Голос свободы

      Ну что ж, этого следовало ожидать…Я уже давно обнаружил эту склонность мироздания сталкивать меня с гриффиндорской умницей в самых дурацких и нелепых ситуациях. В последние дни судьба, видимо, была в отпуске, а теперь решила наверстать упущенное.       – Мисс. Грейнджер. Какой неприятный сюрприз, – размеренно и ядовито прошелестел мой голос в то время, как лицо приняло язвительное выражение, а мозг лихорадочно работал, придумывая очередную колкость. – А я-то думал, у нас тут взрывопотам завёлся и топочет по ночам.       – Ну тогда Вам крупно повезло бы, Северус. Даровые ингредиенты, – отведя глаза, еле слышно пробормотала девушка. Ну как, с её точки зрения еле слышно. Я-то прекрасно различил и слова, и недовольный тон, но решил не обращать на это внимания, а придерживаться излюбленной стратегии «напади и ужаль».       – Не спится? Предвкушаете завтрашние занятия и назначение отработок?       Её взгляд метнулся обратно к моему лицу, глаза широко раскрылись в притворном удивлении:       – Я думала, отработки – это по Вашей части, профессор.       – Что Вы много думаете и часто не о том, о чём надо, мне хорошо известно. Только вот меня студенты на занятиях слушаются и без угрозы отработок, это средство я приберегаю для самых безнадёжных экземпляров. Но что-то мне подсказывает, что на Ваших уроках студенты не будут сидеть тихо и подчиняться правилам.       – Этого я отрицать не могу, Северус, – девчонка наклонила голову в знак согласия, – но почему Вы думаете, что у нас с Вами должен быть одинаковый стиль преподавания? Я не против шума в классе, если ученики при этом работают головой.       – Ну-ну, – скривившись, хмыкнул я, – посмотрим, к чему это приведёт.       – Посмотрим, – твёрдо ответила ведьма.       Наивная. Она ещё не знает, насколько важно держать этих оголтелых детей в узде. По крайней мере, на занятиях по Зельеварению. Но её ошибки – это её дело.       – Кстати говоря, профессор, а почему Вы не спите?       Я одарил её взглядом, призванным привести её в чувство и показать, какую глупость она только что сморозила:       –Мисс Грейнджер, уж перед Вами-то я не должен отчитываться.       Уши девчонки слегка покраснели от обиды или раздражения (или что она там испытывала).       – Что-то мне подсказывает, Северус, что другому профессору Вы так не сказали бы. Может, перестанете воспринимать меня как нашкодившую студентку?       Моё терпение не безгранично, и на эту ночь его лимит, похоже, исчерпался:       – Во-первых, не смейте мне указывать, что я могу делать, а что – нет. Во-вторых, докажите сначала, что к Вам нужно относиться как к преподавателю. И, в-третьих, погасите наконец свет! – последние слова я уже рявкнул и, кажется, это подействовало – девчонка убрала светящуюся палочку от меня и приглушила мерцающую точку заклинания. Глядя на меня злыми глазами, она проговорила:       – Вот увидите, профессор, Вы ошибаетесь! – Грейнджер развернулась на каблуках и, взмахнув своей гривой, направилась куда-то. Видимо, подальше от меня.       Прислушиваясь к её удаляющимся шагам, я скептически передёрнул плечами. Пусть девчонка даже не надеется на то, что я так просто признаю её равной себе. Даже если предположить, что у неё имеются задатки быть преподавателем, они ей не заменят опыт общения со студентами из-за учительского стола. Которого у неё пока нет ни на йоту.       Как ни странно, после этой короткой перепалки я почувствовал облегчение и некоторое удовлетворение. А ещё немного захотелось спать. Переменив планы, я направился обратно в подземелья и провалился в сон, как только коснулся головой подушки.

