ворон.

Они ехали совсем не долго, но Кёнсу показалось, что целую вечность. На коне было неудобно, а оттого, что сзади сидел Чонин, было неуютно и жарко. Но всё же, спустя полчаса, они остановились, и Кай первым слез с коня. Принц последовал за ним. Они остановились возле большого ветвистого дерева, которому, наверное, было много сотен лет. К удивлению Кёнсу, они направились как раз в сторону этого дерева. И чем ближе они подходили, тем лучше старший видел свет, который едва пробивался сквозь кору. Уже вблизи принц заметил, что часть дерева была не корой, а дверью из плохо обработанных досок. - Входи, - тихо проговорил Чонин и толкнул дверь. Тотчас же на них хлынул свет из небольшой комнатки, размещённой внутри дерева. Кёнсу ахнул. - Кай? Ну, слава Богу, – послышался голос какого-то парня, что в одной ночной сорочке стоял у небольшого стола. Сзади него на кровати сидел высокий парень в одних штанах. На спине у него виднелись синяки, к которым первый прикладывал в чём-то промоченную марлю. - Чанёль, - воскликнул Чонин, обеспокоенно уставившись на высокого парня, - что случилось? – и он подбежал к другу, оставив Кёнсу у двери, но пока его в тени не замечали. - Да всё нормально, - отмахнулся от младшего Чанёль. – Я просто полез за яблоками-дичками и упал с самой верхушки. Всё-таки я не воробушек, мог и догадаться, что та ветка меня не выдержит, - и он рассмеялся, но, увидев, что Чонин всё ещё серьёзен, умолк. – Да ладно тебе, Бэкхён мне повязки второй раз меняет за сегодня, всё пройдёт. - Да уж, пройдёт. На тебе, придурок, всё быстро заживает, - кивнул младший, а Чанёль улыбнулся. - А у тебя-то с лицом что? – спросил парень, рассматривая немного подбитое лицо друга. - Потом расскажу, - отмахнулся Чонин. Честно говоря, он почти и забыл о своих синяках. Но Бэкхён приложил и ему марлю к глазу, приказав держать. - О, а это кто у нас? – вдруг заметил он всё ещё стоящего в темноте принца. - Это мой друг Кёнсу, - представил старшего Чонин и тот зашёл в дом. - Здравствуйте, - неловко проговорил принц, а двое уставились на него удивлёнными глазами. - Принц, - выдохнул Бэкхён. – Чанёль, ты тоже его видишь? Это же принц! Кто бы мог подумать, что наш Кай будет водить шуры-муры с принцем. - Бэкхён! – воскликнул Чонин, заливаясь краской. Кёнсу смущённо опустил голову и начал соображать, что же такого ответить, но младший всё сказал за него. – Прекрати это. Он мой друг. - Да-да, конечно, - закивал Бэкхён, хитро улыбаясь, будто знал о Чонине такое, чего не знал Кёнсу. – Ладно, я пойду остальных разбужу. Всё-таки не каждый день к нам в гости принцы наведываются, - и парень, как был, в одной ночной сорочке, проскочил мимо Кёнсу на улицу. - Садись… - неуверенно сказал Чанёль принцу, вытаскивая из угла стул, а затем так же неуверенно исправил себя: - …тесь. - Нет-нет, - возразил Кёнсу, - я ведь друг Чонина, не стоит так официально, - но на стул сел. Пока Кай и Чанёль доставали стулья для остальных, принц принялся осматриваться вокруг. Комната, естественно, была круглой, с единственным окном у старой кухонной плиты, похожей на те, что есть в замке. Напротив стояла двуспальная кровать, рядом с дверью был шкаф и потрёпанный манекен, с помощью которого, видимо, и шили одежду, которую ездил продавать Чонин. По центру же комнаты стоял стол, который сейчас пододвигали к кровати. Пол был устлан широкими досками, которые, благодаря тому, что по ним часто ходили, были ровными и отполированными. Кёнсу поднял голову вверх и ничего не увидел. Он думал, что увидит небо, но потом до него дошло, что тогда сюда бы проникал дождь. Вероятно, дыру, если она была, заделали. - Почему это дерево полое внутри? – спросил он у парней. Ответил ему Чанёль. - Когда мы нашли его, оно уже было наполовину выжжено изнутри молнией. Так как дерево большое и старое, то и дыра в нём