Иллюзия мелодии

- Кэрри Энн, на поклон! – радостная Мэган потянула её за руку. Кэрри только кивнула; казалось, голос её настолько устал, что теперь будет всю жизнь только шептать. Так долго девушка никогда ещё не пела. Одна-две арии подряд, но не весь спектакль. Впрочем, Кэрри Энн немного приободрилась, когда услышала восторженные крики и аплодисменты из зрительного зала. На поклон вышли все, от хористок до солистов. Марисоль схватила Кэрри за руку и подтащила к самому краю сцены; глядя на жизнерадостное лицо примадонны, девушка с удивлением и некоторым облегчением заметила, что Марисоль совсем не выглядит уставшей. Её круглое лицо, обрамлённое тугими кудрями, светилось энтузиазмом. Значит, и Кэрри когда-нибудь к этому привыкнет. Артисты снова ушли за кулисы, но восторженный зал аплодировал, не переставая. Ещё раз идти на поклон Кэрри не хотелось, хотя она и была очень рада такой реакции зрителей. Но сейчас хотелось только уйти в гримёрную, снять неудобную одежду и смыть макияж, от которого казалось, будто на лице слой застывшей глины. Девушка скользнула за сцену, в толпу рабочих, статистов и костюмеров, и тут же врезалась в чью-то высокую фигуру. - Извините, - устало выдохнула Кэрри и подняла глаза. - Hola, солнышко, - Джозеф радостно улыбался. - Джо! – воскликнула Кэрри Энн и бросилась к нему на шею. Джозеф закружил её в воздухе, но почти тут же опустил; видимо, поднятие тяжестей до сих пор давалось ему нелегко. - Ты смотрел представление? – девушка никак не могла перестать улыбаться. Такой друг, как Джо, было сейчас как раз то, что ей нужно. - Конечно, Златовласка. Билеты дорогие, но у меня ещё осталось удостоверение рабочего. Кэрри взяла его руку двумя своими. - Ну как я? - А ты там была? – притворно нахмурился Джозеф, словно вспоминая. Кэрри со смехом в шутку толкнула его в плечо. - Perfecto, солнышко, - сказал Джо, - ты была великолепна. Все эти аплодисменты – тебе, Кэрри. Кэрри Энн перестала улыбаться и благодарно кивнула. - Пресса, пропустите прессу! – раздалось откуда-то слева. Кэрри прыснула, глядя, как Рик пробирается сквозь толпу. - Твой поклонник? – хмыкнул Джо. - Это Ричард Артертон, помнишь, я говорила? – девушка помахала журналисту рукой, привлекая его внимание. - Помню, - Джозеф, кажется, вдруг посерьёзнел, - это он охотник за привидениями? - Привет, Кэрри Энн! – жизнерадостно воскликнул Ричард; перекричать суетящуюся толпу вокруг было непросто, - а у меня тут есть подарок для Мюзетты, не знаешь, где она? Она сегодня блистала, как никто. - Все сегодня такие юмористы, - проворчала Кэрри и крепко обняла Рика, - скажи, только честно: это было… нормально? - Нет, Кэрри Энн, - абсолютно серьёзно ответил Ричард, - это было абсолютно ненормально. Никто нормальный не смог бы так спеть. «Нормально» оставь для толстой испанки. Кэрри Энн снова улыбнулась и, отвернувшись, украдкой вытерла слёзы. В этот момент она была просто невозможно, невыносимо счастлива. - Рик, это Джозеф Вальдес, мой друг. А это Ричард Артертон, журналист. - Ах, значит, я теперь просто журналист, - притворно возмутился Ричард. Кэрри скорчила язвительную гримасу и демонстративно повернулась к Джозефу. - Джо, я очень рада, что ты пришёл… в этот день. - Я рад, что ты рада, - чуть иронично ответил Джозеф, - мне пора возвращаться, а то моя сиделка сама ещё раз сломает мне ногу. Кэрри кивнула и снова обняла его; от свитера Джо слабо пахло сигаретным