Асирис

- Да быть такого не может! – воскликнул я, жуя сэндвич и запивая его латте. Мы остановились в кафешке, чтобы поесть во время дороги. - Я тебе говорю, - уверил меня Бальтазар. Я рассмеялся. - А потом я еще полдня полуживой был. - Так и ты когда-то был зеленым. - Конечно, и я был молодым, - усмехнулся демон. Я почувствовал, что Снег наблюдает за мной, и повернул к нему голову. - Что? – спросил я, заметив на его лице улыбку. - Ничего, - тут же выпрямился он, делая вид, что ничего не было. Я посмотрел на свое латте, потом на него. - Тоже хочешь? – предложил ему. - Не хочу. - Ты даже не пробовал, - настойчивее протянул я стакан. – Вкусно. - Отстань. - Ты, наверное, злой, потому что сладкое не любишь, - хитро улыбнулся я. - Ладно, давай, - сорвался парень, хватая у меня стакан и делая глоток. Потом замер. - Ну? - Ничего так, - пожал плечом и присосался к стакану. - Эй, мне оставь! – дернулся в его сторону. - Поздно, - остановил меня рукой, не давая приблизиться. - Ну и ладно, - надулся я, сложив руки на груди, и откинулся на спинку диванчика из искусственной кожи. - Обиделся? – спросил он, посерьезнев. - Нет. - Я тебе оставил, - протянул мне стакан, но когда я хотел взять его, резко отодвинул руку назад, и я впечатался в его губы. Никто из нас этого не ожидал, судя по ошарашенному лицу Снега. Я оторвался от него, закрыв рот рукой. - Ой, - только и сложилось из всего ужаса в моей голове. Снег выглядел так, как будто он либо в кому впадет сейчас, либо убьет меня. Видимо, сам еще не решился. – Ну, на вкус, как кофе, - неуверенно попытался успокоить диартера. Он нахмурился, как будто собрался что-то сказать, но еще думал. - А-а-а… еще раз можешь? – спросил он. А вот теперь в ящик сыграл мой мозг. * На столе стояли недопитые бокалы и бутылки дорогой выпивки. В комнате почти не было света, как и обычно. Риастер грубо прижал парня с завязанными глазами к стене и жадно впился губами в шею, задирая его согнутое колено и слыша тихие возбужденные смешки. Тот ловко расстегивал пуговицу на его штанах, закравшись руками в нижнее белье и с удовольствием касаясь горячего члена, сильнее возбуждая, ощущая пальцами смазку. Ему хотелось заменить руки губами и языком, но Риастеру было не до этого, поэтому приходилось обходиться глубокими поцелуями и легкими покусываниями языка. Обнаженная, удовлетворенная опьянением и сексуальными играми девушка уже спала мертвым сном на кровати, зарывшись в подушки. Как их зовут? Откуда они пришли? Все равно. Парень наклонил голову, страстно впиваясь в шею и плечи парня губами и зубами, оставляя легкие метки, которые к утру уже исчезнут. Нориями подложил руки под бедра, подняв его в воздух, и вошел. Если закрыть глаза, то можно почувствовать ЕГО тело, этот смех можно принять за ЕГО смех, а неестественную игривость приписать алкоголю. Только его здесь нет, он спит в другой комнате. На замене сегодня в очередной раз море выпивки и секс. Этого иногда бывает достаточно. Но когда будет достаточно Милсу? Где его предел? - Риастер… - шепотом выдохнул парень, задрав голову от удовольствия и прогибаясь. Собственное имя вскружило голову, ведь шепот легко перепутать с шепотом Милса. Риастер жадно поцеловал парня. - Не останавливайся… - прошептал тот, и Нориями на секунду посмотрел на него, после уже не вспоминая его лица. Утром Риастер проснулся и с недовольством осмотрел два лежащих рядом с собой тела и беспорядок, который они вместе устроили. Не думая больше о прошедшей ночи, парень поднялся, перешагивая через одежду, а подчас и наступая на нее, прокладывая путь через бутылки и подушки прямиком до ванной. Опьянение прошло, но спутанность сознания и плохое владение телом еще давали знать о себе. И еще злость. Надоело. Терпеть. Приняв душ, Риастер вышел, оперевшись руками на раковину и посмотрел на свое отражение через запотевшее стекло, а потом вышел из комнаты. Парень по-хозяйски вошел в комнату, где в постели все еще нежился Милс. Было видно, что он уже просыпался, и, видимо давно, но еще раз решил прилечь, и уснул. Арсиат спал на боку, подложив руки под подушку и еле прикрывшись одеялом. Риастер любил, когда на Арсиате не было костюма, так он казался ближе. Парень лег на кровать, забравшись рукой под теплое одеяло, под резинку штанов, прижимая парня к себе. - М-м-м, - сонно пробормотал Милс, не понимая, что происходит. – Риастер… Что ты делаешь? – пробормотал он, но когда почувствовал