Искусство сновидений

— Это безумие, — заметил Стефан, но все же поплелся за Биллом на лестничную площадку. — И что ты ей скажешь? «Здравствуйте. Как-то раз глубокой ночью я у вас дома встречался со знаменитым пианистом. Вы не подскажите, мне это приснилось, или он здесь действительно был?» — Нет, я скажу, что я сосед снизу, и что она меня залила. Тогда она впустит меня внутрь и... — оборвавшись на полуслове, Билл сделал глубокий вдох. К черту объяснения, решил он и нажал на звонок. Он просто должен увидеть, как выглядит эта квартира изнутри. Буквально через несколько секунд Билл услышал скрежет когтей, затем человеческие шаги. Дверь открылась, и перед ними предстала худощавая старушка с большой рыжей кошкой на руках. — Добрый день, — приветливо улыбнулась хозяйка квартиры, окидывая обоих братьев любопытным взглядом. — Чем я могу вам помочь? — Понимаете, здесь такое дело... — неуверенно начал Билл. Только сейчас он, наконец, осознал, что эта женщина наверняка прожила здесь всю свою жизнь, следовательно, знает всех соседей, кроме Билла, который переехал сюда полгода назад, и то, может быть, его она тоже видела. От недавней решимости не осталось и следа. — В общем... — Билл бросил взгляд вглубь квартиры и почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Небольшая прихожая, обклеенная потрепанными временем и кошкой обоями и обставленная старомодной мебелью, разительно отличалась от того дорогого изящного интерьера, который он видел у Тома. — В общем... — повторил Билл, проглотив ком в горле. — Нам пора. Он развернулся и направился к себе домой, не обращая внимания на удивленный вздох старушки и тихое рычание брата. — Простите, — виновато пробормотал он уже перед своей дверью.

***

— Ты выставил меня полным идиотом, — прошипел Стефан, грозно возвышаясь над сидящим на диване Биллом. Его глаза были прищурены, а взгляд ни на миг не отрывался от сжавшегося под таким напором брата. — Извини, — смущенно произнес Билл, и черты лица Стефана тут же смягчились. — Ладно, — примирительно кивнул тот и сел рядом. — Но я все равно не понимаю, зачем ты сбежал. Это же глупо. Да и потом, ты сам хотел наведаться к соседке, а как только она открыла... — В той квартире никогда не было Тома, — прервал его Билл, глядя сквозь черный экран телевизора перед собой. — Господи! — Стефан закатил глаза. — Я тебе это сразу объяснил. Зачем надо было тревожить старушку? — Наверное, чтобы я увидел ее прихожую и сам убедился, — безучастным тоном ответил Билл. С трудом оторвав взгляд от выключенного телевизора, он повернул голову к брату. — А что ты ей сказал, когда я ушел? — Что у тебя биполярное аффективное расстройство, поэтому ты не всегда отдаешь себе отчет в своих действиях. — Чего? — Билл во все глаза уставился на Стефана. Он не понял значение поставленного ему диагноза, но то, что его выставили сумасшедшим, ему, мягко говоря, не понравилось. — Как ты оживился! — ехидно заметил Стефан, искривив губы в ухмылке. — Биполярное аффективное расстройство — это психическое заболевание, проявляющееся в виде чередующихся эпизодов аффективных состояний. Например... — Это я понял. — Билл вытянул вперед ладонь, призывая того замолчать. — Да ты что? — с наигранным удивлением протянул Стефан, но Билл пропустил сарказм мимо ушей. — Зачем ты сделал из меня психа? — Знаешь ли, ты сам виноват. И вообще, это первое, что мне пришло в голову. — Что я псих? Стефан лишь хмыкнул в ответ. — Вообще зря ты переживаешь, — сказал он после недолгой паузы. — Она даже тебе посочувствовала. — Еще бы. Да я, в общем-то, не переживаю, — признался Билл. — По крайней мере, из-за соседки. Он грустно усмехнулся. В комнате повисло глубокое молчание, а в груди поселилось уже знакомое тягучее чувство. — Но зачем он меня обманул? — наконец, не выдержав давящей тишины, выпалил Билл. — Я верил ему, черт возьми, да я влюбился в него по уши! На него нахлынул неожиданный прилив энергии, который неудержимым потоком вырывался наружу, и он выложил брату все: как он ждал ночи, чтобы побыстрее встретиться с Томом, как они целовались, как он сходил с ума от счастья рядом с ним, как с упоением слушал его музыку, даже как они занимались сексом и какой сильный оргазм ему довелось испытать. Он рассказывал в таких подробностях, от которых ему самому позже стало стыдно. Стефан за все это время не обронил ни слова, а лишь внимательно смотрел на Билла и заговорил только тогда, когда тот умолк. — Получается, с тех пор, как вы встретились в клубе, ты его больше ни разу не видел. — Получается, что так, — согласился Билл. Вся энергия куда-то улетучилась, и сейчас он чувствовал себя абсолютно изможденным. — Фигово. — Стефан закусил губу, задумчиво глядя в пол. — Как ты думаешь, что все это может значить? — спросил Билл. Где-то в глубине души он по-прежнему надеялся, что Том не просто так его обманывал, что у него были на то веские причины. — Не знаю, но будет лучше, если ты забудешь о нем, пока не начал путать сон с реальностью. Хотя... и так уже один раз перепутал. Билл кивнул, не в силах больше говорить.

