Похоже, я в гоблинском переводе

      Путешественники не знали, что на самом деле задумал дракон, но им вполне хватало того факта, что сейчас они могли не волноваться о том, что есть, где спать и чем подкупать нужных людей. Кстати, о нужных людях.       Их бородатый знакомый свято верил в успешность миссии, данной им путникам. Хотя, сказать совсем честно, он верил в это каждый раз, отправляя на ужин дракону очередных искателей приключений. Но сейчас, завидя эльфа и попаданца, гордо входящих в таверну с набитыми мешками, он открыл рот от неожиданности. В лучшем случае желающие попытать счастья в логове дракона приползали через неделю, измождённые, в обгоревших лохмотьях вместо одежды, и рассказывали ужасные истории. А эти двое выглядели как после утренней прогулки. Что касается эльфа, он так лучился радостью, будто выхлебал пузырька три зелья счастья. Бэр подскочил к ним с неожиданным проворством.       — Получилось? Какой он? Что он говорил? Сожрать пытался? — в глазах мужчины светилось любопытство.       Утомлённый небольшим приключением, Дима предложил обсудить это за ужином. Аэль же на ходу принялся расписывать всё подетально, правда, не без маленькой толики вымысла вроде «уничтожающего всё на своём пути пламени» и «раскатов громоподобного рыка, от которого кровь стыла в жилах, а сердце боялось издать лишний звук и пропускало удары». Дима неторопливо ел и позволял Аэлю вводить в заблуждение их нового знакомого, на которого рассказы эльфа производили огромное впечатление.       — Дела-а-а… — протянул Бэр, когда Аэль рассказал об их чудесном спасении. — Повезло Вам, конечно. Кстати о сокровищах. Это, уговор у нас был, так что я жду.       Бескорыстным рассказчиком Бэр не был, и запросил четверть полученного героями ещё во время рисования карты. И теперь он выжидающе смотрел на своих собеседников.       Аэль озадаченно заморгал.       — Да, было такое. Мы тебе вроде четверть сокровищ задолжали. А это от всех или только тех, что…       — Конечно, от всех, Аэль, — перебил его попаданец. — От всего, что у нас тут есть, — он кивнул на мешки, стоящие рядом.       — Но ведь…       — Уговор есть уговор, — продолжал затыкать его Дима. — Перейдём к делу. Думаю, не стоит осуществлять делёжку на глазах у остальных посетителей, — он мельком взглянул на сидящих вокруг. На троицу давно уже косо посматривали. Не каждый день ведь заходят такие богатые личности.       Эльф пребывал в лёгком замешательстве, но задавать вопросы перестал.       Бэр одобрил идею. Устраивать демонстрацию сокровищ в зале совсем не хотелось.       Когда их «партнёр по бизнесу», как мысленно окрестил его Дима (по правде, далёкий от этих понятий), удалился со своей долей, парень завалился на кровать и потянулся.       — Весёленький денёк выдался, — сказал он. — Что ж, пора вздремнуть, наверное. Самое сложное позади.       — Нам рано расслабляться, — с неожиданной серьёзностью произнёс Аэль.       Дима удивлённо поднял взгляд на попутчика.       — Многие видели, что у нас есть, — продолжил эльф. И многие захотят заполучить это себе. Нам придётся уехать ночью. Иначе у нас могут быть нежданные гости.       Попаданец удивился такой перемене ушастого. Впрочем, может, он таким и был? Просто не было поводов это показать…       — Я куплю нам пару плащей и ещё кое-чего по мелочи, а ты побудь пока здесь, — блондин развернулся и зашагал к выходу.       — Непривычно видеть тебя таким, — честно сказал Дима.       — Знаешь, эльфы не могут читать мысли, но чувствуют ауру. Она может меняться от помыслов того, кому принадлежит. Тебя бы не привело в восторг то, что я почувствовал здесь. Но, к сожалению, это не такая уж и редкость. Я вообще не очень люблю ауры людей, — проговорил эльф. — Но мне нравится твоя, — и он одарил брюнета лучезарной улыбкой.       Уход Аэля позволил Диме немного поразмышлять в одиночестве. Ауры… Ему польстили слова эльфа. И он не такой растяпа, каким кажется. Дима, окрылённый их успехом, даже не подумал о том, что они в серьёзной опасности. А ещё знаток фэнтези. Сколько раз он читал о вероломных убийствах, основанных на человеческой (и нечеловеческой тоже) жадности. Дима по привычке потянулся снять очки, чтобы протереть глаза, но вспомнил, что они в этот мир с хозяином не последовали. Но каким-то чудом зрение юноши пока что справлялось с окружающей действительностью.       Он продолжал думать об Аэле. Всё-таки очень здорово, что у него, попаданца, такой хороший попутчик. От этой мысли на душе у парня потеплело.       Он и не заметил, как эльф вернулся, стрекоча что-то на ходу как ни в чём не бывало. Аэль во всех подробностях рассказал, как выбирал плащи, как покупал походный перекус и показал, какой у него теперь красивый гребень — золотой, сверкающий на свету разноцветными каменьями. Дима пожал плечами — его вполне устраивал обычный деревянный гребешок, купленный в этой же деревне.       — А ещё я купил нам это, — блондин достал показал два закупоренных пузырька с красной жидкостью. — Зелье силы, — пояснил он. — Но сначала нужно проверить, не подделка ли это.       — И как будем проверять? — спросил не искушённый в вопросах алхимии парень.       — Пробовать, — пожал плечами Аэль. — Главное, чтобы алхимики не успели решить отравить нас… — с этими словами он откупорил один пузырёк.       Но постой! Если это — яд, ты ведь… — Дима с тревогой смотрел на спокойного, как сытый удав, эльфа.       — У эльфов хороший иммунитет к ядам, — заверил Аэль и понюхал зелье. — Пахнет как настоящее, — он пожал плечами и отхлебнул из пузырька.       Эликсир оказался неподдельным. Впрочем, чтобы сварить яд, похожий на зелье силы, понадобилась бы пара дней, но этого эльф не знал — его познания в алхимии были достаточно скромны. Аэль погнул пару монет, едва не сгубил ножку одной из кроватей, смял ни в чём не повинный подсвечник и на том успокоился.       — Держи, — он протянул Диме наполовину полную склянку. Парень с опаской сделал глоток. На вкус напоминало переслаженный томатный сок. Терпимо. Он допил содержимое и почувствовал, что сейчас без труда может повторить недавние эльфийские «подвиги», но решил не портить вещи. Вместо этого путешественники договорились дождаться ночи, ускользнуть через окно, добраться до конюшни и как можно быстрее покинуть деревню.       — Поспи немного, а я посторожу, — предложил эльф.       — А как же ты?       — У эльфов более чуткий слух, я быстрее услышу об опасности. Не волнуйся, засыпай. Или мне тебя убаюкать? — кокетливо спросил эльф и нежно погладил щёку брюнета.       Дима вспыхнул.       — Справлюсь, — буркнул он и поспешил спрятаться под одеяло.