руку, уверенно возбуждавшую его, дернулся. – Риастер! Парень зажал ему рот рукой, надежно прижимая спину к своей груди. - Отпусти… - через руку выдавил Милс с зажмуренными глазами, после простонав. Он пытался оторвать руку от губ, второй стараясь прекратить настойчивые ласки. – Риастер. Риастер, ты делаешь мне больно. - А, по-моему, как раз наоборот, - прошептал на ухо парень. – К тому же, я чувствую, как тебе хорошо. Милс простонал, чувствуя слабость в теле. - Ты же знаешь, я не сделаю тебе ничего плохого. Давай, не сопротивляйся. Он продолжал двигать рукой, пока не почувствовал напряжение во всем теле парня и влагу в руке. - Что может быть приятнее по утрам? – со смешком спросил он, перестав зажимать ему рот. Милс продолжал часто дышать, не открывая глаз и замерев, зажимая пальцами подушку и уткнувшись в нее лицом. Ему не нужно было задавать вопросов, потому что он знал все ответы. - Доброе утро, - поздоровался Нориями. - Ты никогда не заходил дальше. - Потому что я не хочу насиловать тебя. - А это что тогда? - Невинные ласки, - по-дьявольски усмехнулся Риастер, сидя на кровати. - Отвратительно. - Ты хочешь узнать, что на самом деле отвратительно? – посерьезнел парень. Милс не отвечал, только сильнее вжавшись лицом в подушку. - Твое отношение ко мне. Или моя больная любовь к тебе. - Я не люблю мужчин. - Я знаю, незачем об этом постоянно повторять. - Ты снова привел вчера кого-то. Как у тебя вообще есть желание быть настолько… - Да. И буду приводить. Милс закрыл уши ладонями. - Все они обладают хоть какой-то твоей чертой, - продолжил Риастер назло, зная, что тот его слышит. - Особенно вчера. Тот парень… он произносил мое имя так же, как и ты. За что я его наградил хорошим сексом. Ему не на что жаловаться. - Уходи, - только и сказал Милс. – Я не хочу знать, кого ты лапал до меня. - Он хорошо целуется. - Ри. - Такой большой слоник, а все еще не можешь справиться с колышком, к которому не очень-то и привязан. * Я смотрел на его развеселившиеся глаза, на улыбку Бльтазара, и понял, что надо мной издевались. - Очень смешно, - мне стало обидно. К тому же, с двух сторон. - Не обижайся, - его глаза все еще смеялись. - Отстань. - Не злись, Капель. Я не хотел обидеть. - Так, ребятки, я отойду на время, - Бальтазар как будто что-то услышал и тут же растворился. Он просто оставил нас одних. А я сейчас не хочу оставаться один на один с этим приколистом. Или хочу? Но Снег меня не переносит. - Нам тоже пора ехать, - сказал он, а сам продолжал сидеть. У меня внутри все подскочило, сердце забилось так, что в голове наковальня объявилась, все дрожало, руки, как у эпилептика тряслись. - Снег. - М? – он повернул ко мне голову, и я его поцеловал. О-бо-же. Я не думал, что это может быть настолько приятно. Всегда, каждый раз приятно, но чем дольше я с ним, тем больше хочу его. У него такие мягкие губы, такие нежные. Я снова и снова целовал его, а потом он медленно оторвался и посмотрел мне в глаза. Нет, так просто это все не закончится… Я не мог отвести взгляда. Я просто приклеился к его глазам. Убивало это ожидание. Мне хотелось целовать его, а не смотреть. - Пойдем, - тихо сказал Снег, мягко беря меня за руку, и я послушно пошел за ним. Мы вернулись в комнату, Снег неторопливо прикрыл за мной дверь, не отпуская руки, а я не в силах был убрать ее. Потом он прислонил меня к стене, медленно, и почти прижался к моему телу. Я мог чувствовать его, между нами как будто проходил ток, который проходил через одежду, через клетки, внутрь, к самым нервам. Сейчас он легко может прочитать все в моих глазах. Снег… Не отпускай. Он на секунду опустил взгляд на мой пах, а потом его рука расстегнула пуговицу на моих джинсах и расстегнула молнию. Вместе с тем, как его рука скользнула в штаны, его губы прижались к моей шее, впиваясь в нее поцелуем. Мне не нужно было много времени, чтобы возбудиться. Снег сводил меня с ума так быстро, что я не успевал дышать в этом круговороте, я задыхался в нем и постепенно уходил на дно, прижатый этой леденящей волной. Теперь уже дело не в нем. Проблема уже во мне. Судя по всему, Бальтазар был прав. Не знаю, может, он что-то и придумал, но тот факт, что нас станет все сильнее тянуть друг к другу, похоже, имеет место быть. Я осторожно потянулся к нему, чтобы коснуться губ, почувствовать его, но Снег отклонил голову. Он даже не давал мне повода. Никогда, ни разу. Это я - тот, кто много думает