Ну что - зажигаем!

Рен Когда Рен пришёл домой, он, не раздеваясь, завалился на диван. — Чёрт, — крикнул он и начал бить кулаком ни в чём не повинную подушку, повторяя эти слова. "Будь проклят этот менеджер с его наставлением!", — ещё удар. "И ведь выбрал момент же!" Рен вспомнил, как к нему подошёл этот мужчина, отвёл в сторонку и попросил быть помягче с Аланом. Он должен был втереться к нему в доверие, даже если бы пришлось для этого лгать. Но… Он провалился! Не смог соврать и рассказал чистую правду, какой бы неприятной она не была, лишь чуть разбавленную, чтобы Алан не смог уяснить главное. И что на него нашло? Это всё Алан! Да, именно этот парень во всем виноват. Если бы его не было, то Рен наслаждался бы спокойной жизнью. Хотя, не надо себе врать. Он сам проявил слабость. Такое не должно никогда больше повториться! "Ага, никогда. Рен, дружище, ты не забыл, что завтра у вас совместное чаепитие намечается?", — издевательским тоном произнесло его второе я. — Блин. Только тебя для полного счастья не хватало! — жалобно замычал Рен. Почему этот голос вернулся? Будто он всегда мечтал стать психом. "Я твоя совесть", — засмеялся голос. — Совесть, заглохни! — гаркнул Рен и закрыл руками уши. Надо обратиться к специалисту, но это… Смешно, если учесть, кем он работает. Рен сделал пару глубоких вдохов, прежде чем встать и снять одежду. Посмотрев на часы, он не смог сдержать вздох отчаяния. Совершенно не остаётся времени на подготовку. Завтра ему придётся идти на учёбу, как бы прискорбно это не звучало. Сев за стол, взяв в руки текст лекций, он быстро пробежал по ним глазами. Поняв, что это невозможно выучить за столь короткий срок, Рен с грустью запихал листки бумаги в сумку и пошёл на балкон, но быстро вернулся обратно, вспомнив, что завтра ждёт Алана. Спрятав некоторые вещи в шкаф, парень успокоился. — Гадство. Я так долго строил баррикады вокруг своей квартиры, чтобы никто не смог меня найти. И что в итоге? Сам же пригласил Алана к себе, — начал разговаривать вслух Рен. — Может я перетрудился? Его второе я воздержалось от комментариев, но Рен и без того знал, что усталость в этом случае тут ни при чем. Наверное, на уровне подсознания, он сам хотел перестать бояться близости с людьми. "Господи, что он мелет? Чтобы я боялся чего-то?! Всё, размышления на сегодня окончены. Пора спать", — подумал он. "А змеи — преимущественно ночные существа, но поспать любят", — проснулось второе я. Интересно, возможно ли убежать от своих мыслей или хотя бы заблокировать их? Рен очень хотел научиться контролировать своё сознание, как это делают монахи. Но пока единственное, что он мог сделать, это забыться сном. Аланья Ух, как я зла! Родители явились домой в плохом настроении и сразу набросились на меня, требуя отчёта о моей успеваемости. И их не очень обрадовало, что по математике я набрала маленький бал. Пришлось взяться за учебники. Позанимавшись час, я закрыла дверь у себя в комнате, вытащила листок с песней и начала петь. Записала свой голос на телефон и прослушала его. Н-да, и как меня группа смогла выслушать до конца? Я бы прибила певца с таким голосом. Повторив то, чему меня смог научить Рен, я снова поставила запись. Эх, голос стал лучше на маленькую тютельку. Но, думаю, для начала и это не плохо. После часа пения, в горле начало першить. На всякий случай прополоскала содой и пошла в постель. Проснулась я под звон будильника. Быстро сложив учебники куда надо, побежала в универ. Первой парой была практика по математике. Урок прошёл весьма неплохо. Я даже смогла написать тест на четвёрку. Подруга вообще его не писала. Она отпросилась с уроков и