Дивергент. История Ханны Вуд

- Пожалуйста, выпустите меня, - плакала девочка, стуча кулачками тяжелую деревянную дверь, - пожалуйста, выпустите меня! Слезы текли по ее щекам, не останавливаясь, а маленькие ручки были в крови из-за того, что она слишком долго колотила эту дверь. Она не хотела поддаваться. Точнее никто не хотел ее открыть. Девочка услышала злобный смех мальчишек, но затем они убежали, сказав, что она навсегда останется там и ее кости найдут лет через пять. Слезы потекли с новой силой и девочка села на пол, поджав колени к груди и обхватив их тоненькими ручками. Серые рукава платья были мокрыми от слез, когда она со злостью стирала их со своего лица. Девочка боялась поднять голову, но все же сделала это. Вокруг было темно, хоть глаз выколи. Протянув руку, девчушка не увидела кисти. Слезы вновь были на подходе, но девочка прикусила губу, чтобы не заплакать. Прижавшись к холодной и сырой стене, девочка положила голову на колени и стала раскачиваться взад и вперед. Что прошуршало. Девочка резко вскинула голову и прислушалась. Шорох усилился и был где-то рядом. Тело девочки напряглось, а затем что-то мокрое и пушистое коснулась кожи ее ног. Девочка взвизгнула и за каких-то пару секунд этот подвал показался ей настоящим кошмаром, сущим адом. Она встала и стала громко, что есть силы колотить дверь и кричать. - Эй, ты как там? – услышала девочка голос. Мальчик. - Пожалуйста, - взмолилась девочка, - выпустите меня. Мне страшно, - слезы текли, деля щеки пополам. Послышался звук открывающегося замка, а затем дверь открылась и девочка зажмурилась. - Выходи, скорее, - поторопил ее мальчик. Ее не надо было просить дважды. Девочка выбежала из подвала и села на траву. Теперь она плакала уже во весь голос. Ей было так страшно. Почему эти дети так с ней поступили? Разве альтруисты так поступают? А самое главное, что никто ей не поверит. Никто не поверит маленькой, испуганной девочке, что это сделали противные мальчишки. Никто не поверит. Даже мама. - Как ты там оказалась? – непонимающе спросил мальчик. «Он еще здесь?» - подумала девочка и посмотрела на мальчика. Темно-синие глаза смотрели на нее, а черные волосы были взъерошенными и похожими на воробьиное гнездо. На скуле виднелась ссадина, а на колене синяк. - Я…, - девочка замялась и вытерла слезы. Поверит ли он ей, если она скажет правду? - Тебя закрыли там? Девочка посмотрела на него. Он проверяет ее или нет? В чем же дело? Есть ли в этом, вроде простом вопросе, подвох? - Да. Мальчик сел рядом с девочкой и взял ее руки в свои. Костяшки были красными и очень болели, но девочка не обращала на это внимания. Она заворожено наблюдала за действиями мальчика. Он встал и потянул ее за собой. - Надо промыть. Ты же все-таки девочка, - с улыбкой сказал он, - идем. Подойдя к небольшому фонтанчику с водой, мальчик включил воду и подставил руку девочки под струю воду. - Ой, - девочка зажмурилась. - Терпи-терпи! Ты же будущая леди, а леди терпят все, - уверенно сказал мальчик. - Если я леди, то ты бродяга, - сказала девочка с улыбкой, но все также щуря глаза. Мальчик непонимающе на нее посмотрел, а она легко дотронулась свободной рукой до его скулы, - ссадины и синяки. Мальчик отвернулся. - Я упал, - тихо сказал он. Из его голоса пропала та нотка веселья, что была раньше, - давай вторую руку. - Извини, если сказала что-то лишнее, - быстро сказала девочка, - я не должна была. Мальчик повернулся с улыбкой. Ямочки на его щеках приводили девочку в умиление. - Вот и все. Больше не попадай к этим мальчишкам, ладно? - Я бы рада, - грустно сказала девочка, - вот только…они всегда находят меня, - зеленые глаза девочки посмотрели на мальчика очень внимательно, - спасибо. Спасибо за помощь и…за то, что поверил. Мальчик улыбнулся. Он знал, что далеко не все люди в Отречении самоотверженные. Он знал. - Меня зовут Тобиас, - он протянул руку девочке и улыбнулся. - Ханна, - с улыбкой сказала она и пожала протянутую ей руку.

