Эльфийская ногопись

- Вам показалось, - прошипела сквозь зубы примерзкая вампирша, как-то очень странно дернувшись при этом в левую сторону. Из чего я с точностью поняла аж две вещи. Первая из которых состояла в позитивненьком осознании, что супруга ещё совсем не успела рассказать зловредной горничной об этом важном открытии, так как была слишком занята пленением моей милой подруги. И второй, более злонравной и дикой, тихо пищащей внутри меня голосом первородного дикого страха и твердящей о том, что живого свидетеля преступления иной раз всё же проще заколоть и мирно закопать на заднем дворе, чем мучиться нервотрёпкой во веки вечные. И тихой дрожью от осознания, не задумала ли эта мерзкая Милена претворить эту милую идею в очередное противоправное действие. - Ага, конечно, - несмотря на всё это, протянула я довольно победоносно.- А ещё в этом замке настолько приятно находиться, что вечно невольно налетаешь на чьи-то губы! Вполне себе нагло хмыкнув и чуток перефразировав услышанную фразу, окончила свою бесценную мысль я. И, ещё продолжая терзаться внутренними сомнениями, но всё равно упорно продолжая сохранять на губах лучезарную улыбку, медленно стала отходить к противоположной спасительной стенке. Опасаясь невесть чего, а главное, ещё продолжая чувствовать своей миленькой пятой точкой эту вселенскую паранойю. С упорством ужасного тирана день за днём твердящую мне о том, что от этих вампирских варваров можно ожидать чего угодно и когда угодно. А уж тем более маленьким слабым эльфам, которым вообще не предстало находиться в этих больших и страшных кровавых замках, и уж тем более в обществе… - Я не целовалась с ним! – прервав бегущий поток моих бренных мыслей, вампирша неожиданно встала и направилась в мою сторону. – Миньер приставал ко мне. Да, я признаю. Но я отбивалась… Она медленно надвигалась, продолжая изрекать свои хрупкие и совершенно нереалистичные оправдания ртом, полным острейших и белоснежных зубов. Которые, в придачу ко всей этой живописной картине, ещё и вполне жутковато сияли в блеклом свете висящей под потолком и мерно покачивающейся лампы. Которая, ко всему этому безобразию, явно так и норовила нагло шлёпнуться мне на голову в то время, когда эти зубки вопьются в тонкую шею. Чтоб перегрызть её раз и навсегда, и больше уже никогда не мешать этой маленькой бестии предаваться разврату с моей супругой. - Но ты не отбилась! – от страха удивительно нагло и горделиво закончила я свою мысль. Забиваясь при этом в небольшой, но довольно вонючий угол этой проклятой кухни и складывая на груди руки. Стараясь всем своим видом показать этому исчадию ада, что после горячей и столь сладострастной ночки в объятиях Израэль, являюсь в этом доме полноправной хозяйкой. А больше не гостьей, и уж точно не случайной временной проходимкой, которая заглянула на чаёк и готова сигануть за ближайший кустик, заслышав в коридоре подозрительные шаги. Хозяйкой, а значит и госпожой этой вредной особы, наталкивая на алчные мысли о том, что сейчас я намного выше и важнее её самой по званию и значению. И она явно знает об этом, оттого так и бесится. - Не отбилась, - тяжко вздохнув и совсем уж кисло повторила вампирша, сникая на глазах и опуская острое лезвие на столешницу. Точно говоря мне о том, что в этой неравной схватке я всё же одержала безоговорочную победу. И враг сдаётся, тихо махая белым флагом и трусливо прячась в ближайших кустах. И заодно давая в мои руки столь желанное право пробиться сквозь все эти дебри непонимания и великой тайны, окружающей личную жизнь моей милой супруги. И её весьма тяжкие и опасные отношения с опостылевшей в прошлом второй женой. - Да не знаю я, что там случилось с этой принцесской, - буркнула вампирша, разом разбив все мои надежды и былые мечты. Садясь обратно на законное место кухарки и даже берясь за очередную картофелину, точно стараясь всем своим видом показать, что она не врёт. И уж точно не хочет разговаривать больше, раскрывая крамольные тайны любимой госпожи какой-то заблудшей эльфийке, которая, ко всем прочих грехам, с успехом уводит у неё желанную любовницу. И при этом-таки довольно успешно. - Врёшь! – прошипела я, от обиды подлетая непозволительно близко ко всё ещё валяющемуся неподалёку острому лезвию ножа. На полдороги вздрагивая от страха и тормозя настолько резко и неумело, что сокрушительный въезд в железное ведро картошки становится практически неизбежным. Оставляя в ушах дикий звон от столкновения с ним и тихую радость, что тяжёлый картофель таки не дал ведру перевернуться и полететь кубарем в неизвестном направлении. - Уйдите Вы, пока ничего не разрушили! – всё так же зло прошипела противная Милена. На что я творчески послала в её сторону милый воздушный поцелуйчик, как бы намекая на прошлый разврат. Отчего вампирша скисла вновь и продолжила