был совершенно очарован Куртом. Он повторял каждый его жест. Себастиан облизнул губы, когда это сделал Курт, сглотнул сразу после Курта и одновременно наклонил голову. Он практически смотрелся в зеркало. Практически. — Так ты что-то хотел узнать… обо мне? — спросил Курт. Он чувствовал себя выставленным напоказ, как образец в стеклянной банке… как что-то новое и интересное для Себастиана. — Да. Да, вообще-то хотел, — ответил Себастиан, умудряясь казаться сдержанным и заинтересованным одновременно. — Расскажи мне всё. Курт слегка выпучил глаза. Он посмотрел на часы и вздохнул. — Всё? — уточнил он. — Ты серьёзно? — Абсолютно, — Себастиан улыбнулся. Курт заметил, как руки Себастиана перемещались на поверхности стола — сгибаясь, ерзая, слегка ползая, как будто Себастиан хотел взять Курта за руку, но затем возвращал ладонь на место, барабаня пальцами по пластмассовой поверхности. — Что ж... — Курт повертел в руках стаканчик с кофе. Он сосредоточился на пластиковой крышке, пытаясь придумать, что сказать. Он чувствовал давление, будто должен был соответствовать некоему магическому, сверхчеловеческому статусу. — Я из Огайо... Он произнёс всего три слова, а глаза Себастиана практически загорелись, и он неожиданно хлопнул ладонью по столу. — Я тоже! — сказал он. — Я из Вестервилля, а ты? — Из Лаймы, — Курт рассмеялся, изо всех сил пытаясь сдержать армию мурашек, пробежавшуюся по его коже от радости. — Я прожил там всю жизнь с папой... мама умерла, когда мне было восемь... Выражение лица Себастиана смягчилось. На этот раз он дотянулся до Курта и нежно взял его за руку. — Мне очень жаль, — сказал он. Курт невольно вздрогнул от непрошенного прикосновения. — Прости, — заметил Себастиан и медленно отвёл руку. — Тебе со мной неловко? — Больше, чем ты можешь себе представить, — ответил Курт с легким сарказмом в голосе. Себастиан усмехнулся. — Почему? — серьёзно спросил Себастиан, наконец сделав глоток из забытого стаканчика. — Ну, если ты так хочешь знать, — начал Курт, почувствовав себя неожиданно беззащитным. — Из-за того, как ты на меня смотришь. Себастиан с кокетливой ухмылкой поднял взгляд от стаканчика. — Я думал, ты привык, что люди постоянно на тебя смотрят. Курт оскалился; правдивость комментария Себастиана выбила все мысли из его головы. Его подозрения относительно мотивов Себастиана сменились гневом — к слову, совершенно иррациональным. — Что? Это ты так шутишь? — рявкнул Курт. — Э-э, о чём ты? — улыбка Себастиана померкла, и он замешкался. — Это какой-то розыгрыш? — Курт не сдержал обиды, просочившейся в его голос. Он мог винить лишь себя. Нужно было быть начеку. Не видит лица? Это вообще как?! Та девушка в классе могла быть с ним заодно. Это объяснило бы её странную, хитрую улыбку. — Смотрят ли на меня люди? — пробормотал Курт, вытащил кошелек и бросил пару помятых купюр на стол, чтобы расплатиться за кофе. — Да, блядь, постоянно, придурок! Но ты ведь и так это знал, да? — Курт? — Себастиан потянулся к руке Курта, но тот отстранился. — Курт, я не понимаю... почему люди постоянно смотрят на тебя? Я что-то не заметил? — Да это невозможно не заметить! — Курт начал кричать. — Думаю, ты и сам всё прекрасно видишь. Курт встал и выбежал из кафе. Себастиан схватил его сумку и последовал за ним, с каждым шагом всё больше переживая о том, что случилось. — Курт... Я правда не знаю, о чём ты... Постой! Курт остановился. Он не знал почему. У него не было на то причин. Он ничем не был обязан этому парню, но Курт все еще цеплялся за надежду, что всё, о чём говорил Себастиан, было правдой, что он не видел лица Курта и его ужасного шрама и что, может быть, ну хотя бы немного, он действительно хотел узнать Курта поближе. — Ты можешь объяснить, что происходит? — просил Себастиан. — Потому что я честно не в курсе. Курт сделал глубокий вдох, наполнив легкие прохладным осенним воздухом. Он подошел к Себастиану так близко, как только мог; они практически соприкасались носами. Курт прищурился, глядя в глаза Себастиана, который смотрел на него с нескрываемым