Тяжелая работа Зуко

      Сделав небольшой круг над поляной, Аппа мягко приземлился на траву. Его немногочисленные пассажиры ловко повыбирались из седла и спрыгнули на землю.       Сокка с сожалением огляделся по сторонам. Их небольшой лагерь, который они только вчера с таким старанием обустраивали, сейчас выглядел пустынным и заброшенным. Трава была примята, повсюду валялись обгоревшие обломки пиратских дымовых шашек, обрывки какой-то ткани и другой мусор, оставшийся после внезапного ночного визита отчаянных торговцев. Вдоль зарослей кустарника сиротливо стояли пустые каменные палатки, сооруженные накануне Тоф, и только развороченное кострище указывало на то, что совсем недавно в этом лагере кипела жизнь.       – Нельзя здесь оставаться надолго, – мрачно проговорил Сокка, подходя к кострищу и ногой сгребая разбросанную по траве золу. – Пираты наверняка расскажут солдатам огня об этом месте, и те скоро тоже заглянут к нам на огонек.       – Как будто им своих огоньков недостаточно, – фыркнула Тоф. Она принялась неторопливо сносить палатки, уничтожая следы пребывания их компании в этом лесу.       Суюки тем временем порылась среди брошенных в седло как попало вещей и, найдя большой мешок с продуктами, достала из него запеченного цыпленка и остатки соевого пирога. Слишком занятые поисками пиратского судна, ребята ничего не ели со вчерашнего вечера, но даже Сокка сейчас, против обыкновения, не слишком обрадовался перспективе набить, наконец, живот и, меланхолично съев свою порцию, снова принялся бесцельно бродить по лагерю.       Остановившись на краю поляны, Сокка задумчиво смотрел на густорастущие деревья, когда вдруг почувствовал мягкое прикосновение к своей руке. Обернувшись, он увидел стоящую возле себя Суюки и, приобняв ее за плечи, тяжело вздохнул.       – Не переживай, Сокка, – мягко проговорила она, поглаживая его по руке, затянутой в тканевую перчатку. – Они вернутся и найдут нас, все будет хорошо.       – Я переживаю, как бы люди огня не нашли их первыми, – тихо отозвался он.       В этот момент Тоф, до этого сидящая на земле неподалеку, резко вскинулась, словно прислушиваясь к чему-то.       – Э-э-э, Сокка, – неуверенно проговорила она. – Не хотелось бы тебя разочаровывать, но, боюсь, люди огня первыми нашли нас.              Зуко старался не отставать, быстро шагая вслед за Джетом, хотя это оказалось весьма нелегко. Привычный к жизни в лесу, Джет легко избегал всевозможных ям и ухабов, торчащих из земли корней деревьев, встречающихся ему на пути, в то время как Зуко, похоже, пересчитал их все. Когда он едва не полетел на землю, перецепившись за очередное препятствие, Джет остановился и с легкой усмешкой обернулся к своему спутнику.       – Эй, что случилось? Я слишком быстр для тебя?       – И не надейся, – беззлобно огрызнулся Зуко. – Ты просто бесчестно используешь преимущества местности.       – Да, я знаю, – весело подмигнул ему тот. – Сделаем привал?       Зуко отрицательно помотал головой, хотя явно чувствовал, что скоро окончательно выбьется из сил.       – Нет, нужно как можно скорее добраться до остальных.       – Ну, как знаешь, – слегка повел бровью Джет, возобновляя свой путь. Они шли через лес уже несколько часов, и даже он, привычный к бездорожью, начинал чувствовать быстро растущую усталость, в то время как Зуко выглядел уже совсем неважно. Джет еще раз коротко обернулся к товарищу. Тот решительно шагал вперед, упрямо сжав губы и уставившись в землю перед собой. Все-таки тот парень со шрамом, с которым Джет когда-то познакомился на пароме, был другим. Ли казался сломленным, подавленным, он словно плыл по течению, полностью отдаваясь воле судьбы, покорно подчиняясь желаниям окружающих его людей. Сейчас же Джет видел рядом с собой уверенного, организованного, сильного и очень упорного в достижении своих целей человека. То, что они с Соккой провернули в тюрьме Народа Огня, напомнило Джету о Синем Духе. Только теперь парню со шрамом не нужно было надевать маску, чтобы совершать отчаянные поступки. Ли исчез навсегда. Остался только Зуко, принц Народа Огня, парень, принимающий решения самостоятельно и поступающий так, как он сам находит нужным.       