Тридцать пять сов/Thirty-Five Owls

27 сентября 1956 г. Дамблдор, Самое забавное, что ты не назвал мне ни одной стоящей причины, чтобы у меня возникло желание помочь тебе в деле касательно этого Волан де Морта. Какое бы правильное британское словечко подобрать? Юнец? В основном его интересуют подробности и факты. Он слишком одержим смертью, даже для Темного волшебника. И, хоть он и преклоняется перед ее величием, он ее боится. Нездоровое отношение. Но ты наверняка знал это и без меня. Ему не нужны Дары. Возможно, это и к лучшему. Чем меньше волшебников пойдет по этому Темному пути, тем лучше. Зато он просто помешан на своей теории улучшения запретных заклинаний. В основном, он пишет о своей сумасшедшей теории по усовершенствованию Смертельного проклятья. Думаю, у него просто ничего не выйдет. Все эти мысли насчет крестражей… Слишком запутанная идея. Я же предпочитаю, чтобы все части меня всегда были при мне: если уж кто-то все же захочет прикончить меня в конце концов, то я просто умру, без этой призрачной пародии на послесмертное существование. Я не ненавижу тебя, Альбус. Никогда не ненавидел, и, учитывая тот факт, что ничего более ужасного ты со мной сделать уже не можешь, не возненавижу. В этом и вся проблема. P.S. Гертруда пишет: «Личность довольно-таки забавно устроена: ты являешься собой, и, что самое смешное, ты собой никогда не являешься, за исключением тех моментов, когда ты помнишь себя. Но и тогда, конечно же, ты не можешь верить себе». Геллерт Гриндевальд