***

Следующие несколько дней они не затрагивали эту тему. Стефан напряженно работал и возвращался домой поздно вечером, Билл же упорно пытался забыть Тома, вот только выходило у него это с трудом. Даже стоя за барной стойкой в пятничный вечер, когда в клубе собирается особенно много народу, Билл не прекращал думать о нем. — Что же это такое, — пробормотал он себе под нос, когда шел под утро домой через холодный безлюдный парк. Несмотря на то что клуб, где он работал, располагался недалеко от дома, буквально в десяти минутах ходьбы, пешие прогулки по темному парку ему нравились все меньше. Летом Биллу даже нравился обратный путь с работы, ведь тогда в это время уже светало и пели соловьи. Сейчас же морозный ветер дул в лицо, вынуждая сутулиться и прятать подбородок за высоким воротником куртки, а в кромешной темноте, куда не доходил свет фонарей, постоянно мерещились какие-то тени, заставляя каждый раз вздрагивать и озираться по сторонам. Наконец, очутившись в уютной теплой квартире, Билл переоделся и забрался под ватное одеяло. Стефан все еще крепко спал, посапывая у себя на кровати, и Билл тоже сомкнул веки, надеясь уснуть, но сон все не шел. В голову лезли нехорошие мысли, из-за чего он еще долго ворочался и погрузился в глубокий беспокойный сон, когда уже почти рассвело. Билл снова брел по темному парку, чувствуя, как леденеют костяшки пальцев и стучат от холода зубы. Он еле переставлял ноги, словно кто-то или что-то затрудняло движение. Из каждого темного закоулка доносились пугающие звуки: то какой-то шелест, то тихий вой, то скрежет. Билл старался не придавать этому значения, убеждая себя, что ему это лишь кажется, и продолжал идти. Скоро, говорил он себе, я буду дома, ведь здесь совсем рядом, но путь все не кончался, и вдруг Билл осознал, что у аллеи, по которой он идет, нет конца. Это замкнутый круг, из которого никак не выбраться, и эта мысль показалась ему настолько ужасной, что он тут же свернул с аллеи и помчался между деревьев по сырой земле. Внезапно он увидел перед собой железную дорогу и остановился. Раздался оглушительный гул поезда, а вскоре показался свет ярких фар. Только когда поезд был уже совсем близко, Билл заметил, что стоит на путях, но было поздно... Проснулся он от собственного крика, и заодно еще разбудил Стефана. — Чего орешь? — тот сел в кровати, сонно потирая глаза. — Кошмар приснился? — Ага, — кивнул Билл, а потом зачем-то добавил: — Мне больше не снится Том. Проворчав что-то нечленораздельное себе под нос, Стефан откинулся на подушку и повернулся лицом к стене. Билл еще с минуту сидел, глядя на засыпающего брата, но вскоре и сам лег спать.