Мысли же Зуко, твердо шагающего, невзирая на страшное изнеможение, вслед за Джетом были заняты совершенно другим. Он думал о Катаре. О тех ужасах, что ей пришлось пережить в плену у пиратов. Слишком живое воображение юноши рисовало в его мозгу картинки одну страшнее другой, заставляя его сердце болезненно замирать, а кулаки непроизвольно сжиматься. Он представлял возлюбленную в лапах этих мерзких ублюдков, и едва сдерживался, чтобы не выплеснуть клокочущую в нем ярость на ни в чем не повинный лес, чтобы не сжечь здесь все дотла. Как могло произойти такое? Почему духи допустили это? Это неправильно, так не должно было случиться!       – Эй, проснись, – голос Джета резко вырвал Зуко из вязкой прострации и, подняв голову, он заметил, что они вышли на окраину леса и заросли деревьев значительно поредели.       – Смотри. – Джет указал рукой вперед, и Зуко с трудом разглядел вдалеке какую-то каменную постройку. – Похоже, там поселение.       – Отлично, – нарочито бодрым тоном отозвался он, отгоняя от себя тягостные мысли и пытаясь сосредоточиться на ближайшей цели. – Пойдем туда, хоть выясним, как далеко нас занесло.       Путь до поселения занял у путников еще не менее получаса, и когда они, наконец, вышли к деревне, солнце успело скрыться за горизонтом и на землю опустились сумерки.       Войдя в поселок, Зуко и Джет насторожились, напряженно оглядываясь по сторонам. Вокруг не было ни души. Многие окна низких каменных домов были разбиты, а здания казались пустыми, хотя грунтовая улица была чистой и изрядно утоптанной, свидетельствующей о том, что совсем недавно здесь ходили люди.       – Странно, – пробормотал Джет. – Деревня не выглядит нежилой, но где все?       Зуко пожал плечами и вдруг замер, внимательно прислушиваясь.       – Там кто-то есть, – проговорил он, кивнув вперед. – Я слышу шум и голоса.       – Может, какое-то местное собрание, – предположил Джет, – потому все и собрались в одном месте.       – Может быть, – согласился Зуко, и они пошагали вперед по улице в поисках жителей этой странной деревни.       Вскоре Джет тоже услышал шум и тревожно нахмурился. Зуко вопросительно посмотрел на него, но тот только покачал головой.       – Не знаю, что-то это не похоже на праздник или собрание, – медленно проговорил он. – Ты слышишь?       – Что? – не понял Зуко.       – Лязг оружия. – В глазах Джета вдруг мелькнуло понимание, и в этот момент позади них послышались голоса и тяжелая поступь нескольких пар ног. Схватив Зуко за руку, Джет метнулся в открытую дверь ближайшего здания, и в этот момент из-за угла вышли четверо солдат огня. Вжавшись в стену, парни затаили дыхание, тихо надеясь, что воины пройдут мимо.       Надеждам не суждено было сбыться.       Один из солдат вошел в дом, но из-за царящего в нем полумрака, а, может быть, из-за шлема, закрывающего ему боковой обзор, не заметил неподвижно застывших в двух шагах от него незваных гостей. Остановившись на пороге, воин обернулся к следующим за ним товарищам.       – Киан, ты свечи не забыл взять? – проговорил он веселым, звучащим немного приглушенно из-под забрала шлема, голосом.       – А разве не ты за ними на склад ходил? – отозвался другой голос.       Джет с Зуко ошарашено переглянулись. Быстро оглядевшись по сторонам, Зуко кивнул на приставную лестницу, ведущую на чердак. Как можно более бесшумно парни метнулись к ней и прежде, чем солдаты закончили выяснение своих бытовых отношений, взобрались наверх и замерли, вытянувшись ничком на пыльном деревянном перекрытии и боясь пошевелиться.       Через щели между досками Зуко и Джет наблюдали за тем, как солдаты поснимали свои шлемы и доспехи и расположились за столом, собираясь ужинать. От вида еды у не имевших со вчерашнего вечера ни крошки во рту парней настроение испортилось окончательно.       – Нормально мы пришли, да? – едва слышно прошептал Джет Зуко прямо на ухо. – Из всех поселений Царства Земли мы заявились именно в то, в котором армия Народа Огня организовала свою базу.       Зуко в ответ на это только неслышно вздохнул. С его удачей было бы странно, если бы все оказалось иначе.       