о себе. Я тихо простонал от подкатывающих волн, доходящих до самых слепых клеточек мозга. Снег, услышав меня, посмотрел с легким удивлением. Но я чувствую, что его дыхание тоже сбилось. - Ты же любишь Сона. И так спокойно относишься ко мне? - А я не человек? – спросил я, с сомнением нахмурившись. - Ты нимф. Это все объясняет. Твое… непостоянство, - сказал он разочарованно, останавливаясь и убирая руку. - Вот как ты думаешь, - холодно сказал я. Вот это удар ниже пояса. - Я не оскорбил тебя, - взял меня за кисть диартер, не давая возможности абстрагироваться. - Именно это ты сейчас и сделал. - Оставайся верным тому, с кем ты в отношениях. Это очень важно. Не давай ему повода потерять доверие к тебе. Его голос звучит так спокойно, как будто он мне брат. Такой ласковый и близкий. Но совсем нет никакого намека на романтические чувства. Он на меня свысока смотрит, нравоучает. - Сказал тот, кто меня в рабство продает, - я усмехнулся ядовито, выдергивая руку. - Но это не добровольно. А то, что делаешь ты – твой выбор. - Я тоже живой, я тоже могу сомневаться, - тихо возразил я. – Я тоже могу влюбляться. - Конечно, можешь. Ты уже, наверное, и сам не помнишь, в который раз. Обиделся, или понимаешь, что я прав? - И то и другое, - я решил увильнуть с ответом. - Скажи мне, - прямо сказал Снег, снова схватив меня за руку, только на этот раз сильнее и увереннее. – Я… хочу понять. - Нет, не хочешь. Диартер посмотрел на меня с отрешенностью и вопросом, все еще ожидая ответа. - Я ненавижу свою силу, - вздохнул я. Кто-то… я хочу рассказать кому-то, поделиться с кем-то… – Но, однажды, когда я в очередной раз думал, что умру от боли, я понял, что я хочу защитить себя, что бы ни произошло. Тогда не было никого рядом, кроме Айтека, мне было страшно. И я до сих пор ненавижу то, кто я. Я защитил себя. И мне плевать на то, что ты обо мне думаешь. Если ненавидишь – все равно. Я смог уберечь себя, когда был совсем один, я выжил. Я куда лучше тех, кто хотел использовать меня. Я заслужил жизни ничуть не меньше, чем они. Видимо, я говорил резко или как-то странно, потому что Снег замер. Но в голове разом всплыли эти воспоминания. Никто никогда не хотел помочь мне, никто никогда не заботился о том, жив ли я, выживу ли я, и каково было мне быть среди всех этих извращенцев, которые соблазнялись одним только видом моего тела. Как страшно было подростку среди всех них. Я ни на кого не собирался и не собираюсь полагаться. - Я заслужил жить, даже являясь нимфом, - проговорил я строго, сжав руку в кулак и не смотря на диартера. – Я тоже живой. Я проговаривал каждое слово, чтобы Снег, наконец, понял. Что-то в нем шевельнулось. Что-то очень закрытое и болезненное. Он притянул меня за руку к себе. Не хочу смотреть на него. Он поднял мое лицо. Боже, у него такие прожженные болью глаза. Но сейчас я уверен, он смотрит не на меня, во мне он видит кого-то другого. Снег обнял меня за талию, притягивая к себе. У меня ток по телу пошел это этого движения. Мне стало непривычно хорошо, когда парень снова поцеловал меня. Сердце из груди выпрыгивало. Необычное чувство. Я целовал Снега, пока не понял, что хочу больше. Поэтому, повалил парня на диван, сел на его пах. - Капель… Капель, это плохая идея, - мягко отстранил от себя парень, но увидев мой взгляд ,замер. - Ты настолько ненавидишь меня? – спросил я. - Нет… Нет, - усмехнулся он мягко, не веря тому, что я сейчас сказал и очень этому удивившись. - Тогда… - я снова приблизился к нему. - Это не то, что я к тебе чувствую… Ты лишишься силы. - Тогда тебе не о чем будет беспокоиться. - Ты не понимаешь. - А, теперь моя очередь не понимать? – тускло спросил. Я не знаю, что мне сделать. Почему он то отталкивает меня так сильно, что внутри все сжимается, то притягивает к себе, разрывая на части? - Скажи, что ты хочешь от меня. Я больше не выдержу. Я старался заглянуть ему в глаза. - Я не хочу отбирать у тебя то, что твое. Ты только что сказал мне, что твоя сила помогла тебе жить. - Забери, я не против, - сказал я нетерпеливо. – Или ты тоже боишься моих глаз? Как и другие? Снег взволнованно посмотрел на меня. Да, так же, как и Сон. - Я же не могу тебя очаровать, - неуверенно усмехнулся я. Не надо, не делай этого. Не отталкивай снова. Это будет последний раз. И тогда мне кажется, я умру. По-настоящему. - Я тоже так думаю, - усмехнулся он подавленно, видно, что сам себе не верит. * Милс и Риастер вышли