побежала на тренировку. Оказалось, одна из участниц группы заболела, и её, без дальнейших испытаний, включили в группу. Счастливица. Последней у нас поставили лекцию по психологии, которой в прошлый раз не было. Почему-то никто из студентов не знал, как выглядит преподаватель. Даже с полом не могли определиться. Я заранее предостерегалась и села не близко, но и не далеко. Рядом со мной села Катя. Я с ней изредка общалась, и поэтому меня это не удивило. — Вот интересно, кто же будет у нас вести? Надеюсь, этот кто-то будет помоложе и покрасивее, — сказала она, подкрашивая свои губы блеском. — Охмурить заранее собралась? — А как же, — улыбнулась она, закрывая зеркальце и убирая его в сумку. — Ты в курсе, что этот препод будет ещё и культурологию вести? И кто знает, возможно, и на практику к нему попадём. Вот если и экзамен… — Всё, можешь не продолжать. Я тебя прекрасно поняла, — быстро перебила её я. Мне и так страстей выше крыши хватает. Вечером я пойду в замок к чудовищу. Надеюсь, всё обойдётся, и не придётся вызывать гробовщиков. В коридоре послышались шаги. Студенты торопились занять места, прежде чем препод войдёт. Рассевшись, все начали изображать идеальных студентов, включая меня (я тоже хочу экзамен на хорошо и отлично сдать). Дверь в аудиторию открылась, и мне пришлось срочно зажать рот рукой, подавив панику и попытку бегства, надеясь, что волосы при этом дыбом не стали и не поседели. Неторопливой походкой к преподавательскому столу шёл Рен и я очень сомневаюсь, что он заблудился. Сейчас я наблюдала первый закон подлости: "То, чего ты не хочешь, обязательно случится". Ох, уже двое из моей группы находятся в этом здании. Что может быть хуже?! — Внимание, студенты! Меня зовут Варенов Рен Никитович. Я буду читать лекции по психологии и культурологии, а также буду вести практику у группы М-35. Моя группа, встаньте, пожалуйста! Встали 16 человек, включая Катю и меня. Блин, накаркала! Вот в действии и второй закон подлости: "Никогда не думай, что хуже быть не может". Когда Рен посадил студентов назад, он взял списки и начал поднимать студентов. Когда называли мою фамилию, я старалась не дрожать, поднимая руку. Это заняло минут десять. После этого нам пришлось быстро писать под диктовку преподавателя. Он не давал никому ни минуты передышки. Больше половины студентов сдалось, но я пока держалась. По истечению часа в дверь постучались и вошли трое парней. Теперь мне действительно стало не до шуток. Ручка с глухим стуком упала на пол, но я не торопилась её доставать и даже не заметила, как её подняли за меня и положили на стол. Вот и третий закон начал действовать. Дьявол, чем я провинилась перед тобой или наоборот заслужила твоё внимание?! Неужели я и вправду снимаюсь в каком-то реалити-шоу? Если это так, то я хочу срочно выйти из этой игры! Вся пятёрка участников, включая меня, теперь в сборе, но они об этом даже и не подозревают. Рен сказал, что лекция окончена и мы можем расходиться по домам. Я очень медленно собирала вещи, преследуя свои корыстные цели, пока действует моя конспирация. Хотела услышать, о чём эта четвёрка переговаривается. Только несколько предложений были слышны мне с моего места: — Значит, ты сегодня тренируешь нашего танцора? — просил Лари. — Рен, мы просим тебя, не убей его! Вспомни, что без Алана наша группа распадётся, — пытался спасти мою шкуру Сид. – Удачи, преподаватель. — Рен, и ты поэтому молчал, когда задерживался в универе? — вставил свой голос Перси, обходя его по кругу, попутно осматривая сверху вниз. Неужели и они не знали, что он будет преподавателем здесь? — Парни, — выставил вперёд руку