была довольно большой. Мы расчистили тут всё, сделали двери, дыру вверху заколотили досками и стали здесь жить. Естественно, все бы не поместились, остальные обитают в домиках на деревьях, здесь же у нас что-то вроде гостиной, столовой, кухни и моей с Бэкхёном спальни, - пояснил парень. Кёнсу сначала удивился тому, что Чанёль с Бэкхёном спят на одной кровати, но потом до него дошло, и он смутился. А тем временем в дом уже вошла толпа парней во главе с Бэкхёном. Кёнсу поздоровался с ними и ему ответили нескладным хором. Они начали расседаться по местам: кто на кровать, кто на стул, а кто и на пол. Всего принц, вместе с собой, насчитал десять человек. - Постойте, - сказал Чонин. – А где же Чен и Сюмин? - Они поехали в родной город. Вернутся нескоро, - подал голос блондин, что сидел на кровати, поджав ноги. Он, как и все остальные, выглядел сонным и уставшим, но с интересом смотрел на Кёнсу. - Ну что ж, - кивнул Чонин, - раз уж все, кто смог, здесь, разрешите представить вам моего друга детства – Кёнсу. - Приятно познакомится, - кивнул старший. - Вау, Бэкхён не соврал, и правда принц, - воскликнул высокий парень, сидящий на полу, и подмигнул Чонину. Тот нахмурился и смутился, но продолжил. - Этот невоспитанный парень – Сехун, - представил друга Кай, кивая головой в сторону того, что говорил. – Рядом с ним Лухан. Чанёля и Бэкхёна ты уже знаешь, - парни улыбнулись ему. – Это Сухо, он дольше всех живёт как отверженный, несмотря на то, что он не самый старший, - светловолосый парень, что рассказывал о Чене и Сюмине приветливо кивнул. – Рядом Лэй. Ну а это Тао и Крис, - последние двое никак не отреагировали на то, что их представили, потому что оба уснули, склонив свои головы одна к другой. Кёнсу заметил, что все, кроме Чонина, сидят попарно. - Ну так, - начал Сехун, - с какой целью к нам пожаловал принц? - Посмотреть, как я живу, - ответил Чонин. – Завтра рано утром я отвезу его в замок. - Ну вот, - печально вздохнул Се и, вытащив из кармана монетку, протянул её Бэкхёну. - А я ведь говорил, - улыбнулся тот, вертя в руках деньги. - Что… - задохнулся Чонин. – Вы что?.. Вы… Прекратите сейчас же! – возмутился он, краснея, а Кёнсу ровным счётом ничего не понимал. – Воздержитесь от своих шуток и споров. Более того, Кёнсу только сегодня узнал, кто такие отверженные. - Да ладно, - послышались удивлённые возгласы, и Чонин начал рассказывать о неведенье принца, заодно объяснил, почему же он так поздно вернулся. Парни слушали внимательно, иногда недовольно возмущаясь при упоминании охраны, и даже Тао с Крисом проснулись. Закончив рассказ, Чонин устало откинулся на спинку стула, а остальные зашептались. - А с платьями-то что? – спросил у младшего Бэкхён. Тот виновато опустил взгляд. - Прости, они остались у купца, - проговорил Кай. Бэкхён выругался. – Но мы ведь с ним не первый раз торгуем, он не должен нас обмануть. Я завтра вечером, чтобы стражники меня не заметили, с ним переговорю. - И где ты будешь весь день пережидать? Принца ведь с утра отвезёшь, - сердито проговорил Бэкхён, а Кёнсу почувствовал себя виноватым. - У матери пережду, - немного раздраженно сказал Чонин, по его голосу было ясно, что он собирается начать ссору, поэтому Кёнсу поспешил разрядить обстановку. - А как вы ещё, кроме шитья, зарабатываете деньги? – спросил он. Остальные, обрадовавшись, что могут пресечь начало ссоры, ухватились за спасательную нить, брошенную принцем, и наперебой начали рассказывать о своих делах. Из рассказов Кёнсу узнал, что основным занятием является охота. Обычно на неё выходят Лухан, Сехун и Крис, остальные же помогают тем, что разделывают добычу и продают её знакомому мяснику или шкурнику. Особенно дорого ценится медвежья шкура, но медведи попадаются редко. Обычно парни охотятся на оленей, мясо которых стоит дороже мяса остальных диких зверей, потому