из машины перед парадным входом правительства Асириса. Здесь они собирались остановиться на пару дней. - Так значит, здесь мы застряли до тех пор, пока все не утрясется, - сказал Милс, зажигая сигарету. - Судя по всему. - И зачем опять вызывать в Асирис? Мы всего несколько дней назад вернулись. - Ну точно нас не на чай пригласили. - Ты обычно не очень занимаешься семейными делами. Почему сейчас? – спросил Арсиат, выдыхая струю дыма. - Надо же когда-то начинать. - Поделишься? - Нет, - парень все также не смотрел на друга. - Давай, Ри, мы впервые будем проводить время вдвоем. Милс произнес эту фразу спокойно, но Риастер под влиянием своей фантазии и чувств, слышал двусмысленность, флирт, игру. Настоящая она была или нет – осталось под завесы паранойи, которую испытывают такие влюбленные, как Риастер. Влюбиться в собственного друга с традиционной ориентацией, который прекрасно знает о его состоянии и пользуется этим, правда, так и не понятно, с какой целью и какими намерениями. С такими людьми нельзя расслабиться, приходится становиться идеальным для других и себя или же окончательно пропащим, потому что всегда остается надежда, что он посмотрит на тебя по-новому, хочется верить, что в нем проснется чувство любопытства или неизведанного, и тогда он позволит поцеловать себя. А пока об этом можно только смело мечтать, и требуется огромная сила воли и души, чтобы не сломаться и не раскрыться перед ним, иначе окончательно оттолкнешь от себя последнюю надежду. Риастер оставил просьбу без ответа. - Мне кажется, это время разобраться, - добавил Арсиат. – Веришь в судьбу? Риастер повернул к нему голову и столкнулся с колдовским взглядом потемневших глаз, в которых появилось то неуловимое состояние темноты и душевной пропасти, дна которой не видно. От того и темнеют глаза. Парень затушил полускуренную сигарету. - Ладно, пойдем, узнаем, что родителям вдруг понадобилось. Как у него получается снова и снова делать вид, что ничего не происходит и не происходило? Арсиат стал быстро подниматься по парадной лестнице, положив руки в карманы осеннего пальто, и друг пошел вслед за ним, полный разочарования, боли, подавленности и отчаянной надежды. Ведь он все еще рядом, будучи осведомленным, все еще тянется к нему. А причина иногда не важна, пусть надежда продолжает разгонять кровь по венам. В доме их встретили слуги, и Милс сказал им тут же проводить их к главам правительства. Арсиат на глазах преобразился. Теперь он хозяин. Находясь за пределами города это – его роль. Если покажешь слабину, разрушишь весь многолетний труд, приведший к тому, что другие начинают замечать, принимать в расчет, а подчас и бояться. Риастер никогда не видел друга в таком виде. Его прямой и властный взгляд, решительные движения во всем, в каждой детали, прямота и уверенная походка человека, способного избавиться и вычеркнуть любую проблему, найти любой ответ и вообще открыть любые закрытые двери с силой, срывающей их с петель, распахивая наотмашь. Примерно так парень и вошел в кабинет с табличкой головного правителя Асириса. Но в кабинете, несмотря на обстановку суровости и сдержанности, находился мужчина, встречающий гостей теплой улыбкой. - Быстро вы среагировали, - сказал отец Милса. – Давно мы не виделись, Риастер, ты быстро растешь, - добавил он, поворачиваясь к парню и протягивая ему дружескую руку. - Стараюсь, - улыбнулся парень, пожимая ее. - Что, Милс, не дают тебе отдохнуть? – усмехнулся мужчина немного сдержанно, как будто не зная, а можно ли ему улыбаться рядом с этой стеной холода. - Наотдыхался, - Милс принял на себя довольно отстраненную маску и стянул с рук кожаные перчатки. Мистер Арсиат усмехнулся, умилительно сведя брови. Он гордился своим сыном, этого не скрывал даже пред оным, его трудолюбивостью, холодным умом и дальновидностью. По правде, он накладывал на сына большие надежды, и уже давно хотел прикрепить его к правительству. Но Милс не показывал особого желания. Ему нравилось работать из-под полы больше, чем на виду. Милс никогда не отличался теплым характером, но это добавляло прелести. - Так что случилось? – спросил Арсиат. – Ты так неожиданно вызвонил нас. - Да, прежде всего, я хотел бы кое-кого вам представить. Милс, ты с ним уже знаком. Пойдем. Мужчина вывел парней в другую комнату, где сидел Сон. Риастер посмотрел на гостя, а Милс замер на месте. - Риастер, познакомьтесь, это… - Сон, - сказал Милс, и