оборвавшийся в одночасье рассказ о прошлом в более честном ключе. - Да я, правда, не знаю, - уже чуть более правдиво выдохнула она, окончательно повесив свой длинный нос под тяжким бременем коварной измены. – Так как я пришла в замок уже после второй жены миледи, которую, кстати, звали Корнелией. И была свидетелем лишь той вселенской грусти, которую испытывала Израэль, когда последняя... исчезла. Мои длинные эльфийские уши мигом уловили всю глубину трагизма, с каким было сказано о скорби любимой хозяйки Миленой. Которая, видимо, именно в тот период и начала утешать мою вредную Израэль, скрашивая её отчаяние плотскими утехами и ещё более жутким непосредством. О котором мне сейчас даже совсем не хотелось и думать, так как странная пауза перед последним сказанным словом вампирши представляла для моего расследования куда боле продуктивный интерес. Точно наталкивая на умную мысль, что принцесса, и уж тем более жена второго из принцев не может уж просто так исчезнуть из этого громадного замка. Особенно с учётом того, что и сбежать-то из него практически нереально. А уж просто раствориться в воздухе и подавно. Наталкивая меня на ещё один виток строгой дедукции, твердящий моему внутреннему детективу о том, что нужно начать искать с других концов света. То бишь с самого простого. - Милена, раз уж ты не знаешь ничего про эту пропавшую Корнелию, то хотя бы покажи мне, где находились её покои, - вполне милостиво и довольно миролюбиво попросила служанку я. Разумеется, красноречиво пообещав за эту безделицу хранить сий страшный секрет Милены до окончания своей бренной жизни. И отчаянно надеясь на то, что вампирша столкнётся с моей донельзя обиженной супругой намного позже нашего прибытия к месту назначения. *** - И что это мы здесь делаем? – сладко пропела материализовавшаяся словно из воздуха почему-то весьма довольная супруга, резко прижимая моё бедное тело к ближайшей стене. Заставляя меня саму вздрогнуть от неожиданности, обиженно пискнуть и осторожно скосить глаза чуточку влево. Наблюдая за тем, как моя шантажируемая верная горничная, а по совместительству и умелая проводница, тычет пальцем в необходимую дверь и быстренько ретируется из поля зрения своей милой. Не то ещё ощущая острую вину за безуспешную попытку отбиться от похотливых губ коварного Миньера, не то совсем не намереваясь смотреть на наши новые обнимашки. Тем самым вновь подло оставляя меня наедине с надлежавшей супругой. Которой, ко всему прочему разумению, уже давно надо было что-то ответить. - Страдаю я тут, - красноречиво всхлипнула я, пытаясь отлепить загребущие руки вампирши от моей бесценной груди. – Оплакиваю смерть моей маленькой невинной феи… Вновь на эмоциях удивительно красочно и трагично закончила я, вновь мысленно дав себе маленький подзатыльник. В очередной раз напоминая самой себе, что убивать мою маленькую подружку никто вовсе не собирался. И мне вовсе не стоило хоронить её раньше времени. Тем более не имея на то веской причины. Или… - А чего её оплакивать-то? – немало удивилась моя вампирша, убирая загребущую кисть от моих персей, но всё равно проводя одним пальцем по кромке выреза платья. – Она же сидит в своей клеточке живая, здоровая… Облизываясь. И явно предлагая мне забыть обо всех печалях в её сладких объятиях. Чего я, признаться, делать в этот момент была не намерена совершенно точно. Так как, даже несмотря на наше милое примирение, жутко злилась на Израэль за плен подруги. И уж точно была не намерена сдаваться её чарам до окончания своей миссии. Даже несмотря на то, что нежданно запульсировавшие в момент губы быстренько ответили на горячий вампирский поцелуй. - Я же сказала, что не хочу! – довольно громко вскрикнула я через пару сладких и томных минут, чувствуя, что ласкающие руки начали медленно забираться под тонкую одежду, совсем не желая останавливаться. Чувствуя и в своём собственном теле начавшуюся было разгораться похоть, пытаясь преодолеть которую я быстро оттолкнула отвлёкшуюся было вампиршу. И, резко вывернувшись из этих объятий, бросилась бежать сломя голову по коридору. Спасаясь от неё и себя самой, отчаянно желая сохранить свои принципы неприкосновенными. Бежала не останавливаясь, слыша сзади громкое дыхание зверя и ощущая, как развеваются на ветру распущенные волосы. Бежала вперёд, не разбирая дороги… А, уж если и быть правдивой, то вполне себе разбирая. Так как, пробежав два небольших пролёта и узрев искомые пенаты, я быстро открыла дверь и юркнула в них. Быстренько заперевшись так кстати попавшейся на глаза щеколдой. - Алатиэль, чёрт возьми! – услышав сзади гневный крик и сильный хлопок в дверь, я вновь странно дернулась. Но всё же, не став обращать внимания на столь незначительные мелочи, решила воспользоваться ситуацией и продолжить своё расследование. То есть заняться поиском улик.