Удав. — Несмотря на то, что я учусь с вами на одном потоке, за моими плечами есть уже оконченное высшее образование. Я могу пропускать занятия, а вы нет, поэтому шуруйте на экономику, пока я ректору не нажаловался, — он сменил режим друга на строгого преподавателя. — Ты всегда был злючкой, Удав, — хором сказала эта троица, улыбнувшись. — Что? — крикнул он. Они посмеялись над реакцией Рена и пулей вылетели из аудитории, спасаясь от гнева главного демона. Мне тоже пора идти, а то заподозрит неладное. С выходом на улицу, до меня медленно начало доходить, что теперь я буду видеть Рена в два раза чаще, чем я того хотела бы. Блин, ещё надо придумать, как добраться до его дома. Не идти же в маске по улице. Меня полиция так точно за какого-нибудь маньяка примет! Обдумав безопасный маршрут до его дома, я надела костюм и скрыла своё лицо капюшоном. Дойдя до нужного строения, я занервничала, меня пробрала дрожь. "А квартирка-то у Удава элитная", — истерично подумала я, поняв, что в случае убийства, его оправдают по всем статьям. Но выхода другого не было. Не приглашать же его ко мне? Когда я была возле его подъезда, завершила свою униформу маской, и набрав номер квартиры на домофоне, начала ждать ответа. Дверь с визгом открылась, и я вошла в подъезд. Охранник не стал меня останавливать, видимо Рен предупредил о моём приходе заранее. Возле нужной квартиры меня уже поджидал Удав с такой улыбкой, что мне захотелось повернуть назад и бежать, бежать и только бежать, но он схватил меня за плечо, и не успела я сделать вдох, как оказалась зажатой между ним и стеной. — Тебя никто не видел? На хвосте никто не шёл? — быстро спросил он меня с горящими, как у преступника в бегстве, глазами. — А? Чего? — не поняла я вначале, пытаясь прийти в себя. Чёрт, напугал до колик. — Рен! У тебя паранойя. Конечно, люди меня видели, но никто за мной не тащился. Может, отпустишь? У меня руки уже затекли. Рен посмотрел на меня, будто впервые увидел. Его взгляд скользил вниз и остановился на моих предплечьях. Именно за эти места он держал. Он ослабил хватку, а я спрятала свои конечности за спину и стала угрюмо смотреть на него. — Если синяки останутся, так просто ты от меня не отделаешься, — зло сказала я ему, — В суд подам! — Не хнычь. Ты же парень, а не девка, — отмахнулся он от моих обвинений. — Иди за мной, я тебя в зал проведу. И ничего не трогай! Я шла за своим репетитором немного отставая, чтобы оценить обстановку. Увидев лестницу наверх, я аж присвистнула. Его квартира была двухэтажной, но мы туда не поднялись, поэтому я не могла сказать, что там есть. Мне бы такое. Вот я сомневаюсь, что на обычную профессорскую зарплату возможно позволить себе такую роскошь. А бассейн у него есть? Ой, мамочки, мой нос! Рен встал, а я врезалась в его спину. — Смотри под ноги, когда идёшь. Чуть дырку в спине не проделал, — скривился он от боли, поворачиваясь ко мне. — Сядь на диван, — приказал Удав. — От тебя больше вреда, чем пользы. — Может, я уйду, раз так тебе мешаю? — предложила я. — Не собираюсь находиться в квартире, в которой мне не рады и всячески пытаются унизить, — сказала я и пошла искать выход из квартиры. Найдя подходящую дверь, открыла её и оказалась на балконе. Мгновенно забыла, что хотела сделать. — Вау! — как ребёнок радовалась я. У меня дух захватило от такой красоты! Балкон был размером с обычную комнату. Здесь бы уместились десятки человек. Забыв о хозяине квартиры, я увлечённо смотрела вдаль, и моё сердце чуть не остановилось, когда сзади тихо раздался голос: — Прости. Когда я повернулась к парню, перед моими глазами предстала дивная картина. Рен пальцами правой