что они не подходят близко к границе леса, а охотники из столицы не заходят глубоко в лес из-за того, что боятся отречённых и разбойников. - Специалист в охоте на оленей у нас Лухан, - сообщает Сехун с едва заметной гордостью. – У него даже прозвище такое – Олень. - Прозвище? – удивляется Кёнсу. – А ещё у кого-то есть прозвища? - Конечно, - кивает Чанёль, желая поделиться. – Кай, например, Ворон - из-за своей тёмной кожи, волос, одежды и коня. А ещё он просто замечательно пугает зверей на охоте, как птицы, что при первой же опасности летят с деревьев, предупреждая зверей. Потому-то его и не берут на охоту. - А сам-то. Феникс, - защищается Чонин. – Придумал себе такое громкое прозвище только потому, что главный повар здесь и управляешься с огнём плиты лучше всех. Чанёль хотел что-то ответить, но Кёнсу улыбнулся, прыснул и громко рассмеялся, заражая остальных. Отсмеявшись, парни ещё немного поболтали, пока не начали засыпать. Оказывается, они проболтали чуть ли не два часа, а ведь Чонину и Кёнсу нужно было выезжать совсем скоро. Поэтому, распрощавшись со всеми, принц и Кай вышли первыми из дома-дерева и пошли куда-то вглубь леса. - Ты говорил, что остальные в домиках на деревьях спят, верно? – вспомнил Кёнсу. - Да, - кивнул Чонин. – Но так как деревья нужны большие и крепкие, то наши дома разбросаны далеко друг от друга. - А почему бы просто не построить дома на земле? – спросил старший. - Потому что это опасно. Пусть разбойники к нам и не подходят, но зато дикие звери могли бы забраться в дом. Конечно, на деревьях мы тоже от этого не особо защищены, но всё же не так опасно, - пояснил младший. – К тому же это весело. Домик на дереве – мечта любого мальчишки. Вот мы и пришли. Мой дом ближе всех к дереву. Они остановились у, пусть и не такого огромного, как то, в котором только что были, но, несомненно, большого и ветвистого дерева. Кёнсу поднял свой взгляд вверх, но разглядеть хоть одно окошко не смог, вверху были только листья и ветки. - Умеешь лазить по деревьям? – спросил Чонин и старший отрицательно замотал головой. Он ведь принц, который всю жизнь прожил в замке, откуда взяться таким навыкам? – Что ж, тебе повезло, что у меня есть верёвочная лестница наверху. Жди меня здесь. И он быстро начал карабкаться по коре, хватаясь за выступы, расположение которых он уже успел выучить за несколько лет. Кёнсу же остался ждать внизу. Одному, без Чонина, было немного страшно в этом тёмном лесу, любой шорох наводил на принца ещё больший страх, поэтому он старался сосредоточиться на мыслях о младшем, который уже должен был долезть и сбросить ему лестницу. Наконец-то, спустя ещё несколько долгих и мучительных секунд, что-то слабо загрохотало, и перед Кёнсу появилась верёвочная лестница. Принц быстро ухватился за неё и полез вверх. Ему казалось, что его преследуют лесные звери, которые клацают зубами прямо у его ног, отчего он полез ещё быстрее. Только оказавшись под защитой кроны дерева и увидев лицо Чонина в слабом свете свечи, парень успокоился. - Давай руку, - сказал Кай, протягивая свою, и помог ослабшему Кёнсу выбраться наверх. Они оказались на небольшой деревянной площадке, на которую выходила дверь домика на дереве. Пока Чонин поднимал наверх лестницу, принц смело подошёл к ней и толкнул. Внутри оказалось темно и тесно, но для двоих человек места было достаточно. По сравнению с комнатой Кёнсу, эта была в три раза меньше. - Уютно, - проговорил старший, когда Чонин, со светильником в руке, вошёл в свой дом. На полу лежал широкий матрас, рядом с которым стоял небольшой сундук, вероятно с одеждой, а на стенах было много полок, но книг на них совсем мало. – Ты читаешь? – спросил Кёнсу. - Да, люблю читать, - кивнул Чонин. – Вот только книги дорогие и простому человеку сложно их достать. - А у меня их много, - сказал Кёнсу, внимательно