Иллюзия мелодии

- Три четверти браков в стране заканчиваются разводами, ты знала? – нахмурив брови, спросил Ричард, - в метро прочитал. Кэрри Энн закатила глаза. - Ну где тут твоя решётка, давай показывай, - велела она. Они шли по Театральной площади, стремительно приближаясь к зданию Оперы. - Как твои репетиции? – спросил Рик, но, судя по всему, чисто из вежливости. Журналист особо не интересовался театром, не считая Призрака, и в искусстве ничего не понимал, со скрипом отличая сопрано от контральто. - Никак, - буркнула Кэрри, - меня понизили, я опять хористка. Вместо меня Мюзетту будет петь Софи Тёрнер из Бостона. - О… сочувствую, - неловко буркнул Ричард и тут же сменил тему, - нам туда, за правый угол. Они быстрым шагом миновали оставшееся расстояние, и Рик, оглядевшись, подошёл к стене в нескольких метрах от края. - Видишь? Кэрри присела и тронула пальцами толстые прутья. Похоже, решётка открывалась вовнутрь, уходя под уровень асфальта ещё на какую-то глубину. Прутья были ржавыми и толстыми, а расстояние между ними – всего несколько сантиметров. - Может, замок с той стороны? – хмурясь, Кэрри ощупывала прутья, не найдя пока ни одного изъяна, - наверное, Призрак не любит гостей. Тут внизу, в кромешной темноте, послышался какой-то шум. Не успела Кэрри Энн отпрянуть, как за решёткой, неожиданно близко, появилось лицо. Видимо, человек был одет в чёрное, поэтому взгляду открывалось только лицо, скрытое белой маской. Обо всём этом Кэрри подумала уже позже; в данный же момент она распахнула глаза, завороженно всматриваясь в причудливые тёмные узоры, покрывающие поверхность маски. Фигура метнулась вперёд, и Кэрри Энн пронзительно завизжала, отшатнувшись от решётки. Не удержавшись на ногах, девушка упала, и Ричард бросился к ней, заглядывая за решётку. - Кэрри? Что случилось? - Призрак… Это Призрак… - перепуганно пробормотала она, - он правда там… и маска… Рик успокаивающе обнял её и погладил по спине. - Всё хорошо, он ушёл. - Но он меня видел. Рик, вдруг он разозлился? – Кэрри всхлипнула от страха, - я же там, в театре… вдруг он меня убьёт? Ричард помолчал и внезапно наклонился к решётке. - Эй, Призрак! – крикнул он, - меня зовут Ричард Артертон! Если хочешь, мсти мне! Она не виновата! - Рик, хватит! – испуганно вскрикнула Кэрри, - давай уйдём отсюда. Ричард кивнул. Уже отойдя от театра на как можно большее расстояние, они нашли небольшое кафе и устроились за столиком у окна. - Ты правда видела Призрака? – с энтузиазмом спросил Рик. - Ага, а Призрак видел меня, - нервно буркнула Кэрри Энн, помешивая ложкой сахар в чашке с кофе. - Да не бойся ты, Кэрр, - Ричард встал и пододвинул свой стул ближе к девушке, - ты ведь певица в его Опере, так? Он не захочет, чтобы театр остался без певицы. - Я всего лишь хористка, - пробормотала Кэрри и невольно всхлипнула, - меня променяли на какую-то лилипутку. Это она такая низкая, что её и в бинокль не видно, но почему-то не замечают именно меня. - Не волнуйся, придёт ещё твоё время, - Ричард положил ей руку на плечо, - к тому же, у этой лилипутки нет таких друзей, как я. Таких, которые могут накатать разгромную рецензию. - Правда? – Кэрри весело взглянула на Рика и сжала его руку своими, но тут же снова поникла, - но такое не пропустят, если она споёт хорошо. А она очень хорошо поёт, я слышала. Просто я не могу поверить, что директора предпочли взять какую-то!.. - Тише, Кэрр, я всё устрою. Напишу о ней такое, что директора, скорее, предпочтут выплатить ей неустойку по договору, чем ещё раз выпустят на сцену. - Но тебя уволят, - грустно улыбнулась