диартер поднял на него взгляд. Младший Арсиат вмиг растерял свое лицо, показав оголенное удивление. – Сон? - А ты вырос, - усмехнулся парень, поднимаясь с дивана. На еще большее удивление отца и Риастера, Милс бросился к диартеру, обнимая его за шею. - Я не думал, что мы еще когда-нибудь увидимся. Ты... Что ты здесь делаешь? – отстранился, но не убрал рук парень. - Я не думал, что ты помнишь меня. - Ты что, - коротко усмехнулся Милс, не веря. – Ты что, Сон. Я не забыл. «Что за кадр?» - внимательно рассматривал диартера Риастер, пытаясь понять, угроза он или заслуживает время пожить. - Твой отец уже знает, зачем я здесь. По правде, я не планировал появляться так рано. - А ты собирался появляться? – мимолетная улыбка непонимания и растерянности. - Сон давно сказал мне, что хочет приехать, - пояснил Арсиат. - И ты мне ничего не сказал? - посмотрел на отца парень. - Я, как и Сон, не думал, что ты помнишь. - У меня не было маразма, головой я нигде не ударялся. Так вы поддерживали связь? - Относительно, - уклончиво ответил Сон. - Прекрасно, - строго сказал Милс. Вот оно, его детское состояние капризного ребенка. - Но я был почти в курсе всего, Рон мне много о тебе писал, - точно в оправдание их общения сказал диартер. - Так что? Что за дела? – спросил он куда мягче, и ясно, кому эта мягкость предназначалась. - Сон связался со мной, сказал, что хотел бы жить в нашем городе. Спрашивал, смогу ли я ему с этим помочь. Для него двери всегда открыты. Милсу не нравилось, что отец встревает. - Ты же не из тех, кто долго на одном месте живет, - коротко улыбнулся тепло Милс Сону. Он не знал, как вести себя – показывать сдержанность? Но так хотелось улыбаться. Вот только радости что-то мешало. Прежний Сон никогда бы не согласился «осесть» в одном месте. Значит, этот Сон – другой, не такой, как много лет назад. Теперь он может быть совершенно чужим. Тогда, может, не стоило открываться так сразу? - Так было, до поры до времени, - повел плечом диартер. - Сон собирался приехать сюда с другом. - С каким другом? – повернулся к отцу он. - Наш Сон наконец-то остепенился, - улыбнулся мужчина не без гордости. Милс попытался улыбнуться в такт радостному настроению родственника, но вышло неловко. Это насторожило Риастера. Значит, новость о любовном счастье прежнего знакомого не радует его, а откровенно огорчает? Интересно. - В общем, в этом и причина моего раннего приезда. Мне нужна ваша помощь. Капеля похитили. Глупо звучит, но как есть. Я выяснил, что его везут в Азират, чтобы сдать в рабство, но не могу отследить их маршрута. Им все время удается уйти еще до того, как я прихожу. - Вот как, - взгляд Милса забегал. – А ты, отец, хочешь, чтобы мы помогли? - По правде, я бы хотел, чтобы ты помог Сону. А я подхвачу, если что. Мне нужна помощь в правительстве, поэтому мне нужен Риастер. Я рад, что ты решил обратиться за помощью, это было правильным решением, - сказал он диартеру. - Это последнее, что я хотел. - Сон, ты что? Ты всегда мог полагаться на нас, - снова ломко улыбнулся Милс. – Ты же знаешь, здесь твой дом. Короткая пауза, по времени незаметная, но для троих бесконечная, где каждый смог уловить чувства друг друга. - Милс, ты одно время, помнится, работал в Азирате, - продолжил правитель. - Да, - кивнул парень. - Ты с Соном знаком, да и те места знаешь хорошо. Поможешь ему? А тебя, Риастер, я хотел бы похитить для нужд города. Сынок, помоги Сону прийти в себя с дороги и освоиться. Поговорите, найдите время. Вы давно не виделись. А мы пойдем, да, Риастер? - Конечно, - согласился парень неохотно и вышел за мужчиной. Захлопнулась дверь, напряжение спало, как будто стало свободнее. Но что делать с этой образовавшейся пустотой двое пока что не знали. - Ты давно в Асирисе? – спросил Милс. Вопрос не интереса и не из рода «по списку», а только из чувства эгоизма, чтобы узнать, сколько он потерял. - Пару дней. - Ты почти не изменился, - улыбнулся парень. – Значит, хочешь осесть здесь? - Это было… почти обоюдной идеей. - Твой партнер настоял? – улыбнулся парень, в душе немного радуясь тому, что он бы, в отличие от того не сделал бы ничего, что не хочет Сон. - Обоюдно, - увереннее сказал он, но, все же, недостаточно уверенно. - А ты скоро на пост заступаешь? - Пока не тороплюсь. Мне и так хорошо работается. - Чем занимался все это время? - Это не интересно, – за пару секунд вспомнив работу и жизнь с друзьями, Милс не посчитал