Вытянувшись на полу чердака, парни неподвижно лежали, наблюдая за переговаривающимися между собой солдатами огня, и ждали подходящего момента, чтобы потихоньку улизнуть от этого весьма опасного соседства.              Катара и Аанг уже несколько часов шагали по каменистой пыльной тропе, пролегающей через большую зеленую долину с редкими деревьями. Время близилось к вечеру, но они не останавливались, стремясь быстрее добраться до своей цели. Путешествие проходило в тягостном молчании, оба они были погружены в свои невеселые мысли.       Катара морально готовилась к тому, что ей предстояло увидеть. Память упорно возвращала ее в прошлое, в то время, когда ей было восемь лет. Тогда, когда Народ Огня забрал ее маму от нее навсегда. Она хорошо помнила этот день. Она помнила, когда вместе с папой вбежала в иглу, где лежало обгоревшее тело ее мамы. Папа хотел увести ее из хижины, но Катара не ушла. Она бросилась к маме, она схватила ее за руку, она тормошила ее за плечи, и плакала, и кричала, чтобы мама проснулась. Катара понимала, что произошло, но ее разум отказывался это принимать. Она не испытывала никакого страха или брезгливости при прикосновении к мертвому телу. Только боль и непередаваемое чувство утраты, когда знаешь, что ничего не вернуть и ничего не исправить. Ее мама, ее дорогая мамочка ушла от нее навсегда.       Катара помнила, как она стояла, обхватив ногу отца, и смотрела, как тело ее мамы заворачивают в шкуры, на которых она спала, и обвязывают веревками. Она шла вслед за людьми, которые волокли замотанное тело по снегу к месту погребения. Она смотрела, как его обкладывают камнями, провожая в последний путь. Ей так нужна была мама. Но она лишилась ее.       А сегодня она лишилась еще и своего брата, своего возлюбленного и своих друзей. И если тогда, в детстве, она чувствовала лишь отчаяние и всепоглощающее горе, то сейчас она испытывала нечто другое. В ее груди разгоралось пламя. Пламя ненависти и жажды мести. Она больше не та беспомощная маленькая девочка. В ней теперь достаточно силы, чтобы отомстить всем тем, кто забрал у нее тех, кто был ей дорог. Она отомстит убийцам своего брата, своих друзей, и своей матери. Она найдет их всех и отплатит им в десятикратном размере.       Она не боялась того, что ей предстояло увидеть. Она должна их увидеть. Она должна попрощаться с ними, проводить их в последний путь. А потом она сделает то, что должна сделать.              Четыре драконьих мангуста неожиданно выбежали из зарослей, отрезая путь ребятам к отдыхающему на другой стороне поляны бизону. Наездники тут же покинули ездовых животных, проворно соскочив на землю.       – Как же вас легко найти, – с улыбкой проговорила Азула, окидывая взглядом замерших перед ней в боевых стойках ребят. – О, знакомые все лица. Успели соскучиться по мне?       – Поверь, не слишком, – процедил сквозь зубы Сокка, крепко сжимая рукоять космического меча.       – Слушай, убери эту черную тыкалку, она меня раздражает, – доверительно проговорила Азула и заинтересованно огляделась по сторонам, словно ее вовсе не беспокоило присутствие в непосредственной к ней близости врагов, готовых напасть в любое мгновение. – А где же главное действующее лицо нашей драматической постановки? Где Аватар?       – Его с нами нет, – неприветливо отозвался Сокка. – Мы разделились, и он уже далеко.       Глаза Азулы зловеще сузились.       – Думаешь, я тебе поверю? Думаешь, я настолько глупа?       – Очень глупа, – хмыкнул Сокка и ринулся вперед.       Три огненных потока, направленных в Сокку покорителями огня, составляющими эскорт принцессы, врезались в каменную глыбу, внезапно выросшую из земли. Перепрыгнув через нее, Сокка нанес удар, и Азула едва успела уклониться от черного лезвия, мелькнувшего у нее перед лицом. Отпрыгнув назад, она ударом ноги послала огненный шар в нападающего, а следующим огненным взрывом разбила летящий в нее булыжник. Сокка снова сделал выпад, но путь ему преградил один из солдат. Он отпрянул от направленной в него огненной волны, и яростно бросился на покорителя.       