Тяжелая работа Зуко

      Варден быстро шагал вдоль русла реки, настороженно поглядывая по сторонам. И где, скажите на милость, должна состояться встреча? Почему этот мелкий выродок предложил встретиться именно в лесу возле реки? А почему бы не просто в Стране Огня? Примерно столько же определенности. Он раздраженно хмыкнул, и в это мгновение прямо перед ним, казалось бы, из ниоткуда, внезапно возник темный силуэт. Варден отпрянул, одновременно создавая на ладони огонь, но пришелец резко вскинул руки, показывая, что нападать он не намерен.       – Это я, Варден, – послышался чуть приглушенный хрипловатый голос. – Здравствуйте.       В ответ Варден издал только презрительное фырканье и недовольно нахмурился, однако огонь погасил.       – Спасибо, что пришли, – проговорил Зуко, снимая капюшон своей накидки, до этого момента скрывавший его лицо в тени.       – Что ты хотел? – весьма неприветливо отозвался Варден.       Беглый принц помолчал, видимо, собираясь с мыслями, пристально глядя на собеседника. Варден скрестил руки на груди и, слегка прищурившись, рассматривал стоящего перед ним подростка. Лунного света было вполне достаточно для того, чтобы как следует разглядеть его. Несмотря на то, что Варден был прекрасно осведомлен обо всей ситуации, касающейся принца Зуко, начиная с момента его изгнания из страны, впервые увидеть его начальнику Кипящей Скалы довелось только тогда, когда он был разоблачен при попытке выдать себя за охранника. Понять, кто он такой, не составило никакого труда: принц Зуко обладал самой узнаваемой внешностью среди жителей Страны Огня, и любой, кому было известно об Агни Кай между ним и Лордом Огня Озаем, узнал бы его с первого взгляда. Кроме того, между принцем и Лордом Огня, несомненно, прослеживалось фамильное сходство, и хотя Варден никогда не удостаивался чести видеть Озая лично, его внешность не была секретом для подданных Народа Огня, и портреты с его изображением можно было найти в каждом доме страны.       – Во-первых, – проговорил, наконец, юноша, – я хотел попросить у Вас прощения за доставленные неприятности.       Во взгляде Вардена сверкнуло пламя.       – Ты просишь у меня прощения за то, что устроил в Кипящей Скале? – с медленно нарастающей угрозой в голосе отозвался он. – Ты хоть понимаешь, что ты сделал?       – Я догадываюсь, – тихо произнес Зуко, опуская голову.       – Ты и близко не догадываешься! – рявкнул Варден так резко, что юноша вздрогнул. – Ты уничтожил мою репутацию! Ты уничтожил все, что я создавал столько лет. Все мои труды, весь мой авторитет рухнули в одно мгновение, как только там появился ты. Ты хоть осознаешь, что обесчестил меня?       – Я лишь пытался спастись! – не выдержал Зуко. – А как бы Вы поступили на моем месте? Сидели бы и ждали, пока Вас в кандалах отправят в подарок Лорду Огня?       – Я никогда не окажусь на твоем месте, – мрачно проговорил Варден. – Я не предатель своей страны и любящих меня людей.       – Вы не понимаете, Варден… – пылко начал принц, но тот его перебил:       – Что я не понимаю? Что из-за такого ничтожества, как ты, пострадала моя племянница? Можешь мне поверить, она не мою жизнь пыталась тогда спасти.       – Я знаю, – тихо проговорил Зуко. – Именно поэтому я здесь. Из-за Мэй.       Варден шумно выдохнул воздух через ноздри и неодобрительно покачал головой.       – Я знаю, что, спасая меня, она навлекла на себя неприятности. – Зуко встретился с Варденом серьезным взглядом. – Я очень беспокоился за ее судьбу, но у меня до сих пор не было никакой возможности выяснить, что с ней. И потому, как только мне представился шанс встретиться с Вами, я этим воспользовался. Вы – моя единственная возможность узнать о судьбе Мэй.       – И с какой стати ты решил, что я помогу тебе? – фыркнул Варден.       – Но ведь Вы пришли на встречу, – парировал тот. – Вы не сообщили о ней моему отцу и не попытались захватить меня сами.       – Можешь мне поверить, у меня возникли такие мысли, – губы Вардена тронула невеселая усмешка.       – Но Вы этого не сделали.       Варден покачал головой.       – Нет. Если бы ты опять заявился в Кипящую Скалу под видом охранника, или же если бы я поймал тебя на улице – будь уверен, пощады бы тебе не было. Но ты открыто попросил о встрече, и я не смог предать твое доверие. На честность я могу ответить только честностью.       – Я знал это, – Зуко серьезно кивнул головой. – Спасибо Вам.       Варден слегка поморщился, но промолчал.       – Скажите мне, что стало с Мэй, – попросил юноша.       – Зачем мне рассказывать тебе что-либо о ней? – Варден снова нахмурился. – Ты разбил ей сердце. Ты предал ее, принц Зуко. Ты хоть знаешь, сколько слез она выплакала после того, как ты бросил ее?       Зуко прикрыл на секунду глаза и отвернулся.       – Я не хотел этого, – едва слышно проговорил он. – Я не хотел впутывать ее в неприятности.       – И именно поэтому ты даже не нашел нужным объясниться с ней? Ты испугался, да?       – Что? – Зуко ошеломленно поднял взгляд на собеседника. – Я не…       – Испугался, – хмыкнул Варден. – Испугался открытого разговора, и потому просто сбежал, ограничившись запиской. Ты не только предатель, принц Зуко, ты еще и трус.       Кулаки юноши непроизвольно сжались, от них повалил дым, и пламя вырвалось из его рта вместе с резким выдохом. Варден, приподняв одну бровь, саркастически усмехнулся. Зуко еще несколько секунд сверлил его яростным взглядом, а затем выпрямился и опустил голову.       – Возможно, я и испугался, – медленно проговорил он. – Только я боялся не разговора. Я боялся причинить Мэй боль.       – Думаешь, ты причинил ей меньше боли, просто проигнорировав ее чувства? – на снисхождение Вардена Зуко мог не рассчитывать. – Честное слово, если бы не ее любовь к тебе, я бы испепелил тебя на этом самом месте.       Зуко поднял на него удивленный взгляд.       – Вы так трепетно относитесь к Мэй?       – Мэй – моя племянница, – сухо отозвался тот. – Ее родители никогда не баловали ее своей любовью. А она заслуживает ее. У меня нет своих детей, и я всегда относился к Мэй, как к собственной дочери. Я искренне люблю эту девочку. И хотя Мэй слишком гордая и независимая, чтобы принимать мою поддержку, я все равно всегда поддерживал ее и всегда был рядом, когда ей это было нужно. А ты… Благодаря тебе я сейчас оказался в безвыходном положении. У меня связаны руки, и я ничего не смог сделать, чтобы помочь ей.       – Варден, пожалуйста, – твердо проговорил принц. – Скажите мне, что сделали с Мэй.       Поджав губы, Варден несколько секунд мрачно смотрел на Зуко, а затем, тихо вздохнув, ответил:       – Ее заточили в тюрьму. Конечно же, не в Кипящую Скалу, чтобы не допустить моего влияния на ситуацию. Сейчас она сидит в тюремной камере, и все из-за тебя. Из-за подонка, который бросил ее и, судя по всему, никогда не любил.       Зуко в очередной раз проглотил обвинения, прозвучавшие в его адрес, хотя последние слова Вардена словно ножом полоснули его по сердцу. Дядя Мэй сказал правду. Жестокую, беспощадную правду.       – В какой тюрьме ее держат? – произнес он вслух, безмолвно радуясь, что при лунном свете краска стыда, мгновенно залившая его щеки, не была слишком заметной.       – Зачем тебе это? – с подозрением поинтересовался Варден. – Ты же не собираешься?..       Зуко молча кивнул.       – Слушай, – в голосе Вардена прозвучало неприкрытое раздражение, – оставь Мэй в покое. Ты ей причинил уже достаточно неприятностей. Может, хватит?       – Я не могу, зная, что она страдает из-за меня, просто оставить все как есть, – твердо проговорил Зуко. – Аватар жив, Варден, и скоро он выступит против Лорда Огня. Если он победит, война будет закончена, на трон взойдет новый Лорд Огня и весь мир перейдет к новой эре. Но, если Аватар проиграет, то уже никто ничего не сможет изменить, и Мэй останется в заключении навсегда. Я хочу быть уверен, что, даже в случае нашего поражения, Мэй будет на свободе, и ей ничего не будет угрожать. Позже она сможет связаться с Вами, и Вы будете иметь возможность помочь ей.       Варден, чуть прищурившись, сверлил его внимательным взглядом.       – Ты и в самом деле просто хочешь помочь ей? – недоверчиво проговорил он. – Ты не собираешься снова просто попользоваться ею, а затем выбросить, как надоевшую игрушку?       – Варден, я никогда… – возмущенно воскликнул Зуко, но тот вскинул руку, призывая его замолчать.       – Я поверю в твою искренность, принц Зуко, – с некоторой торжественностью в голосе произнес Варден. – Тюрьма – очень плохое место для юной девушки. И я скорее поверю тебе, чем откажусь от шанса вытащить ее оттуда. Я бы потребовал от тебя поклясться своей честью в том, что ты не причинишь Мэй новой боли, но только какая может быть честь у предателя?       Зуко даже зажмурился. Варден совершенно не ограничивался в выражениях, осыпая его всеми возможными оскорблениями. Еще совсем недавно Зуко не стал бы терпеть подобного с собой обращения и при первом же выпаде в свой адрес вызвал бы обидчика на Агни Кай или же разобрался бы с ним прямо на месте, но... сейчас он не в том положении. У него есть определенная цель, и он пройдет через все, чтобы добиться ее. Хотя у него создавалось ощущение, что от того количества плевков, которые беспрестанно летели в него со всех сторон начиная с момента изгнания, ему уже никогда не удастся отмыться.       – Мэй заключена в тюрьму на окраине материка Страны Огня, – проговорил Варден. – Она располагается в горах между городами Хира'а и Торафу. Вообще эта тюрьма считается достаточно неприступной, но учитывая то, как ты умудрился провернуть побег даже из Кипящей Скалы, мне думается, что тебе будет по силам организовать побег и там.       – Спасибо, Варден, – Зуко поклонился собеседнику, сложив руки в знак пламени. – Я сделаю все, чтобы искупить свою вину перед Мэй.       Варден помедлил секунду, а затем отвесил принцу ответный поклон.       – Я не знаю, принц Зуко, – негромко произнес он, – движут ли тобой действительно благородные мотивы или же банальное желание отомстить своему отцу за все то, что между вами произошло. В данный момент меня это не волнует. Меня волнует только судьба Мэй. А так как сейчас она напрямую зависит от тебя, то могу только пожелать тебе удачи и попросить быть осторожным. Если тебя захватят, принц Зуко, будь уверен: легкой смертью ты не отделаешься.       Зуко даже несколько растерялся от такого своеобразного проявления заботы о нем, но Варден не ждал ответа. Развернувшись, он быстро пошагал в направлении города, оставив его одного.              Полет на Аппе между городом Пламенной Реки и Угольным Островом занимал всего несколько часов, и еще до наступления рассвета Зуко должен был оказаться дома. Бизон вел себя тихо, не нарушая ночную тишину своим громогласным ревом, и Зуко, управляя им из седла, смог полностью погрузиться в свои мысли.       Угрызения совести перед Мэй мучили его с того самого момента, как он положил прощальное письмо на кровать в ее спальне. После возвращения с почестями в Страну Огня Зуко делал все, чтобы забыть о произошедшем, старательно вытесняя все воспоминания о Ба Синг Се из своей головы новыми эмоциями. Он наслаждался роскошной жизнью, наслаждался вниманием отца и подобострастным уважением всех окружающих. И его общение с Мэй не стало исключением из общего уклада. Зуко совершенно искренне верил в то, что любит эту девушку, запрещая себе даже мельком думать о Катаре. Он убеждал себя в этом, но лгал самому себе. А ведь Мэй его действительно любила. Зуко даже не понимал, до какой степени, до того ее поступка в Кипящей Скале. Она спасла его, навлекая на себя гнев Азулы, а это очень дорогого стоит.       