***

— Значит, ты все еще о нем думаешь? — неожиданно спросил Стефан, обернувшись вполоборота. Он стоял у плиты и жарил яичницу, в то время как Билл нарезал овощи к салату. За все утро они перекинулись лишь парой фраз, и этот внезапный вопрос был точно гром среди ясного неба. — О Томе? — машинально уточнил Билл. — Ну а о ком еще? — Стефан бросил в его сторону мимолетный взгляд и вновь вернул свое внимание к готовке. — Да я, честно говоря, и не переставал о нем думать, — признался Билл. — Я стараюсь выбросить его из головы, но... не могу. Я постоянно пытаюсь понять, зачем он меня обманул, кто он такой, чем живет, почему не хочет встретиться со мной в реальности и почему он вдруг перестал мне сниться. — У меня есть несколько предположений. — Стефан снял сковороду с плиты и принялся выкладывать ее содержимое на тарелки. — Но боюсь, ни одно из них тебе не понравится. — Все равно рассказывай, — убито произнес Билл. Морально он уже был готов к самым жутким версиям... наверное. Стефан устроился за столом и, приступив к завтраку, заговорил: — Начнем с самого безобидного. — А может, лучше с самого не безобидного? — с мольбой в голосе попросил Билл. Ему очень не хотелось оставлять самый страшный вариант на потом, но Стефан был непреклонен: — Нет, — отрезал он. — Том живет не в Кёльне. Здесь он был проездом и после той вашей встречи в клубе вернулся в свой город. — В какой именно? — Откуда я знаю? — Стефан посмотрел на брата, как на дурака и продолжил: — Так вот, вернулся он к себе домой, а снова в Кёльн не собирается, вот и крутит тебе голову. — Но если я ему действительно нравлюсь, что ему стоит приехать ко мне в Кёльн, ну или пригласить к себе, где он там живет? — Возможно, ты ему не настолько нравишься. От этих слов у Билла внутри все неприятно сжалось. — Тогда зачем он вообще со мной встречается? Во сне я имею в виду. — А вот тут мы и переходим ко второму варианту! — Стефан многозначительно поднял указательный палец. — Он женат, у него есть дети, квартира, работа, и он не хочет ничего менять в своей жизни, но при этом ему нравятся наивные мальчики вроде тебя. Так как он не хочет рисковать благополучием своей семьи, он не заводит любовника на стороне, а заводит его где? — Во сне, — совершенно поникшим голосом ответил Билл. — Правильно! Тем более, что во сне можно представиться знаменитым пианистом, наврать с три короба и не беспокоиться, что тебя поймают с поличным. — Это как-то совсем хреново звучит, — заметил Билл, без особого аппетита жуя яичницу. Настроение ухудшалось с каждым произнесенным братом словом. — Нет, совсем хреново звучит моя последняя версия, — абсолютно некстати улыбнулся Стефан. — И что это за версия? — В голове не укладывалось, что могло быть хуже, чем женатый Том с детьми, поимевший Билла во сне исключительно ради развлечения. — Он — псих, — просто ответил Стефан и продолжил уплетать за обе щеки свой завтрак. — В смысле? — нахмурился Билл. — В прямом. Он — помешанный на астрале маньяк, которого совершенно ничего не интересует в реальной жизни. Возможно, он даже не работает, а только добывает себе на пропитание и, скажем, на оплату аренды квартиры. — Как ты, что ли? — неожиданно для самого себя подколол Билл брата. — Вообще-то, — обиженно сказал Стефан, — у меня есть цели, интерес к людям... — Ага. Например, к твоему патологоанатому. — И к нему тоже. Но главное, я понимаю, что жизнь важнее снов, а он нет, и, учитывая, что он не работает, может, он даже попрошайничает или ворует. Ну, согласно моей последней версии. Билл молча смотрел в свою тарелку, переваривая полученную только что информацию. Ни в один из вариантов не хотелось верить, и он судорожно пытался придумать свою, более приятную версию. — Но тогда в клубе он не был похож ни на маньяка, ни на бомжа! Тем более, он был в большой шумной компании и вел себя уверенно, — вспомнил Билл, и на душе стало даже немного легче. — Тогда вернемся к первым двум вариантам, — пожал плечами Стефан. — Хотя, — задумчиво протянул он, — с тех пор прошло немало времени, правильно? — Ну да. — Значит, за это время он вполне мог успеть окончательно свихнуться. Билл печально вздохнул и, отодвинув в сторону так и недоеденную яичницу с салатом, уставился на брата. Тот весело справлялся с остатками завтрака и наверняка даже не представлял, как мучительно ему было все это слушать. — Ты и правда думаешь, что все так плохо? — после недолгого молчания спросил он, в душе надеясь на отрицательный ответ. — Конечно. Если человек что-то скрывает, значит, оно того стоит. — Стефан поднял голову и посмотрел на Билла своим загадочным тяжелым взглядом.