дымом. - Пока, солнышко. Надеюсь, моё удостоверение не отберут до следующего представления. Кэрри Энн проводила взглядом его удаляющуюся фигуру и снова повернулась к Рику. - Мне уже пора начинать ревновать? – осведомился он, расстегнув верхнюю пуговицу на рубашке, - ну и жара тут, как ты терпишь? Кэрри хотела съязвить по этому поводу, но тут сквозь толпу к ним пробилась мисс Грейсон. - Кэрри, вот ты где, - кажется, тётя вздохнула с облегчением, - тебя все ищут. Ты идёшь на банкет? - Нет, я устала, - нахмурилась Кэрри Энн, - я… - Она идёт со мной в ресторан, - безапелляционно заявил Ричард. - А вы… мистер Артертон, если не ошибаюсь, - мисс Грейсон окинула его цепким внимательным взглядом. - Не ошибаетесь. Я уже пригласил Кэрри. - Нет, не пригласил, - возразила девушка, - я вообще никуда не хочу идти. Я устала и пойду домой. - Хорошо, дорогая, я понимаю, - тётя тепло улыбнулась, - я зайду к тебе в гримёрную попозже. Кэрри кивнула, и мисс Грейсон снова отошла к девушкам из кордебалета. - Кэрр, ну не обижайся, что я так… просто… - сбивчиво начал Рик. - Я правда устала, давай завтра отметим, хорошо? - Мы просто посидим в каком-нибудь тихом месте. Завтра атмосфера уже будет не та, согласна? - Ну ладно, - подумав, согласилась Кэрри Энн, - я только переоденусь. - Подожди, Кэрр, - Ричард достал из кармана брюк небольшую коробочку, - это тебе. Девушка подняла брови и открыла коробочку. Внутри оказался тонкий серебряный браслет с подвеской с зелёным камнем. - Даже спрашивать не буду, сколько это стоит, - отрезала Кэрри и немедленно застегнула браслет на левом запястье, - спасибо, Рик. Журналист молча улыбнулся и кивнул одними глазами. - Встретимся через полчаса? – предложил он. - Ладно. Если меня не будет в вестибюле, поднимись в гримёрную, она на втором этаже. Ричард кивнул, и Кэрри Энн быстрым шагом направилась к выходу в коридор. Она была почти уверена, что не успеет переодеться и принять душ за это время, так что нужно было срочно поторапливаться. Кэрри была очень удивлена, когда мисс Грейсон сообщила, что ей выделили отдельную гримёрку. А уж когда она поняла, что это та самая комната с тройным зеркалом, которую показал ей Ангел, её удивление достигло своего предела. Впрочем, вскоре Кэрри рассудила, что в Опере не так уж и много свободных помещений, а совпадения случаются. Когда Кэрри Энн вошла в гримёрку, там её уже ждала мисс Грейсон. В руках у неё была красная роза, перетянутая чёрной лентой. - Это тебе, - без предисловий начала тётя, протянув ей цветок. Кэрри чуть нахмурилась. - От кого? – девушка машинально разгладила пальцами ленту. - Лежало на столике, - тётя подошла ближе, - давай помогу тебе расстегнуть платье. Спустя минут десять мисс Грейсон вышла, а Кэрри отправилась в душ. Выключив воду, девушка посмотрела на своё отражение в трельяже и поняла, что ей абсолютно нечего надеть. Идти в ресторан в джинсовой юбке и кофточке с обнажёнными плечами было почти неприлично. Видимо, придётся ещё зайти домой, чтобы переодеться. Кэрри потянулась к браслету, который оставила на столике, но тут же поняла, что украшение исчезло. Девушка в панике перерыла все вещи, коробочки и пузырьки, но браслета нигде не было. - Нет, нет, нет! – девушка с яростью ударила ладонями по столу. Видимо, пока она была в душе, кто-то пробрался в гримёрку и украл дорогое ювелирное изделие. Кэрри вздохнула, пытаясь придумать, что сказать Рику. Она поправила