Зуко тяжело вздохнул и, взглянув в небо, увидел среди звезд укоряющий взгляд знакомых серых глаз. Мэй очень хорошая девушка. Они с Зуко общались с самого детства, хотя, конечно, тогда ни о каких других чувствах, кроме дружбы, речи быть не могло. Встретившись же в Ба Синг Се после убийства Азулой Аватара, они увидели друг друга в совершенно новом свете. И, желая избавиться от воспоминаний о первой любви, Зуко выплеснул все свои чувства на Мэй. Ему даже казалось, что она смогла заполнить пустоту, образовавшуюся в его сердце. И, хотя Мэй и не умела слишком ярко проявлять свои эмоции, она стала чудесной подругой для Зуко. Им было хорошо вместе. Мэй не делала ничего, что могло бы раздражать Зуко или вызывать у него какой бы то ни было негатив. Она разделяла его радость и поддерживала его в моменты грусти. И Зуко даже казалось, что ему удалось полностью забыть Катару. До того самого момента, когда он снова увидел ее на террасе Западного Храма Воздуха…       Зуко не мог обвинить себя в том, что он обманывал Мэй. Он искренне верил в свою любовь к ней. Но почему же тогда ему так стыдно?              Аппа мягко приземлился на каменную площадку внутреннего двора, не наделав абсолютно никакого шума. Соскочив на землю, Зуко шепотом похвалил бизона и, угостив его яблоком, торопливо направился в дом.       В здании царила сонная тишина. Ребята давным-давно спали, видя десятый сон, и Зуко порадовался тому, что его отсутствие осталось никем не замеченным. Меньше всего сейчас ему хотелось бы вдаваться в объяснения о том, где он был и почему никому ничего не сказал. Конечно, он все им расскажет, но только позже. После того, как дело будет сделано.       Неслышно ступая по деревянному полу, он крадучись добрался до своей комнаты и, подергав дверную ручку, наградил себя хлопком ладони по лбу. Конечно же, как он мог забыть, что дверь осталась запертой на засов изнутри?       Ему снова пришлось преодолеть всю длину темного коридора, и, когда он проходил мимо незапертой комнаты Джета, старая доска предательски скрипнула у него под ногой. Джет подскочил на кровати и сонно вгляделся в темноту. Зуко замер, вжавшись в стену спиной с такой силой, что практически слился с ней. Его запыленная дорожная одежда слишком явно давала понять, что вовсе не из постели он сейчас выбрался.       Затаив дыхание, Зуко напряженно ждал, боясь пошевелиться. Наконец, спустя несколько долгих секунд, послышался скрип кровати и возобновившееся сопение Джета. Зуко неслышно выдохнул и, соблюдая еще большую осторожность, спустился по лестнице и вернулся во двор. Заслышав шаги, Аппа поднял голову и внимательно посмотрел на него. Зуко мог бы поклясться, что в глазах бизона промелькнул возмущенный вопрос: «Что, опять?»       – Шшш. – Зуко поднес палец к губам. – Все хорошо, Аппа. Спи.       В ночной тишине каждое движение казалось слишком громким. Подойдя к стене дома, Зуко подпрыгнул и, ухватившись за карниз, подтянулся на руках. Доска угрожающе затрещала под его ногой, которой он упирался в стену, и он выругался про себя в лучших традициях Нижнего Кольца Ба Синг Се. Еще не хватало сейчас что-нибудь сломать. Вот тогда уже наверняка можно будет не сомневаться в том, что он наделает столько шума, что перебудит весь дом, и в этом случае объяснений точно будет не избежать.       Добравшись, наконец, до окна, Зуко перевалился через подоконник и, сидя на полу, иронично усмехнулся. Даже когда он разбойничал в образе Синего Духа, он не настолько беспокоился о том, чтобы не привлечь к себе ненужного внимания. Все же обманывать друзей слишком для него тяжело.       Переведя дыхание, Зуко поднялся на ноги, зажег на ладони небольшой язычок пламени и чуть не вскрикнул от неожиданности, зажав себе рот свободной рукой. В кресле у двери, закинув ногу за ногу, сидела Катара и пристально смотрела на него.