недоумением. Себастиан не вздрогнул от того, как близко к нему подошел Курт. Ему не было противно от того, что лицо Курта было так близко к его. Говорил ли он правду или был чертовски хорошим актером? Курт все еще не был уверен в ответе на сто процентов. — Что ты сейчас видишь? — спросил Курт. — Не понял? — Себастиан не отодвинулся от Курта, даже когда тот наклонился ближе. — Что ты видишь, когда смотришь на меня? Себастиан облегченно вздохнул. Его лицо снова расслабилось в той очаровательной и легкой улыбке, от которой у Курта начал зарождаться рой бабочек в животе. — Твою улыбку... — мягко начал он и, смотря Курту в глаза, продолжил: — ...твои потрясающие голубые глаза… Твою идеальную, будто фарфоровую кожу... Курт отпрянул при упоминании своей кожи. — "Идеальную"? — неверяще прошептал Курт. — "Идеальную"?! — Курт не знал, закричать ему или заплакать. — Зачем ты так жестоко поступаешь? Мы ведь даже не знакомы. Себастиан вскинул руки, не понимая ситуации. — Да что происходит? — воскликнул он. — Скажи уже, что не так, потому что я честно не понимаю, что случилось! Курт схватил Себастиана за руку и приложил кончики его пальцев к правой стороне своего лица. Себастиан осторожно провел по отметинам и неровностям на коже Курта. То, как нежно Себастиан касался его лица, наполнило Курта странным, незнакомым чувством. Сердце забилось в груди, глаза расширились. По венам будто пробежался разряд. Он затаил дыхание, молясь, чтобы Себастиан ничего не заметил. Курт следил за выражением лица Себастиана на предмет любых изменений, любых признаков отвращения или омерзения. Себастиан нахмурил брови и рассматривал лицо Курта, пытаясь понять, как то, что он ощущал через прикосновение, отличалось от того, что он видел перед собой. Курт почувствовал, как его праведное негодование начало улетучиваться. Внезапно Курту захотелось, чтобы Себастиан исследовал кончиками пальцев все его тело. Он хотел, чтобы они заползли под его рубашку, касались его кожи. Он никогда так не жаждал чьего-либо прикосновения. Курт попятился. Рука Себастиана на мгновение зависла в воздухе. — Что... Что это? — спросил он. — Шрам. В детстве я сильно обжегся. Огонь изуродовал правую сторону лица. — А, — заметил Себастиан. В его мягком и растерянном взгляде плескалось сочувствие. — Мне очень жаль. Курт кивнул, ожидая неизбежного. Теперь Себастиан знал правду. Он мог мягко отшить Курта. Он осознает свою ошибку, уйдет и продолжит жить как ни в чем не бывало. Курт же пойдет домой один и запомнит этот момент, чтобы временами оглядываться на него и вспоминать ощущение пальцев Себастиана на своей коже и то выражение абсолютного изумления в потрясающих зеленых глазах Себастиана, когда он впервые взглянул на Курта. Но Себастиан молчал и не уходил. Он лишь ждал, когда Курт прервет тишину, возникшую между ними. Если пристальный взгляд Себастиана напрягал его, то молчание было просто невыносимым. Курт посмотрел по сторонам в поисках пути отступления. — Чего ты хочешь, Себастиан? — устало и раздраженно спросил Курт. Ему хотелось сбежать. Сбежать из этой чертовой кофейни и от незнакомцев, которые начали глазеть на них. Он хотел сбежать до того, как ему разобьют сердце. — Увидеться снова. Курт рассмеялся, увидев в этом иронию. Себастиан вздохнул, также издав уставший смешок. — Я понял, что тебя напрягает, когда я смотрю на тебя. Хорошо, я больше не буду этого делать, — Себастиан провел рукой по волосам, в то же время пытаясь придумать, как им поступить. — Давай так, — наконец предложил он. — Я закрою глаза на минуту, и ты решишь, что мы делаем дальше. Мы можем пожать друг другу руки и попрощаться, как друзья, или, может быть, просто подумай, ты посмотришь на это непредвзято и дашь мне шанс. Курт молчал. Он потерял дар речи и не мог вымолвить ни слова. Этот парень сейчас говорил серьезно? Он, правда, хотел позвать Курта на второе свидание... после всего, что только что произошло? Себастиан закрыл глаза. Курт рассматривал лицо Себастиана, который закрыл глаза и расплылся в лукавой