Дивергент. История Ханны Вуд

Не бойся рисковать. Бойся ничего не делать (с)

- В первый же день инициации ты загремела в лазарет, - передо мной стоял Тобиас со скрещенными руками на груди. - Отстань. Мы прошли вперед, и зашли вновь в тренировочный зал. Прошло несколько дней и мне стало намного лучше. Трис тоже попала в лазарет, но ей было намного хуже. Ее избил придурок по имени Питер. Когда он увидел меня, на его лице появилась самодовольная улыбка, а списках он значился, чуть ли не первым. В отличии от меня. Я была в списке навылет. - Ну что, куколка. Как самочувствие? - Замечательно, - ответила я сдержанно. Таким холодным тоном мог спросить меня только Эрик. - В таком случае, - он положил свою тяжелую руку мне на плечо, заставляя меня немного согнуться, - есть возможность это исправить, - Эрик оттолкнулся от меня и жестом позвал Тобиаса, чтобы тот встал рядом с ним. Рядом со мной встала Трис. - Что ты здесь делаешь? Разве ты не должны быть в лазарете? - Все в порядке, - тихо сказала девушка. Нихрена не в порядке, подумала я, но вслух ничего не сказала, - если бы Четыре не донес меня до лазарета, - я вздрогнула и посмотрела на нее, - то не знаю, что бы было. Тобиасу запретили даже помочь мне встать, а в случае с Трис ему разрешили отнести ее в лазарет. Я понимала, что мои мысли ужасны, но не могла от них избавиться. Она смотрела на него и не могла отвести взгляд. Тобиас посмотрел в нашу сторону, нет в ее сторону, и кивнул. Внутри меня что-то оборвалось. Неужели это все произошло, пока я была в лазарете? Заметив, как Трис отвернулась, когда Тобиас краем глаза посмотрел на нее, я поняла, что они еще в стадии «переглядки». В любой другой ситуации я бы радовалась за нее, но только не сейчас. Ведь это был не кто-то другой. Это был Тобиас. Мой Тобиас. В смысле…я знаю его гораздо больше и дольше, чем она. Боже, да кого я обманываю? Пока я размышляла на эту тему, Эрик встал недалеко от меня и смотрел мне прямо в глаза. Черт. Его взгляд пронзал мое тело, и если бы это было возможно, если бы взгляд мог ранить, то уверяю вас, мое тело было бы все в дырах и кроподтеках. Юноша стоял со скрещенными руками на груди, а губы были растянуты в наглой ухмылке. Он что-то говорил мне о том, что знает, как исправить мое замечательное настроение. Поэтому что-то подсказывало мне, что второй приход в лазарет мне обеспечен. Нет, злобно одернула я себя, не обеспечен. Ведь я обещала себе, что больше он меня не победит. Никогда. И все его взгляды больше не будут вызывать такую дрожь в моем теле. - Ханна, - позвал Эрик меня по имени, отчего мое сердце замерло, - в круг, - я прошла вперед и встала в нужное место, - и ты тоже, Трис, - мое сердце бешено забилось. Какого черта? Я не смогу ударить Трис. Она же недавно вышла из лазарета, и ее состояние еще оставляет желать лучшего. Видимо, не я одна была такого мнения, так как Тобиас подал голос. - Эрик, она еще слаба. Ты же не хочешь угробить неофита? Лидер фракции посмотрел на него. - Ты это о ком? О Куколке или Сухаре? – с наглой улыбкой спросил Эрик, - начинаем! Не смейте сдаваться, дамочки. Я посмотрела на Трис. Ее голубые, такие чистые и невинные глаза смотрели на меня, и я поняла, что она не сможет на меня напасть. Но если мы продолжим и дальше так стоять, то нас обеих вышвырнут из фракции. Я тут же представила, как моя мама подает мне одежду и еду, не узнавая меня из-за спутанных волос и грязного лица, которое я так старательно прячу. А что же случится с Трис? Не думаю, что она тоже хочет стать бесфракционником. Я четко понимала, что надо было что-то делать. И я начала. На секунду закрыв глаза, я сделала вдох, затем выдох. Открыв глаза, я быстро рванула в сторону Трис и, сжав руку в кулак, замахнулась на нее, но та увернулась и, споткнувшись, упала на пол. Все засмеялись. Нет, я не этого хотела. Прошу, вставай, Трис. Девушка поднялась и непонимающе посмотрела на меня. Ясно. Она не воспринимает меня как противника, пока я даю ей возможность освоиться. Я должна атаковать. Запомнив движения Эрика еще с прошлого раза, я двинулась на Трис первая. Ее живот, также как и у меня в тот раз был открыт, поэтому я ударила ее прямо туда. Она согнулась от боли, но затем встала и я заметила в ее глазах злость. Вот оно. Теперь эта девушка воспринимает меня как противника. Одна ее рука пролетела в нескольких дюймах от моего носа, а вторая ударила скулу. Я подумала, что там будет синяк, но это ничто, по сравнению с тем, что предстояло сделать дальше. Нельзя сдаваться. Нельзя отступать. Нельзя щадить. Кто-то должен проиграть. Пока Трис думала, куда меня ударить, я набросилась на нее и присев, правой ногой подставила ей подножку и она упала на пол. Навалившись сверху, я придавила ей шею рукой. Ее лицо начало краснеть, а руки били меня по лицу, но я старалась не замечать этого, продолжая давить на горло. Трис дергала ногами, и колено больно врезалось мне в спину, на секунду я ослабила хватку. Этого хватило, что она заехала мне рукой в горло. Убрав руки, я попыталась восстановить дыхание, но Трис довольно сильно ударила меня, и у меня заняло долгое время на это. Пока я пыталась вздохнуть, она завалила меня на спину, из-за чего я больно ударилась головой. Кажется, что теперь я буду в списке навылет, так как Эрик хлопнул в ладоши и руки Трис освободили меня. Наконец, когда я смогла сделать робкий вздох я встала. - Что же. Довольно вяло, - сказал Эрик, - Питер, Эдвард – в круг. Парни заняли наше место, когда мы ушли. Посмотрев на Трис, я заметила, что к ней подошел Тобиас и его рука держит ее руку. Глубоко вздохнув, я подошла к ней. - Трис, - сказала я. Она повернулась ко мне. Ее глаза посмотрели на меня уже не той дружелюбностью, а чем-то смешенным между враждебностью и непониманием. - Что ты хочешь, Ханна? - Ты же понимаешь, зачем я это сделала? – с надеждой спросила я. Боже, как же я сейчас жалко выглядела. Но мне было плевать. Я действительно не хотела этого. Ведь так? - Не понимаю, - сказала она. Я хотела оправдаться. Объяснить ей причину, но вместо этого я разозлилась. Какого черта? Она действительно думает, что я бы стала на нее нападать? Да, мне вкайф бить подругу. Да, мы подружились за то время, пока были здесь. Но видимо этого было мало, чтобы понять, что я бы не стала так поступать, если бы не веская причина. Черт, да я делала это ради нас обеих! Неужели я ошибаюсь? - К черту, - злобно сказала я и посмотрела на Тобиаса, - к черту все, - а затем я ушла, не желая видеть их обоих. Не желая видеть, как разбивается мое сердце на тысячи осколков.