рассматривая корешки и отмечая про себя, что многие из этих книг он читал. - Завидую тебе, - улыбнулся младший, смотря на сосредоточенное лицо принца. – Но нам нужно спать, Ваше Величество, - шутливо произнёс он, отодвигаясь к стене и освобождая парню место на матрасе. - Совсем скоро нужно вставать. - Да, ты прав, - кивнул Кёнсу и лёг рядом с Чонином. Свеча погасла и старший закрыл глаза. Наверное, если бы он не был таким уставшим, то не смог бы сомкнуть глаз рядом с Каем, но день, наполненный событиями, выдавил из него все соки, поэтому уже через минуту Кёнсу быстро уснул. Чонин же ещё минут десять смотрел на затылок принца, а затем и сам уснул. Принц проснулся от того, что кто-то осторожно тормошил его за плечо. Наверное, это няня, - решил он поначалу, но над ухом послышался тихий голос. - Кёнсу, пора ехать, - говорил Чонин низким, ломающимся от недавнего пробуждения голосом. Вспомнив вчерашний день и ночь, которая перетекла в сегодняшнюю, Кёнсу резко сел, чуть не задев своей головой голову Чонина, отчего тот тихо засмеялся. Принцу почему-то ужасно не хотелось возвращаться в замок, но он был обязан. - Доброе утро, - прохрипел Кёнсу. - Я бы не назвал это утром, - проговорил Чонин. Он вышел из домика и стал ждать принца. Тот сразу же вышел за младшим. Снаружи и правда было ещё совсем темно, Кёнсу даже разглядел последние звёзды среди листвы. Вниз первым спустился принц, лестница за ним поднялась вверх и по коре, как вчера поднимался, спустился Чонин. Они быстро сходили к ручейку, что пробегал неподалёку, умыли лица и вернулись к дереву-дому, где Бэкхён и Чанёль, наверняка, спали глубоким сном. Конь Друг уже ждал их. На этот раз они сразу пустились рысью и ехали молча. Казалось, Чонин ещё не до конца проснулся и почти засыпал верхом, отчего Кёнсу волновался, как бы он не свалился на землю. Но младший уверенно сидел в седле и за всю дорогу ни разу даже не накренился вбок. Столица встретила их пустыми улицами и серостью начинающегося утра. Чонин решил сэкономить время, поэтому довёз Кёнсу до стены на коне, а не оставил Друга у матери. Он с лёгкостью спешился у плюща, что скрывал старую дверь, и подождал, пока слезет принц. Всё так же молча Чонин открыл дверцу, впуская в небольшой проход Кёнсу, но когда тот хотел потянуть на себя вторую дверь, младший остановил его. - Подожди, - попросил он. – Мне нужно успеть до рассвета к матери, надеюсь, ты без меня доберёшься до кухни? – спросил Чонин со смешком. - Конечно, - наигранно обиделся Кёнсу, но внутри он чувствовал себя опустошённым. – Мы ещё увидимся? – наконец спросил он то, что хотел спросить всю дорогу. Младший немного помолчал, но принц не мог знать, о чём тот думает, в проходе было темно, поэтому он не видел его лица. - Где твоё окно? – наконец спросил Чонин. - Ты видел его, - ответил Кёнсу, не понимая, к чему это. – На втором этаже башни, что выходит как раз на эту лужайку, - и старший ткнул пальцем в сторону двери, что вела во двор замка, позабыв о том, что Чонин его не видит. - Тогда держи его завтра открытым, - проговорил младший. – Если ты, конечно, захочешь, чтобы я пришёл. - Почему я могу не захотеть? – удивился принц. - Вот поэтому, - тихо сказал Чонин, и Кёнсу почувствовал горячую ладонь на своей щеке и большой палец, что нащупывал его губы. Кай быстро и легко коснулся своими губами уголка губ принца и отстранился. Кёнсу охнул. Не успел он ничего сказать или сделать, а дверь, что вела на улицу, уже затворилась. Он ещё пять минут стоял в проходе с пылающими щеками и разошедшемся сердцем, вглядываясь в кромешную тьму, пока не вспомнил, что ему нужно поспешить, если он не хочет, чтобы няня отчитывала его за то, что не нашла в спальне. Принц вернулся в замок и начал заниматься привычными вещами, но на уголке губ весь день ощущался поцелуй Чонина и вызывал лёгкую улыбку.