ухмылке, ожидая, как поступит Курт. На секунду Курт представил, что, может, Себастиан даже хотел, чтобы он его поцеловал. Себастиан ждал, молча считая в уме, и надеялся на что-нибудь... на прикосновение... на близкий шепот... на поцелуй? Мог Курт сделать что-то настолько смелое? Но чем дольше он ждал, тем больше начинал думать, что, может, он вообще не нравился Курту. Чье-то дыхание пронеслось над ухом Себастиана так, будто кто-то провел перышком по коже. — Не знаю, чего ты ждешь, красавчик, — произнес кто-то бархатным голосом, — но Страшила уже ушел. Себастиан распахнул глаза. Он скользнул взглядом по тротуару и стульям, на которых сидели безликие посетители и потягивали свои напитки. Он тщетно оглянулся по сторонам. Курт убежал. — Спасибо, — монотонно сказал он заинтересованному бариста, — и иди нахуй. ** — И ты просто ушел? — с хмурым лицом спросила его психологиня. — Пока он стоял в дверях Старбакса, молча умоляя тебя поцеловать его? Курт закатил глаза. Он встал с кресла с прямой спинкой и начал расхаживать по небольшому кабинету. — Да, Джейн! — Курт застонал, почувствовав, как вина обрушила на его плечи всю свою тяжесть. — Хорошо, да, я просто ушел. Ушел, пока он стоял там с закрытыми глазами, и да, я думаю, он хотел, чтобы я его поцеловал. Но... — Но что? — Джейн закинула ноги на стол. Курт съёжился при виде её практичных туфель за тридцать долларов, царапающих поверхность из красного дерева. — Зайка, надеюсь, ты понимаешь, что после этого он вполне может заигнорировать тебя. Курт вздохнул и опустился на жесткий стул. Этого он и боялся. Убегая, он об этом не думал, но у него были свои причины, и достаточно веские... да ведь? — Просто... Я не... — Курт обхватил голову руками. — Почему я? — Ну, на это ты и сам знаешь ответ. — В этом и проблема! — воскликнул Курт. — Я не хочу, чтобы он ходил за мной только потому, что распознает мое лицо. Конечно, хуево, что у него такое редкое расстройство, но не думаю, что я готов быть его якорем или каким-то символом надежды… И я уж точно не хочу быть чьим-то утешительным призом. Джейн уставилась на Курта своими пронзительными голубыми глазами. — Но ты ведь даже не дал ему шанса! — обвинила его Джейн. — Ты понимаешь, что повел себя как конченый мудак? У Курта отвисла челюсть. — Чего-чего? — сказал он в свою защиту. — Я вообще-то плачу не за то, чтобы ты оскорбляла меня. — Верно, ты платишь, чтобы я помогала тебе, и в это входит то, чтобы я тыкала тебя в твое дерьмо временами. И сейчас от него разит так, будто мы не в кабинете, а на заводе по производству навоза. Курт понимал, что она была права. Может, Джейн и вела себя грубо, но попадала в точку. — Ну, теперь это уже все не важно, потому что он вряд ли будет со мной разговаривать после всего, — Курт дернул выбившуюся нить на подлокотнике. — Я даже не понимаю, как он меня видит, — пробормотал Курт. — С этим я возможно могу тебе помочь, — сказала Джейн. Она опасно откинулась на спинку стула, вытащила из принтера стопку бумаг и передала их Курту. — После твоего звонка я отправила имейл своему коллеге. Он невролог. Он связался с парнем, который специализируется на малоизвестных неврологических расстройствах, и прислал мне по электронке кучу всего этого. Курт взял бумаги и пролистал их. Он насчитал почти тридцать страниц, заполненных такими словами, как "ввод визуальной информации", "психическое представление", "опознающая память" и несколькими другими, которые, как ему казалось, он мог еще как-то понять, но между ними были втиснуты другие слова, такие как "позитронно-эмиссионная томография", "истощение N-ацетиласпартата" и "нарушенная семантическая беглость", от которых, как он был уверен, у него разболится голова за пять минут чтения. Курт в шоке покачал головой, безуспешно пытаясь переварить несколько из прочитанных предложений. — Э-э... а есть какая-то упрощенная версия? — Нет, — строго сказала Джейн. — Это тебе частично за твое мудацкое поведение. Прочитай всю стопку сверху донизу. Курт посмотрел на Джейн из-за бумаг, заинтересованно приподняв