нужным говорить ни о чем. - А вот чем ты занимался? - спросил парень, смотря на диартера – Я так рад тебя видеть. - Много чего произошло. - Не сомневаюсь. - В городе, смотрю, дела неплохо идут. - По всякому, - пожал плечами тот. - Я, честно говоря, не знал, что Рон вас позовет. - Отец не мог упустить случая, - усмехнулся парень. – Так что, давно обзавелся обожателем? - Пару лет, как. - Ого, так у вас уже и срок целый. - А ты нашел себе кого-нибудь? - Не тороплюсь, - улыбнулся парень. - Ясно, - хмыкнул диартер, поняв, что бесполезно спрашивать Арсиата. Тот в позе «я в порядке, не беспокойся обо мне». - Я вот не думал, что ты будешь тем, кто осядет. - Время, Милс. - Ну конечно, куда без родимого... Хочешь что-то? Знал бы Сон, что сейчас Милс имеет в виду все в мире, все, что угодно, пусть даже его самого. - Найти Капеля. - Ну конечно, - усмехнулся Милс. Как глупо. - Что, будем искать твоего возлюбленного? Капель, говоришь? - Да. - Тогда завтра поедем в Азират. - Завтра? - А ты сегодня хочешь? – удивился тот. - Мне чем скорее, тем лучше. - Как скажешь, - улыбнулся Милс. – Если сейчас выедем, то до ночи успеем. - Спасибо, - поблагодарил парень чуть облегченно. Арсиат с нежностью посмотрел на диартера. У Милса была машина в Асирисе, которую он и взял для поездки. Парень сел за руль, а Сон сел рядом. - Расскажи мне что-нибудь про себя, - попросил Арсиат, следя за дорогой. Он нервничал. Одной рукой он держал руль, а локоть другой положил на опущенное стекло. – Прошло столько времени, с тех пор, как ты носился со мной. - Это была моя работа. - И тебе это нравилось? – с пренебрежением к собственной личности задал вопрос. - Возиться с сопляком, вместо нормальной работы. Ты же был моей нянькой. - Ну, во-первых, для няньки мне хорошо платили, - на это Милс усмехнулся. – А во-вторых… Мне нравилось за тобой приглядывать. Ты был очень шустрым ребенком, я никогда не знал, что у тебя на уме. Быть на подхвате… Я как будто получил младшего братишку, просто так, за бесплатно. Милс понял, что он не способен адекватно реагировать на слова диартера. Все у него получалось глупо и нескладно. Любая улыбка или вопрос невпопад. - До этого ты же долго работал на моего отца? - Да. Рон любил заставить меня побегать. - Я так не любил, когда он забирал тебя. Я всегда знал, если его машина перед домом, значит, ты уедешь. Терпеть этого не мог. Я… ревновал тебя. - Ты же был ребенком. - Ребенком, - фыркнул Арсиат. - Дети намного хуже реагируют, как по мне. Я тебе хоть немного нравился, или это было работой? - Конечно, Милс, я любил тебя. Ты таким был забавным. Обожал наблюдать за тобой. - А теперь я не ребенок, - к чему-то заметил парень. – И ты не моя нянька. - Ну, для меня все равно такой же мелкий. Милс усмехнулся, чуть разозлено, но Сон не различил этой эмоции. - Так, а что это был за парень – Риастер? - Это мой друг. Мы живем вместе. Диартер с двузначной улыбкой посмотрел на него. - Что? Нет, это не то. Мы втроем живем. Лицо Сона вытянулось в удивлении. - Не ожидал, - в шоке проговорил он. – Ты, молодец, красавцем вырос, но чтобы так кардинально… - Не-е-ет, ничего такого. Мы друзья. Ри, я и Марс. - А-а-а, помню. Те двое пацанов, с которыми ты время проводил. Так вы до сих пор вместе? - Да. - Уживетесь? - Иногда, - хмыкнул Милс. - Риастер, видимо, меня не очень взлюбил,- Сон интуитивно и очень отдаленно осознал, что происходит между этой парой, потому и перевел тему, пытаясь растормошить Милса. - Видимо, не так понял. Я-то с ними не знаком. - Да-а-а, он всегда так. - Не любит новых знакомых? - Не любит моих новых знакомых, - подчеркнул парень. - Ха-ха, теперь понятно, что он так зубами скрипел. - А расскажи мне о Капеле? Кто он такой? - Он нимф. - Ого. Вот так отхватил. - Да. - Сколько ему? - Он тебя на год младше. - Тогда у вас хорошая разница в возрасте. - Не такая уж и большая! - Девять лет. Ничего себе, небольшая. И что в нем такого особенного? - Ты спрашиваешь, что особенного в нимфе? – уточнил диартер, пораженно фыркнув. - Ладно-ладно, я понял! Так что, что-то тебя зацепило? – улыбка увереннее расцвела на губах парня. - Не знаю, - посмотрел в окно парень. – Но я его люблю. Милс не просто работал в Азирате - он часто бывал в этом городе. Его здесь уже хорошо знали, и Сон все не переставал скрыто удивляться тому, кем вырос Милс. У парня все было схвачено, у него было множество связей, он стал очень заметной фигурой