Голодные Игры: Одуванчик

      Макс нервно грыз ногти в ожидании начала своего показательного выступления. За это я каждый раз шлепала ему по рукам.       Я была последней. Зайдя в помещение, я окинула его взглядом. Поначалу я просто хотела продемонстрировать навыки стрельбы по мишеням, но мой взор упал на кое-что более интересное. В голове зародился план, безумный и казавшийся идиотским. Если они хотят шоу, я покажу им его.       На потолке были расположено порядка восьми ламп. Еще одна аварийная лампа находилась посредине комнаты. Я однажды видела ее действие. Как только в комнате по непредвиденным причинам вырубаются все освещение, автоматически загорается она. Ее свет, белый и холодный, не рассеивается по комнате, а образует собой что-то наподобие столба. Это мне и было нужно.       Я попросила лук, стрелы, жидкую флуоресцентную краску и маленькие картонные коробочки на липучке. И еще кое-что.       Повязку на глаза.       Странно, но все потребованное я легко получила. Возможно, даже слишком.       На приготовления ушло минуты две. Я волновалась, а в голове моей, словно старые осенние листья, шуршали отрывки из знакомых книг, песен и фильмов:       «И над всеми воцарилась Красная Смерть!»…       «Неприятно быть трусом»…       «Все ждут, что ты сломаешься»...       «Это самый одинокий день в моей жизни»…       «Цель прочна настолько, насколько прочно её слабое звено»…       «И в этот момент, клянусь, мы – часть бесконечности»       Я прижала руки к ушам, словно пытаясь заглушить шум в голове. Голоса, произносящие эти фразы, эхом прокатывались в сознании. Время шло, поэтому мне пришлось взять себя в руки.       «Вот и добрался до меня злой и страшный Нервный Срыв» - подумала я и усмехнулась.       Я вновь назвала свое имя и номер дистрикта. Уставшие и скучающие наблюдатели обернулись ко мне с лицами, полными презрения.       «ШОУ НАЧИНАЕТСЯ!!!» - взревело подсознание.       Я надела повязку, и, натянув тетиву, направила стрелу и выстрелила. Послышался звук расколовшегося стекла, лязг металла и недовольное фырканье электричества.       Одна лампа была готова.       Я натягивала тетиву, вновь и вновь разрушая лампы на потолке. Восемь выстрелов – восемь точных попаданий.       «Маски долой, маски долой!» - безумно проорал в голове голос Джека Торранса.       Я сорвала повязку и снова погрузилась во мрак. Внезапно прямо над моей головой зажглась аварийная лампа, тускло освещая мою фигуру, казавшуюся неестественной.       Снова выстрелив, я попала в «яблочко» мишени. Точнее, не в «яблочко», а в прикрепленную на место десятки картонную коробочку, наполненную краской. Светящаяся в темноте краска фонтаном разлетелась в разные стороны. Оставалось попасть еще в четыре мишени. Попадания в цель вызывали новые фонтаны. Один из них каким-то чудесным образом обрызгал парня, державшегося в стороне от других наблюдателей.       Закончив, я мягко положила лук на место. Потом я обернулась, и, глядя прямо в глаза Мелеагру Греднобари, произнесла:       - Спасибо за внимание.       Мой голос для самой себя прозвучал слишком громко в наступившей мертвой тишине. Единственное, что сопровождало меня до дверей лифта, едущего на двенадцатый уровень – гулкие звуки моих шагов, прокатывающиеся эхом по залу.