Суюки, ловко отскочив от полетевших в ее сторону огненных шаров, метнулась к одному из солдат и резкой подсечкой сбила его с ног. Тот прямо с земли послал в девушку огненную волну и снова вскочил на ноги. Его напарник в это время непрерывно атаковал, и несколько огненных шаров уже задели ее, изрядно подпалив ее кожу и одежду. Очевидно, эскорт принцессы составляли очень умелые покорители огня.       Тоф сражалась с Азулой. Принцесса непрерывно двигалась, уворачиваясь от каменных колонн, неожиданно вырастающих из земли, и глыб, летящих в нее, одновременно атакуя покорительницу земли. Тоф пропустила один из ударов и, отброшенная огненным залпом, полетела на землю. Она едва успела закрыться каменной плитой от обрушившегося на нее потока голубого пламени, стискивая зубы от боли: огненный взрыв довольно сильно обжег ее.       Борьба длилась недолго. На этот раз у покорителей огня было явное преимущество перед соперниками, и через несколько минут все было кончено.       Солдаты огня остановились над поверженными противниками, сохраняя боевые стойки, и Азула, ядовито усмехаясь, оглядела лежащих на земле, покрытых ожогами и подпалинами, ребят.       – Что нам с ними делать, принцесса? – спросил один из покорителей.       Азула приподняла одну бровь, обдумывая ситуацию.       – Забирайте их. Аватар наверняка ринется их спасать и тогда…       Огромная воздушная волна не дала ей закончить фразу. Воздушный поток невероятной мощи отбросил покорителей огня далеко в заросли.       Сокка поднял голову, с трудом фокусируя зрение, и счастливо улыбнулся.       – Аппа, дружище, на тебя всегда можно положиться.       Бизон в ответ издал короткий рев и облизал его с ног до головы.       С трудом поднявшись с земли, ребята вскарабкались на Аппу и поспешили убраться с поляны, пока Азула и ее солдаты не пришли в себя и не вернулись, чтобы добить поверженных врагов.       Подняв бизона в воздух, Сокка обернулся к сидящим в седле девочкам и болезненно скривился. Кожа на правой руке Суюки была обожжена, и вся одежда с правой стороны обуглилась и почернела. Тоф выглядела еще более неважно. На ее коже повсюду проступили красные пятна ожогов, одежда в нескольких местах выгорела. Сокка догадывался, что и сам выглядит не намного лучше. Обожженную кожу его раздирала жгучая мучительная боль, и внезапно он подумал о том, что он-то получил всего лишь легкие поверхностные ожоги. Какую же безумную боль испытал Зуко, когда Озай выжег ему лицо? От этой мысли его передернуло, и он тряхнул головой, пытаясь отогнать от себя возникшие в голове жуткие картинки.       – Что будем делать, капитан? – не слишком бодрым тоном поинтересовалась Тоф.       – Я не знаю, – убито отозвался Сокка. – Нам необходимо встретиться с Аангом и Катарой, но как это сделать?       – А что если Азула будет их поджидать в лагере? – испуганно вскинулась Суюки.       Сокка отрицательно покачал головой.       – Не думаю. Она либо направится в погоню за нами, что сомнительно: мы ее не интересуем. Либо вернется на свою базу или где она там обосновалась. Ее цель – Аанг, и нам кровь из носу необходимо найти его первыми.       – Я бы сейчас предпочла найти Катару, – призналась Тоф. – Эта огненная гарпия меня здорово отделала. Вы-то как, ребята?       – Примерно так же, как и ты, – выдавила из себя улыбку Суюки       – Давайте отправимся в ближайшее поселение и найдем там лекаря, – решил Сокка. – А потом будем решать, что нам делать дальше.       Его предложение было принято единогласно, и твердая рука воина Южного Племени направила бизона в сторону с трудом различимых в опускающихся на землю сумерках крыш небольшой деревни.       Аанг остановился на краю поляны, где еще ночью был разбит их лагерь, растерянно оглядываясь по сторонам.       – Я не понимаю, – медленно проговорил он. – Может, мы ошиблись местом?       – Нет. – Катара указала на небольшие каменные нагромождения, практически сравнявшиеся с землей, оставшиеся после каменных палаток. – Кто-то уничтожил все следы нашего пребывания здесь.       – Я не думаю, что это были пираты. Зачем им это? – Аанг медленно прошелся по лужайке и вдруг резко остановился, ошеломленно всматриваясь в землю. – Катара, смотри.       