руки зарылся в волосы, а второй держался за дверь. Ох, как сексапильно-то он смотрелся в этой белой рубашке. Блин, что я горожу! Это же Рен, Удав! У такого красавца наверняка есть девушка, да не одна. Аланья, этот парень не для тебя. Вспомни, что находится за всей этой красотой у него внутри! Тебе же не нужна реинкарнация Отелло? — И за что ты извиняешься? — я решила прояснить всё здесь и сейчас. — А то ты не знаешь? — я помотала головой в знак отрицания, за что получила очередной скрип зубов. — Я не привык, когда в мою частную собственность вторгаются, — начал объясняться он. — Просто… — глубоко вздохнул. — Дай мне время… Я привыкну. Потом сможешь передвигаться по моей квартире свободно. — Потом? — удивилась я. А я считала, что это был мой первый и последний раз здесь. — Алан! — вдруг крикнул он, и заметив, как я вздрогнула всем телом, опустил голову. — Ладно. Твоя взяла! Пошли в зал. Не будем зря тратить время. Его и так мало, — он попытался улыбнуться мне, но это улыбка ни в какую не шла со вчерашней. Я так и не поняла, что значит "твоя взяла". Н-да, вечер обещает быть очень долгим… Рен заставил повторить всё то, чему он учил меня вчера. Затем мы вместе спели песню, и концовка снова хромала у обоих. А дальше началось нечто: мой преподаватель (который стал им не по своей воле) подошёл к фортепиано (неужели он ещё и играть умеет?) и сыграл нашу песню, без сучка без задоринки. Не успела я прийти в себя от очередного раскрытия тайных талантов Рена, как он несколько раз нажал на клавишу, чтобы привлечь моё внимание, и приказал мне спеть, стараясь, чтобы голос был синхронен со звуками инструмента. Не знаю, получилось у меня или нет. По лицу Удава ничего сказать не могла, оно было беспристрастным. Единственное, что Рен себе позволил, это помучить меня ещё час. Когда парень сел в кресло и устало закрыл глаза, мне стало жалко… себя. Спорим, он проклинает тот день, когда я пришла на прослушивание? Пока он как бы спал или находился в коме, я тихо подкрадывалась к выходу из комнаты, а заодно и из квартиры. Начала открывать двери. За двумя оказались спальни, а за третьей — джакузи. В этой комнате я осталась подольше. Уж больно сильно хотелось искупнуться в нём. С сожалением вздохнув, пошла обследовать другие достопримечательности логова Рена, надеясь когда-нибудь наткнуться на выход. За четвёртой был рабочий кабинет. Зайдя внутрь, я увидела на столе разбросанную кучу мятых бумаг, исписанных красивым почерком. Распрямив один лист, я прочитала обрывки слов. Не понимаю, что творится в голове у этих писателей, если из такой белиберды они составляют стоящие песни. Оставив бумаги в покое, подошла к шкафу. Там было много книг, посвященных психологии, отечественной литературе и экономике. Вдруг в полной тишине я услышала скрип пола. Чёрт! Пора смываться отсюда. Осторожно закрываю за собой дверь и сталкиваюсь лоб в лоб с Реном, да так, что искры из глаз полетели. Отлетев к стенке, начала усиленно тереть своё больное место. Как больно же! Уа-а-а! Не смогла сдержать стоны. — От тебя одни неприятности, — злобно проворчал он, лежа на полу и держа руки на том же самом месте, что и я. — Взаимно. Есть лёд? Я не хочу завтра явиться в универ с шишкой на лбу. Вопросов не избежать. — Значит, ты ещё учишься, — хмыкнул он удовлетворённо. Вот блин! Только сейчас поняла, что раскрыла часть своей личности ему. Надо бы держать язык за зубами. Шпионом меня не возьмут. Все секреты выболтаю за просто так. Но вернёмся к главному. — Рен, мне, конечно, льстит, что ты думаешь всё время обо мне, но сейчас я хочу льда. Поэтому, не был бы ты так любезен, сгонять в своей