юбку и уже двинулась в сторону двери, когда в гримёрной внезапно погас свет. От неожиданности Кэрри вздрогнула и схватилась за ручку, но дверь была заперта. Кэрри Энн несколько раз дёрнула её, впрочем, безрезультатно. - Эй! – рассерженно крикнула она, ничуть не сомневаясь, что это проделки девчонок из хора. Они любили устраивать такие вот розыгрыши. Однако вместо хихиканья девушек, Кэрри услышала нечто другое. - Браво, Кэрри Энн, - негромко сказал голос, и в воздухе послышались аплодисменты. Девушка обернулась, прижимаясь спиной к двери. - Ангел? – тихонько спросила она, - это вы? Вам понравилось? - Лучше тебя никто не спел бы, - признал голос, - я доволен. Кэрри Энн счастливо улыбнулась. Она не рассчитывала сегодня услышать Ангела, но не могла не признать, чья похвала была ей дороже всех. - А… это вы выключили свет? – недоумённо спросила она, - а дверь? - Сегодня особенный день, Кэрри… Моя Аида. Моя Кармен… По-настоящему особенный, - голос отчего-то прозвучал странно, и Кэрри Энн не сразу сообразила, в чём дело. Раньше волшебный глубокий баритон звучал отовсюду, словно окружая её, заставляя чувствовать некую нереальность происходящего. Но теперь… Кэрри отошла от двери, сделав небольшой шаг к зеркалу. Именно оттуда сейчас доносился голос. - Ангел? – шепнула она. В тёмной поверхности зеркала, которую девушка едва различала из-за окружающей её темноты, появился силуэт. Сперва Кэрри Энн подумала, что это её отражение. Но спустя секунду она различила белоснежную маску. Кэрри отшатнулась и с силой дёрнула дверь. Это был Призрак Оперы! Он недоволен тем, что она пела, и теперь пришёл за ней! - Помогите! – закричала девушка, колотя руками в дверь, - Призрак, пожалуйста, не надо, я не хотела, не убивайте меня! Кэрри разрыдалась, снова прижимаясь спиной к двери. Вдруг снаружи раздались громкие шаги. - Кэрр! – воскликнул Ричард. - Рик! – взвизгнула Кэрри Энн, - Рик, пожалуйста, помоги! Здесь Призрак! Он здесь, Рик! - Кэрри, - раздался сзади мягкий голос Ангела, и девушка обернулась. Силуэт в зеркале стал намного отчётливее, а может, её глаза просто привыкли к полумраку. Как бы то ни было, Кэрри Энн ясно разглядела, что Призрак протягивает ей руку. - Кэрри, не бойся, - кажется, это сказал Призрак, и девушка совершенно растерялась. Почему у Призрака Оперы голос её Ангела? - Это я, Кэрри, я твой Ангел, - сказал мужчина в маске, - иди ко мне. - Кэрр, отойди от двери! – крикнул снаружи Ричард, и она поспешно отскочила. - Кэрри Энн, я твой Ангел Музыки, - снова произнёс силуэт в зеркале. Девушка, невольно оказавшись ближе к зеркалу, посмотрела на него. - Ты лжёшь, мой Ангел не… - начала она и осеклась. Потому что Призрак запел. И снова это не была ни одна из известных Кэрри Энн оперных арий. Это не была даже песня. Не было ни музыки, ни слов. Не было ни гримёрной, ни Оперы. Не было никакого мира. Только фигура в белой маске, протягивающая к ней руку, затянутую в чёрную перчатку. И Кэрри сама не поняла, как сделала к нему шаг и взялась за протянутую ладонь. - Кэрр! – крикнул из-за двери Рик. Кэрри Энн машинально оглянулась, но Призрак настойчиво потянул её за собой, в тёмный проход, продолжая петь. Его голос, отдаваясь от стен и низкого потолка, звучал ещё сильнее, заставлял забыть обо всём, о Рике, о браслете, о самой себе. Сзади послышался глухой щелчок, и Кэрри резко оглянулась. Гримёрная исчезла, за её спиной была сплошная стена.