в кругах правления, причем на разных стратах. Их расположили в двухместном номере класса люкс. Когда Арсиат предложил парню взять раздельные номера, тот отказался, подняв в Милсе незнакомую волну тепла, из самой глубины живота, вызвав улыбку и продолжительный взгляд. Милс всегда останавливался в этом отеле, только в этот раз взял другой номер. Он уже сообщил «властям» о приезде и том, что ему нужно увидеться с ними. Ему пришел теплый в плане отзывчивости и скорости ответ ожидания и желания скорой встречи. Видимо, Милс много сделал для этих мест, раз к нему такое открытое отношение. - Сейчас уже ночь, так что придется подождать до утра, - сказал Арсиат, снимая верхнюю одежду. – Это тебе под силу? – спросил он с легкой усмешкой и механически открыто положил пачку сигарет и зажигалку на стол. Он так открыто себя вел только если чувствовал безопасность. - Ты стал курить? Милс приостановился, как будто была возможность незаметно спрятать «улики». Чувствовал безопасность – да, но он никогда не забывался. Как так вышло? - Да, - смысла скрывать теперь не было. - Да?! – возмущенно спросил Сон. - Тоже мне, большое дело, - с поникшим видом сказал Милс, но даже не думал дерзить. Ему стало немного неловко и некомфортно – это призраки стыда ребенка перед тем взрослым, который имел большое влияние на его сознание. - Вот уж чего не ожидал, - пораженно бросил диартер. Показалось, или это тон разочарования? - А у тебя жизнь сахарным сиропом полита? - Ну… почти. – А у тебя – нет? - Я сладкое не люблю, - скорчил саркастически вежливое лицо парень. – Вот и курю, чтобы эту сладость перебить. Сон посмеялся, вмиг сумев разогнать напряженность обстановки, и лицо Милса лицо смягчилось теплой улыбкой. Нет, все же, на его счастье детство кончилось. Он впервые порадовался тому, что теперь он уже не тот беспомощный малыш. Теперь он тот, в ком Сон нуждается. Теперь его силах что-то изменить. И ему за столько лет впервые захотелось что-то менять для себя, только для себя. На следующее утро Милс и Сон были приехали в правительство Азирата. Милс надевал очки, когда вел машину, и сейчас их не снял. В своем сером пальто, бежевом кашемировом не завязанном шарфу и черных перчатках он смотрелся достаточно официально. - Посиди здесь недолго, я хочу поговорить с ним тет-а-тет. Просто нужно кое-что уладить. Потом я позову тебя, - сказал парень Сону. - Боже, ну как все сложно, - диартеру нетерпелось поскорее приступить к действиям, а пока шли только разговоры. Это раздражало. Его нетерпеливость была привычна Арсиату. - Я все, что могу - сделаю, - мягко пообещал Милс, положив руку на плечо. Арсиат зашел в кабинет, плотно прикрыв за собой дверь. - Здравствуйте Карнель, - вежливо кивнул головой Милс. Они были вдвоем. - День добрый, - улыбнулся ему член совета. – Я уже получил запрос. Кто вас так заинтересовал? - Похитили молодого человека, если планы не изменились, то его везут сюда. - А как зовут молодого человека? – со знакомой игривой улыбкой спросил парень, оперевшись рукой на стол, а второй включая базу данных и систему контроля прибывших в город. Их разделяла комната и стол, но это не мешало разговору. - Капель. Сомневаюсь, что ваши системы его заметили. Наверняка парня привезли или привезут сюда тайком. - Фотография? - Нет. Карнель усмехнулся, чуть качнув головой. - Кто за него попросил, Милс? – тон парня изменился, избавившись от напущенной вежливости и подчеркивая их знакомство. - Мой друг. - Значит, запрос сделали через тебя? - Да. - И ты здесь левым боком? - Я только помогаю. - Хорошо, тогда поговорим с ним. - А я пока съезжу в центр прибытия. Посмотрю, что они могут сказать. - Я сделаю звонок. Они оформят допуск до всех архивов. И на контроле въезда поднимем досмотр. - Спасибо. - Ты сам-то знаешь о нем хоть что-то? - Нет. Карнель усмехнулся, уже держа трубку в руке и быстро набирая номер. - Мне хоть какие-то приметы. - А вам приметы хотя бы раз что-то давали? - Твоя правда, - улыбнулся Карнель. - Внешность можно изменить, машину – сменить. - Риастер звонил – спрашивал о тебе. Поссорились? - Извините за тот раз на совете. - Передо мной-то чего извиняться, - улыбнулся парень. - Кофе хочешь? - Серьезно? Кофе? Сейчас? - Ну да-а-а-а. Это был предлог. – быстро добавил Карнель. - Я хочу поговорить с тобой. - Давайте позже, - Милс и посмотрел на часы. – Мне, правда, пора. Нужно Сону помочь. Кстати, он тот, кто переживает о парне