***

      Утреннее пробуждение оказалось не самым простым, однако, явно более приятным, чем после пыточной «вечеринки» моего бывшего «любимого» хозяина. Что уж там, я даже более-менее спокойно открыл глаза за 7 минут до срабатывания пробуждающих чар. И желание убивать присутствовало практически неощутимо, в отличие от предыдущих семи лет.       «Пожалуй, стоить собрать моих питомцев и вправить им мозги перед грядущими занятиями.»       Помнится, вчера я преступно пренебрёг своими обязанностями декана. Будем считать, это был акт милосердия по отношению к новичкам, ну а сегодня беседа будет проведена в полном объёме. Ещё одним решением этого чудесного непогожего утра (пусть окон в подземелье нет, но кости-то не врут, прямо-таки кричат о дожде) было привести себя в порядок с особым тщанием. В конце концов, пусть я и любил своё место главного зельевара Хогвартса – кто бы там что ни думал –, вездесущие котлы с их парами не давали отдыху ни мне, ни моим волосам, о которых так любили судачить ученики. Теперь же этого побочного эффекта в моей жизни быть не должно, а, соответственно, эффект от утренних процедур сохранится на весь день. В теории.       Ровно в 7:30 я неслышно материализовался в Гостиной Слизерина. В кресле у камина сидела бледная девушка с тёмными волосами, разложив перед собой учебники, и что-то старательно записывала в тетрадь.       – Мисс Гринграсс, – я поманил старосту этого года.       Юная ведьма вздрогнула от неожиданности, подняла на меня глаза. Её изучающий взгляд блуждал по мне, заставляя чувствовать себя неловко.       «Вот они, последствия прошлого года и моего воскрешения», слегка поморщился я.       Тем временем девушка кивнула, как бы мысленно что-то подтвердив, и послушно подошла.       – Пожалуйста, оповестите студентов первого и второго курсов о том, что я хочу их видеть здесь через 15 минут.       – Хорошо, сэр, – вежливо ответила она и направилась в спальню девочек.       Уже в 7:42 мои подопечные разной степени бодрости и собранности стояли передо мной.       – Доброе утро! Во-первых, я хотел бы поприветствовать студентов первого курса и поздравить их с распределением на факультет Слизерин. Как вы знаете, нашей эмблемой является змея. Возможно, у кого-то из вас имеются предрассудки, связанные с этим животным. Однако, на самом деле, не существует хороших и плохих или добрых и злых животных. До вас могли доноситься слухи о том, что слизеринцы помешаны на Тёмных Искусствах и чистоте крови, что студенты нашего факультета подлые, кичливые, завистливые, скользкие гады и прочая ерунда. Забудьте всё это! Змея на нашем гербе олицетворяет мудрость, что вы вряд ли назовёте плохим качеством. Что же касается тёмных магов, они есть среди выходцев всех факультетов, просто остальные не любят признавать это. Так же, как не любят лишний раз вспоминать о том, что самый известный волшебник в истории – сам Мерлин – был слизеринцем. Думаю, это уже является достаточным поводом, чтобы гордиться своим факультетом. Мы сильные, целеустремлённые, талантливые и преданные своему делу. И друг другу. В стенах этого факультета вы всегда найдёте понимание и поддержку.       Я перевёл дыхание:       – Теперь я должен обратиться к студентам второго курса. Я сожалею, что начало вашей учёбы совпало с пиком влияния самого тёмного волшебника современности – Волдеморта. Прошлый год мог создать у вас неправильное представление о том, каким должен быть окружающий вас мир, принести вам плохие воспоминания об учёбе и межфакультетских отношениях. Я не могу просить вас забыть об этом. Наоборот, помните всё и знайте: так быть НЕ ДОЛЖНО. Пусть Волдеморт был выпускником Слизерина, именно он является тем примером, на который нельзя ровняться. Обладая столь большим магическим потенциалом, он избрал неверный путь, не только принёсший много горя и бед волшебникам Британии, но и приведший самого Волдеморта к смерти, от которой он стремился сбежать. Не повторяйте его ошибок! Берегите честь факультета и станьте его гордостью!       Я оглядел своих учеников, оценивая их реакцию. Их серьёзные лица показывали, что они меня услышали, и теперь обдумывают сказанное мной. Возможно, кому-то из них потребуется время, чтобы всё осознать, но, надеюсь, они сделают правильные выводы и станут достойными людьми.       Среди второкурсников была пара человек, на лицах которых было озадаченное выражение, а в глазах читался какой-то вопрос. Я решил дать им возможность самостоятельно решиться задать этот вопрос, когда они будут готовы.       – Спасибо за внимание, – я развернулся, взмахнув полой мантии и вышел, предоставив старостам объявить время завтрака. Моя миссия здесь выполнена, можно направляться в Большой Зал. Не мешает подкрепиться, а заодно и понаблюдать за естественной реакцией студентов на мои слова.       «Забавно, насколько эти дети расслабляются, обсуждая волнующие их вещи во время еды», хмыкнул я, поднимаясь по лестнице.