бровь. — А еще частично за что? — Ну, а еще потому, что я сама не особо разбираюсь во всех этих терминах, но... Джейн встала из-за стола и подошла к месту, где сидел Курт, листая пугающие страницы с раздраженным выражением лица. Она перелистнула несколько страниц, пока не добралась до раздела с выделенным цветом отрывком. Она несколько раз ткнула пальцем в страницу. — Возможно здесь ты найдешь ответ на свой вопрос, как он может видеть твое лицо. Курт жадно просмотрел несколько предложений, но быстро разозлился, ничего не поняв, и стал злобно собирать стопку обратно. — По сути, — начала объяснять Джейн, — здесь говорится, что он может видеть твое лицо из-за шрама. Но он не врал тебе, самого шрама он не видит. — Как так? — Курт еще больше запутался. — Его мозг работает на восприятии, — продолжила Джейн. — Он видел лица в детстве, но по какой-то причине больше их не воспринимает. Скорее всего он никогда раньше не видел такого шрама, как у тебя, поэтому его мозг избавляется от него и заменяет тем, что ему знакомо… то есть, твоим лицом. — Значит, если он увидит кого-то еще со шрамом… или гигантским родимым пятном, или еще чем-то... — Его мозг может сработать так же, да, — Джейн вернулась на свое место и закинула ноги на стол. — Так я был прав, — Курт покачал головой. — Во мне нет ничего особенного. Джейн вздохнула. — Господи, как же ты бесишь! — сказала она. — Дело не в этом. Дело вообще особо не в тебе. Впервые в твоей грустной, печальной жизни кому-то хуже, чем тебе. — Ой да ладно! — Курт усмехнулся. — Как это сравнимо? Он красив, умен, может встречаться с кем захочет... — Только вот тут ты не прав. "С кем захочет"? Он одинок. Ему хотелось подружиться с тобой. Впервые за многие годы он наконец нашел кого-то, кого реально мог видеть, и, когда он сделал первый шаг, его бросили в кофейне, даже не попрощавшись. Курт стыдливо опустил голову. Он был так взбешен мыслью, что Себастиан мог разыгрывать его с каким-то жестоким замыслом или намерением, что даже не подумал, что Себастиан мог просто хотеть с ним подружиться. Он был так занят, играя роль жертвы, что не осознавал, что вел себя как эгоистичный мудак. — Что мне теперь делать? — спросил Курт. Джейн указала на бумаги в руках Курта. — Прочти это и, если вдруг Капитан Совершенство решит дать тебе еще один шанс, извинись перед ним, и предложи купить ему кофе. — А если он наорет на меня? — Курт встретился с Джейн взглядом. — Терпи, — сказала она, — ты заслужил. А теперь проваливай, мистер Узкие Джинсы. Твой час закончился. Джейн беспечно отмахнулась от Курта наманикюренной рукой. ** Если Себастиан и чувствовал затылком, что Курт не отрывал от него взгляда, то не подавал виду. Он смотрел на доску и быстро выполнил задание, надеясь собрать вещи и выйти из кабинета, как только закончится пара. Курт едва ли обращал внимание на то, что говорил профессор Эванс. Он уловил что-то о производных и, может быть, целых числах. Честно говоря, ему было все равно. Он сдал продвинутую алгебру еще до окончания старших классов. Он был уверен, что пропущенный между ушей захватывающий разговор о положительных и отрицательных числах не повлияет на его среднюю оценку. Он даже не удосужился достать учебник из сумки. Он хотел поймать Себастиана до того, как тот постарается быстро улизнуть. Курт чувствовал себя клишированным персонажем из школьной мелодрамы восьмидесятых годов, сидя на краешке стула и наблюдая, как секундная стрелка медленно двигалась по циферблату настенных часов, готовясь сорваться с места, когда прозвенит звонок. Когда это время настало, изящный и тщательно спланированный подход Курта эффектно провалился, когда его нога запуталась в лямках рюкзака, и он рухнул на пол, роняя за собой парту. Все замерли и уставились в его сторону. Профессор Эванс в шоке смотрел на него со своего места перед доской. Девушки за партами позади него цокали, как белки, хихикали, прикрывая рты ладонями, и качали головами. Курт не пытался подняться. Он надеялся, что Себастиан воспринял это как прекрасную возможность