Кэрри Энн. - Не уволят, - Ричард прикусил губу, словно на что-то решаясь, и продолжил, - знаешь, моя фамилия на самом деле другая. Артертон – это псевдоним. На самом деле, я Ричард Шейн. И моя семья владеет «Эпохой». И ещё парочкой издательских домов. - Так ты, значит, богатый наследник? – фыркнув, поддразнила Кэрри, - что ж, тогда ловлю тебя на слове, Ричард Шейн. *** - Так, все, сосредоточились, - мистер Ральф сдвинул брови, и хористки попытались сконцентрироваться. Декорации уже поставили, и задник с изображением Латинского квартала успешно прикрывал осветителей и монтажёров, а так же суетящихся рабочих, костюмеров и, собственно, исполнителей. Строго расхаживала туда-сюда мисс Грейсон, от одного взгляда которой даже Кэрри хотелось встать в первую позицию. На сцене царила полнейшая неразбериха – кто уже в костюмах, кто в джинсах и майках – одновременно на разных концах огромной сцены распевались Марисоль, женский хор и Софи. Марисоль к новой конкурентке отнеслась прохладно и на каждом углу громко сетовала, что niña ей больше нравилась. Кэрри на это всегда улыбалась – по сравнению с габаритной испанской, она действительно выглядела малышкой. Софи в старомодном сиреневом платье со шнуровкой смотрелась элегантной, словно светская дама. Её прикрытые шляпкой тёмные волосы тоже были уже уложены в плотно прилегающие к голове кудри. - Ну точь-в-точь проститутка из кабаре, - громко шепнула Хейвери. Кэрри улыбнулась, хотя прекрасно понимала, что это неправда и подруга просто хочет её поддержать. Они с Хейв подружились ещё со времён «Волшебной флейты», несмотря на то, что после этого Хейвери тоже вернулась в хор. А вот Мэган ничего не сказала и сделала вид, что не заметила направленного на неё взгляда кузины. - Девушки, не отвлекаемся, - строго предупредил хормейстер. Но тут режиссёр-постановщик громко попросил всех помолчать. Софи собиралась исполнять арию Мюзетты. Марисоль, которая не оказалась, как обычно, в центре внимания, недовольно фыркнула и что-то громко сказала по-испански. Кэрри, не забывшая пока некоторых слов из школьного курса, уловила «выскочку» и «бездарность». Софи, гордо улыбаясь, встала в самый центр и, расправив плечи, начала петь. Её миниатюрная фигурка, над которой величественно возвышался задник, почти трепетала от напряжения и предвкушения, и Кэрри Энн расстроенно поняла, что эта девушка поёт ничуть не хуже неё. Вдруг наверху послышался странный звук, словно лопнул канат; потом что-то скользнуло вниз, воздух наполнился шелестом, и гигантский задник Латинского квартала обрушился вниз, на ничего не подозревающую Софи. - Это Призрак Оперы! – взвизгнула Мэган и, подскочив, вцепилась в руку Кэрри. Вслед за ней остальные члены труппы встрепенулись, словно потревоженная стайка птиц. Завизжали хористки, засуетились музыканты, рабочие кинулись поднимать задник. - Да что у вас там происходит, чёрт возьми?! – крикнул Моррис. На его рассерженное восклицание сверху бесстрашно свесился один из рабочих. - Я не виноват, мистер Моррис! Видать, Призрак снова объявился! - Какой ещё Призрак? – на сцену торопливо выскочили директора, наблюдавшие за репетицией из зала, и бросились к растерянной Софи, которая размазывала по лицу тушь. Мистер Фриман успокаивал певицу, тогда как мистер Андерсон отошёл к режиссёру. Туда же подтянулись хормейстер, дирижёр и мисс Грейсон. Мэг дёрнула кузину за рукав и выразительно взглянула на неё, а затем – в ту сторону, где совещались директора. Кэрри и Мэган тихонько прокрались ближе, прячась за кулисами, и вскоре услышали разговор. - Что ещё