***

      Аэль разбудил Диму согласно плану. Они наспех собрали все вещи и покинули таверну как и собирались. Жаль было оставлять верёвку, что так помогла им (особенно Диме) сбежать, но делать было нечего. Эльф и человек, плотно закутанные в плащи, проулками добрались до ближайшей конюшни.       — Две самые быстрые лошади, — проговорил Аэль заспанному сторожу, старику лет семидесяти.       — Ночью двойная оплата, — процедил тот.       — Нас не волнует.       — И деньги вперёд.       Эльф протянул ему набитый мешочек.       Сторож пересчитал деньги, хмыкнул, исчез в конюшне и вскоре вернулся с двумя жеребцами. Скакуны нетерпеливо махали головами, заставляя уздечки тонко позвякивать.       Когда путешественники уже собирались было вскочить в сёдла и умчаться, старику пришла в голову одна меткая мысль. Он бы и раньше мог додуматься, но голова в старости, увы, работает хуже. И вообще трудно соображать, когда тебя вот так будят. Сторож подошёл наугад к одной из фигур и сдёрнул капюшон. Интуиция его не подвела, о чём и свидетельствовали открывшиеся взору острые уши.       — Так это вы! Те самые! — завопил старик.       Едва он это произнёс, из-за ближайшего угла как по сигналу выбежали двое амбалов.       Путники поспешили оседлать коней. Последний раз Дима сидел в седле лет в десять, в парке, и всадник с него был не самый лучший, но, как говорится, у страха глаза велики. Тому, как лихо он запрыгнул в седло, позавидовал бы и заправский жокей. Что там должно быть дальше? Он слегка стукнул скакуна ногой по массивному боку. Конь громко заржал и пустился галопом вслед за своим собратом, уносящим всё дальше эльфа.       Погоня приобрела больший масштаб, но досадное упущение в виде отсутствия готовых немедля пуститься в погоню лошадей сыграло на руку путникам. Пока жаждущие наживы торопливо нахлобучивали сёдла на животных и искали в полутьме уздечки, путешественники ощутимо оторвались от преследователей.       Сонный сторож не соврал — Аэлю и Диме достались самые быстрые лошади, и оторваться не составило труда. Но расслабляться всё равно было нельзя, и путники мчались во весь опор.