уйти и воспользовался ею. Кто-то схватил Курта за руку и поднял на ноги. — Мгм, спасибо, — пробормотал Курт, даже не повернувшись к тому, кто ему помог. — Я начинаю думать, что тебе не впервой грохаться на задницу, — Себастиан перевернул парту и достал рюкзак Курта, из-за которого он и попал в эту ситуацию. Курт замер. Он не ожидал, что все произойдет так. Он снова и снова прокручивал в голове, что скажет Себастиану, и ни разу этот разговор не начинался с того, что Себастиан поднимал его с пола. Курт решил рискнуть. — Слушай, — сказал Курт, — насчет тогдашнего... — Забудь, — прервал его Себастиан и сунул рюкзак Курту в руки. — Думаю, в прошлый раз ты уже дал все понять. Я не в обиде. Себастиан неловко переступил с ноги на ногу и повернулся, чтобы пойти по делам. Курт же хватался за что угодно, как за соломинку, пытаясь придумать, что удержало бы Себастиана на месте. Прости. Я повел себя как придурок. Я не хотел сбегать. Это вышло случайно. — Так... у тебя апперцептивная или ассоциативная зрительная агнозия? — выпалил Курт. Себастиан резко замер. Черт! — Прости, — быстро добавил Курт. — Это был слишком личный вопрос? Я не хотел... Себастиан развернулся и посмотрел на Курта непонятным взглядом. — Откуда ты... — От психолога, — сообщил Курт. — Она поделилась со мной кое-какой информацией... Курт начал рыться в рюкзаке, ища зачитанные и подчеркнутые карандашом листы бумаги, валяющиеся в сумке, пытаясь спрятаться от непонятного испытующего взгляда Себастиана. Курт вытащил несколько страниц, и Себастиан, взяв их, просмотрел слова и изучил пометки на полях. — Значит, ты в курсе, — Себастиан пожал плечами и вернул бумаги Курту. — Теперь мы квиты. Курт быстро застегнул рюкзак и протянул руку, чтобы схватить Себастиана за плечо, когда тот повернулся, собираясь уйти. — Честно говоря, ты ведь тоже стал сразу давить своим присутствием, — сказал Курт, пытаясь оправдаться. Себастиан ухмыльнулся и покачал головой, но эта фраза заставила его остановиться на месте. — Пожалуйста, — сказал Курт, удерживая Себастиана за плечо. — Пожалуйста, давай начнем все сначала? Себастиан посмотрел исподлобья на Курта. — А ты закрой глаза на минуту, и посмотрим. Сердце Курта сжалось в груди от холодного, обиженного взгляда Себастиана. Курт вздохнул и закрыл в ожидании глаза, почти уверенный в том, что Себастиан просто уйдет и оставит его стоять одного. Себастиан имел на это полное право. Он почти ушел. Едва он сделал шаг, как остановился. Он посмотрел на Курта, который стоял с закрытыми глазами и ждал истечения времени, так же как Себастиан ждал его. — Я... Я не могу так поступить с тобой, — сказал Себастиан. Курт медленно открыл глаза. Себастиан рассматривал свои ботинки, шаркая ногой по линолеуму. — Я не могу оставить тебя так стоять. — Почему? — спросил Курт. Себастиан снова взглянул на лицо Курта. — Потому что я говорил правду, — как ни в чем не бывало ответил Себастиан. — Я не врал, когда сказал, что хочу получше узнать тебя. Я хочу знать о тебе все. И не только потому что... — Себастиан поднял руку и неосознанно указал на лицо Курта, — ...могу видеть твое лицо. Еще потому что... мне кажется, у нас много общего. — Ага, — сказал Курт, переводя взгляд на свои белые мартинсы, — и что, например? Себастиан подошел ближе и наклонил голову, чтобы поймать взгляд Курта. — Нам обоим не помешал бы друг. Курту было слишком стыдно смотреть на Себастиана, но тот не позволял ему отвести взгляд. — Я живу вне кампуса, — предложил Себастиан. — Может, придешь как-нибудь в гости? Я приготовлю нам ужин. Курт тяжело сглотнул и замечтал, на минуту представив, что, возможно, Себастиан рассчитывал на нечто большее, чем просто ужин, какой бы нелепой эта мысль ни казалась. — Когда? — спросил Курт, надеясь, что его голос не звучал так тихо и жалко, как ему казалось. — Что ты делаешь сейчас? Курт улыбнулся. — Ничего особо важного, — сказал он. На полпути к выходу из класса Себастиан развернулся и протянул Курту руку. Курт взял ее и, сдержав хихиканье, вышел с Себастианом в коридор.