***

Я открыла глаза и поняла, что это был сон. Хороший сон в какой-то степени, но все же мне никогда не забыть тот страх. Мне было страшно в том темном подвале. Там была только я и крысы. Одна из них пробежала по моим ногам. И тогда, девятилетней девочке, это показалось ужасным. Повернув голову, я увидела спящую Трис. Ее ресницы изредка подрагивали во сне. Интересно, ей тоже снятся такие страшные сны. Надеюсь, что нет. И когда это я стала так о ней заботиться? Вздохнув, я оделась и вышла из спальни. Сейчас мне хотелось свежего воздуха, поэтому я вышла на крышу. Удивительно, как я не заблудилась. Правда, приступ паники был уже на подходе, но я все-таки справилась и даже прошла по темному коридору. Думаю, что я вполне смогу преодолеть свой страх. Да, я уверена в этом. Открыв дверь, ведущую на крышу, я увидела там сидящего парня. Я пыталась ступать осторожно, словно кошка. И у меня получилось. Я почти дошла до парня, но в одно мгновение я оказалась на гравии, а Тобиас навис надо мной. Его лицо было очень хмурое. Он смотрел на меня без какого-либо осуждения, просто ему было интересно посмотреть на мою реакцию. - Да-да, ты меня победил, - устало сказала я и отвернула голову. Я не могу смотреть ему в глаза. Но он не отпускал мои руки, и мы были в том же положении, - может…отпустишь уже? - Посмотри мне в глаза. Мое сердце затрепетало. Нет. Я не могу. Ханна, какого черта? Ты можешь! Повернув голову, я посмотрела в эти любимые темно-синие глаза. Я бы никогда от них не отрывалась. Никогда. Так мы пробыли минут пять. - Что еще ты хочешь? – спросила я. Это было тяжело. Ведь на Трис он смотрел совсем другим взглядом. Отпустив меня, он встал и подал мне руку, но я не приняла ее, а лишь закрыла глаза рукой. - Ты должна бороться со своими страхами, иначе ты вылетишь отсюда, - сказал Тобиас, - без фракции ты и дня не проживешь. Я засмеялась, все также не убирая руку от лица. - Ты обо мне заботишься? - Это не смешно Ханна, черт возьми! – прорычал Тобиас, хватая меня за руку и поднимая с гравия. Я послушно поднялась и посмотрела на него. Не могу больше сдерживаться. Его губы такие красивые. Грудь тяжело поднимается и отпускается. Я положила руку ему на грудь и почувствовала, как его тело напряглось. - Я знаю, прости, - тихо сказала я, - болтаю лишнее, как всегда. Но Тобиас, я надеюсь, что ты понимаешь, почему я так поступила с Трис. - Да, - также тихо сказал он и обнял меня. Мне было так тепло в этих объятиях. Возможно, он наконец-то понял, что я к нему чувствую? Неважно. Я крепко обняла его, прижавшись к нему всем телом, - знаешь, Ханна, я не могу тебя потерять, - он отстранился и посмотрел мне в глаза, - ведь ты мне почти как сестра, понимаешь? Что такое? Почему ты плачешь? Ханна! Внутри меня все оборвалось. Резким движением я скинула его руки и злобно посмотрела на него. Боже, какой же он тугодум! - Тобиас, ты идиот! Как сестра? Но я тебе не сестра, - последнее я выделила особенно четко. Стирая слезы, я пыталась собраться с мыслями. Я должна была что-то сказать. Срочно. Однако, вместо слов, я выбрала действие. Быстрым движением я вновь оказалась около него и притянула его к себе за воротник куртки. Мои губы быстро нашли его. Нежно поцеловав его, я почувствовала некое наслаждение. Все-таки я так долго этого хотела. Я так долго ждала, когда он меня заметит. Может быть сейчас…Сейчас он увидит это. Увидит, что я не маленькая девочка, которую он тогда спас от плохих мальчишек. Увидит… - Что ты делаешь? – спросил он меня, когда я оторвалась от его губ. - Разве сестры так делают? – спросила я. - Прошу, не надо, Ханна. Не надо, - он взял мои руки, как тогда, в детстве, а затем отпустил. - Тебе нравится Трис? Он опустил голову, а затем вновь посмотрел на меня. В его взгляде читался положительный ответ. Великолепно. - Отлично. В таком случае все, Тобиас. Я больше так не могу. - О чем ты? - Ты знаешь о чем я! – крикнула я и приложу руки к лицу. Только не плакать, Ханна, только не плакать, - я не смогу смотреть на тебя и на Трис, зная, что…вы нравитесь друг другу. Я не смогу с вами общаться так, как раньше. Тобиас…мне даже больно произносить твое имя. Мне больно быть рядом с тобой. - Ханна, - он протянул ко мне руку, но я увернулась и ушла с крыши. Хватит. Лучше обрубить все мосты сейчас, не так ли? Лучше ощутить эту боль сейчас и пережить ее, чем терпеть все время. Мне станет лучше, но со временем. Вернувшись в спальню, я легла в кровать. Я стану сильнее. Я больше никогда не буду плакать.