Катара подбежала к нему и замерла, глядя туда, куда указывал он. На поляне явно остались следы сражения. Трава в нескольких местах была примята и сожжена, земля разворочена, из нее торчали каменные колонны и повсюду валялись булыжники.       – Это точно работа Тоф! – Катара перевела взгляд на Аанга, в глазах которого мелькнули искры надежды. – Смотри, вещей наших никаких нет, Аппу мы найти тоже не смогли. Ты понимаешь, Аанг? Они живы! Они улетели отсюда на Аппе.       Аанг боялся поверить их счастью. Конечно, пират им солгал. Солгал для того, чтобы лишить всякой надежды. И, нужно признать, это ему вполне успешно удалось. Но, что тогда могут означать эти следы сражения, оставшиеся на поляне?       – Катара, люди огня были здесь, – медленно проговорил он. – Если, конечно, это не Зуко вздумалось посоревноваться с Тоф в покорении прямо посреди леса.       – Так, так, спокойно! – Катара опустилась на землю, пытаясь не поддаваться вновь охватившей ее панике. – Если бы люди огня победили в бою, они бы забрали наших друзей, но тогда Аппа был бы где-то неподалеку. Они улетели на Аппе, это точно!       Она встретилась с Аангом взглядом, и они одновременно кивнули друг другу.       – Ищем Аппу.       – Я не надену ЭТО! – Джет отбросил доспех в сторону с такой брезгливостью, словно он был сделан из человеческой кожи.       После ужина солдаты огня еще долго сидели за столом, играя в карты и обсуждая всякую дребедень, не имеющую никакого отношения к войне и их службе. Но потом один из них посетовал на то, что подразделение, в котором он состоит, сегодня ночью отправляется для оказания поддержки на базу лейтенанта Ронга в связи с обнаружением в тех местах Аватара и принца Зуко, чем вызвал определенный интерес у невольных свидетелей их разговора.       Когда на улице уже окончательно стемнело, солдаты зачем-то ушли из дому, и Зуко с Джетом незамедлительно покинули свое импровизированное убежище.       Спустившись с чердака, Зуко вдруг пришло в голову воспользоваться доспехами солдат огня для маскировки, как они это сделали с Соккой в Кипящей Скале, чтобы под видом покорителей огня из подразделения, о котором говорил воин, добраться до друзей без риска быть захваченными, благо в стоящем у двери сундуке нашлось несколько комплектов. Однако тут возникла одна большая сложность: Джет наотрез отказался надевать на себя военную форму Народа Огня.       – Джет, прекрати вести себя, как ребенок! – шепотом возмутился Зуко. – В этих доспехах нас никто не узнает.       – Ты мне предлагаешь, чтобы я оделся, как человек огня? – Джет готов был взорваться от злости. – Да за кого ты меня принимаешь?       – За человека, который понимает, когда нужно отбросить в сторону свои глупые принципы ради определенной цели.       Джет возмущенно засопел, хмуро глядя на напарника.       – Ну? – Зуко сунул ему в руки военный шлем покорителя огня. – Давай быстрее, они могут вернуться в любую минуту.       Метнув быстрый взгляд на окно, за которым мелькали силуэты проходящих мимо солдат, Джет шепотом выругался и принялся натягивать на себя форму. Он никак не мог понять, как надевается доспех, о чем тут же сообщил Зуко, в красках рассказав все, что он думает по поводу стиля военного оснащения армии Народа Огня, на что Зуко парировал, рассказав, что он думает по поводу того доспеха, который был на Джете во время их первой встречи на пароме.       – Эй, то все были боевые трофеи, – фыркнул Джет, застегивая металлическую пряжку на ремне.       – Да-да, не ерзай, – Зуко помог ему приладить наплечники и завязать кожаную шнуровку. – Все, надевай шлем – и ты вылитый покоритель огня.       – Я просто счастлив! – скрежетнул зубами Джет, опуская маску на лицо. – Я все никак не могу понять, как тебе удалось подбить меня на это?       – Наверное, так же, как тебе удавалось подбивать меня на всякие глупости в Ба Синг Се, – усмехнулся Зуко.       Спустя несколько минут два солдата-покорителя покинули одно из зданий оккупированной деревни и уверенно пошагали по улице к центральной площади.