за Призрак? Мистер Моррис? – обратился к режиссёру мистер Андерсон. - Призрак Оперы, господин директор, - это вступила мисс Грейсон. Хотя со старым директором отношения у неё были скорее дружеские, чем деловые, новые управляющие её тоже ценили высоко. - Это ведь всё просто газетные сплетни, правда? - Не совсем, мистер Андерсон. Призрак существует. И он очень не любит, когда его игнорируют. - Что вы имеете?.. – начал директор, но тут к ним присоединился мистер Фриман. - Мисс Тёрнер отказывается петь! – яростно воскликнул он, - она очень суеверна, а кто-то распустил безумные сплетни о том, что в театре привидения! - Как это отказывается?! – прошипел Андерсон, - кто будет исполнять партию Мюзетты?! - Но мисс Тёрнер просто в истерике! - Успокойтесь, думаю, у нас всё же есть подходящая замена, - возразила мисс Грейсон, - Кэрри Энн Монтрей. Она может спеть. - Это она пела Зибеля в «Фаусте»? – несколько скептически спросил Фриман, - милая девочка, но… она вообще потянет? - У неё есть учитель. Очень хороший учитель, - веско добавила мисс Грейсон. - Кто именно? – придирчиво осведомился Андерсон, - сейчас этих частных учителей хоть пруд пруди, а на деле… - Вы слышали когда-нибудь о Кристе Дейтон, господин директор? Кэрри Энн сглотнула и взглянула на Мэг, но кузина на неё не смотрела, напряжённо прислушиваясь. Видимо, тоже хотела узнать имя её учителя. Сама Кэрри переживала, нервно сжимая и разжимая кулаки. Неужели ей дадут партию? А если и дадут, то… неужели благодаря Призраку? Вдруг он не хочет, чтобы она пела? - Криста… Криста… что-то знакомое, - пробормотал мистер Моррис, - а, подождите, это не та ли девочка, что пела Виолетту, а после?.. - Да, мистер Моррис. Криста Дейтон была примадонной, господа, этого театра. Лучшей из всех, не побоюсь этих слов, - несколько высокопарно продолжила мисс Грейсон, - и учил её тоже лучший из лучших. - И этот человек теперь учит мисс Монтрей? – уточнил кто-то, по голосу Кэрри не поняла, кто именно. - Верно. - Что ж… полагаю, особого выбора у нас и нет, - посомневавшись, сказал Фриман, - что скажете? - Я за, - ничуть не колеблясь, ответил хормейстер, - девочке с таким талантом в хоре не место. - И я за, - подумав, согласился режиссёр, - я слышал её в «Волшебной флейте». Тогда ещё я подумал, что она отлично подошла бы и на роль Памины. - Что ж… - дирижёр помолчал, - не вижу смысла обсуждать. Давайте её послушаем. Кэрри Энн с силой сцепила руки в замок. Мэг, опомнившись, дёрнула кузину за рукав, и девушки отбежали подальше, сделав вид, что заняты разговором с остальными хористками. - Кэрри! – позвала мисс Грейсон. Мэган ободряюще улыбнулась и кивнула. Девушка нерешительно подошла к мисс Грейсон и директорам. Дирижёр отошёл к оркестру, давая указания. - Мисс Монтрей, вы знаете арию Мюзетты? Кэрри Энн, рассчитывая, что партия достанется ей, уже давно выучила её и отрепетировала с Ангелом. Поэтому она взволнованно кивнула. - Исполните, пожалуйста, - мистер Андерсон жестом велел ей пройти на сцену. Девушка сделала шаг и невольно взглянула вверх. Внезапно ей показалось, что на колосниках мелькнула на секунду белоснежная маска. Но Кэрри прищурилась и взяла себя в руки, переведя взгляд на пустой зрительный зал. Слишком долго она этого ждала, учила, репетировала. Не для того, чтобы сдаться перед самым своим триумфом. - С самого начала арии, пожалуйста, мисс, - вежливо попросил дирижёр. Кэрри огляделась. Со всех сторон её окружили любопытные лица. Справа Марисоль одобрительно кивнула, а Мэг улыбнулась. Кэрри Энн сделала ещё один маленький шажок вперёд и запела.