больше всех. А поговорить мы всегда успеем. - О, правда? – с сарказмом спросил парень. – Который раз мы уже «всегда успеваем»? - Мне, пора. Дайте знать, если что выльется из всего этого. - Милс! Милс! Арсиат махнул рукой на прощание, не поворачиваясь, и ушел. - Все, можешь идти. Объяснишь ему все, парень хороший, поможет, - торопливо сказал Милс. - А что произошло? – до Сона донеслись обращения Карнеля на выходе, и не заметить волнения в том голосе он не мог. - У меня жизнь – сумасшедший дом, добор пожаловать, на входе захватите кресло на колесах, - коротко улыбнулся парень, стараясь быстрее завернуть тему. – Я за тобой заеду. Карнель вздохнул, помрачнев. Скоро в кабинет вошел Сон. - Сон, - сразу протянул он руку. - Карнель Кёта, - пожал тот руку. – Сразу на ты. Милс мне пару слов бросил о проблеме. Я тут всему голова, всем Моисей, и по части безопасности Азирата король с кучей вассалов, так что присаживайся, рассказывай. Я в твоем распоряжении. Когда они с Соном закончили, Кёта предложил парню подождать Арсиата здесь. - Ты давно в правительстве? – спросил Сон, отпивая принесенный кофе. - Пару лет. Пытаюсь поставить город на ноги. Но он до сих пор считается точкой сбора наркотических баронов, проституции и торговли людьми, и по инерции все вышеперечисленные и сбагриваются сюда. Хочу избавиться от этого ярлыка. Потому здесь постоянный хаос. - А с Милсом давно знаком? - Познакомились, когда я приступил к должности. Он уже тогда активно работал на Асирис, правда, из-под полы. Открыто не лезет. - И как вас свело вместе? - Он тоже помогал в Азирате, иногда брал на себя разную работу. Мы вместе начали приводить его хоть в какой-то приличный вид. Вот и в тот раз. Он сюда пришел, а я подумал, что за заносчивый пацан. И до сих пор жалею, что так думал о нем. Ну что сделаешь, Милс создает такое впечатление. И он, кажется, с этим уже сжился. Не обращал внимания на мои поддевки. Я пытался извести его, как и каждый, кто сталкивался с Милсом. Теперь плачу за это его наплевательским отношением. А ты его друг? - Я присматривал за ним, когда мелким был. Тоже одно время на Асирис работал, точнее, на Арсиата. - Я не слышал о тебе. - Недавно появился в городе. А работал далеко до твоего прихода. Я собирался осесть с Капелем в Асирисе, но все никак не складывается, никак не доберемся. Пришлось объявиться пораньше. А он изменился, - неожиданно сказал диартер. - А ты много пропустил, - хмыкнул Кёта. - Да, все смотрю и не узнаю ничего. Но меня больше Милс волнует. Сколько слышал о нем, теперь вот вижу. Понимаю, что упустил целую пропасть. - Милсу со многим приходиться сталкиваться, - положил локти на стол Карнель. – И его мало поддерживают. Он помогает отцу, понемногу отделяется и уже начинает работать самостоятельно, следит за своими друзьями, одновременно работает над собой. Кажется, что немного, но, на самом деле, ему двадцати шести часов в сутки не хватает. - Столько всего, - качнул головой диартер. - Если он хотя бы на минуту опустит руки, снова потеряет все, чего добился. Его не воспринимают, как я сказал, только потому, что он молодой, да и с внешностью не свезло. - Говорить «не свезло» с его данными. - Я не об этом. Милс очень красивый молодой человек, но мужской красоты в нем мало. Ты, кстати, знаешь, что он единоборствами занимается? -Да? - Прекрасно обходится и с оружием, и на рукопашной не сдает. - Пошел бы работать в Асирис. - Если его в таком положении пытаются задавить, то, что случиться, если он окажется в правительстве? Милс не сможет справиться с этим при всей своей силе. Ему еще рано. Ему нужна поддержка. - А ты много знаешь, - с промелькнувшим подозрением произнес диартер. Что-то много заинтересованности в «провинившемся». - Так а ты чем планировал заниматься? Когда приживешься? - Продолжать работать на Арсиата. - На старшего, или теперь уже на младшего? – спросил он с подвохом. - Раньше я хотел снова вернуться к Рону, а теперь, когда я увидел Милса, немного узнал его, поговорил с тобой, думаю, что, может, я поспешил с выбором. - Ты подумай хорошо. Ему бы твоя поддержка очень помогла. Он за тебя всех на уши поднимает не просто так. Сон задумался, и в дверь, постучавшись, заглянул Милс. - Поехали? – спросил он, улыбнувшись диартеру. – Извини, я тебя заставил ждать. Карнель удивился. Милс неспроста так относится к тому, кто следил за ним много лет назад. - Кёта, спасибо за помощь. Я на связи.