квартире до холодильника. Видите ли, ты мне карту местности не дал, а без неё здесь ориентироваться трудно. Ничего не сказав мне в ответ, он молча отошёл от меня и через несколько минут вернулся с пакетом, в котором плавали кубики льда. Протянув руки, я ждала, что он отдаст его мне, но этот гад лишь ехидно улыбнулся и положил лёд себе на лоб. — А мне? — ой, неужели такой писклявый голос был рождён из моих голосовых связок? Рен тоже офигел от такого. Глаза большие и круглые, словно блюдца. Вот чего он молчит? Я ему вполне нормальный вопрос задала. Хрен с ним, пока этот представитель мужской фауны приходил в себя, я нашла кухню, отскоблила со стенок морозильника лёд и приложила его. Пришлось немного задрать маску. Посмотрев себя в отражение, убедилась, что моя маскировка не нарушена, пошла назад к Рену. Его я застала в том же положении, в котором покинула. Присев на корточки рядом, начала ждать от него хоть каких-нибудь действий. Спустя десять минут... — Рен! — крикнула я ему в ухо во весь голос. Кажется, у меня скоро войдёт в привычку выводить его из шока. Или… ещё больше травмировать его. На мой голос он резко отскочил назад и ударился (опять! Как бы все мозги не вышиб себе) об стенку затылком. А дальше комическая ситуация: он, всё еще держит лёд надо лбом, с ошалелым взглядом, не приходя в себя, в то время как я, наклонившись и сев рядом с ним, разделила часть своего льда между двумя руками. Одной рукой прижимала свой лоб, а второй — его затылок. Мы сидели так, пока лёд не растаял. Встав, я пошла в комнату с джакузи, вымыла там руки, взяла без спроса полотенце, намочила его холодной водой и, вернувшись, обмотала вокруг головы Рена. Когда закончила, он неуверенно поднялся, потрогал самодельную повязку. А где слова благодарности? Ах, да… Это же я виновата. — Я, пожалуй, пойду. Уже поздно, — как бы оправдывала я свои действия, и повернувшись к нему спиной, сделав первые шаги, замерла. Рен положил свою руку мне на плечо, мешая идти дальше. Интересно, а есть какой-нибудь спрей от ползучих гадов? Надо им побрызгаться, чтобы один тип руки не распускал. — Подожди. Я сейчас приду, — сказал он, и чуть шатаясь, скрылся за очередной дверью. Вернулся с мобильным телефоном в руках. — Если ты не хочешь давать свой номер, то возьми этот телефон, — протянул он мне его. — Вдруг нам надо будет срочно встретиться. Можешь не отвечать, хватит и смс. Его выследить невозможно. Договорились? — Я не могу принять его. Он слишком дорогой, — и действительно, такую модель я видела в магазине за 50 тыс. рублей, и то б/у. — Обойдусь. — Вернёшь, когда подсчитаешь нужным, — гнул он своё. — Ну-ну. А если я его потеряю, тогда заставишь платить, да? — А сам как думаешь? — и так плотоядно посмотрел на меня, что я решила промолчать. Натура тоже считается своего рода валютой. Приняв моё молчание за знак согласия, Рен вложил в руки телефон, и поддерживая меня за плечо, проводил до выхода. — Завтра в то же время, — вместо прощания сказал он и быстро закрыл за собой дверь. Блин, а я так хотела отдохнуть в свой единственный выходной. "И что мне с этим добром делать?", — взглянула я на телефон. "Может, через почту назад прислать ему?" Пип-пип. Подарок Рена завибрировал. Пришла смс. Прочитав её, ещё печальнее вздохнула. Вот что было написано в ней: "Даже не думай вернуть телефон назад, пока я сам не попросил этого сделать. И номер с почтой не прокатит. Твой новый друг, Рен". Мой "Новый Друг"?! Бррр, у меня глюки? Нет, тут и правда так написано. Друг?! Ух, и поговорю я с этим названным другом по душам. Но не сегодня. Сегодня я так устала, что даже нет сил бороться с Удавом.